Глава 164

В комнате царила тишина. Тёмно-красные стены тяжело обрамляли пространство, а под светом ламп их цвет становился ещё более ярким и режущим глаза. Даже бледное, вытянутое лицо дворецкого у двери казалось слегка окрашенным в красный оттенок.

Вдруг тишину нарушил тихий стон, раздавшийся из глубины комнаты.

Игроки обернулись на звук и увидели, что игрок, лежавший на полу, наконец пришёл в себя. Он опёрся ладонями о пол и с трудом приподнял верхнюю часть тела. Его мертвенно-бледное лицо растерянно оглядывало незнакомую обстановку. Хриплым и пересохшим голосом он спросил:

— Что... что произошло?

Дворецкий остановил на нём свой холодный взгляд на мгновение, затем равнодушно отвёл глаза.

Его голос раздался в подавляющей тишине комнаты:

— Уже поздно. Уверен, что вы все устали за сегодняшний день.

Сказав это, дворецкий сделал шаг назад и отступил в сторону, продолжив:

— Прошу вас следовать за горничными и вернуться в свои комнаты для отдыха.

Игроки поспешили покинуть это гнетущее помещение. Они один за другим вышли через открытые латунные двери. Но прежде чем они успели уйти далеко, голос дворецкого вновь раздался позади:

— Завтра состоится свадьба господина и госпожи де Клаус. Пожалуйста, хорошо отдохните и не забудьте взять с собой приглашения.

Игроки вздрогнули и одновременно обернулись. Дворецкий стоял у входа в алую комнату. Его худощавый силуэт казался чёрным на фоне кроваво-красного освещения. Половина его бледного лица была окрашена в красный оттенок, а его чёрные глаза отражали слабый алый отблеск. Уголки его губ были приподняты чуть шире обычного, что делало его вид ещё более жутким.

Он медленно склонился в поклоне, а за его спиной латунные двери начали медленно закрываться, скрывая пустую комнату за собой.

Завтра — день свадьбы.

Эта мысль вызвала у всех игроков холод по спине. Никто не знал, что принесёт завтрашний день. Это пугающее чувство неизвестности заставляло сердца сжиматься от страха. Молча они последовали за горничными, ожидавшими их в холле.

Мо И и Вэнь Чэнь шли за своей горничной через тёмный коридор. Тусклый свет ламп освещал стены, но впереди всё равно было темно. В воздухе витала тишина; единственным звуком были лёгкие шаги по ковру.

Наконец горничная остановилась.

— Ваши комнаты здесь, — сказала она.

Они вошли внутрь, и дверь за ними закрылась. Горничная осталась стоять в коридоре с бледным лицом и застывшим взглядом, который теперь был скрыт за закрытой дверью. В комнате воцарилась тишина.

Мо И устало потянулся к своему галстуку-бабочке и слегка ослабил его узел, чтобы почувствовать себя свободнее. Он тяжело выдохнул и раздражённо остановился.

Вэнь Чэнь подошёл ближе и наклонился к нему. Его длинные пальцы ловко начали распутывать беспорядочно завязанный галстук Мо И. Тот слегка поднял голову в такт движениям Вэнь Чэня. Контуры его шеи напряглись; твёрдая линия кадыка двигалась вместе с дыханием. Расстёгнутый воротник открыл часть бледной ключицы, которая блестела под светом лампы.

Глаза Вэнь Чэня стали чуть темнее. Его движения замедлились сами собой.

Расстояние между ними стало настолько маленьким, что можно было рассмотреть дрожь ресниц друг друга.

Вэнь Чэнь не удержался и наклонился ниже. Его губы мягко коснулись шеи Мо И — прохладные и нежные прикосновения вызвали у того непроизвольную дрожь.

Мо И нахмурился и запустил пальцы в мягкие волосы Вэнь Чэня, заставляя того поднять голову и посмотреть ему в глаза.

Его тёмные глаза сузились; их глубина была непроницаемой и холодной под светом лампы.

Неожиданно Мо И наклонился вперёд и резко укусил губы Вэнь Чэня. Его острые клыки оставили следы на холодной коже, а вкус крови наполнил их рты.

Вэнь Чэнь ответил ещё более страстным поцелуем. Их позы стали шаткими; если бы Мо И не успел опереться о край кровати, они бы упали прямо на неё.

Пальцы Мо И скользнули вниз по затылку Вэнь Чэня к его шее и мягко оттолкнули его назад, разрывая поцелуй.

Чувство странного напряжения, которое преследовало Мо И с момента танцевального зала, наконец немного ослабло. Он глубоко вдохнул несколько раз, стараясь успокоить сбившееся дыхание. Его взгляд задержался на лице Вэнь Чэня — тот выглядел близким как никогда.

На губах Вэнь Чэня виднелись следы крови — очевидно, дело рук Мо И.

Вэнь Чэнь смотрел на него своими светлыми глазами. В комнате слышалось только их дыхание...

Мо И кончиками пальцев провёл по холодной коже на затылке Вэнь Чэня. Свет лампы отражался в его спокойных глазах, словно тонкий лунный свет, колеблющийся на тёмной глади океана.

