Африка.

Утро в башне началось не с кофе, а с того, что голограмма Джарвиса появилась прямо над кружкой Эвелин и торжественно объявила:

- Доброе утро, мисс Холл. Вероятность того, что мистер Старк уже что-то взорвёт до завтрака, составляет 68 %. Рекомендую держать огнетушитель в зоне досягаемости.

Эвелин даже не вздрогнула - за два месяца она привыкла, что Джарвис любит драматизировать. Она спокойно отодвинула голограмму в сторону, будто это была просто назойливая муха, и сказала:

- Джарвис, если ты сейчас же не скажешь, где Тони, я отключу тебе утренние сводки новостей.

Голограмма чуть подёрнулась, как будто обиделась.

- В мастерской. И он уже что-то взрывает. Точнее, это был контролируемый выброс энергии. По его словам.

Эвелин вздохнула, подхватила планшет и направилась к лестнице. По дороге она успела отметить три вещи: на этаже А снова мигал датчик температуры (надо будет напомнить техникам), в переговорной забыли выключить проектор (она щёлкнула выключателем, не замедляя шага), а на её рабочем месте кто-то - скорее всего, сам Тони - поставил пустую чашку и криво положил стопку распечаток, будто специально, чтобы они выглядели «не слишком официальными».

В мастерской пахло озоном, горячим металлом и лёгким безумием. Тони стоял посреди комнаты, в одних джинсах и футболке, с голограммой перед собой, и тыкал пальцем в схему, будто хотел проткнуть её насквозь.

- Это не работает, - буркнул он, не поднимая глаз. - Всё должно быть проще. Элегантно. А это выглядит так, будто я пытаюсь собрать ракету из тостера и будильника.

Эвелин остановилась у входа, прислонилась к косяку и спокойно сказала:

- Доброе утро, мистер Старк. У вас на футболке пятно от кофе. Слева. Похоже на карту Африки.

Тони наконец посмотрел на неё, потом на свою футболку, хмыкнул:

- Значит, Африка теперь у меня на груди. Отлично. Теперь я могу говорить: «Я ношу целый континент на себе».

- Лучше скажите, зачем вы вообще надели эту футболку, если собирались возиться с плазменным модулем?

- Потому что она любимая. И потому что я не думал, что модуль решит устроить мне фейерверк в девять утра.

Эвелин прошла внутрь, аккуратно обошла ящик с инструментами, который стоял не на месте (ещё одна привычка Тони - переставлять всё так, чтобы «лучше видеть»), и поставила перед ним стакан воды и сэндвич.

- Вот. Для Африки. Пусть она не голодает.

Тони покосился на еду, но не отказался. Взял сэндвич, откусил и тут же поморщился:

- Ты положила туда авокадо. Я не люблю авокадо.

- Вы любите, когда у вас нормальный уровень сахара в крови. Авокадо - это компромисс.

Он закатил глаза, но доел. Потом махнул рукой на голограмму:

- Помоги. Тут нужно перебросить питание с внешнего контура на внутренний, но если я сделаю это неправильно, у нас будет не новый щит, а дыра в полу. И я не хочу объяснять совету директоров, почему мы теперь можем видеть этаж ниже.

Эвелин подошла ближе, посмотрела на схему. Два месяца назад эти линии и значки казались ей инопланетным языком. Сейчас она уже различала, где основной поток, где резерв, а где «вот тут точно будет искра».

- Смотрите, - она коснулась голограммы, чуть сдвинула один узел, - если мы сначала закроем этот шлюз, а потом перекинем питание, система успеет стабилизироваться. И пол останется на месте.

Тони прищурился, потом кивнул:

- Неплохо. Ты что, ночами учила схемы?

- Нет, мистер Старк. Я просто запомнила, где у вас чаще всего случаются «контролируемые выбросы».

Он усмехнулся:

- Ладно, ладно. Ты победила. Давай сделаем так, как ты говоришь. Но если пол всё-таки провалится, я скажу, что это была твоя идея.

- Я зафиксирую ваши слова в отчёте. С временной меткой.

