6 глава

Если бы Питер Паркер сейчас умер — побил бы рекорд самой глупой смерти, обгоняя в этом даже самого Старка, и так же навечно застряв в своём нестареющем мёртвом теле, автоматически наделяясь повадками настоящего монстра, не в силах которого просуществовать без насилия и крови, бегущей по жилам исключительно людей. Но этого не случилось. И Тони очень рад, что успел, но то, что снова допустил подобное, оставив Питера на... Мужчина бросил грозный взгляд в омегу-прислугу, стоящую всё это время на одном месте, сжавшись, как побитая невинная овечка. Но при этом с лицом лисы. Это Лафейсон её научил. Не стоит ему заниматься уроками с новенькими юными придворными.

— Господин, прошу вас, не нужно! Я не заслужила наказания, всё произошло чисто случайно, клянусь вам! — Заверещала девушка, будто Тони уже подносил лезвие ножа к её горлу. Хотя с чем ещё можно сравнить его убивающий взгляд?

Тони, тем временем, вернул внимание к Питеру, разворачивая того к себе личиком. По его губе и подбородку сползала слюна, какую Тони без стеснения стёр большим пальцем собственной руки. Пит почти не отрывал глаз от пола, краснея уже не от судорожного кашля, а от действий мужчины-беты, такого внимательного к нему. Это парень ещё не знает, что полотенца, пропитанные его кровью после вчерашнего, Старк не выбросил, а утащил в свою обитель не для самых благородных и пристойных деяний.

— Не вините ни в чём Ванду, это моя вина. Со мной часто такое случается, и это не очень страшно, я как-то привык, а... — Но омега не успел закончить свою торопливую речь, ведь теперь холодный указательный палец вампира прилегал к его губам, а губы самого старшего растянулись в тихом "тшш", заставляя всю спину покрыться крупными пупырками, а волосы встать дыбом.

— Тебе-то уж точно не стоит оправдываться, — Спокойно звучал бархатный голос вампира почти у самого лица омеги. — Дыши глубже, хорошо? Я не стану её наказывать, если ты попросишь.

И Питер попросил. Он бы не был собой, не встав на защиту. Почему всё вообще всегда сводится к наказаниям, крикам и насилию? Мужчина набрал чистой тёплой воды в стакан, подавая Питеру, чтобы тот сполоснул рот. Ванда отправлена следить за сервировкой стола каких-то Вижена, Хэппи и Наташи. Питер, не сопротивляясь, делал всё, что говорил ему хозяин поместья. После похода в туалет, когда Старк благополучного оставил Питера одного (но всё равно слушая звук спускающейся в унитаз струйки и без суперслуха), они вдвоём отправились к шкафу, находящемуся тут же в спальне. Все его полки и вешалки заставлены/завешаны вещами, подходящими по размеру только Питеру.

Питер с любопытством заглянул внутрь из-за плеча мужчины, получая на это тёплую улыбку старшего. От всех людей Питер всегда улавливал запахи их природы, феромоны, показывающие настроение и намерения. Беты оказывались добрыми приветливыми людьми, их Пит не опасался никогда. Но что делать рядом с мускулистым высоким мужчиной, чья скорость превышает машины, сравниваясь, разве что, с поездом? Ведь от него Питер не ощущает ничего, кроме могильного холода. Правда ли он так беспокоится о Питере или же притворяется, желая так добраться до своей, скрытой для Питера, цели?

— Что хочешь надеть? Посмотри внимательнее, — Подвёл парнишку ближе, слегка подталкивая в спину. Ну это уж как-то слишком. Выбор...? Что это такое?

— Я... — Жутко растерялся юноша. — Я правда неприхотлив, вы можете выбрать за меня. Я ничего не понимаю в одежде и буду выглядеть глупо.

— Какой своенравный, — Хмыкнул мужчина, отпуская тонкие плечи Паркера из своих ладоней. — Ну ничего, ты ещё привыкнешь выбирать, указывать другим и ценить себя превыше всего, — Уж об этом Энтони точно позаботится. Времени у них предостаточно для переделки внутреннего мира этого скромного воспитанного омеги. Хотя скорее — запуганного.

