Broken Sanctuary 🕯️

"Safety is a lie whispered in the dark."
«Безопасность — это ложь, прошептанная в темноте.»

Холод в Мистик-Фоллс всегда чувствовался острее, когда возвращались мёртвые.

Бонни Беннет стояла посреди гостиной, живая, настоящая, с тем же упрямым взглядом — и мир будто сместился на несколько градусов. Все говорили одновременно, перебивая друг друга, прикасались к ней, будто боялись, что она снова исчезнет.

Все — кроме Софи.

Она стояла у дверного проёма, скрестив руки, и чувствовала, как внутри медленно поднимается что-то тёмное и липкое. Радость? Нет. Облегчение? Тоже нет. Было только раздражение. И ревность — острая, почти стыдная.

Кай смотрел на Бонни слишком долго. Он был далеко, бонни не видела его, иначе, она бы свернула ему шею.

Софи заметила это сразу. То, как он улыбался — не своей обычной, хищной ухмылкой, а иначе. Как будто... нервничал. Как будто ему было важно, что она скажет. Это злило сильнее, чем любые слова.

Позже, когда шум улёгся, Дэймон бросил коротко:

— Нам нужно проверить одну вещь.
_____________________________________
Они втроём — Дэймон, Кай и Софи — стояли у старого кладбища Сальваторе. Небо было свинцовым, воздух тяжёлым. Софи не задавала вопросов, но напряжение в плечах Дэймона говорило само за себя.

— Открой, — сказала софи, глядя на надгробие матери сальваторе.

Кай пожал плечами и кивнул. Дэймон сам сорвал крышку гроба — резко, почти зло.

Пусто.

Ни костей. Ни праха. Ничего.

Дэймон медленно выпрямился.

— Значит, это была она — сказал он глухо. — Бонни видела ее в тюремном мире.

Кай оживился.

— 1903 год, — протянул он с интересом. — Классика.

Софи почувствовала, как по спине пробежал холод.
Тюремный мир. Бонни. Кай.

Комбинация, от которой внутри всё сжималось.

Вернувшись в дом, Софи сразу поднялась к себе. Она закрыла дверь, но не заперла. Села на кровать, уставившись в одну точку, стараясь не прислушиваться.

Не получилось.

Голоса снизу были приглушёнными, но слова — отчётливыми.

— Ты можешь отправить меня туда? — спросил Дэймон. — К ней.

— С радостью, — отозвался Кай. Слишком легко. Слишком весело.

Софи сжала пальцы.

Пауза.

— Слушай... — голос Кая стал тише. — А Бонни?

Софи резко подняла голову.

— Я жалею, — продолжил он. — Серьёзно. Меня это бесит. Я думаю о ней постоянно. О том, как всё закончилось. О том, что я сделал. И... — короткий смешок. — Чёрт, я ненавижу это.

Дэймон ничего не ответил.

— Я хочу с ней встретиться, — сказал Кай. — Извиниться. По-настоящему.

Что-то в Софи оборвалось.

Она вышла из комнаты так резко, что не заметила, как хлопнула дверь. Лестница под ногами будто исчезла — она оказалась в гостиной за секунду.

— Извиниться?! — закричала она.

Кай обернулся, не успев даже удивиться.

Софи схватила его за куртку и с силой впечатала в стену. Полка задрожала. Всплеск магии внутри был настолько сильным, что камин и свечи начали гореть ярче. А глаза софи - светились небесно голубым.

— Ты хочешь извиниться перед ней?!

Дэймон замер. Он не вмешивался. Просто смотрел — впервые по-настоящему ошарашенный.

— Софи, подожди...— начал Кай, но она не дала ему договорить.

— А со мной что?! — её голос сорвался. — Что между нами, Кай? Ты вообще понимаешь, что ты со мной сделал?!

Она прижала его сильнее, так что он зашипел от боли.

— Сотни пыток, — продолжала она, задыхаясь. — Убийства. Ты ломал меня, снова и снова. А потом — она горько рассмеялась, — потом ты решил, что можно просто лечь со мной в одну постель, и всё? И это ничего не значит?!

Кай пытался поймать её взгляд, но слова не находились. Его обычная самоуверенность исчезла.

— Почему ты обо мне не подумал? — прошептала она. — Почему тебе так легко говорить о Бонни... а на меня тебе плевать?

— Это не так, — выдавил он, но звучало это пусто.

— Лжёшь, — Софи достала из кармана шприц. — Как всегда.

Кай расширил глаза.

— Софи, не...

Она вколола вербену ему в бок резко, без колебаний. Он вскрикнул, тело дёрнулось, колени подогнулись, но она удержала его.

