56. Обречённые.

(Дейу)

Я уже собирался закончить собирать свои вещи, когда дверь в мою комнату внезапно распахнулась и вошла моя мама. Ее глаза расширились от шока, когда она увидела мой почти готовый багаж.

- Что ты делаешь? - спросила она слабым голосом.

- Собираю вещи. Это же очевидно, не так ли, - ответил я небрежным тоном.

- Фэн ЦзяньЮй! - она совершенно шокирована. - Как ты думаешь, что ты сейчас делаешь? Что ты вообще собираешься делать?

Я бросил свои вещи, которые держал в руках, складывая их в чемодан, и выпрямился, чтобы встретиться с ней лицом к лицу:
- То, что я должен был сделать давным-давно. Покинуть это место, чтобы обрести, наконец, хоть какую-то независимость. Чтобы у меня, наконец, было место, где я бы мог свободно дышать.

Мою мать задели мои слова:
- Ты покинешь наш дом? Твою семью?

- Я уйду, чтобы начать жить. Я здесь несчастен, Мама. Я здесь не живу, а просто существую. Едва живой. Я постоянно делаю всё, что вы от меня хотите, я медленно день за днём теряю себя. Я больше не могу этого делать. Пожалуйста, отпусти меня…

- Куда? - её лицо посуровело. - Ты побежишь к этому мальчишке, верно? Внуку врага твоего дедушки. Ты что, с ума сошёл? Юй, ах…

- Нет, - хотя я и обдумывал это сначала, но решил не бежать к Цину. Я хочу найти своё собственное место, где я мог бы быть один, и мог делать то, что хочу, и никто бы не  беспокоил меня. Я, конечно, могу получить всё это и в доме Цина, он понимает меня, я знаю. Но я хочу знать, каково это - жить одному. Я никогда не жил один.

- Юй, ах... - мама шагнула ближе ко мне. - Что с тобой происходит, сынок? Я больше не могу тебя понять, - она положила руку на моё левое предплечье и с грустным выражением лица посмотрела на меня.

- А ты хотя бы когда-нибудь пыталась? Понять меня? - спросил я её. - Когда я сказал тебе, что чувствую себя девушкой, ты хотя бы пыталась это понять?

Моя мать отпустила меня:
- Да, я пыталась. Я пыталась понять тебя. Я даже разговаривала об этом с некоторыми врачами и психологами. Они все сказали мне, что ты просто запутался. Что может знать девятилетний ребёнок? Ты был слишком молод…

- Сейчас мне двадцать пять. И я всё ещё чувствую себя так же. Я всё ещё чувствую, что я девушка. Приставь пистолет к моей голове, Мама, я скажу, что я девушка, - я перебил её.

- Юй, ах! - у неё на глазах заблестели слёзы. Она явно разочарована мной.

- Отпусти меня. Пришло время, Мама. Ванг Цин сказал мне, что я не могу продолжать жить в сомнениях и страхе. Я должен двигаться, чтобы изменить свою судьбу. Это моя жизнь. Если я не чувствую себя счастливым, тогда я должен что-то изменить. И, честно говоря, я могу сделать это только в том случае, если выйду из тени, которую вы, моя семья, отбрасываете на меня...

- Этот мальчишка явно плохо влияет на тебя… - сердито фыркнула мама.

- Ванг Цин учит меня любить себя и свою жизнь. Он пришёл в мою жизнь как раз вовремя, чтобы спасти меня от депрессии, где тёмные мысли приводят к необратимым решениям. Он спас меня. И он любит меня. Он любит меня просто за то, кто я есть…

- А как же я? Разве я недостаточно люблю тебя? Я твоя мать. Я люблю тебя… - мама сейчас была на грани слёз.

- Я знаю, - в отчаянии я прикусил нижнюю губу. - Я знаю, что ты любишь меня. Может быть, даже слишком сильно. До такой степени, что твоя любовь душит меня. Мама…

Моя мать побледнела. Она отступила от меня на шаг:
- Ты думаешь, я тебя душу…

- Нет, - я покачал головой. - Это неправильная фраза. Я прошу прощения. Но, Мама, я должен начать всё делать сам. Я должен учиться всему сам. Ты и так уже достаточно сделала для меня. Пришло время мне самому научиться жить. Я не могу сделать это здесь…

- Тогда уходи... - к нашему разговору присоединился новый голос. Мой отец тоже вошёл в мою комнату. - Если наша любовь душит тебя… уходи.