Пока они возились с настройками, Джарвис снова возник рядом, на этот раз не над кружкой, а прямо над головой Тони, отчего тот чуть не подпрыгнул.

- Мистер Старк, - невозмутимо продолжил помощник, - напоминаю, что через сорок минут у вас встреча с инженерами по поводу нового реактора. Также пришло три письма от совета директоров, одно из которых содержит фразу «мы обеспокоены».

Тони застонал:

- «Мы обеспокоены» - это как «мы хотим, чтобы ты объяснил, почему всё горит, но не слишком громко». Спасибо, Джарвис. Ты умеешь поднять настроение.

- Стараюсь, сэр.

Эвелин уже открывала свой планшет, быстро просматривала расписание.

- Я перенесу встречу на час позже. Скажу, что вы были заняты спасением этажа. Это правда.

- Ты ангел, Холл. Или дьявол, который знает, как обмануть бюрократию. Не уверен, что лучше.

- Главное, что работает.

Они закончили с настройкой, и в этот момент система тихо пискнула, подтверждая, что контур стабилизирован. Тони посмотрел на схему, потом на Эвелин, и на секунду в его взгляде мелькнуло то самое, что она видела всё чаще - не сарказм, не усталость, а искреннее «спасибо, что ты здесь».

- Получилось, - сказал он, скорее себе, чем ей. - Пол на месте. Африка цела. День уже не такой плохой.

- Ещё не закончился, мистер Старк. Впереди совещание. И, возможно, ещё один «контролируемый выброс».

Он вздохнул, потянулся и вдруг улыбнулся:

- Знаешь, Холл, иногда мне кажется, что ты - единственный человек в этом здании, который не пытается меня впечатлить. Ты просто делаешь так, чтобы всё не развалилось. И это... очень ценно.

Эвелин чуть наклонила голову, будто принимая комплимент, но не позволяя ему стать чем-то большим:

- Это моя работа, мистер Старк. Держать всё вместе, пока вы меняете мир.

Тони фыркнул:

- Ну, если это просто работа, то у тебя талант к разрушению мифов. Я думал, все хотят меня впечатлить.

- Я впечатлена тем, что вы до сих пор не сожгли мастерскую. Этого достаточно.

Он рассмеялся, и этот смех прозвучал легко, без напряжения. Потом хлопнул её по плечу (аккуратно, как человек, который помнит, что рядом хрупкие вещи) и сказал:

- Ладно. Пойду приведу себя в порядок перед совещанием. И сниму Африку.

Когда он ушёл, Эвелин осталась в мастерской, чтобы собрать разбросанные распечатки и проверить, не осталось ли где-нибудь ещё «сюрпризов». Джарвис тихо возник рядом:

- Мисс Холл, вы знаете, что за последние два месяца количество инцидентов в башне снизилось на 23 %?

Эвелин подняла бровь:

- И ты только сейчас мне об этом говоришь?

- Хотел убедиться, что это не совпадение.

Она улыбнулась, сложила последнюю стопку и направилась к выходу.

- Пусть будет не совпадение, Джарвис. Пусть будет заслуга.

И, проходя мимо зеркала в коридоре, она на секунду задержалась, поправила пучок, стряхнула невидимую пылинку с пиджака и подумала: да, это обычный день. Но именно такие дни и делают всё остальное возможным.

После совещания день пошёл по привычной, но никогда не повторяющейся колее. Тони вернулся в мастерскую, уже не в футболке с Африкой, а в рубашке с закатанными рукавами - видимо, решил, что для «серьёзных инженерных дел» нужен хотя бы намёк на деловой вид. Правда, через двадцать минут рукава были закатаны ещё выше, а рубашка слегка пропахла озоном, но это уже считалось нормой.

Эвелин сидела у себя в нише, проверяла отчёты и краем глаза следила за панелью мониторинга. Всё было спокойно: датчики в норме, коридоры пусты, система тихо гудела, как довольный кот. И именно в такие моменты Эвелин знала - скоро что-то случится. Спокойствие в башне Старка всегда было временным.

Джарвис возник на краю экрана, не голограммой, а просто строкой текста - он понимал, что сейчас лучше не мельтешить.