— Ты заставлял меня мучиться, — сказала она тихо, почти спокойно. — Теперь моя очередь.

Кай тяжело дышал, сжимая зубы, глаза потемнели от боли.

Дэймон всё ещё молчал.

В комнате повисла тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием Кая. Софи отпустила его и сделала шаг назад.

— Ты хочешь искупления? — холодно спросила она. — Тогда начни с того, что почувствуй хоть часть того, что чувствовала я.

Она развернулась и ушла, оставив друга и одного сломленного психопата в комнате, где впервые стало по-настоящему страшно.

И не из-за монстров.

_____________________________________
Колледж Уитмор жил своей обычной жизнью — смех, шаги, разговоры в коридорах. Мир не знал, что кто-то вернулся из ада. И что кто-то другой уже начал туда падать.

Софи шла по коридору рядом с Еленой, но почти не слышала её. Мысли были липкими, спутанными, как будто кто-то медленно сжимал их в кулак. Кай. Его голос. Его боль под вербеной. Его слова о Бонни.

Я жалею.
Я думаю о ней постоянно.

Елена свернула к аудитории, что-то сказав напоследок, и исчезла за дверью. Софи остановилась.

Она почувствовала Бонни раньше, чем увидела.

Та сидела одна в конце коридора, на подоконнике у окна, с кружкой остывшего кофе в руках. Живая. Настоящая. Спокойная — настолько, насколько вообще может быть человек, переживший тюремный мир.

Софи смотрела на неё несколько секунд.
Этого было достаточно.

Она подошла резко.

Бонни даже не успела встать — магия ударила первой. Невидимая, тяжёлая, она впечатала Бонни в стену с такой силой, что та вскрикнула, кружка разбилась о пол.

— Софи?! — Бонни задыхалась, ноги не доставали до пола. — Что ты...

Софи подняла руку, и воздух вокруг Бонни сжался, словно горло мира сомкнулось вокруг неё.

— Тихо, — сказала она. Голос был пугающе ровным.

Бонни попыталась сосредоточиться, ответить магией, но давление усилилось. Магия Софи была тёмной, неправильной — не заклинание, а чистая ярость, облечённая в силу.

— За что? — выдавила Бонни, морщась от боли. — Что я тебе сделала?!

Софи подошла ближе. Настолько, что видела каждую царапину на её руках, каждую тень под глазами.

— Я долго думала над этим вопросом, — сказала она. — И знаешь, что самое мерзкое?

Она наклонила голову, почти изучающе.

— Я понимаю тебя.

Давление усилилось. Бонни застонала.

— Я знаю, что значит застрять с ним, — продолжила Софи. — Знать его страхи. Его одиночество. Видеть не только монстра.

Бонни широко раскрыла глаза.

— Ты... — она сглотнула. — Ты из-за Кая?

Это было ошибкой.

Магия рванула так резко, что стены вокруг задрожали.

— Не смей произносить его имя так, — прошипела Софи.

Она остановилась. На секунду. Будто внутри неё что-то треснуло.

И тогда правда вырвалась наружу.

— Потому что я уже не могу притворяться, — сказала она тише. — Чувства к нему неизбежны. Как болезнь. Как проклятие.

Она посмотрела Бонни прямо в глаза.

— А ты забираешь у меня моего Кая.

Тишина ударила сильнее магии.

— Твоего?.. — хрипло переспросила Бонни. — Софи, он не принадлежит..

— Никто никому не принадлежит, — резко оборвала та. — Но он выбирает.

Софи сжала пальцы. Бонни вскрикнула — боль прокатилась по телу, как электричество.

— Он думает о тебе, — продолжала Софи, голос дрожал. — Он хочет извиниться перед тобой. Перед тобой. А я? Я для него что — удобное молчание? Тело, которое можно сломать, а потом забыть?

— Он причинил нам обеим зло, — выдохнула Бонни. — И если ты думаешь, что..

— Я не думаю, — перебила Софи. — Я чувствую. И это хуже. – софи ухмыльнулась едкой, мерзкой, почти осязаемой злой улыбкой. Ее глаза сверкали яростью и болью, которую можно было почувствовать даже за тысячи километров. — я пережила больше чем вы знаете, ведьмочка. И поверь, я заставлю и тебя и кая пожалеть о том, что  вы такие милые.

На мгновение её хватка ослабла. Софи моргнула, словно только сейчас осознав, что делает.

Бонни закашлялась, но осталась прижатой к стене.

— Ты не он, — тихо сказала Бонни. — Не становись им.

Эти слова задели больнее, чем любое заклинание.

Софи резко опустила руку. Давление исчезло, и Бонни рухнула на пол, хватая воздух.

