Глава 5: Терасса

Воскресенье на вилле в пригороде Мадрида должно было стать днем тишины, но в этом доме тишина всегда была заряжена током, как перед ударом молнии. Согласно контракту, один выходной в месяц они обязаны были проводить «вместе» - на случай, если папарацци с дронами решат заглянуть за забор. Это называлось «созданием эффекта органичного сосуществования».

На деле это было триста квадратных метров чистой, дистиллированной неприязни.

Джуд спустился в гостиную в широких тренировочных штанах и без футболки. Он только что закончил утреннюю сессию в домашнем спортзале, и его кожа блестела от пота. Он надеялся, что Белл еще спит или заперлась в своем кабинете, пересчитывая его охваты.

Он ошибся. Она сидела за кухонным островом, одетая в безупречный шелковый халат, с чашкой черного кофе и тремя телефонами перед собой. Она даже не подняла глаз, когда он вошел, но её губы скривились в едва заметной гримасе.

- Надень что-нибудь, Беллингем. Здесь не раздевалка «Сантьяго Бернабеу», - холодно произнесла она, продолжая быстро печатать что-то в одном из смартфонов.

Джуд с силой открыл холодильник, доставая бутылку щелочной воды.

- Это мой дом. Я буду ходить здесь хоть в чем мать родила. Тебе не нравится? Дверь там же, где была вчера. Ах, прости, я забыл - тебе же нужно выплатить еще два миллиона по долгам твоего семейного бизнеса до конца квартала. Ты никуда не уйдешь.

Белл медленно отложила телефон и посмотрела на него. Её взгляд был сухим и расчетливым, как у патологоанатома.

- Мои долги - это математическая переменная. Твое нежелание соблюдать элементарные правила приличия - это деградация личности. Ты ведешь себя как избалованный ребенок, которому купили слишком много игрушек. Посмотри на себя: ты стоишь сто миллионов, но в тебе нет и на цент достоинства.

Джуд сделал большой глоток воды, не сводя с неё глаз.

- Достоинства? Это говорит мне женщина, которая заставляет меня имитировать оргазм в подписях к постам в Инстаграме? «О, Джуд такой внимательный, он подарил мне эти бриллианты». Ты сама выбрала эти серьги, сама их оплатила с моего счета и сама написала этот текст. Ты - ходячая фальшивка, Изабелла. От тебя за версту несет пластиком.

- Я создаю продукт, который люди хотят купить, - спокойно ответила она. - И этот продукт - ты. Ты должен благодарить меня за то, что я превратила твое неотесанное «я» в икону стиля. Без меня ты был бы просто еще одним бегуном по траве, который закончит карьеру в тридцать с разбитыми коленями и пустым счетом.

Джуд подошел ближе, упираясь руками в край стола. От него пахло жаром и агрессией.

- Ты думаешь, я без тебя пропаду? Я забиваю голы, Белл. Я приношу победы. Люди любят меня за то, что я делаю на поле, а не за то, какой фильтр ты наложила на наше фейковое фото из ресторана.

- Люди любят сказку, - Белл встала, оказавшись с ним лицом к лицу. - И я пишу эту сказку. А ты - всего лишь чернила. Заменяемый инструмент. Если ты завтра сломаешься, я найду другого молодого таланта и сделаю из него нового короля. А ты вернешься в свой Стоурбридж и будешь рассказывать в пабах, какую женщину ты якобы «имел». Хотя мы оба знаем, что ты даже не имеешь права прикасаться к моей руке без моего разрешения.

Джуд рассмеялся, и это был резкий, неприятный звук.

- Прикасаться к тебе? Да я лучше обниму кактус. У тебя кровь холоднее, чем лед в моем восстановительном баке. Ты хоть раз в жизни чувствовала что-то, кроме жажды наживы?

- Я чувствую удовлетворение, когда вижу графики роста твоей капитализации, - она поправила воротник своего халата, намеренно демонстрируя полное отсутствие интереса к его физической близости. - Это гораздо приятнее и долговечнее, чем любые гормональные всплески, которыми ты привык мерить жизнь.