- Баба...

- Милый... - моя мама не может поверить, что Баба говорит мне уйти.

Но глаза моего отца по-прежнему смотрели на меня:
- Если ты решил уйти... тогда иди. Если ты действительно думаешь, что мы бессердечные злодеи, которые лишили тебя жизни… тогда иди. Но не стой там и не убеждай нас в том, что твоё решение должно нам нравиться. Мы любим тебя. Мы - твоя семья. И мы хотим, чтобы ты был здесь, с нами. Ты наш единственный ребёнок. Единственный. Понимаешь? Мы не мыслим жизни без тебя. Хочеш уйти? Уходи. Но знай, что, выходя из нашего дома, ты разбиваешь мне сердце. Сердце твоего дедушки. Сердце твоей матери. Мы в таком отчаянии, потому что не можем представить этот дом без тебя. Но если ты думаешь, что сможешь жить без нас, тогда иди…

- Баба…- чем дольше он говорит, тем больше я расстраиваюсь. Он ничем мне не угрожает, но его слова подразумевают, что я причиню им боль, если уйду.

А потом моя мать "сбросила бомбу":
- Если ты уйдёшь, я тоже покину этот дом.

Мы с отцом повернулись к ней.

- Мама! - я не знаю, правильно ли я расслышал, что она сказала.

Она действительно сказала, что тоже уйдёт из дома?

Мама повернулась к своему мужу:
- Если он уйдёт, я разведусь с тобой. Если ты вытолкнешь моего сына из нашего дома, я оставлю тебя, - потом её острый взгляд нашёл меня. - Это то, чего ты хочешь? Ты хочешь по своим каким-то эгоистичным причинам полностью разрушить нашу семью? Тогда продолжай! Живи счастливо с этим человеком, который превратил тебя из моего хорошего сына в этого мятежного незнакомца, которого я даже больше не знаю. Живи счастливо и знай, что ты разрушил нашу семью своим эгоизмом! - она высокомерно вскинула голову, задрав подбородок и упрямо сжав губы. - Может быть, ты и прав. Может быть, ты не мой сын. Я уверена, что не могу узнать этого Фэн ЦзяньЮя, который стоит сейчас передо мной. Мой сын никогда не причинит мне такой боли! - она сказала это как свои прощальные слова, прежде чем выбежать из моей комнаты.

Я почувствовал себя до такой степени слабым после всего того, что она сказала, что мне пришлось сесть на кровать.

- Она это сделает. Ты же знаешь свою мать. Она не бросается пустыми угрозами, - я поднял глаза, чтобы увидеть серьёзное выражение лица моего отца. - Она разведётся со мной, как только ты выйдешь из нашего дома, Юй, ах. Она сделает это.

Да, моя мать сделает это. Она разорвёт нашу семью на части и обвинит в этом меня. Она так отчаянно пытается остановить меня.

- Мы все такие, - сказал мне отец, как будто прочитал мои мысли. - Мы все отчаянно хотим, чтобы ты остался с нами. Мы не хотим потерять тебя.

- Что мне делать? - спросил я Бабу, чувствуя смятение в своей голове и сердце. Я так запутался.

- Оставайся на месте. Я попытаюсь поговорить с твоей матерью. Может быть, мы сможем что-то решить с… проблемой твоей сексуальности, - сказал отец.

Я почувствовал, как моё сердце пропустило удар от того, что он сказал:
- Баба…

- Я ничего не обещаю. Это настоящий шок, причиной которому стал именно ты, сынок. Мы всё ещё не оправились от этого. Дай нам немного времени, чтобы прийти в себя. И я сдержу своё обещание. Я поговорю с твоей мамой и дедушкой о твоих чувствах. Но это всё, о чём мы будем говорить. - Глаза отца заблестели, когда он резко посмотрел на меня. - Однако вопрос об этом парне, Ванге, не подлежит обсуждению, Юй, ах. Он не будет желанным гостем в нашей семье. Он мне не нравится из-за тебя. Твой дедушка яростно против этого. Мы поговорим о твоей сексуальности, и я, возможно, даже признаю и приму твои чувства, но об отношениях с этим человеком не может быть и речи. Ты его больше не увидишь. Ты больше не встретишься с ним. Ты меня слышишь?