Софи отступила на шаг.

— Я уже стала, — прошептала она. — Просто ты первая, кто это увидел.

Она развернулась и ушла по коридору, не оглядываясь.

А Бонни осталась сидеть у стены, понимая страшную, простую вещь:
Кай Паркер был не единственным монстром, вернувшимся из тюремного мира.

Софи вошла в дом, даже не открывая дверь — шагнула сквозь защитный контур, тихо, как тень. Заклинание невидимости легло на неё плотно, привычно. Оно пульсировало под кожей, отзываясь на каждое учащённое биение сердца.

Внизу горел свет.

Она замерла на верхней ступени лестницы, когда услышала голос Дэймона.

— Да, я понял, — сказал он в телефон, устало, но мягче, чем обычно. — Бонни, притормози. Расскажи нормально.

Софи спустилась на несколько ступеней ниже, держась за перила. Она знала этот тон. Такой Дэймон бывал редко — когда действительно слушал.

— Она пришла ко мне, — голос Бонни доносился из динамика, напряжённый, срывающийся. — В колледже. Просто... прижала к стене. Магией, Дэймон. Я не могла даже пошевелиться.

Софи сжала челюсть.

— Софи? — переспросил Дэймон. — Чёрт.

— Она спрашивала про Кая, — продолжала Бонни. — Про него и... про чувства. А потом сказала, что я забираю у неё её Кая.

Пауза.

Софи почувствовала, как заклинание на мгновение дрогнуло.

— Ладно, — медленно сказал Дэймон. — Слушай. Я поговорю с ней. Обещаю.

Он перевёл взгляд в сторону — и Софи поняла, что он почувствовал что-то. Не её, но напряжение в доме.

— Сейчас главное — ты в порядке?

— Физически — да, — ответила Бонни. — А вот остальное...

В этот момент в комнате появился Кай.

Он остановился, услышав своё имя. Его лицо было спокойным — слишком спокойным. Он не улыбался. Просто слушал.

— Она была... зла, — говорила Бонни. — Не как обычно. Это было личное.

Кай медленно отвёл взгляд.

Софи наблюдала, как он разворачивается и молча направляется к двери. Без комментариев. Без привычной шутки. Просто уходит.

Что-то неприятно кольнуло внутри.

— Бонни, — быстро сказал Дэймон, заметив движение Кая. — Давай сменим тему, ладно? Я разберусь с этим.

Он посмотрел на дверь, за которой уже исчез Кай.

— Как ты вообще? — спросил он мягче. — После... девяносто четвёртого.

На том конце провода повисла короткая тишина.

— Иногда мне кажется, что я всё ещё там, — призналась Бонни. — Просыпаюсь и думаю, что снова услышу его шаги. Но вот с тобой там было весело.

— Зато теперь ты слышишь мой голос, — хмыкнул Дэймон. — Согласись, могло быть и хуже.

Бонни тихо усмехнулась.

— Ты невозможен.

— Знаю. Но ты скучала.

— Немного, — честно сказала она.

Софи почувствовала странное, почти болезненное ощущение — будто подслушивает что-то, на что не имеет права.

— Слушай, — продолжил Дэймон. — Ты должна знать: Кай больше не тот, кем был. Он слился с Люком. Это... повлияло.

— Я в курсе, — резко ответила Бонни. — И мне всё равно.

Дэймон вздохнул.

— Он хочет извиниться. По-настоящему.

— Нет, — сразу сказала она. — Я не хочу его видеть. Ни сейчас. Ни когда-либо.

Софи прикрыла глаза.

— Я не настаиваю, — сказал Дэймон после паузы. — Это твоё решение.

Он помолчал, затем добавил:

— Просто... будь осторожна. Со всеми нами.

— Ты тоже, — ответила Бонни. — И с Софи. Она... не в порядке, Дэймон.

— Я знаю, — тихо сказал он. — Удачи тебе, Бонни.

— И тебе.

Звонок оборвался.

В гостиной повисла тишина. Дэймон опустил телефон, потёр переносицу и выдохнул.

— Чёртова семейка, — пробормотал он.

Софи стояла в тени, невидимая, с ощущением, что дом стал слишком тесным. Кай ушёл. Бонни ненавидела. Дэймон собирался «поговорить».

А она... она впервые не была уверена, хочет ли, чтобы её вообще видели.

Кай не нашёл Софи.

Это раздражало сильнее, чем он ожидал.

Он проверил двор, кухню, гостевую спальню, даже чердак — будто она могла спрятаться там нарочно. Дом был слишком тихим, слишком пустым. Софи словно растворилась, и от этого внутри неприятно тянуло.

