ГЛАВА 8. Иллюзия выбора

Мужчины молча вели Юки по бесконечному коридору, не произнося ни слова. Их шаги звучали одинаково тяжело и размеренно, будто они шли по этому маршруту уже тысячи раз.

Она машинально обернулась назад.

Коридор уже пустовал, а решётки одна за другой скрылись за поворотом. Камера напротив тоже исчезла из виду вместе с женщиной в красном платье, которая ещё несколько минут назад казалась здесь единственным человеком, не потерявшим способность сочувствовать.

Только сейчас Юки вдруг поняла, что даже не спросила её имени. Эта простая мысль почему-то больно кольнула внутри. За такое короткое время она успела узнать имя человека, который держал её взаперти, имя странной девушки с металлическим протезом, а вот имени той, кто впервые попытался ей помочь, так и не узнала. Это казалось неправильным.

Юки сама не заметила, как мысленно прошептала:

«Надеюсь... мы ещё встретимся.»

Ещё час назад она бы отдала всё, лишь бы никогда больше не увидеть никого из тех, кто находился в этом месте. Но сейчас ей почему-то очень хотелось верить, что женщина всё ещё будет жива, когда они встретятся снова.

Юки подняла голову, когда поняла, что они идут уже по другой локации.

Серые бетонные стены тянулись вперёд, сменяясь одинаковыми металлическими дверями без ручек. Над каждой тускло горели небольшие электронные табло с буквами и цифрами, смысл которых Юки не понимала.

B-17. B-18. B-19.

Под потолком тянулись толстые кабели и трубы, иногда из них вырывался короткий выброс пара. Где-то за стенами непрерывно работали механизмы. Их не было видно, но низкий гул сопровождал каждый шаг, словно всё это огромное сооружение продолжало жить собственной жизнью.

Юки всё ещё не могла отделаться от ощущения, что происходящее — просто слишком реалистичный кошмар.

Сейчас она проснётся.

Обязательно проснётся...

Откроет глаза у себя дома, услышит, как мать недовольно бросает посуду в раковину, посмотрит на телефон и увидит десяток сообщений от Каори, которая как всегда будет звать гулять на улицу.

И всё закончится...

Но бетон под ногами был слишком холодным. Пальцы мужчины крепко лежали на её плече, а запах сырости и медицинского спирта был настолько настоящим, что становилось трудно дышать.

Навстречу им всё чаще попадались люди. Почти все были одеты одинаково — чёрные костюмы и тяжёлые ботинки. Они молча проходили мимо, не поднимая глаз. Кто-то вёз металлические контейнеры на тележках, кто-то нёс кипы документов, кто-то просто шёл по своим делам, будто происходящее вокруг было для них привычной частью рабочего дня.

Но больше всего Юки пугали не их одинаковые костюмы.

Их лица.

Серые, сонные, с глубокими тенями под глазами, словно эти люди не спали уже несколько месяцев. Их взгляды были пустыми и неподвижными, а движения — медленными, механическими, будто каждый день они повторяли один и тот же маршрут.

Один мужчина прошёл совсем рядом, едва не задев её плечом. На вид ему было не больше тридцати, но выглядел он так, словно жизнь закончилась для него уже очень давно. Он даже не повернул головы, не извинился, никак не отреагировал на её присутствие. Просто прошёл мимо, продолжая смотреть куда-то перед собой.

Юки невольно проводила его взглядом.

Почему они все такие?.. Неужели работают здесь по собственной воле? Или... тоже однажды оказались здесь так же, как она?

Эта мысль не давала покоя.

Через несколько минут коридор закончился, выводя их на уже знакомую металлическую площадку, нависавшую над огромной шахтой. Отсюда она казалась ещё глубже. Десятки этажей с мостиками и тяжёлыми герметичными дверями уходили вниз, растворяясь в полумраке, а где-то далеко продолжали медленно двигаться люди в чёрной одежде.