- Баба… - я уже сделал вдох, чтобы возразить.

- У тебя не может быть этой связи. - Мой отец положил конец моему протесту. - Я готов принять некоторые вещи о тебе, но не твою связь с этим парнем. Есть пределы, Фэн ЦзяньЮй. Если ты достиг своего предела, то теперь знаешь и мой предел. Этот человек не подлежит обсуждению. Он не тот, кто тебе нужен.

Баба похлопал меня по плечу, прежде чем тоже покинуть мою комнату. Он даже тихо прикрыл за собой дверь.

Я закрыл глаза и в изнеможении откинулся на свою кровать.

Как же я устал.

Я лежал и задавался вопросом, является ли все это временным кошмаром и когда-нибудь я всё-таки смогу проснуться или...

Или я живу в бесконечном кошмаре.
……
(Цин)

Я сейчас нахожусь в беспрецедентной ситуации. У меня никогда не было такой грозной стены, как эта: я иду против всей своей семьи.

Геге, который, как я думал, будет по крайней мере моим союзником, пришёл ко мне после того как проконтролировал здоровье Вово.

- Сейчас он спокойнее. Я проверил его давление. Немного высоковато, но думаю, что не о чём беспокоиться, - Геге произнёс эти слова так, словно отчитывается передо мной. Затем его взгляд заострился на мне. - Ты действительно будешь продолжать сопротивляться желанию Вово? Он старый человек, Ванг Цин. Его единственное удовольствие в жизни вращается вокруг больницы и нас двоих, его внуков. Ты действительно хочешь продолжать затягивать эту ситуацию и давать ему лишний повод для беспокойства?

- Ге…

Геге вздохнул:
- Цин, ах, я помню о своём обещании  поддержать твое начинание с Дейу, но ты должен помнить что было одно условие - это произойдёт только в том случае, если ты не причинишь вреда нашей семье. И прямо сейчас, на случай, если ты это упускаешь, ты причиняешь боль этой семье. Вово уже сказал "нет", что ещё тебе нужно услышать? Ты знаешь, он говорит "нет", не просто так, а потому что у него есть свои причины…

- Абсурдные причины…

- Он раньше работал на Фэнгов. Он, его отец и многие другие его предки служили им. Он видел, как эти люди обращаются с теми, кто ниже их по статусу. Он испытал это на себе. Вово боится, что с тобой поступят так же. Потому что признаёшь ты это или нет, Фэнги всегда будут смотреть на Вангов так, как будто мы всё ещё ниже их. По статусу и родословной. Если ты интересуешься всё ещё моим мнением, то я скажу тебе - это слишком хлопотно для нашей семьи, чтобы терпеть. И какова будет наша награда? Дейу? Я не думаю, что он является достаточной компенсацией, Цин.

Мне это не понравилось. Я нахмурился, глядя на своего брата:
- Ну и что? Ты думаешь, я должен быть с кем-то  только потому, что я что-то от них получаю? Дейу делает меня счастливым…

- Я в этом не сомневаюсь. Но факт остается фактом. Его семью нельзя смешивать с нашей. Его дедушка ненавидит нашего дедушку, и наоборот. Ты хочешь быть с Дейу, но с нашими семьями в постоянных ссорах и беспокойстве в анамнезе? Мы должны стремиться к миру в нашей жизни. То, что ты с Дейу, нарушает покой нашей семьи, и я этого не потерплю, Ванг Цин. Мне жаль, но в этом я не могу тебя поддержать. Делай то, что требует Вово. Покончи с теми отношениями, что у тебя есть с Дейу. Пусть в нашей семье будет мир. Пожалуйста... - Геге  положил руку мне на плечо и умоляюще посмотрел на меня. - Я знаю, что ты не привык к тому, что у тебя не получилось добиться своего. Я знаю, ты привык, что мы тебя всегда поддерживаем. Но на этот раз, может быть, теперь ты сможешь поддержать нас и сделать то, что мы хотим? М?

