7 глава

— Хватит вести себя, как мой господин! — Воскликнул Лафейсон и его возмущение разлетелось по всему залу, отражаясь от каменных стен и прочных стекол в высотных окнах. — Как же мне надоело прислушиваться к твоему мнению и бегать по твоим поручениям! Ты клялся мне в любви и говорил, что вечно будешь защищать... — Его лицо внезапно исказилось болью, но ведьма с лëгкостью спрятал нежные эмоции живым гневом. Но его запах не укрылся от рецепторов омеги, внимательно наблюдающего за сценой.

— И я не врал, Локи, ты полностью под моей защитой, но если покинешь меня — я не стану более покровительствовать тебе, — Отозвался Старк, не реагируя на феромоны альфы, заполонившие воздух. Как и его агрессивное поведение. Будто Локи взрывается слишком часто и срывается на хозяина поместья, какой никак этому не препятствует.

— Знаешь, ты ещë будешь за мной бегать, а если нет — наплачешься, — Гордо задрал подбородок, уцокал прочь на каблуках, скрылся за дверью. И повисла гробовая тишина.

Питер не смел шелохнуться, из под-тишка глядя на вампира, слегка опустившего голову. Наверное, он любит Локи. На Харли напал только из-за одной колкой фразы, а Альфе позволяет такую вольность. Ох... Тони Старк всë же более пассивен в отношениях, чем кажется на первый взгляд. Питеру придëтся забыть о своих тайных мокрых мечтах и расслабиться — его прекрасного бету привлекают альфы. Молчание длится слишком долго и Питер решил иссечь проблему неловкости, пока его живот не решил исполнить сонату в "идеальной" для этого обстановке.

— На столе совсем нет ничего мясного, — Верно подметил юноша, приступая к сытному вкусному завтраку. — Это потому что для его подачи ещё рано или...

— Или. Я прочёл это в твоём дневнике, ты прав, — Спокойно вещал Старк на такую щепетильную тему.

Питер перестал жевать, слегка покосившись на мужчину, что сидел рядом с ним. Отложил бутерброд и проглотил едва прожёванный комочек, чуть снова не подавившись.

— Это, между прочим, очень личное, — Едва сумел проговорить он.

— Питер, ты должен понять всего одну вещь: я не желаю тебе зла. Как, по-твоему, я ещё бы мог узнать, почему ты оказался в лесу совсем один, ещё и в столь тонкой одежде? То, что ты не любишь мясо, не запоминаешь некоторые моменты и когда-то подвергался угнетению?

Аппетит Питера совсем перебили негодование и смущение. Мальчик не имеет понятия, как правильно ответить мужчине, чтобы и не обидеть его, и показать, что даже вышесказанные слова не оправдывают вторжения в личные тайны, тем более медицинские. Всё, на что решился Питер, это:

— Вы считаете меня психом? — Буркнул он, неуклюже пытаясь стянуть с себя глупый фартук, одетый на него, как для малолетнего ребёнка, только-только начавшего есть самостоятельно.

— Конечно нет, — Мужчина невесомо коснулся щеки мальчика, заставляя омегу замереть и поднять наивные совсем здоровые глазки на него.

Тони не старался как-то ещё успокоить своего гостя, добавляя к ранее сказанному что-то ещё. Ему казалось, этой фразы более, чем достаточно, чтобы понять очевидные вещи. Разумеется, Питер не был психом в глазах вампира, ведь кто тогда он в глазах всех остальных? Такой обычный недуг для мужчины не был чем-то отягощающим его существование. Он лишь хотел помочь омеге, облегчить его страдания, но ни разу не задумался даже о том, что Паркер может оказаться обузой.

— Прозвучало не очень убедительно, Сэээр, — Вернул к себе внимание юноша, глаза бывалого знатного альфы наполнились большей живостью, сменяя бледность тумана раздумий на фокус зрения в лице Питера.

— Разве? О, я не хотел показаться бестактным. Прошу прощения, Питер, я действительно не считаю, что то, что с тобой происходит это нечто... Даже не знаю какие слова тут подобрать, — Энтони улыбнулся и нервно почесал бородку большим и указательным пальцем. — Знаешь, для меня ты не особо отличаешься от человека, но в тоже время ты удивительный и точно не потому, что забываешь всë и ведёшь дневник, дабы вернуть свою утраченную память.