- Мисс Холл, - написал он, - в секторе C зафиксирована аномалия температуры. Не критичная, но выше нормы на 3,2 градуса.

Эвелин подняла голову, прищурилась.

- «Не критичная» - это когда можно подождать пять минут, или когда нужно идти прямо сейчас?

- Сейчас, мисс Холл. С вероятностью 87 % это начало перегрева контура охлаждения. Если не сбросить нагрузку, через сорок минут система автоматически отключит питание в трёх лабораториях.

Она встала, взяла планшет и пошла к Тони, цокая каблуками, стараясь не бежать - в башне бег всегда означал, что всё уже плохо.

Старк стоял у стенда, смотрел на модуль и бормотал себе под нос:

- Ну давай, не будь упрямым куском металла...

- Мистер Старк, - спокойно сказала Эвелин, подходя ближе, - у нас небольшая проблема в секторе C. Температура ползёт вверх. Если ничего не сделать, через сорок минут у нас будет незапланированное отключение электричества.

Он не вздрогнул, не занервничал - просто перевёл взгляд с модуля на неё, будто она принесла не проблему, а ещё одну деталь, которую нужно вставить в схему.

- Перегрев? Какого контура?

- Охлаждения. Джарвис говорит, что нагрузка слишком высокая.

Тони хмыкнул, потёр подбородок, потом махнул рукой:

- Ладно. Пойдём посмотрим. Но ты иди первой. Ты лучше читаешь эти графики, чем я. А я буду идти сзади и делать вид, что всё контролирую.

Они быстро прошли по коридору; по пути Эвелин отмечала мелочи: мигающий индикатор у лифта (надо будет сказать техникам), запах горячего пластика где-то вдалеке (скорее всего, проводка в соседнем крыле), и то, как Тони на ходу щёлкал пальцами, будто пытался поймать ритм ситуации.

В секторе C было теплее, чем в остальной башне. Панели светились чуть ярче, воздух казался гуще. Тони подошёл к главному щиту, быстро пробежался по кнопкам, потом остановился и посмотрел на Эвелин:

- Ты видишь эти цифры?

Она кивнула, не отрывая взгляда от экрана:

- Вижу. Нагрузка на насос выше расчётной. Кто-то или что-то тянет лишнюю мощность.

- Или кто-то забыл выключить тестовый режим на пятом этаже, - буркнул Тони. - Это классика. «Я только на минутку», а потом все думают, что нас атакуют инопланетяне.

Он быстро переключил пару тумблеров, сбросил нагрузку, и температура сразу пошла вниз. Эвелин видела, как цифры на экране медленно, но уверенно возвращались к норме - как пульс после испуга.

- Получилось, - выдохнул Тони, будто только сейчас разрешил себе поверить. - На этот раз обошлось без сирен.

- На этот раз, мистер Старк.

Он усмехнулся, посмотрел на неё и вдруг сказал:

- Знаешь, Холл, если бы у меня был список «людей, без которых башня разваливается», ты была бы в первой тройке. Может, даже на первом месте.

Эвелин чуть наклонила голову, принимая комплимент, но не позволяя ему стать чем-то большим:

- Спасибо, мистер Старк. Но лучше не составляйте такие списки. Они слишком напоминают завещания.

Тони рассмеялся, потом хлопнул ладонью по панели, будто закрепляя победу:

- Ладно. Вернёмся к работе. Но сначала... - он покосился на её кружку, которая стояла на соседнем столе, - можно я возьму глоток твоего чая? У меня от всех этих цифр во рту какой-то металлический привкус.

- Можно, мистер Старк. Только не говорите потом, что он слишком «спокойный».

Он сделал глоток, поморщился, но не поставил кружку - оставил в руке, как будто она была не напитком, а якорем.

- Он и правда спокойный, - признал он. - Как будто говорит: «Не торопись, тут всё под контролем».

- Именно это он и должен говорить, мистер Старк.

Остаток дня прошёл в привычном ритме: Тони снова ушёл в свои чертежи, Эвелин разбирала почту, отвечала на запросы, переносила встречи и следила, чтобы никто не забыл про важные мелочи.