- Я не знаю, Геге, - я сейчас не могу ничего ему сказать. Он пытается достучаться до моей совести и хочет, чтобы я дал обещание. Но я не могу. Я ещё не разговаривал с Дейу, и, честно говоря, я очень беспокоюсь за своего любимого. Он, наверное, сейчас находится под ужасным давлением. Что касается его семьи, я даже не сомневаюсь, что они, как и моя семья мне, сейчас доставляют Дейу много хлопот.

Уверен, что Дейу приходится труднее, чем мне. Интересно, как он держится.

- Подумай об этом, - предложение Геге вернуло меня в настоящее. Мы оба вздохнули, прежде чем он похлопал меня по руке и двинулся дальше.

Я проводил взглядом его спину и посмотрел на закрытую дверь комнаты Вово. Мне всегда рады в этой комнате. Когда я был маленьким и всё ещё боялся громких раскатов грома, я убегал в комнату бабушки и дедушки и прятался под одеялом, между моей бабушкой и Вово. Вово всегда  смеялся, а Нана обнимала меня. Они оба обнимали меня и заверяли, что не позволят никакому грому добраться до меня. Вово даже не ложился спать, говоря, что он на страже покоя принца и будет бодрствовать всю ночь. И он действительно не спал, рассказывая мне всякие истории, пока я не засыпал.

Мой Вово любит меня. Я в этом не сомневаюсь. И я тоже его люблю. Но я люблю и Дейу тоже.

Что мне делать?

- Заходи, - услышал я голос дедушки изнутри. - Не стой там, как статуя, и заходи внутрь.

Я вздохнул и открыл дверь. Вово сидел на кровати, прислонившись спиной к изголовью.

- Твой Геге уже был тут. Он всё проверил. Моё давление, частота пульса, температура и даже массировал мои ноги и руки. Твой Геге добр ко мне.

Это заставило меня слегка улыбнуться:
- В отличие от меня, да? Деда, я умею читать между строк. Я знаю, ты теперь думаешь, что я плохой внук.

- Да, ты плохой, - Вово не отрицал этого. - Твоё упрямство провоцирует меня на то, чего я даже никогда не думал, что смогу сделать. Я многое пережил из-за тебя, Цин. Ты это знаешь. От того, что ты не хочешь работать в наших больницах, до того, что ты ушёл из этого дома. И ещё эта твоя ориентация. Все... все разочарования, которые ты обрушил на меня. И я принял их все, проглотил горечь и поддержал тебя. Всё потому, что я люблю тебя и мне нравится видеть тебя счастливым, - Вово глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. - Но не в этот раз. На этот раз ты сделаешь всё по-моему, упрямый мальчишка.

- Вово... пожалуйста... - я присел на край его кровати. - Ещё только один раз. Это будет в последний раз, я обещаю.

- Нет…

Я вздохнул изо всех сил, пытаясь не сорваться:
- Я уйду со своей работы и начну помогать в управлении больницей. Я сделаю это. Просто позволь мне быть с Дейу. Пожалуйста…

- Нет…

- Я вернусь сюда, в особняк. Я снова буду жить здесь. Пожалуйста, Вово…

- Нет…

Он расстраивает меня:
- Вово! - я не смог сдержаться и повысил голос. - Чего ты хочешь от меня, чтобы сказать Дейу "да"?

- Ничего. Ты ничего не можешь сделать для того, чтобы мне понравился этот мальчик. Если ты не готов выпустить всю кровь Фэнгов и уничтожить весь его клан, тогда ты ничего не можешь сделать для меня, чтобы я сказал "да" вашей связи с этим парнем! - он... слишком много на себя берёт. - Что я могу для тебя сделать, так это рассказать тебе, что произойдёт, если ты будешь продолжать упрямиться в этом. Продолжай видеться с этим мальчишкой, и я уничтожу его, Ванг Цин, - мрачным тоном сообщил мне Вово.

У меня закружилась голова, меня начало мелко потряхивать:
- Вово...  ты... что?