Питер неуверенно кивнул и всë же принялся за прекрасный завтрак, который так старательно делали с самого раннего утра лучшие повара Франции, нанятые господином, несмотря на чрезмерную вычурность в таких делах. Тони растянулся в довольной улыбке, нежно проведя несколько раз по гладкой тёплой щеке младшего. Затем заботливо, не торопясь особо, поправил его фартучек, отвлекая каждым взглядом и касанием от еды.

— Ох, получилось очень вкусно, не ел в жизни ничего подобного, это... Ошеломляет.

— Вот и отлично, позавтракай. Нас ждёт экскурсия по замку, тебе же здесь нравится?

Питер кивнул, возвращаясь к своим овощам, выглядящим для Старка настоящими помоями. Но их запаха Тони не улавливал, ведь воздух помещения, да и наверное всего замка, пропитался ароматом этого мальчишки-омеги, так бесстыдно ёрзующего на стуле, наверное желая протереть в нём дыру. Его так легко переубедить, действительно, как он выжил без защиты вампира в столь жестоком и лживом мире? Все мысли графа заполонились мечтами о тонких губах, впалых щёчках, что-то бурно пережёвывающих. Оставить бы ледяные поцелуи сначала на личике, медленно спускаясь всё ниже, что и делал альфа в своих мечтах, разглядывая Паркера без какого-либо прикрытия.

— А вы почему не едите ничего? — Пит слегка устал от пристального рассматривания.

— Если я съем что-то из этого, то меня вырвет так же, как тебя от мяса.

— Хороший пример... — И тут мальчик задумался над тем, что вообще-то сидит за одним столом с настоящим созданием тьмы, питающимся для поддержания сил и существования... — Вы пьёте кровь людей?

— Да, пью кровь, — Спокойно ответил Энтони, будто этот вопрос задавали ему слишком часто, и он настолько привык к нему, что не видит уже ничего постыдного или ненормального.

— И это значит, что вы людей убиваете? — Ооочень невинно намекнул парень.

— Если ты беспокоишься о своей безопасности, то не стоит. Я не трону тебя, — Старк сделал паузу, однако ему показалось, что сказанных слов недостаточно, чтобы убедить такого робкого и слишком смышлëного мальчика. — Я убиваю только плохих людей.

— Вроде преступников? Воров? Убийц других людей?

— Да, — Без колебаний ответил мужчина.

Энтони Эдвард Старк катастрофически ненавидел ложь. Что иронично, ведь он сейчас лгал этой маленькой омеге. Потому что ему было плевать, кто станет ужином, главное, чтобы было сытно и вкусно. Он чуял ложь за версту и не терпел, когда ему лгали, но вот с его стороны врать всем подряд было оправдано, по его мнению. Пусть и Тони важно знать, сможет ли такой правильный и добрый омега принять жестокого убийцу и... Полюбить. Не сейчас, так когда-нибудь в будущем... Но торопить события не стоит, у бывалого альфы огромный опыт ошибок за спиной. Как и, наверное, у юного омеги.

— Питер, ты же умный парень, я сразу это понял, — Эту фразу Старк буквально швырнул в пустоту, ведь, казалось, Питер не мог её расслышать и уже тем более ответить на неё. Вампиру не удалось закончить свою мысль, быстро угасшую от вида Паркера.

То, что осталось во рту Питера, никак не хотело проходить дальше и даже элементарно смочиться слюной, что почему-то перестала выделяться. На этой ноте закончился их завтрак, аппетит пропал, от одной мысли о крови... Тошнит. Питера вновь подвёл его глотательный аппарат. Но Тони вовремя предпринял меры, освободив ротовую полость омеги назад в тарелку, дав покрасневшему юноше запить жгучую боль в горле тёплым морсом. Продолжать приём пищи Питер наотрез отказался, протирая взмокший лоб и губы поданным Натальей полотенцем.

*********

Тони вывел гостя на свежий воздух — прямо из столовой одна из дверей вела на задний двор, неоткрытый для постороннего посещения. Местами трава росла прямо на тропинке, красиво петляющей между деревьями и кустами, резными скамейками и клумбами. Пит с облегчением втянул свежий воздух, чуть не закашлявшись от ощущений в носу.