В итоге он вернулся в гостиную к Дэймону.

Софи стояла в двух шагах от него — невидимая, затаив дыхание.

— Ты её видел? — спросил Кай, стараясь звучать небрежно, но это плохо получалось.

— Нет, — ответил Дэймон, наливая себе бурбон. — И если честно, это, наверное, к лучшему.

Кай усмехнулся, но усмешка быстро сошла с лица.

— Я правда изменился, — сказал он неожиданно серьёзно. — Я знаю, как это звучит. Но после слияния... это как будто в голове стало шумно. Чужие мысли. Чужая вина.

Он провёл рукой по волосам.

— Я хочу прощения. Не формального. Настоящего.

Софи сжала кулаки. Магия под кожей дрогнула.

— Бонни не хочет со мной говорить, — продолжил Кай, и в голосе мелькнуло искреннее разочарование. — И мне жаль. Правда жаль.

Он замолчал — всего на секунду — и тут же сменил тон, будто ему стало неуютно задерживаться на этом.

— Но ладно. Есть кое-что поважнее. Я думаю, что знаю, где асцендент 1903 года.

Дэймон резко поднял голову.

— Говори.

Кай покачал головой, улыбаясь слишком широко.

— Не-а. Я покопался в архивах клана. Старые хранилища, забытые тайники. Я не уверен на сто процентов, но у меня есть догадка.

— Кай, — холодно сказал Дэймон.

— Я скажу, — спокойно ответил он. — После того как поговорю с Бонни.

Софи почувствовала, как внутри поднимается что-то горячее и разрушительное.

— Ты шантажируешь нас, — заметил Дэймон.

— Я торгуюсь, — пожал плечами Кай. — Это рост. Личностный.

Через несколько минут они уже выходили из дома. Дверь захлопнулась, и тишина накрыла Софи, как вода.

Она поднялась к себе в комнату.

Сначала — кровь. Все пакеты. Один за другим. Быстро, жадно, без вкуса. Потом — старый бурбон Сальваторе. Глоток за глотком, пока горло не начало жечь.

Отключить, мелькнула мысль.
Просто выключить всё это.

Она стояла посреди комнаты, бутылка в руке, и почти позволила себе это. Почти.

— Нет, — сказала она вслух, хрипло.

Софи поставила бутылку на пол и исчезла — снова под заклинанием невидимости.

_____________________________________

Бонни была напряжена с той самой секунды, как увидела Кая.

— Я не хочу этого разговора, — сказала она, скрестив руки. — Я уже всё сказала.

— Я знаю, — мягче обычного ответил Кай. — Но послушай..

— Нет, — перебила она. — Ты не имеешь права ставить условия.

Софи стояла у стены, невидимая, чувствуя, как дрожит воздух.

— Кай, — вмешался Дэймон. — Просто скажи, где асцендент.

— После, — упрямо повторил он. — Мне нужно, чтобы она хотя бы услышала меня.

Бонни сжала губы.

— Ты знаешь, что она сделала? — резко спросила она. — Софи. Она напала на меня. Магией. В колледже.

Кай моргнул.

— Что?

— Она прижала меня к стене, — продолжила Бонни. — Потому что... потому что решила, что я забираю тебя у неё.

В комнате повисла тишина.

Кай нервно усмехнулся.

— Окей, это... неожиданно, — сказал он. — Я поговорю с ней позже.

Он бросил взгляд в сторону лестницы, будто мог почувствовать её присутствие.

— Но сейчас мы говорим о нас, Бонни.

— Нет, — холодно сказала она. — Мы не говорим. Нет никаких нас.

Кай выдохнул.

— Мне жаль, — сказал он наконец. Без шутки. Без улыбки. — За девяносто четвёртый. За всё. Я не прошу забыть. Я просто... хотел, чтобы ты знала.

Бонни посмотрела на него — долго, тяжело.

— Слишком поздно, — сказала она и, развернувшись, ушла.

Кай остался стоять, явно озадаченный. Не злой. Не самодовольный. Потерянный.

Софи исчезла раньше, чем кто-то успел заметить её отсутствие.

_____________________________________

Дом встретил её тишиной и пустыми бутылками.

Она пила всё, что находила. Танцевала посреди гостиной под музыку, которую включила слишком громко. Смех вырывался сам — резкий, ненастоящий.

Она кружилась, спотыкаясь, разбрызгивая бурбон по полу, будто могла смыть им всё, что чувствовала.

— Всё хорошо, — повторяла она себе. — Всё просто отлично.

Но внутри было пусто.

И сколько бы она ни пила — до капли, до дна — это чувство никуда не уходило. Ей нужно убить кая, и бонни заодно.