Глава 3. Следователь Громов

Отдел СК по Санкт-Петербургу
Набережная реки Фонтанки, 16
16:23 того же дня

Анна никогда не была в Следственном комитете.

Если честно, она вообще старалась обходить стороной любые государственные учреждения. Налоги платила онлайн, права продлевала через «Госуслуги», а если видела полицейскую машину — переходила на другую сторону улицы.

Не потому, что была виновата.

Просто нервы.

Сейчас нервы были на пределе.

— Кофе? — Кирилл поставил перед ней пластиковый стаканчик.

— Спасибо, — Анна обхватила его холодными пальцами. — Я не поняла, я подозреваемая или свидетель?

— Пока свидетельница. — Он сел напротив. — Но если вы не расскажете, что нашли в том тайнике, придётся менять статус.

Кабинет был маленький, заваленный папками. На стене — карта Петербурга, вся в булавках. Фото каких-то особняков, крестов, мостов. И один снимок, приколотый отдельно: Литейный мост, 1924 год, чёрно-белый.

На мосту — двое. Женщина в длинном пальто и мужчина в шинели. Лиц не разобрать.

— Ваш предок? — спросила Анна, кивнув на фото.

Кирилл помолчал.

— Прадед. Николай Громов. Был сыщиком в Петроградском уголовном розыске. Вёл дело барона Эссена. Исчез в 1924 году. Через неделю после барона.

— И вы поэтому взялись за это дело? — Анна прищурилась. — Личная месть?

— Не месть, — спокойно ответил Кирилл. — Справедливость. Или хотя бы ответы.

Он открыл ноутбук, повернул экраном к Анне.

Фото трупа.

Мужчина. Лет тридцать. Лицо синюшное, на шее — глубокий след от верёвки. Но не это заставило Анну отшатнуться.

На груди убитого лежала записка.

Старая. Пожелтевшая. И текст:

«Тот, кто возьмёт кольцо, заплатит веком.»

— Почерк эксперты сравнили, — сказал Кирилл. — Он идентичен почерку из дневника, который вы нашли. Дневник Елены Эссен. Так что, Анна, давайте по-хорошему. Где дневник и где кольцо?

Анна молчала ровно пять секунд.

Потом расстегнула рюкзак, достала дневник и перстень, положила на стол.

— Возьмите. Но вы не понимаете. Этот дом — живой. Он разговаривает. И он… — она запнулась. — Он выбрал меня.

Кирилл взял перстень в руки.

Чёрный жемчуг блеснул.

И вдруг — в комнате погас свет.

На секунду. Меньше чем на секунду.

Но когда лампы зажглись снова, Кирилл сидел, сжимая перстень так, что побелели костяшки. И лицо у него было… чужое.

Не злое. Не испуганное.

Пронзительно-печальное.

— Кирилл Андреевич? — позвала Анна.

Он моргнул. Посмотрел на неё как в первый раз.

— Что?.. — он разжал пальцы. Перстень упал на стол. — Что случилось?

— Вы отключились. На секунду. — Анна не врала. Но совесть подсказывала: а ты уверена, что это была секунда?

Кирилл потёр виски.

— Ладно. — Он убрал перстень в конверт, дневник — в пакет. — Вещи я изымаю как вещдоки. Вы под подпиской о невыезде. Не покидайте город. И, Анна…

Он встал. Подошёл к ней. Наклонился так близко, что она почувствовала запах табака и дождя.

— Не врите мне больше. Потому что в следующий раз я не буду таким вежливым.

Он вышел из кабинета, оставив дверь открытой.

Анна осталась одна.

Посидела минуту. Другую.

Потом медленно встала, подошла к его столу и заглянула в открытый ящик.

Там лежала старая фотография.

Николай Громов, 1924 год. На обороте подпись: «Коле, от Елены. Помни: башня строится для того, кто умеет ждать.»

— Елена, — прошептала Анна. — Та самая Елена. Которая написала дневник.

Она сунула фото в карман.

Не украла. Позаимствовала до завтра.

Выйдя из СК, Анна набрала номер подруги-искусствоведа.

— Ленка, привет. Тот артефакт, про который я писала… его изъяли. Но есть ещё кое-что. Ты не знаешь легенду о башне, которую строил барон Эссен?

— О, — голос подруги стал странным. — Ты про Башню смерти? Её не построили. Только чертежи остались. Но ходит слух, что, если найти чертежи и построить башню заново… можно вернуть мёртвого.

Анна замерла посреди тротуара.

Мимо шли люди. Автобусы сигналили. Кто-то ругался.

Она слышала только одно:

— Вернуть мёртвого.

Позади раздался знакомый смех.

Анна обернулась.

На другой стороне улицы стоял Давид Морозов. Всё в том же чёрном пальто. И улыбался.

А за его спиной, в отражении стеклянной двери банка, она увидела третьего.

Мужчина в старом сюртуке. С тростью. С глазами, которые горели даже в чёрно-белом отражении.

Барон фон Эссен.

Он поднёс палец к губам.

«Тсс.»

Анна выронила телефон.

---

💬 ВОПРОС К ЧИТАТЕЛЯМ:

Что за башню хотел построить барон?
И почему Кирилл «отключился», когда взял кольцо?

👇 Ставьте 🔮 — если верите, что башня реально может вернуть мёртвых
⚰️ — если считаете, что это ловушка

Глава 4. Голос из плитки — завтра. Будет страшно и красиво.

---