6

Репетиции становились всё более напряженными. Кристина и Руслан уже не были просто «парой для галочки» — они стали центром внимания. Их прогресс был очевиден: даже с учетом того, что Руслану приходилось бороться с собственным телом, они двигались слаженно, почти на интуитивном уровне.
В тот день в актовом зале стояла духота. Пока играла музыка, всё было терпимо, но в перерыве, когда Руслан отошел к окну, чтобы отдышаться и дать отдых мышцам, Кристина осталась у зеркал. К ней тут же «подлетели» три её бывшие подруги — Лера, Света и Аня. Они выглядели озабоченными, но в их глазах читалось нескрываемое ехидство.
Руслан, стоявший за приоткрытой дверью подсобки, замер, услышав своё имя.
— Крис, ну ты серьезно? — Лера начала первой, понизив голос, но достаточно громко для окружающих. — Мы же переживаем за тебя. Скоро последний звонок, все будут смотреть, снимать сторис... Тебе реально хочется, чтобы на всех видео был он?
— «Он» — это Руслан, — сухо ответила Кристина, поправляя волосы.
— Да какая разница, как его зовут! — подхватила Света. — Есть же нормальные парни. Вон, посмотри на Игоря или даже на того же Макса. Они хотя бы танцевать умеют нормально, и с ними не стыдно показаться. Кристина, ты же лучшая в классе, зачем ты так опускаешь свою планку? Ты же с ним выглядишь как... как будто тебя наказали.
— Знаете, что самое забавное? — Кристина сделала шаг к ним, и её тон стал опасно спокойным. — Вы называете это «планкой». А я называю это «фильтрами». Вы все в классе только и делаете, что боитесь быть не теми, кем вас хотят видеть другие. Выбираете пары по «статусу», танцуете по инструкции и боитесь лишний раз улыбнуться, если это не одобрят «лидеры».
— Мы просто не хотим, чтобы ты стала посмешищем, — фыркнула Аня.
Кристина коротко рассмеялась.
— Посмешище — это жить с оглядкой на то, что скажут такие, как вы. Я танцую с Русланом, потому что с ним мне интересно. Он настоящий, он не пытается играть в «крутого», и, честно говоря, он двигается лучше, чем любой из тех, кого вы мне навязываете, потому что в его танце есть смысл. А у вас — только бесконечные попытки понравиться толпе. Если вам стыдно стоять со мной рядом — отойдите. Я вас не держу.
В зале повисла тишина. Девочки опешили — они привыкли, что Кристина всегда была «удобной» и дружелюбной. Они открыли рты, чтобы возразить, но в этот момент к ним подошел Руслан. Он вышел из-за двери, не скрываясь. Он слышал каждое слово.
Его плечо заметно подергивалось, но взгляд был твердым. Он подошел к Кристине и молча встал рядом с ней, демонстрируя, что он на её стороне.
— Кристина права, — громко сказал он, обращаясь к остолбеневшим девушкам. — И мне жаль, что вам приходится тратить своё время на такие пустые разговоры.
Девушки, краснея, поспешно ретировались к другой стороне зала. Кристина обернулась к Руслану. Она не ожидала, что он выйдет, но, увидев его лицо, она улыбнулась — мягко и благодарно.
— Слышал? — спросила она.
— Каждое слово, — ответил Руслан. — Спасибо. Но... ты уверена, что хочешь сжигать мосты ради меня? Ты же с ними дружила годами.
— Дружба, которая требует от меня предавать тех, кто мне дорог — это не дружба, Руся, — она взяла его за руку. — Это просто обслуживание чужого эго. А мне это надоело.
Руслан почувствовал, как внутри него что-то сломалось и собралось заново — уже более прочным. Он понял, что эта борьба сближает их сильнее, чем любой танец.