Она взглянула на часы.

- Через пятнадцать минут мы должны выйти во двор. Приехал садовник. По слухам, он подрабатывает сливом информации для Marca. Мы будем сидеть на террасе. Ты будешь читать книгу - я выбрала «Искусство войны», это добавит тебе интеллектуального веса. Я буду сидеть рядом с ноутбуком. Мы не будем разговаривать. Просто создадим картинку идиллии.

- Я не буду читать эту чушь, - огрызнулся Джуд.

- Будешь. Или я отменю твое интервью с Rolling Stone, которое я согласовывала три месяца. Выбирай.

Джуд с силой грохнул пустой бутылкой по столу.

- Ты - чудовище, Волума.

- Я - твой лучший выбор, Беллингем. Иди оденься. От твоего пота у меня портится аппетит.

***

Через полчаса они сидели на террасе. Солнце заливало сад, создавая идеальное освещение для случайных снимков издалека.

Джуд сидел в кресле, сжимая в руках книгу. Он не перевернул ни одной страницы за десять минут. Его челюсти были сжаты так сильно, что на скулах перекатывались желваки. Белл сидела напротив, её лицо было скрыто за экраном ноутбука, но на губах застыла та самая мягкая, едва заметная полуулыбка, которую она тренировала перед зеркалом годами - маска идеальной, поддерживающей спутницы.

- Садовник в кустах слева, - прошептала она, не меняя выражения лица. - Переверни страницу, идиот. Ты смотришь в одну точку уже вечность.

Джуд с хрустом перевернул страницу, чуть не выдрав её с корнем.

- Надеюсь, он снимет, как я хочу запустить этой книгой тебе в голову.

- Улыбайся, Джуд. Мы сейчас обсуждаем наши планы на летний отпуск, - так же тихо и мелодично произнесла она. - Представь, что я рассказываю тебе что-то очень милое. Например, о том, как я ненавижу твою манеру бросать грязные носки в гостиной.

- А я в ответ смеюсь, - Джуд выдавил из себя подобие смешка, который со стороны выглядел как искреннее веселье. - И говорю тебе, что каждый день, проведенный в этом театре абсурда, сокращает мою жизнь на год. И что я мечтаю о дне, когда срок контракта истечет и я смогу стереть твой номер из памяти навсегда.

- Ты его не сотрешь, - Белл нежно поправила прядь волос, глядя на него с фальшивым обожанием. - Потому что ты зависим от успеха, который я тебе даю. Ты ненавидишь меня, но ты обожаешь свою славу. А в этом мире эти две вещи неразделимы. Ты - мой раб, Джуд. Самый дорогой и талантливый раб в мире.

Джуд посмотрел на неё поверх книги. В его глазах была такая густая, черная ненависть, что на мгновение даже Белл почувствовала холодок в груди.

- Когда-нибудь, - сказал он тихим, ровным голосом, - ты останешься одна в своей золотой башне с кучей цифр в таблицах. И тогда ты поймешь, что ты не архитектор. Ты просто строитель склепа. И мы оба в нем похоронены заживо.

- Склеп довольно уютный, тебе не кажется? - она грациозно потянулась и коснулась его колена кончиками пальцев - жест для наблюдателя.

Джуд дернулся, как от ожога, и резко встал.

- С меня хватит на сегодня. Скажи своему садовнику, что «король» устал от своей «королевы».

Он развернулся и ушел в дом, не оглядываясь. Белл проводила его взглядом, её улыбка мгновенно исчезла, оставив лицо пустым и холодным. Она открыла вкладку с банковскими счетами и начала переводить средства.

Это был идеальный выходной. Никаких чувств. Никакой близости. Только стопроцентная, чистая эффективность и взаимное отвращение, которое помогало им обоим оставаться на вершине.

Она была права. Ненависть действительно продается лучше всего, если уметь правильно её упаковать.