У самого края площадки находился большой промышленный лифт. Рядом с ним стоял ещё один — грузовой. Он выглядел заброшенным: двустворчатые ворота покрылись ржавчиной, а широкие рельсы, уходившие прямо внутрь кабины, давно покрылись слоем пыли.

Юки невольно задержала на нём взгляд.

Лаборатории не строят с такими подъёмниками.

И вообще... это место всё меньше напоминало это место. Скорее, какой-то огромный подземный завод или промышленный комплекс, назначение которого Юки даже не могла представить. Она уже почти перестала пытаться понять, где находится, и, если честно, ей всё меньше хотелось знать ответ.

Один из мужчин молча открыл решётку пассажирского лифта и завёл её внутрь. Другой нажал самую нижнюю кнопку на панели.

Двери со скрежетом закрылись, и кабина медленно начала опускаться. Когда лифт наконец остановился, над дверью вспыхнула тусклая надпись:

Уровень – 13.

С металлическим лязгом двери разъехались в стороны. Из коридора сразу повеяло холодом.

Они прошли ещё несколько коротких переходов, свернули за угол и остановились перед массивной металлической дверью без каких-либо обозначений. Один из мужчин приложил ключ-карту к панели, замок негромко пискнул, и тяжёлые створки медленно разошлись в стороны.

Юки переступила порог и замерла.

Первым, что бросилось ей в глаза, было огромное панорамное окно во всю стену. За толстым стеклом простиралось самое сердце гигантской шахты. Их уровень находился почти у её основания, поэтому страшная картина открывалась прямо перед глазами. Среди искорёженного металла, обломков бетона и груд неподвижных тел лежали существа, в которых уже невозможно было узнать людей.

Но Юки почти сразу перестала смотреть в окно, потому что справа, возле стены, на двух старых ржавых стульях сидели Каори и Кэндзи в той же одежде, что и Юки.

Они одновременно подняли головы. Несколько секунд никто из них не произнёс ни слова.

— ...Юки?.. — почти не веря собственным глазам, тихо выдохнула Каори.

Всё внутри Юки будто оборвалось.

— Каори!..

Она сорвалась с места.

Каори вскочила ей навстречу так же быстро, и уже через мгновение они крепко обнимали друг друга. Юки впервые за долгое время почувствовала знакомый сладковатый запах шоколада, который неизменно сопровождал Каори, а розовые кончики её волос снова коснулись щеки. Такие же яркие, такие же живые, словно ничего не изменилось.

— Ты живая... — дрожащим голосом прошептала Каори. — Господи... я думала...

Она не договорила, только ещё сильнее прижала Юки к себе.

Кэндзи тоже поднялся со своего места.

Юки повернулась к нему, и ему даже не пришлось ничего говорить. Она сама шагнула вперёд и крепко обняла его, уткнувшись виском в его грудь. Его руки почти сразу осторожно сомкнулись у неё за спиной.

— Всё нормально... — тихо сказал он, хотя сам понимал, что это неправда. — Ты цела.

— А ты? — Юки подняла на него взгляд. — С тобой ничего не сделали?

— Нет... пока нет.

Каори быстро вытерла выступившие слёзы рукавом и нервно усмехнулась:

— Боже... я никогда бы не подумала, что буду так радоваться вам, придуркам...

Несмотря на дрожащую улыбку, она снова обняла их обоих, будто боялась, что если отпустит, то они снова исчезнут.

Но это чувство продлилось всего безжалостных несколько секунд. Позади раздался негромкий, нарочито вежливый кашель.

Юки медленно обернулась.

Чуть поодаль, возле панорамного окна, стоял этот самый Цукиро Кай, чьё лицо Юки уже терпеть не может. Всё тот же идеально застёгнутый белый халат, всё та же тонкая папка в руках, будто он находился не рядом с перепуганными подростками, а проводил обычный рабочий осмотр.

— Рад, что воссоединение состоялось, — спокойно произнёс он, закрывая папку. — Теперь, пожалуй, можно перейти к более важным вещам.