Питера от таких слов сморщило, конкретно — его носик, напоминая лишний раз Старку о неблагополучном прошлом юноши. Не заставив Питера мучиться с выбором, но только в этот раз, Тони подобрал прекрасный образ юного аристократа-омеги девятнадцатого века. Холодного, но нежного и радующего глаз альфы в дорогих одеждах. Питеру шло абсолютно всё из набора, особенно — смущённый румянец, когда Тони показывал прямо на нём, как правильно нужно надевать ту или иную вещь, проговаривая вслух названия частей костюма, начиная просвещать юношу с азов.

Пит не решился долго крутиться перед зеркалом, пусть Тони и был весьма настойчив, заваливая сладкими, но такими искренними, казалось, комплиментами. Вместе они покинули спальню, направляясь в трапезный зал. Пит впервые покинул покои, какие стали его местом обитания, и чувства, что он испытывает сейчас, невозможно описать. Поначалу казалось, что весь замок, кроме его спальни, окутывает тьма — вокруг только мелкие свечи, будто парящие над полом, состоящие из красного воска. И если бы не близость Тони (рука Питера то и дела касалась его холодной), Пита тут же бы посетили какие-нибудь страшные создания тьмы, не дающие покоя ни во сне, ни в реальности.

Но жутким каменный коридор старинного замка оставался не долго — вскоре со всех сторон обнаружились окна, едва зашторенные красными плотными занавесами. Теперь пространство, декор можно рассмотреть без каких-либо препятствий глазу. Наверное, любимый цвет кровавого графа именно алый. Взору Питера открылись уютные коридоры и помещения, на полах которых расстелены длинные узкие коврики, местами располагались бюсты тех или иных людей, чьи имена и достижения Пит не помнил, а может это кто-то из семьи вампира и тоже когда-то любил всё то, что свойственно такому особенному Энтони. Освещение не было достаточно системным и современным, но света от солнца из окон вполне достаёт, чтобы освещать путь.

Питер ещё не знает, что такую обстановку подстраивали специально для него, делая стены, скрывающие за собой множество боли, крови и слёз, милыми, будто бы гость лишь на прогулке во дворце королевы Англии. Долго же прислуге пришлось возиться с декорациями, но Тони знает — взволнованная улыбка Питера, что сейчас озаряет его лицо, стоит намного большего. Питер ощущал себя принцем, ловя на себе восхищённые и удивдённые взгляды со стороны придворных, стоящих у прохода в обеденный зал с обеих сторон у стен. Они все одеты по разному, наверное Старк позволяет им самим выбирать себе образы, Ванда вообще меняет их каждый день. И как ещё не чувствовать себя значимым рядом с таким мужчиной, как Энтони Старк?

Вампир прекрасно знает, что Питера интересует его история, фамильное дерево, кадры из жизни, смерти — этот светлый мальчик далеко не из тех, кто стал бы любить графа за его богатства. В карих глазах омеги отражаются блики глубокого любопытства, но из вежливости парень никогда не задаст те вопросы, что ютятся в его светлой головушке. Тем более, Тони сам сказал, что если мальчик хочет узнать ответы — придётся потерпеть. За контекстом осталось — постараться, заслужить (пусть Старк и так в курсе, что принимает у себя в гостях пленника-мальчишку, чьё сердце не сравнится ни с какой вместимой ёмкостью, ведь его доброта и невинность бескрайны).

Красивые двери столовой распахнули двое мужчин. Добираясь до сюда по лестницам и коридорам, Питер, на удивление, не сильно утомился и готов получать новые эмоции и воспоминания, которые как можно скорее необходимо занести в дневник. Путь сюда по лабиринтам замка юноша уже утратил из памяти, да и не тем был занят по дороге. В открывшемся виду зале стоял огромный стол в самом центре, красивые вазы по бокам украшали восприятие, а открытые от тех же красных штор большие окна освещали помещение лучше любых керасиновых лампочек, факелов и свечей.

Но Питер не успел достаточно рассмотреть блестящую посуду, чем был заставлен край стола, за котором они должны завтракать — в поле зрения показался знакомый Питеру альфа, сражающий своим надменным взглядом всё на пути. Где точно Пит его видел — вспомнить не удаётся, но его тёмные волосы, забранные в пучок на затылке, ясные зелёные глаза, уверенный запах, острые скулы и нос очень знакомы. Локи улыбнулся вошедшим, придерживая парнишку лет семнадцати за плечи, держа перед собой его податливую тушку. Мальчик выглядел довольным, будто котёнок, наслаждающийся ласками своего хозяина. Но ровно до того момента, пока не наткнулся взглядом на Тони, затем медленно и пристально проскальзывая карими глазками по Питеру.