- Я знаю Фэнгов. Особенно Фэн ЛиХонга. Его гордость - это его слабость. Его навязчивая идея сохранить их имя чистым и без скандалов. Его слабые точки это желание оставаться актуальным в академическом мире и его гордость,  которую он испытывает за своих преемников. Я всё это знаю. И я использую это, чтобы уничтожить его внука, если ты будешь настаивать на том, чтобы видеться с этим мальчиком…

Пока он говорил, а мне с трудом доходил смысл его слов, я неверяще качал головой:
- Ты не можешь иметь в виду…

- Я могу устроить скандал, который сделает так, что ни один родитель не доверит человеку по имени Фэн ЦзяньЮй учить своих детей. - Вово произнёс эту угрозу на одном ровном дыхании. - Я уничтожу его имя и преподавательскую карьеру. Я позабочусь о том, чтобы в приличном обществе на него смотрели осуждающе. Репутация учителя хрупка, Ванг Цин. И никакая репутация не может быть более хрупкой, чем у Фэнгов. Чем выше в обществе ценится их имя, тем катастрофичней будут последствия, если их репутация будет запятнана.

Семья Дейу заботится репутации и чистоте своего имени. Мой Малыш говорил мне это слишком много раз, чтобы я мог забыть это.

- Испытай меня, и в следующий раз я скажу эти слова перед Фэн ЛиХонгом и его внуком. Я позабочусь о том, чтобы сам Фэн ЛиХонг запер своего внука там, где ты больше не сможешь его найти. Испытай меня, и ты увидишь…

Я уставился на своего дедушку. Я не могу поверить словам, которые слетают с его губ. Это та его сторона, которую я никогда раньше не видел.

Мой Вово не такой.

Он не интриган.

Он не тиран.

Он не жесток.

Почему же сейчас он так себя ведёт?

Почему?

- Вово…

- Ты помнишь свой любимый фильм о Бэтмене, Цин? Тот, который ты просил меня посмотреть вместе с тобой, - спросил меня Вово.

Я кивнул:
- Тёмный Рыцарь…

- Джокер в том фильме что-то сказал. Я не помню его точных слов, но смысл того, что он сказал, остался в моей голове. Он сказал: "Мы все рождаемся хорошими. Мы все можем быть героями. Но если человек живёт достаточно долго, он тоже может превратиться в злодея. Его обстоятельства подтолкнут его к тому, чтобы взять на себя роль антагониста." - Вово уставился на меня.  - Тогда, наверное, я прожил достаточно долго. Я думаю, в твоих глазах я теперь злодей. Может быть, так оно и есть. А может быть, и нет. Может быть, я герой, а этот Дейу - злодей, который нарушает моё мирное существование. Кто может сказать? Но послушай меня, Ванг Цин, не сделаешь того, что я говорю, и я уничтожу... не тебя, а того мальчика. Если ты хочешь моего одобрения для него, подожди, пока я умру, тогда ты сможешь быть с ним.

У меня защемило в груди от его слов:
- Вы слишком много говорите, сэр... - я стиснул зубы, пытаясь контролировать гнев и страх, которые он заставляет меня испытывать.

Вово закрыл глаза:
- Подожди, пока я умру, Ванг Цин. Подожди, пока я умру и присоединюсь к твоей бабушке. Тогда ты сможешь делать всё, что захочешь. Будь с тем, с кем ты хочешь быть. Кто знает, может быть, я умру завтра, и тогда ты будешь свободен…

- Перестань так говорить! - я встал с кровати, и посмотрел на него сверху вниз. - Перестань говорить, что ты умрёшь …

- Тогда спаси меня, Ванг Цин. - устало произнёс Вово. - Позволь мне жить спокойно. Выбери меня, а не этого мальчика.

Я больше не могу с ним разговаривать.

Он принял своё решение, и я знаю, что сейчас он манипулирует мной.

Я знаю, что он говорит эти слова, чтобы управлять мной и моими чувствами, потому что знает, что я люблю его. Я вижу, что убеждать его сейчас вообще бесполезно. Мне нужно придумать другую стратегию, чтобы заставить его одобрить Дейу.

Какая стратегия сработает на моём дедушке?..

Я не знаю.

Всё, что я знаю, это то, что мы с Дейу обречены.
.............................................
Автор: ginaddict
Перевод: weramax
Редактор: mzikina

Уважаемые подписчики и просто читатели, проголосуйте и нашу историю увидят больше читателей на wattpad.
Спасибо всем, и приятного прочтения.