Каори тут же заслонила собой Юки.

— Да плевать нам на твои важные вещи! — вспыхнула она. — Верни Рэна!

Кай даже не посмотрел на неё. Он лишь сделал несколько шагов к стеклу и едва заметным движением указал вперёд.

— Посмотрите.

Все трое невольно перевели взгляд.

Знакомая фигура в школьной форме лежала поодаль от остальной груды, неловко завалившись на бок. Одежда Рэна была испачкана чем-то тёмно-бордовым и серым, лицо — непривычно бледным, а глаза плотно закрыты.

Несколько долгих секунд Юки не могла отвести от него взгляд, пока не заметила едва уловимое движение его груди.

Он дышал.

Живой.

Кай смотрел на парня, словно перед ним лежал не человек, которого ещё можно спасти, а очередной лабораторный образец.

— Ваш друг оказался... удивительно живучим.

— Он всё ещё дышит... — почти неслышно прошептал Кэндзи.

— Да, — невозмутимо ответил Кай. — Организм серьёзно истощён. Множественные ушибы, переломы, глубокие рваные раны. Но это не причина его нынешнего состояния.

Он сделал небольшую паузу.

— Страх оказался сильнее.

Затем Кай перевёл взгляд на подростков.

— Иногда человеческий разум сам принимает решение отключиться, если происходящее становится для него непереносимым. Ваш друг сейчас именно в таком состоянии. Его тело живо. Сознание — нет.

— Да хватит уже говорить своими умными научными словечками! — резко перебила его Каори. Она шагнула вперёд, сжимая кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Мы вообще не должны были здесь оказаться!

Она раздражённо выдохнула, не сводя с него взгляда.

— Я вообще-то должна была сейчас сидеть в школе и писать эту тупую контрольную по логарифмам, а не стоять здесь и слушать твои умные речи, — Каори резко махнула рукой в сторону шахты. — Мы не просились в вашу психушку! Верни нам Рэна и отпусти нас!

Кай прикрыл глаза, на мгновение коснувшись пальцами переносицы под очками, будто пытался сохранить терпение перед эмоциональной реакцией Каори, которая всегда была готова бороться за справедливость — даже если перед ней стоял человек, которого стоило бы бояться.

— Надо же... — сказал он. — А я-то был уверен, что вы пришли сюда по собственной воле.

Каори раздражённо нахмурилась.

— Эй, что здесь смешного?

— Всё.

Кай поднял на неё спокойный взгляд, скрестив руки на груди.

— Вы ведь сами сюда пришли. Очередные подростки, решившие поискать приключения в заброшенном здании. Забрались туда, куда не следовало. Увидели то, чего видеть не должны были...

Он сделал небольшую паузу.

— За подобное обычно следует наказание.

Кэндзи молча вышел вперёд и остановился прямо перед Каем.

Даже ему, одному из самых высоких парней в классе, пришлось слегка приподнять голову, чтобы смотреть этому человеку в глаза. Но отступать он не собирался.

— Не строй из нас идиотов, — тихо сказал он. — Мы прекрасно помним, что произошло перед тем, как очнулись здесь.

Он сжал кулаки.

— И что-то не похоже на сверхсекретный объект... Любой может отодвинуть эти стеллажи и оказаться здесь.

Кай едва заметно кивнул, будто соглашаясь.

— Справедливое замечание.

Он поправил очки.

— Но факт остаётся фактом: вы незаконно проникли на закрытый объект, увидели то, чего видеть не должны были, а значит... последствия неизбежны.

Он произнёс это настолько спокойно, словно говорил о самом очевидном законе природы.

Эти слова стали последней каплей для Кэндзи. Больше всего его выводило из себя даже не само происходящее, а то, с какой спокойностью Кай продолжал говорить неправду, будто они действительно сами пришли сюда и теперь должны отвечать за всё случившееся.