Питер помнил мало фраз из своего прошлого, но эту колкую пословицу Мэй, задевающую омежье самолюбие, ничем невозможно выбить из головы — "Всем, у кого тёмные глаза, но светлые волосы с рождения везёт. К ним притягивает абсолютно всех альф, а вместе с ними и семейное счастье". Фраза всплыла в голове при виде омеги с запахом мёда и пастелы, у этого парнишки волосы цвета соломы и тёмно-карие глаза, почти чёрные, в них нельзя различить зрачка. От сладкого запаха омеги, у Питера закружилась голова, но в то же время желудок громко проурчал на всю столовую: "Время завтрака!". Питер залился смущённой краской, а мальчишка в руках чужого альфы разразился смехом.

— Хозяин, разве вы не кормите своего нового питомца? — С ехидной улыбкой произнёс омега, отходя от Локи, грубо сбрасывая его ладони с собственных, широко расставленных, плеч. Альфа за ним лишь усмехнулся, скорее даже оскалился, радуясь замешательству Старка и его щеночка.

Но всё это было лишь секундной заминкой, а для этих двоих — настоящей ошибкой. Старк за секунду переместился от входа к ним, стоящим у высокого окна. Питер успел только почувствовать холод от его бега с помощью вампирской скорости и с ужасом распахнуть глаза, сразу окончательно отходя от сна. В следующую секунду послышался удар ладони о щеку. Тони стоял перед, дерзившим секунду назад, омегой. Теперь мальчик держался за щеку, слегка подаваясь в сторону верхней частью корпуса. В его красивых глазах застыл шок и испуг.

— Ничтожная сирота, — С презрением бросил Старк, глядя с глубоким отвращением на замершего омегу. — Как ты смеешь? Это ты мой питомец, а Питер — самый важный и благородный гость, ты не стоишь и его волоска, Харли. И это твоя благодарность за то, что я дал тебе лучшую жизнь? Забрал, буквально, с улицы и пригрел в замке?

Мальчик звонко всхлипнул, его слезливый стон отразился от всех поверхностей трапезного зала. Питер корил себя за это, но... В его сердце что-то ёкнуло, он снова хочет остановить рукоприкладство, но не успевает открыть рта, сделать необдуманный поступок, за то правильный, как учил дядя Бен — Старк, не оборачиваясь к нему, поднимает руку в жесте "не смей произносить и звука". Геройский порыв быстро угасает в юной душе, Питер снова чувствует себя низким и ничтожным, не имеющим в этой жизни никаких прав.

— Питер, он заслужил это. Ты плохо знаешь людей и наивно думаешь, что все они заслуживают только ласки. Так вот, — Старк эффектно сделал поворот на своих каблуках, обращаясь лицом к Питеру, но тут же взмахивая рукой в сторону Харли, тот дёрнулся от резкого движения в свою сторону и зажмурил глаза. — Этого омегу избаловала мать, ставшая позже, из-за ухода мужа, алкоголичкой. Этот, вечно хотящий для себя, ребёнок теперь никому не нужен и нуждается в воспитании. Я — благородный представитель дома Старков, приютил его, но до сих пор не получил ни капли благодарности и уважения.

— Л-ладно, — Через огромное усилие выдал Паркер, глядя то в начищенный пол, то на лицо вампира. Теперь и Локи, и Харли смотрят на него в упор вместе со Старком. Отлично, пусть слушают. — Вы правы, мне не знать историй всех людей на планете, об их грехах, судьбах, поступках, мотивах, но... Разве они не заслуживают прощения и понимания? Грубой силой вы растите ненависть, а не высокие моральные качества.

— Какой начитанный у нас гость, Тони, — Прошелестел голос альфы, так и стоящего на месте у окна, ровно за спиной провинившегося перед Старком. Мужчина вальяжно прошëлся вокруг Старка и парня, какого первый повесил на плечи неповинной ведьмы.

Всё, что вампиру осталось — на секунду взглянуть на Локи, тот поклонился на этот жест в качестве знака наигранного уважения, а потом — тяжело вздохнуть. Можно допустить, что, возможно, он всё же погорячился и зря сразу с ударом подскочил к едва ли не ребёнку. Харли умело строил из себя обиженную жертву, его всхлипы и скулёж Тони больше не мог вынести.