Вэнь Чэнь не смог удержаться и мягко поцеловал его в веко. Затем, подчинившись лёгкому нажатию Мо И на его шею, немного отступил назад и с заметным разочарованием глубоко выдохнул.

Атмосфера в комнате, наполненная напряжением и теплотой, постепенно рассеялась. Накопившаяся тяжесть в воздухе наконец исчезла.

Когда Мо И убрал руку, Вэнь Чэнь, словно что-то вспомнив, тихо спросил:

— Кстати, в танцевальном зале... ты что-то заметил?

Мо И кивнул и достал из рукава серебряный нож для стола. Его слегка изогнутая поверхность отражала яркий свет лампы, сверкая при каждом движении пальцев Мо И. Он начал объяснять:

— Ранее, в потайной комнате на первом этаже, я увидел в зеркале размытый силуэт человека. Думаю, это тот, кто играл на пианино в боковом зале. Но его невозможно увидеть невооружённым глазом — только через зеркало. А в этом доме зеркал вообще нет. Поэтому я попросил тебя украсть этот нож из столовой.

Его лицо стало серьёзным, он продолжил:

— В танцевальном зале я использовал отражение ножа и увидел такой же размытый силуэт в руках того игрока, который был под контролем. Я подозреваю, что это одно и то же существо. Более того...

Мо И глубоко вдохнул и нахмурился:

— Более того... я думаю, это может быть мадам де Клаус.

Во время танца тот игрок явно исполнял мужскую партию. Это значит, что размытый силуэт у него на руках мог быть женским. А учитывая традицию подобных балов, где хозяева дома открывают танец, и слова дворецкого о том, что сегодня супруги де Клаус будут присутствовать... Это заставляет меня подозревать: тот игрок-марионетка и его призрачный партнёр могут символизировать эту пару.

Но проблема в том, что это предположение кажется слишком простым. А в этом уровне всё никогда не бывает таким очевидным.

Эта мысль вызвала у Мо И беспокойство.

Пока он размышлял, рядом раздался голос Вэнь Чэня:

— На самом деле... я не об этом спрашивал.

Мо И удивлённо поднял голову и посмотрел на него. Вэнь Чэнь отвёл взгляд; уголки его губ были напряжены. После паузы он продолжил:

— Я имею в виду... когда я пригласил тебя танцевать — ты что-то заметил? Почему ты вдруг...

Мо И понял: Вэнь Чэнь спрашивал о том моменте, когда он неожиданно выругался. Он слегка замер, а затем медленно улыбнулся:

— Ах вот это...

Выражение лица Вэнь Чэня не изменилось, но его тело напряглось от ожидания ответа.

Мо И спокойно улыбнулся и нежно поцеловал его в губы. Затем с невозмутимым видом ответил:

— Ничего особенного.

Сердце Вэнь Чэня забилось быстрее от неожиданного жеста. Его светлые глаза словно растаяли; он невольно улыбнулся и подумал:

"Если каждый раз за это будет поцелуй... Пожалуй, мне стоит чаще поднимать эту тему."

На лице Мо И появилась усталость. Он зевнул и сказал:

— Нам пора отдохнуть. Завтра будет очень необычный день.

С этими словами он поднялся и направился в ванную комнату для быстрой подготовки ко сну. Затем переоделся в повседневную одежду, выключил свет в комнате и лёг на край кровати поверх одеяла.

Мо И смотрел в темноту перед собой. Его взгляд стал глубже; он медленно положил руку на грудь и почувствовал ровное биение своего сердца под ладонью — кровь ритмично перекачивалась по телу.

Впервые за долгое время он ощутил настоящее сердцебиение во время танца.

И тогда он увидел образ.

Знакомый — словно фрагмент воспоминания из прошлого. Это чувство нахлынуло на него волной: яркое и живое, как будто происходило вчера. Картины были нечёткими — лишь обрывки ощущений или цветов — но они казались такими реальными.

Это странное чувство длилось всего мгновение, но было настолько ярким, что Мо И не мог игнорировать его.

Он глубоко вдохнул и попытался очистить разум от эмоций и образов. Затем закрыл глаза и заставил себя уснуть.

Тьма медленно поглотила его сознание и чувства. Но даже во сне он ощущал знакомый аромат — смесь дождя и хвойного леса — который окутывал его покойным сном.

Этой ночью Мо И впервые не видел мучительных снов, которые преследовали его всю жизнь.

Когда он проснулся утром, ему показалось, что он видел длинный сон — тёплый свет солнца, мягкие блики света, смех и прикосновения сплетались воедино. Но как только он открыл глаза, всё исчезло без следа — словно тонкая карамель растаяла во рту, оставив лишь слабый привкус сладости.

Мо И моргнул несколько раз с лёгкой растерянностью. Затем поднял руку и взглянул на часы:

— Уже восемь утра...

Его мысли мгновенно прояснились; он нахмурился: "В это время должны были принести горячую воду для умывания или хотя бы постучаться с завтраком... Но ничего нет."

Он быстро поднялся с кровати и подошёл к двери комнаты. Попробовал открыть её —

Но дверь была заперта наглухо.

— Дверь не открывается...