Для Питера впечатлений было слишком много. Такой бурной, насыщенной жизнью он не привык жить. Слишком много событий, к тому же только за одно утро. У них не было ни секунды на раздумье. Постоянно какие-то действия. Двое направлялись к низенькой калитке, ведущей в сердце сада, который нельзя было назвать чудесным. Отнюдь. Он скорее был полным отражением внутреннего мира его обладателя — Энтони. Сейчас же, когда Питер появился так внезапно в жизни вампира, было возможным и для цветника пустить пару свежих бутонов, слегка наполняя воздух своим терпким ароматом.

Он будет разрастаться вместе с новой надеждой в затхлом сердце мужчины, которое стало биться чаще положенного для мёртвого. Самый прекрасный из всех цветов, самый редкий и необычайно ценный своим существованием — дар, преподнесенный, может, даже с самих глубин ада, а возможно и сброшенный из райских небес, вытолканный за золотые врата. Остатки души распускались в груди Старка, с каждым новым шагом, который они делали синхронно, вместе. Здесь не нужно слов. Даже если бы кто-то из них захотел что-то сказать, то не смог бы и рта открыть. Спокойная прогулка говорила за их мысли.

Несмотря на лёгкую облачность, солнечного света, едва пробивающегося, было предостаточно на территории замка, чтобы комфортно себя чувствовать. Энтони попросил принести омеге тёплую накидку у, проходящего мимо, мужчины-альфы. От него пахнет яблоками и старой забытой газетой. Его волосы казались светлее всего, что Питер только видел в своей жизни, а глаза — более голубые, чем само небо.

— Питер, скажи честно, ты сейчас любуешься моими владениями или Роджерсом? — Энтони попытался скрыть ревность в заданном вопросе, но у него ничего не вышло.

Питер смутился от такой догадки и мигом перевёл взгляд на ящики, сложенные ровно у каменной стены замка. Лишь бы не отвечать на вопрос, осознавая, что да — Питер Паркер засмотрелся на мужчину-альфу с идеальными чертами лица и мужественным крепким телом. Но с красотой вампира-беты, стоящего рядом, сверлящего ревнивым взглядом, только что не упирая руки в бока, чьи локоны колыхаются на ветру вместе с краями аккуратно выглаженной одежды, Роджерсу никогда не сравниться. Питера радует факт, что Тони Старк — бета. Пит не так часто, даже редко, отвлекается на мысли-мечты, связанные с фантазией, будто бы они с владельцем огромного поместья, влюблённая пара. Второй плюс — беты не чувствуют чужих запахов, так что Питер может не переживать о том, хорошо сейчас пахнет или нет.

Кстати говоря о ящиках, к ним Пит подошёл ближе, чтобы рассмотреть их содержимое. Тони, не дождавшись ответа, ринулся за ним, только в последнюю минуту понимая, что на самом деле находится в ящиках и к чему так яро пришагал любопытный мальчишка.

— Сэр, это удобрения для растений? — Мальчик обнял себя руками, весьма продрогнув от холодной погоды ноября. Но уже через мгновение ощутил на собственных плечах чужую накидку от камзола, а за ней — ледяные руки вампира, чей холод ощущается даже через одежду. Пит широко раскрыл глаза, но попросить убрать руки с себя просто не смог — язык кажется примёрз к десне.

— Можно сказать и так — удобрения, — Усмехнулся Старк, разворачивая парня и уводя подальше от гробов, наполненных землёй и людскими частями тела. Умудрились же придурки выставить их на показ.

Они ещё долго расхаживали по окрестностям сада, медленно узнавая друг друга всё ближе и ближе. Тони узнал, что Питер разбирается в садоводстве, на что и надеялся отчаявшийся владелец чудесной площади для посадки, но не находящий никаких душевных сил на это место. Всё руки никак не доходят, а доверять дело абы-кому — вовсе не выход. Питер узнал, что раньше замок, что всё удалялся за их спинами, раньше был "достойным местом", а теперь похож на "пристанище всех беспомощных и безнадёжных" (тут Энтони добавил, что не относит Питера в список этих людей, Питер единственный гость во всём поместье, у всех остальных есть определённые роли и обязанности, за что они получают неплохую оплату).