— Лафейсон, убери от меня этого. И садись уже за стол, дождаться наверное не мог, чтобы скорее испортить мне весь аппетит. Позже мы с тобой обсудим этот инцидент.

— Как прикажете, о мой лорд, — Локи вновь театрально поклонился, только на этот раз чуть ли не до самого пола, в знак любви и верности, прикладывая длинную ладонь на область сердца. Харли быстро покинул зал, закрывая за собой плотно двери, обшитые золотом.

Когда омега проходил мимо Питера, то не забыл смирить ненавистным взглядом. Молния от его вороньих глаз пронзила Питера, он правда ощутил удар током, приковывающий к земле, как столб. Действительно, этот парень — неблагодарное создание. Тони подозвал Питера к себе и тот, не совсем расслышав его слов, двинулся за стол. Хозяин замка сел рядом, приказав девушке по имени Наташа надеть на Питера фартучек, чтобы тот не запачкал свой наряд. От приятной милой девушки ни пахло ничем — бета, понял Питер. Зеленоглазая красавица улыбалась ему, пока завязывала на шее гостя бантик. От её улыбки на щеках проявлялись ямочки, придающие её внешности большую искренность.

Пока Питер отвлекался на девушку, разглядывая её с огромным любопытством, как и было задумано, Тони провёл рукой над тарелками и кружками, стоящими перед его гостем, уже заполненными завтраком под внимательный взгляд Лафейсона. Проверял вампир наличие какой-нибудь отравы или сразу яда, убившего бы его омегу с первого глотка/укуса. Не просто так же тут крутились сразу два любовника графа Старка. К слову, бывших. Харли наскучил мужчину после одного лишь поцелуя, дальше он с таким в трезвом уме никогда бы не зашёл. Да и по пьяне тоже, если честно. Что насчет Локи... С ним всё намного-намного сложнее. История их отношений тянется далеко в глубину, переплетаясь с самыми кровавыми делишками, происходящими в этом дворце, конкретно в этом столетии.

Но и о нём Тони никогда так не переживал: сердце трепещет сейчас лишь об одной мысли, что с Питером что-то случится. Пока Тони был погружён в свои мысли, Питер разговорился с Романофф, узнавая у девушки побольше о тех блюдах, что лежали перед ним. Питер не привык завтракать бутербродами с плавленым сыром и зеленью, рисовым пудингом с арахисовой пастой, запечёными овощами и яичницей с помидорами. Запах от всего этого исходил невероятный, снова пробуждая нечленораздельные звуки в его животе. С позволения Старка, когда служанка отошла на своё место у дверей, Питер тут же приступил к трапезе, не забывая про манеры и вежливость.

— Каким же ты стал, Старк, — Фыркнул Локи, категорически отказываясь от еды, показательно отталкивая от себя, так прекрасно засервированные блюда. Сложно было не понять, что пытался разнюхать Старк своим жестом, кого он подозревает и считает столь низким. Пришло время высказаться, тем более когда рядом Паркер, о ком так неоправданно печëтся вампир.

— Тебе стоит быть менее говорливым, Лафейсон, — Медленно проговорил Старк, не глядя на Локи, сидящего по левую руку через стульев тринадцать...

— Знаешь что!? Ты меня не затыкай. Я тебе ничем не обязан. То, что мы с тобой были вместе — это вообще какое-то чудо, переносить тебя каждый день — невыносимая пытка, так что это ты должен быть в моëм подчинении! Я не собираюсь возиться с детьми и выполнять грязную работу за тебя! — Локи встрепенулся, поднимаясь со своего места и гордо взмахивая плащом. Интриги....

Питер чуть было не пискнул. Ему послышалось?

— Вы были парой? — Он задал этот вопрос не кому-то конкретному, а так... Бросив наугад, сразу пожалев об этом. Он не имел права, казалось. Паркер тут просто гость, случайный причëм. А в подобные отношения ему вообще не стоит лезть. Альфа и бета... Вампир и ведьма... Интересно. Мальчишка смутился и его омежий запах тотчас заполонил комнату. — Простите, — Притупил взгляд в стол.

— Тебе не нужно извиняться, Питер. Просто тому, у кого столь длинный язык, не мешает его укоротить. Болтает так много и ни разу по делу.