глава 6
Глава 6. Ноктюрна и её мечты
Вечер опустился на Лунный Клан мягко, как шёлковое покрывало.
В большой столовой горели кристаллы, отбрасывая тёплый, мягкий свет на стол, уставленный блюдами. Серебристые стены пульсировали в такт биению сердец обитателей замка - тихое, почти незаметное мерцание, которое создавало атмосферу уюта и покоя. В камине тихо потрескивали дрова, наполняя воздух запахом сосны и дыма.
За столом собралась вся семья.
Лунария сидела во главе, её чёрная шерсть со звёздными пятнами ловила свет кристаллов, серебристая грива была аккуратно уложена. Она улыбалась - той самой тёплой, материнской улыбкой, которая всегда обезоруживала. Перед ней стояла тарелка с запечёнными овощами, но она почти не притрагивалась к еде - она смотрела на свою семью, и её сердце переполнялось теплом.
Ноктюрна сидела справа от матери. Ей было двенадцать лет, и она была прекрасна - настоящая принцесса Лунного Клана. Её чёрная шерсть со звёздными пятнами блестела, маленькие крылья были аккуратно сложены за спиной, а разноцветные глаза - один голубой, другой фиолетовый - сияли от энергии и жизни. Она болтала без умолку, рассказывая о том, как сегодня утром упала с метлы во время урока верховой езды, и как instructor ругал её, но потом всё равно похвалил за смелость.
Вайлд сидел слева от Лунарии. Его тёмно-зелёный плащ был аккуратно снят и повешен на спинку стула. Он слушал дочь, иногда вставляя реплики, иногда улыбаясь. Его зелёные глаза были тёплыми, заботливыми. Идеальными.
Айви сидел напротив Ноктюрны. Его зелёная шерсть была яркой, кудрявая грива аккуратно расчёсана. Он ел молча, слушая сестру, иногда улыбаясь её рассказам. Его карие глаза - такие же, как у той женщины из его снов - были спокойными, счастливыми. Он был рад быть здесь, с семьёй. Рад быть частью этого вечера.
***
- ...и тогда я встала, - рассказывала Ноктюрна, размахивая копытами, - и сказала ему: "Я не упала. Я просто проверяла, насколько мягкая земля!" И он рассмеялся! Представляете?
Лунария рассмеялась, её разноцветные глаза заблестели.
- Ты всегда была смелой, моя девочка, - произнесла она, гладя дочь по голове. - Как твой отец.
Ноктюрна выпрямилась, её глаза засияли от гордости.
- Правда, папа? - спросила она, поворачиваясь к Вайлду. - Я похожа на тебя?
Вайлд улыбнулся. Тёплой, искренней улыбкой.
- В тебе есть моя смелость, - произнёс он. - Но также есть грация твоей матери. Ты - лучшее от нас обоих.
Ноктюрна засияла. Она обняла отца через стол, прижалась щекой к его плечу.
- Я люблю тебя, папа, - прошептала она.
- Я тоже люблю тебя, моя девочка, - Вайлд погладил её по голове.
***
Айви смотрел на эту сцену, и его улыбка стала шире. Он любил свою семью. Любил отца, который был таким сильным, таким добрым, таким идеальным. Любил мать, которая была такой нежной, такой заботливой. Любил сестру, которая была такой весёлой, такой уверенной, такой счастливой.
Он был счастлив.
Кошмары почти исчезли. Они появлялись лишь изредка - зелёная женщина, кудрявая грива, пустые глаза - но теперь он не боялся их. Он знал, что это просто сны. Просто игра разума. Папа сказал, что это просто кошмары. И папа всегда прав.
Он улыбнулся. И попытался жить дальше - как любимый сын.
***
Ноктюрна отстранилась от отца, её глаза сияли от возбуждения. Она посмотрела на Вайлда, затем на Лунарию, затем на Айви - словно собираясь объявить что-то очень важное.
- Папа, мама, - произнесла она, и её голос стал серьёзным, почти торжественным. - Я хочу вам кое-что сказать.
Лунария нахмурилась, её уши дрогнули.
- Что, моя девочка?
Ноктюрна выпрямилась, её маленькие крылья расправились. Она посмотрела на отца - на его зелёные глаза, на его тёплую улыбку, на его сильную осанку - и в её взгляде было столько обожания, столько чистой, детской любви, что Вайлд на мгновение почувствовал укол чего-то. Не раскаяния. Не вины. Что-то другое.
- Я хочу найти парня, - произнесла она, и её голос был полон той самой чистой, детской уверенности. - Когда я вырасту. Я хочу найти пони, который будет похож на тебя, папа.
Вайлд замер.
Его копыто, которое держало бокал с вином, остановилось в воздухе. Его зелёные глаза расширились - едва заметно, но достаточно, чтобы Лунария заметила.
- На... на меня? - переспросил он, и его голос был ровным, но внутри него что-то сжалось.
