Варвара. 5 глава. Я не покажу страха

— Это ведь он на тебя намекал? — тихо спросила София, когда мы наконец оказались в своей 204-й комнате и вожатая пожелала нам спокойной ночи.

Я без сил опустилась на свою кровать, подтянула колени к груди и обречённо кивнула.

— Да. Это было адресовано мне.
Катя возмущённо фыркнула, стягивая через голову толстовку и швыряя её на стул.

— Какой же он всё-таки пафосный придурок! «Я никогда ничего не забываю, я возвращаю долги», — передразнила она низким голосом, делая страшное лицо. — Бэтмен недоделанный! Варь, забей на него. Мы с Софией будем ходить с тобой везде. Буквально как телохранители. Если надо — даже в туалет вместе будем ходить!

София, сидевшая на своей кровати и аккуратно расчёсывавшая свои длинные чёрные волосы, усмехнулась и согласно кивнула:

— Катя права. Ему просто нужно было показать свою крутость перед отрядом и дружками. Завтра начнутся мероприятия, квесты, спорт — ему просто некогда будет страдать ерундой. Тем более, Марина Сергеевна поселила их прямо напротив своей двери. Они и пискнуть не посмеют.

— Надеюсь, что так, — пробормотала я, забираясь под одеяло.

Я искренне пыталась поверить в слова девочек. В их логике был смысл.

Ночью я спала плохо.

Утро выдалось ярким. Солнечные лучи пробивались сквозь тонкие занавески, заливая комнату тёплым светом. Катя ещё сладко спала, раскинув руки, а София только-только начала ворочаться. Часы на телефоне показывали половину восьмого — до официального подъёма оставалось ещё полчаса.

Во рту пересохло. Я тихонько, стараясь не скрипеть пружинами, встала с кровати, накинула лёгкую кофту поверх пижамных шорт с майкой и взяла свою кружку. Кулер с питьевой водой находился на первом этаже, прямо в холле.

В коридоре второго этажа стояла сонная тишина. Я на цыпочках спустилась по лестнице. На первом этаже тоже никого не было. Дверь вожатской была плотно закрыта, как и дверь 101-й комнаты напротив.

«Спят», — с облегчением подумала я.

Я подошла к кулеру, подставила кружку и нажала на краник. Тихое журчание воды в утренней тишине казалось неестественно громким.

— Рано встаёшь, стукачка.

От этого низкого, хрипловатого со сна голоса, прозвучавшего прямо у меня за спиной, я вздрогнула так сильно, что едва не выронила кружку. Вода плеснула на пальцы.

Я резко обернулась.

Кирилл сидел в глубоком кресле в самом тёмном углу холла, куда не доставал утренний свет. Он был одет в тёмно-серые спортивные штаны и чёрную футболку. Волосы слегка взъерошены, а в руках он крутил телефон. Видимо, он сидел здесь уже давно и молча наблюдал за тем, как я спускаюсь.

Сердце мгновенно ухнуло куда-то в желудок, но я заставила себя выпрямиться.

— А ты что, дежуришь тут? — стараясь звучать уверенно, спросила я. — Боишься проспать завтрак?

Кирилл неторопливо поднялся. Он был высоким — гораздо выше меня, — и когда он шагнул в мою сторону, мне захотелось вжаться в пластиковый корпус кулера. Но я упрямо осталась стоять на месте.

Парень остановился в метре от меня.

— Жду, когда ты останешься одна, — просто ответил он. — Твои подружки-наседки ведь не будут привязаны к тебе всегда.

— Тебе самому не смешно? — я вздёрнула подбородок, глядя ему прямо в глаза. Злость снова начала вытеснять страх. — Ты собираешься мстить девчонке из-за того, что я не дала вам сорвать отъезд? Серьёзно? Какой же ты жалкий.

Глаза Кирилла мгновенно потемнели. Он сделал ещё один шаг ко мне. Теперь парень стоял так близко, что я чувствовала запах его геля для душа — что-то морозное и терпкое.

— Жалкий? — тихо переспросил он. — Запомни одну простую вещь, Варвара. Я не собираюсь с тобой воевать. Война подразумевает, что у сторон равные шансы. А у тебя их нет.

— Да что ты мне сделаешь?! — шёпотом, чтобы не разбудить вожатых, выплюнула я. — Побьёшь? Вперёд. Только потом поедешь домой с полицией.

Кирилл тихо, безрадостно рассмеялся.

— Бить девчонку? Ты слишком плохо обо мне думаешь, — он протянул руку, и я инстинктивно вжалась в стену. Но он лишь аккуратно заправил выбившуюся прядь моих волос мне за ухо. Его пальцы были ледяными, а жест — пугающе нежным на фоне его слов. — Физическая боль проходит быстро. Это скучно. Я сделаю так, что ты сама, по собственной воле, пойдёшь к начальнику лагеря и будешь со слезами умолять, чтобы родители забрали тебя домой. И никто, слышишь, никто тебе не поверит и не заступится.

Я только фыркнула и не отрывая взгляда от его глаз, поднесла кружку к губам.

Пила я воду демонстративно медленно, глоток за глотком, показывая, что его дешевые угрозы из дешёвых фильмов на меня совершенно не действуют.

Допив всё до последней капли, я так же медленно опустила кружку.

— Посмотрим, — бросила я как можно равнодушнее. И, чуть повысив голос, добавила: — А теперь дай пройти.

Кирилл не сдвинулся ни на миллиметр. Поэтому мне пришлось самой сделать шаг в сторону, чтобы обойти его. Он не попытался меня остановить.

Дойдя до лестницы, я буквально взлетела на второй этаж, едва касаясь ступеней, шмыгнула в нашу комнату и плотно закрыла за собой дверь.

Сердце колотилось о рёбра так, словно я только что пробежала марафон. Этот парень реально не в себе.

На кровати у окна зашуршало одеяло. Катя сладко зевнула, смешно сморщила нос и сонно приоткрыла один глаз.

— Варь?.. Ты чего там стоишь, как привидение? — пробормотала она хриплым со сна голосом. — Который час?

Я сглотнула, пытаясь взять себя в руки. Нельзя было рассказать им об угрозе Кирилла. Иначе девочки начнут паниковать или, чего доброго, реально пойдут жаловаться вожатым, а это только подтвердит слова Кирилла о том, что я слабая.

— Без пятнадцати восемь. Я за водой ходила. Скоро подъём.

В этот самый момент тишину лагерного утра разорвала бодрая, оглушительная поп-музыка, заигравшая из громкоговорителей на улице. София на соседней кровати подпрыгнула и недовольно застонала, натягивая подушку на голову.

— Доброе утро, лагерь «Горизонт»! — раздался жизнерадостный голос диджея-вожатого на весь лес. — Поднимаемся, умываемся и бегом на утреннюю зарядку!

— Зарядка? В первый же день? За что... — простонала Катя, нехотя сползая с кровати и потирая глаза.

Я поставила пустую кружку на тумбочку и посмотрела на свое отражение в темном экране телефона. Бледная, испуганная.

«Ну уж нет, — мысленно сказала я сама себе, сжимая кулаки. — Я не доставлю тебе такого удовольствия, Кирилл. Я не поеду домой со слезами».

— Девочки, подъём! — я натянула на лицо самую бодрую улыбку, на которую была способна. — Умываемся и идём.