ГЛАВА 16.

Они снова шли по темным коридорам дворца.

У дверей малой обеденной галереи стража безмолвно распахнула створки, и юноши переступили порог.

Король Александр уже восседал во главе стола. Заметив вошедшего сына и его неизменного спутника, монарх лишь тяжело опустил ладонь на деревянный подлокотник. Его пронзительные глаза смотрели холодно и строго после дневного исчезновения принца.

- Ты соизволил явиться, Лиам, - сухо, свинцовым голосом произнёс король, даже не глядя на Рея, который покорно застыл за стулом принца, безупречно держа осанку.
- Надеюсь, прогулка проветрила твою голову. Садись. Завтра утром прибудет первое южное посольство. Мы подпишем брачный контракт и официально скрепим помолвку. До самой свадьбы и объединения земель ещё много месяцев, у тебя будет время подготовиться, но завтрашнее подписание - шаг нерушимый. И ты сделаешь его без лишних капризов.

Рей стоял тише травы, послушно опустив взгляд. Он не знал всех тонкостей королевской политики, но кожей чувствовал, какое колоссальное, удушающее давление Александр оказывает на его хозяина.

Лиам промолчал, ему не хотелось вступать в диолог с отцом. Вообще его видеть не хотелось.

Александр воспринял это угрюмое молчание как знак окончательного подчинения. Король удовлетворенно кивнул и вернулся к своей трапезе. Для него бунт сына был подавлен, а нерушимость завтрашнего договора - предрешена.

Ужин тянулся невыносимо долго.

Лиам едва притрагивался к еде, с трудом сдерживая внутри глухую, острую ненависть к человеку, который после смерти матери окончательно перестал видеть в нём сына, превратив в бездушный инструмент политики.

Рей сидел рядом, тонко улавливая малейшие изменения в позе своего хозяина. Покорно глядя в тарелку и безупречно соблюдая манеры, блондин всем сердцем сопереживал Лиаму. Он видел, как тяжело принцу даётся каждое мгновение в присутствии отца, и эта холодная тишина лишь сильнее убеждала Рея, что король не особо то и любит насдедника.

Наконец Александр поднялся и покинул галерею в сопровождении своей стражи.

Лиам и Рей почти сразу же вернулись в покои.

Стоило принцу запереть дверь изнутри, как маска холодного безразличия слетела с его лица. Тяжёлые мысли о контракте, матери и отце давили на него мёртвым грузом, но взгляд на послушно замершего у двери Рея снова принёс то самое странное, непривычное спокойствие. Яд был надёжно спрятан в столе, а до свадьбы оставались месяцы - торопиться действительно было некуда.

Рей аккуратно подошёл ближе к Лиаму, преданно заглядывая ему в глаза. Его правое запястье под белоснежными бинтами больше совершенно не болело, и парень безмолвно ждал, как принц решит провести остаток этой тяжёлой ночи.

Лиам подошёл к окну оперевшись руками на подоконник. Он смотрел на сад, переливающийся разными нежными красками в лучах заката. Смотрел вдаль, на солнце, что медленно заходит за горизонт. В такие моменты королевство не выглядело так мрачно, как обычно.

Рей стоял неподвижно глядя на принца. Однако что-то в глубине его повило его ноги вперед.

Он бесшумно, как перышко, подешел к Лиаму, и преодолев себя положил свою руку принцу на плечо, забыв, что такое дерзость.

Лиам на пару секунд застыл, он не ожидал он блондина такого. Однако от этого прокосновения по телу разлилось тепло.

Принц перевёл свой взгляд с пейзажа на Рея. В его глазах не было злости или недовольство, было только умиротворение, спокойствие и.. благодарность?

Лиам смотрел на блондина ещё секунд 20, а после резко прильнул к нему всем телом.

В его объятиях он забыл об отце, о его вечном контроле и его обращение к тому. Он лишь чувствовал тепло чужого тела. И понимал, что Рей, тот единственный человек, в объятьях которого принц может спрятаться от всего мира.

Парень стоял неподвижно, боясь даже сморгнуть, чтобы не спугнуть это хрупкое, невероятное чудо. Из-за разницы в росте Лиам идеально пристроился у его груди, а Рей, больше не думая о правилах, кандалах и наказаниях, медленно и бережно обнял принца в ответ.

Его длинные руки плотно и защищающе сомкнулись на спине хозяина, прижимая его к себе. Рей слегка наклонил голову, утыкаясь носом в растрёпанные двухцветные волосы принца и вдыхая их знакомый, тонкий запах. Внутри блондина всё сладко защемило от безграничного, жертвенного счастья.

Он чувствовал, как бешено колотится сердце Лиама у его груди, и безмолвно обещал себе, что станет для него самой надёжной, непробиваемой стеной. Пусть за стенами этой комнаты бушует воля сурового короля Александра, пусть завтра их ждёт подписание нерушимого брачного контракта - сейчас, в багровых лучах засыпающего солнца, они были скрыты от всех.

Рей был готов стать для Лиама кем угодно: послушной игрушкой, щитом от чужого гнева или соучастником самого страшного греха, лишь бы этот капризный и израненный принц продолжал искать спасение в его объятиях.

Они стояли так у окна довольно долго, пока последние нежные краски заката окончательно не угасли, уступая место прохладным вечерним сумеркам.

Лиам первым слегка ослабил хватку, но не отстранился полностью, продолжая удерживать блондина за талию и глядя на него снизу вверх своим потяжелевшим, умиротворённым взглядом.