- Да, папа! - Ноктюрна кивнула, её глаза сияли. - С такими же зелёными глазами. С такой же тёплой улыбкой. С таким же сильным характером. Я хочу, чтобы он любил меня так же, как ты любишь маму. Чтобы он защищал меня так же, как ты защищаешь нас всех. Чтобы он был... был как ты.
Она замолчала, её щёки слегка порозовели, но она не отвела взгляда. Она смотрела на отца с тем самым обожанием, которое всегда заставляло Вайлда чувствовать извращённое, собственническое тепло.
Лунария покраснела. Её разноцветные глаза заблестели, но не от слёз - от смущения. Она посмотрела на Вайлда, затем на дочь, и не знала, что сказать.
Айви смущённо улыбнулся. Он опустил голову, его кудрявая зелёная грива упала на лицо, скрывая глаза. Он не знал, куда деть себя. Его сестра говорила о парнях, о любви, о будущем - вещах, которые были для него ещё слишком далёкими, слишком непонятными.
***
Вайлд смотрел на дочь.
На её разноцветные глаза. На её чёрную шерсть со звёздными пятнами. На её маленькие крылья, которые она так гордо расправила. На её улыбку, полную той самой чистой, детской веры в то, что её отец - идеал.
И внутри него что-то сжалось.
*Она хочет найти парня, похожего на меня,* - подумал Вайлд. *Она идеализирует меня. Она видит во мне героя. Защитника. Идеал.*
*Она не знает, что я - монстр.*
*«Она любит тебя»,* - раздался в глубинах его разума тихий, усталый голос Альфы. *«Она действительно любит тебя. По-своему. Извращённо. Но любит. И она будет искать во всех других пони тебя. Она будет разочарована. Потому что никто не будет таким, как ты. Никто не будет таким идеальным лжецом.»*
*«Я защитил её»,* - ответил Вайлд мысленно. *«Я дал ей детство. Я дал ей семью. Я дал ей любовь. Я защитил её от правды.»*
*«Ты защитил себя»,* - возразил Альфа. *«Ты боишься, что она узнает, кто ты на самом деле. Ты боишься, что она посмотрит на тебя не как дочь. А как жертва.»*
Вайлд усмехнулся.
Потом он рассмеялся. Тёплым, искренним смехом, который всегда заставлял Лунарию улыбаться.
- Найдёшь, моя девочка, - произнёс он, гладя её по голове. - Только пусть он будет достоин тебя. Пусть он будет сильным. Пусть он будет защищать тебя. Пусть он любит тебя так, как я люблю твою мать.
Ноктюрна кивнула, её глаза сияли.
- Обещаю, папа, - прошептала она. - Я найду лучшего. Того, кто будет похож на тебя.
***
Лунария посмотрела на мужа, её разноцветные глаза были полны любви.
- Ты всегда был для неё идеалом, - произнесла она тихо. - С самого рождения.
Вайлд посмотрел на неё. На её чёрную шерсть. На её серебристую гриву. На её улыбку, полную той самой тёплой, искренней любви, которая всегда обезоруживала его.
- Я стараюсь, - произнёс он, и его голос был ровным. - Для неё. Для всех вас.
***
Айви поднял голову. Он посмотрел на отца - на его зелёные глаза, на его тёплую улыбку - и внутри него что-то сжалось.
*Папа - идеал,* - подумал он. *Для Нокти. Для мамы. Для меня. Он - лучший. Он - герой.*
*Он хочет, чтобы я был как он.*
*И я буду. Я буду сильным. Я буду защищать его. Я буду лучшим.*
Он улыбнулся. И попытался жить дальше - как любимый сын.
***
Ужин продолжался. Они ели, разговаривали, смеялись. Вайлд рассказывал истории о своих приключениях в Гильдии Стражей - о том, как однажды он спас караван от разбойников, о том, как он обучал новобранцев, о том, как он стал Верховным Командором. Лунария слушала его с обожанием, Ноктюрна задавала вопросы, Айви улыбался, чувствуя гордость за отца.
Это была идеальная семья.
Идеальный вечер.
Идеальная ложь.
***
Поздно вечером, когда дети уже спали, Вайлд стоял у окна своего кабинета и смотрел на луну.
Его лицо было спокойным. Зелёные глаза - холодными, расчётливыми.
*Она хочет найти парня, похожего на меня,* - подумал он. *Она идеализирует меня. Она видит во мне героя.*
*Она не знает, что я - монстр.*
*И она никогда не узнает.*
*Я защищу её. Как защищаю Айви. Как защищаю Лунарию. Как защищаю свою ложь.*
*Любой ценой.*
Он развернулся от окна и пошёл к двери.
Завтра он продолжит учить сына. Завтра он будет идеальным отцом. Завтра он покажет ему мир.
А сегодня ночью...
Сегодня ночью он продолжит уничтожать улики.