Вся злость, которую он сдерживал с момента пробуждения — страх за Рэна, бессилие и понимание того, что кто-то всё это время управлял их судьбами, — наконец прорвалась наружу. Кэндзи резко сжал кулак и сделал шаг вперёд, уже не желая слушать очередную ложь человека, который стоял перед ними и притворялся, будто ни при чём.

Но Юки быстро заметила это движение.

Она схватила его за руку, остановив прежде, чем он успел сделать что-либо.

— Кэндзи...

Её голос был тихим, но в нём чувствовалось не столько спокойствие, сколько понимание. Она тоже хотела злиться, хотела кричать на Кая, обвинять его, требовать ответы. Но что-то внутри подсказывало ей, что именно этого он и ждал.

Юки медленно отпустила руку Кэндзи и сама сделала шаг вперёд.

Впервые с момента пробуждения она перестала смотреть на него как на человека, которого нужно просто бояться.

— Вы ведь прекрасно знали, что мы сюда попадём, — тихо начала она.

В комнате на несколько секунд стало совсем тихо.

Юки не отводила взгляда.

— Всё было слишком... подстроено. Вы знали, что мы окажемся здесь... Знали, что мы придём именно сюда...

Она сделала ещё один небольшой шаг вперёд.

— Тогда зачем мы вам нужны?

На его лице ничего не изменилось, но эта короткая пауза заставила Юки почувствовать себя неуютно.

— Вы слишком торопитесь найти ответ, — спокойно заявил Кай. — Люди часто делают ошибку, пытаясь понять всё сразу. Они видят только одну часть картины и уверены, что знают всю правду.

Он поправил очки и перевёл взгляд на огромную шахту за стеклом.

— Сейчас вам достаточно знать только одно: ваш друг всё ещё жив.

Его голос оставался таким же ровным.

— И если вы хотите его вернуть, вам придётся кое-что сделать.

— В смысле? — вскинула брови Каори.

Кай тихо выдохнул, будто устал объяснять очевидное, а затем посмотрел на них уже почти с дружелюбной улыбкой.

— Вы хотите вернуть своего друга, верно?

Он раскрыл папку и достал несколько листов.

— Тогда у вас есть возможность это сделать.

Юки настороженно посмотрела на него.

— Что вы имеете в виду?

— В старой части комплекса находится один объект, — спокойно ответил он. — Заброшенный складской сектор. Там осталось кое-что, что поможет вернуть вашего друга.

Он молча протянул им несколько фотографий. На них была запечатлена папка с инструкцией по сборке какого-то аварийного подъёмника. Кай сделал это с таким равнодушием, будто отдавал обычные рабочие документы, а не единственную ниточку, от которой зависела жизнь Рэна.

— Принесите мне инструкцию, которая находится внутри, и я помогу вам достать Рэна.

Каори недоверчиво нахмурилась.

— И что именно за «объект» там находится?

Кай едва заметно улыбнулся.

— Назовём его... гостем.

От этого слова стало только хуже.

«Гость?..»

Юки непонимающе нахмурилась. Что за бред? Какой ещё «гость»? Он говорил так, будто внизу находился не кто-то опасный и неизвестный, а просто ещё один сотрудник лаборатории, которого нужно было обойти по дороге.

Но по тому, как Кай произнёс это слово, становилось понятно только одно — он прекрасно знал, что именно находится там внизу. И почему-то совсем не боялся отправлять их туда.

Юки всё ещё недоверчиво смотрела на него. Слишком многое в этой ситуации казалось неправильным: он знал её имя, знал о её запястье, знал то, чего знать не должен был обычный человек. Но сейчас у неё не было времени искать ответы. Рэну нужна была помощь, и это оставалось единственным, за что они могли держаться.

Юки не знала, можно ли ему верить, но почему-то чувствовала: в этой истории есть что-то, чего им пока не показывают.

— Если вы хотите, чтобы ваш друг остался жив, вам придётся пройти это испытание.

Он закрыл папку.

— А я хочу увидеть, что вы будете делать дальше.