Глава 123. Значит, ты просто плохо объяснил!
Хотя Янь Хэцин и прижал его к стене одним резким движением, однако особой боли Сяо Юань не почувствовал. В тот самый момент, когда его спина ударилась о стену, Янь Хэцин, ни мгновения не подумав, подставил руку, смягчая удар. Тем не менее положение, в котором они оказались, выбило воздух из лёгких Сяо Юаня.
Янь Хэцин схватил Сяо Юаня за запястья и прижал к стене. Он вжался в Сяо Юаня всем телом, перекрывая любые пути к отступлению. Одной ногой он жёстко вклинился между ног Сяо Юаня. Хотя раненый Янь Хэцин явно был слабее, именно Сяо Юань чувствовал, что его судьба в руках другого.
Не дождавшись ответа, Янь Хэцин, казалось, потерял терпение. Он сменил руки и ухватил Сяо Юаня за подбородок, заставив посмотреть на себя.
— Ты не женат. Так ведь?
— Я... — стоило Сяо Юаню заглянуть в пронзительно ясные глаза Янь Хэцина, и он обречённо вздохнул, сдаваясь, не в силах больше противостоять ему. — Да. Не женат.
Сердце Сяо Юаня ухнуло куда-то вниз. Увидев, как Янь Хэцин отстраняется, убрав руку с его подбородка, Сяо Юань ухватил его за запястье и притянул обратно к себе.
— Янь Хэцин! Пускай я и Линь Цаньлин не женаты, но ты ведь уже и так всё слышал! Ты ведь не можешь... Ты ведь не можешь просто разлучить любящую пару*!
[П.п. 棒打鸳鸯 (bàng dǎ yuān yāng) – кит. фразеологизм: насильно разлучить влюблённых, разрушить пару вопреки их чувствам; букв. «ударить палкой по мандаринским уткам», которые в китайской традиции символизируют супружескую верность].
Настроение Янь Хэцина казалось необычайно хорошим – настолько хорошим, что Сяо Юань даже не сразу понял, что тот смеётся не от гнева.
Воспользовавшись порывом Сяо Юаня, с силой схватившего его за запястье и потянувшего на себя, Янь Хэцин снова прижал Сяо Юаня к стене. Правой ногой он бесцеремонно раздвинул ноги Сяо Юаня как раньше, прижавшись настолько близко, что тот утратил равновесие.
— И отчего же я должен разлучать двух влюблённых?
— Когда мы были в горах... Ты к ней... — запинаясь, начал было Сяо Юань.
Янь Хэцин вдруг наклонился к его уху и зашептал, перебивая.
— Так ведь этой девушкой был ты, разве нет? А? Жёнушка? — медленно проговорил он, особенно растягивая последнее слово, отчего у Сяо Юаня бешено заколотилось сердце.
«Так Янь Хэцин знал?! Он всё это время знал, что я его обманываю?! В какой момент он всё понял?! И что это за издевательское «жёнушка»?! Если раньше Янь Хэцин просто хотел сделать меня евнухом, то сейчас он однозначно пожелает подвергнуть меня всем десяти великим пыткам!»
Однако сейчас они находились в деревне Таоюань. Янь Хэцин был ранен и лишён союзников. Исходя из этого Сяо Юань прикинул, что, если вдруг что, победа будет за ним.
— Ох, так ты уже всё знаешь. Что ж, отлично. Значит, сведём все старые и новые счёты разом. Янь Хэцин, я знаю, что ты меня ненавидишь, и не боюсь добавить на свой счёт ещё один грех, но...
— Когда это я говорил, что ненавижу тебя? — перебил его несколько удивленный Янь Хэцин.
Сяо Юань мгновенно взорвался:
«Даже сейчас хитришь и насмехаешься надо мной?! Ты, может, и не говорил подобного в открытую, но твоё отношение ко мне говорило само за себя! Я столько раз охотно рисковал собой, играя в глупого добряка, лишь бы спасти тебя, а в итоге вынужден терпеть от тебя насмешки! Пускай ты и главный герой, но и терпению пушечного мяса тоже есть предел, знаешь ли!»
Сяо Юань с силой толкнул Янь Хэцина в плечи, отталкивая, и бесстрашно, с холодной усмешкой заглянул в его глаза.
— Не неси чепухи, Янь Хэцин! Мы не во дворце северного королевства Бэй и тем более не на территории южного Нанъяна! Если дело дойдёт до драки, ещё не факт, что я проиграю! Ты можешь ненавидеть меня за то, что я был бэйским правителем, или презирать меня за то, что я притворялся женщиной там, в горах, но я...
«Я больше не позволю тебе поступать со мной так, как тебе вздумается», – он так и не смог это произнести. Янь Хэцин же заговорил, не дожидаясь, когда Сяо Юань закончит. Убывающая луна неспешно скрылась за облаками, и вся округа погрузилась во мрак. Такой, что Сяо Юань больше не мог разглядеть лица Янь Хэцина, но вот его ясный и чёткий голос он услышал бы сейчас даже из восточного У.
— Сяо Юань, я никогда не считал тебя императором северного королевства и, тем более, никогда не ненавидел тебя.
Сяо Юань застыл как вкопанный. Так они и уставились друг на друга в полной темноте. Сяо Юань несколько раз недоверчиво мотнул головой, будто пытаясь убедиться, что не ослышался, а затем снова поднял взгляд, вглядываясь в чёрные, будто залитые тушью, глаза, но не нашёл в них ни ожидаемой насмешки, ни капли лжи.
— Ты... ты не ненавидишь меня? — переспросил Сяо Юань, пребывая в сомнениях и словно ожидая, что в следующую секунду услышит от Янь Хэцина холодное «Ты что, действительно в это поверил? Обалдеть. Ты что, дурак?»
— Сяо Юань, — Янь Хэцин наконец сорвался, спросив сквозь зубы и едва ли не скрежеща ими: — С чего ты вообще решил, что я тебя ненавижу?! Почему я вообще должен тебя ненавидеть?!
— Если ты не ненавидишь меня, то почему тогда хотел кастрировать?! — в отчаянии закричал Сяо Юань.
— Ты... Что ты сказал?
«Янь Хэцин не знал? Так, значит, это был не Янь Хэцин?! Но кроме него, кто ещё мог так со мной поступить?»
Сяо Юань быстро и тщательно стал воскрешать в памяти события того дня, сопоставляя их с изначальным сюжетом, и тут в его голове всплыл ещё один персонаж.
«Се Ян? Мог ли то быть Се Ян? Но зачем ему так тщательно стравливать меня с Янь Хэцином? Для чего?»
Сяо Юань всё ломал над этим голову, как Янь Хэцин вдруг шагнул вперёд и крепко ухватил его за плечи, настойчиво спросив:
— Что значит «кастрировать»?! В конце концов, что именно с тобой произошло в ту ночь?!
••• ━───── Переводчице есть что сказать ─────━ •••
Да неужели они разговаривают.