— Знаете, нынешнее спасение и пристройство вами людей к делу — благородное занятие. Я горжусь вами, что мне довелось побывать в этом месте, узнать вашу историю. И... Ваш сад... Он так волшебен, именно таким я всегда представлял описания из сказок. По крайней мере, мне так кажется — я же не помню.

Холод окутал Питера до самых костей, он едва сдерживал стук зубов и иногда сильно вздрагивал от порывов ветра, не понимая, как вообще умудряется что-то говорить. Тони в упор не замечал состояния омеги, ведь слишком погрузился в его сладкий голос, нежные мысли и томные взгляды в лицо старшего. Тони пригрел рядом с собой настоящего ангела, приподнесённого ему самими небесами. Вот только... За какие такие заслуги? Мужчина вздохнул, погладив, покрывшейся инеем, плотный листик высокого растения, не смотря сейчас на своего умненького ребёнка.

— Во-первых, мой полисадник не такой прекрасный, как ты его описываешь, но я рад любому твоему мнению, лишь бы оно было настоящим. И... Все мои поступки, спасение тебя, других обитателей замка — никогда не отмоют всех моих грехов, к сожалению, — По печальному голосу Питер понимал, что вампир искренне сожалеет. Но о чём конкретно — Пит не очень хочет знать.

Чем поддержать мужчину, так сильно засевшего в сердце? Оригинальный запас идей иссяк, Питер рассеяно пробежался глазами по саду в поисках ответов. И заметил приближающегося Роджерса, ушедшего за его накидкой полчаса назад, но вернувшегося только сейчас. Старк, не глядя в сторону шагающего, уже понял, кто идëт и как мало времени осталось до конца его пути. И спокойной прогулки, в то время, как ему было поручено такое простое, но важное задание. Это поместье нужно просто сжечь вместе с его бестолковыми жителями.

— Господин, прошу прощения за заминку.

— О, боюсь, тебе не обойтись обычным извинением, Роджерс, — И вновь голос мëртвого Беты звучал холодно по отношению к собеседнику, к какому Тони даже не соизволил повернуться. Строго сложил руки на груди, глядя куда-то вдаль на холодное небо ноября, заполненное серыми тучами.

Питер решил не заступаться на этот раз за жертву некой агрессии Тони. Всë же, Питер и вправду очень нуждается в этой пушистой тëплой накидке. Если минуту назад его кожа жгла во всех местах, то теперь резко перестала ощущать что-либо вообще. Это плохой признак. Питер решил сам проявить инициативу и протянул руку за той самой частью одежды, тут же укутываясь в неë, как в спасательный круг. Всë это время Тони отчитывал своего стражника, смотрящего только на Питера. Ого, на Питера обратил внимание альфа. Что-то новенькое. Питер смутился, но нежный румянец не отразился на его бледном, слегка голубом, личике. Роджерс прокашлялся, заставив наконец своего хозяина обернуться. И опять-таки с сердитым выражением лица, но рта распахнуть, в очередной раз, не позволил.

— Сейчас я вас перебью, ваше непомерное эго, простите меня, но, пожалуйста, обратите внимание на своего гостя. Кажется ему давно пора вернуться в замок и устроиться поближе к камину, — И когда Тони взглянул на Паркера, забывая о провинившемся, Стив воспользовался шансом и удалился прочь по тропинке, скрываясь за ближайшим кустом.

Питер выглядел плохо. Так, как в принципе не может выглядеть тот, кто накануне пил кровь подлинного вампира. Мужчина встрепенулся, меняя выражение лица с замешательства на испуг. Питер поджал свои фиолетовые губы и опустил глаза к земле, будто бы в чëм-то повинный. Тони не имел понятия, как такое возможно. Отвëл мальчика назад в замок, уже ощущая его дрожание даже на расстоянии, омега не видел больше смысла скрывать своё состояние. Усадил у камина, как и сказал Стив, а сам удалился на личную уединëнную беседу с доктором Беннером. Их ждëт долгий разговор, Тони ворвался в его кабинет в расстроенных чувствах. На Питера натянули вязаный свитер, ноги его опустили сначала в тëплую воду, позже добавляя в тазик кипяток. Наташа вручила мальчику горячий какао.

— Надеюсь, это не перебьëт тебе аппетит перед обедом.