The Taste of Obedience 🕯️

"Obedience tastes like blood and relief."
«Подчинение на вкус как кровь и облегчение.»

4 месяца?

Да, прошло 4 месяца. Что то случилось..Кай не искал ее, будто в этом мире появился кто то другой - что забрал ее место. Софи обучилась некоторым заклинаниям, набралась сил. Начала жить нормально. Крови у нее был огромный достаток. А жила она не далеко от мистик фолз, где оказывается они жили с каем.

Она ненавидела себя за грусть, что чувствовала без него. Он убил ее раз 100. Без жалости, без сожаления. Он убивал ее снова и снова. Истощал, заставлял плавиться изнутри. А когда все это закончилось - софи начала скучать.
_____________________________________

— к черту тебя, кай паркер, — софи тяжело вздохнула, подняла голову к небу и поехала туда - куда звал ее этот мир.

Портленд.

Почему? Потому что она знала что произошло там, она знала что кай - юный малакай паркер, убивший своих братьев и сестер. Она знала что он социопат, конченный психопат без чувства вины и жалости. Но ее тянуло к нему, и она это ненавидела.

Глаза не смыкались, она пила кровь без остановки, пока ехала на шикарной машине ее мечты. «Хоть где то она у меня будет» – улыбалась софи, скучая по своему дому.

Она готовила себе завтрак, обед, ужин. Занималась спортом, пересмотрела множество передач. Выучила некоторые заклинания, научилась вытягивать магию у других. Кай теперь тоже еретик, но и возможностей у него больше. Софи, несмотря на свою жажду встретиться с ним снова - взяла с собой импровизированные колья и шприцы с вербеной, главное, чтобы это не обернулось против нее.

Приехав в пункт назначения, она вышла из машины, громко закрыв дверь. Рядом стояла еще одна - синяя, потрепанная застывшим временем. За деревьями софи ничего не видела, но она знала что он там. Она знала что он слышал ее.

— эй, ты не вовремя..– поджал губы кай.

Он выглядел все так же, правда, одежда теперь была другой. Софи уже была сильной, наученной. Она не боялась паркера, не боялась очередной смерти...она боялась остаться без него. И она ненавидела себя за этот страх.

Софи пошатнулась, увидев странную картину:

Темнокожая девушка лежит на красивом газоне. Кай сидит на корточках прямо перед ней и выдавливает ее кровь из большой раны в животе. Около него уже стояла огромная куча сосудов, но он выжимал из нее все.

— и ты даже меня не искал.., – усмехнулась своим же мыслям софи. — я такая глупая, кай.

Холод здесь никогда не был по-настоящему холодом. Он был пустотой — той вязкой, давящей тишиной, которая цепляется за кожу, за мысли, за воспоминания. Мир 1994 года дышал застывшим воздухом, и Софи уже давно перестала понимать, сколько времени прошло с тех пор, как время вообще имело значение.

Кай Паркер все кще сидел на корточках перед телом бонни. Софи не знала кто она, но что то в ее груди заставило щелкнуть. Будто завелся какой то новый механизм, не похожий на остальные...ревность?.

На его губах играла знакомая, раздражающая полуулыбка — смесь насмешки и искреннего удовольствия. Перед ним, лежала Бонни Бэннет. Живая. Слабая. Её дыхание было неровным, а взгляд — затуманенным болью и яростью.

— Знаешь, — начал Кай лениво, будто рассказывал забавную историю, — люди всегда думают, что ад — это огонь. А вот нет. Ад — это одиночество. И повтор. Бесконечный, тошнотворный повтор.

Софи молчала. Она давно поняла: любое слово может быть либо оружием против неё, либо поводом для новой игры. А Кай обожал игры.

Он склонился к Бонни и осторожно, почти нежно, провёл пальцами по её руке. На его коже уже была кровь — тёмная, подсохшая. Не слишком много, но достаточно. Магия дрожала в воздухе, как натянутая струна. Сердце софи дрогнуло от ярости.

— Мне нужна её кровь, — продолжил он, не глядя на Софи. — Не потому, что я садист. Ну... не только поэтому. Это ключ. Единственный способ выбраться отсюда.

Софи сжала пальцы в кулак. Она знала это. Знала так же хорошо, как знала, сколько раз Кай убивал её здесь. Сотни. Иногда быстро, иногда мучительно медленно. Иногда с шутками. Иногда в полной тишине.

— Ты рассказывал ей? — тихо спросила она, кивая в сторону Бонни. — Про семью.

Кай усмехнулся и выпрямился.

— А вот это интересный вопрос. Нет, не рассказывал. Точнее..она сама немного узнала. – пожал плечами кай. — почему тебе интересно? Ты не боишься что я всажу тебе клинок в грудь?

Он посмотрел прямо на неё, и в его взгляде мелькнуло что-то опасно близкое к искренности.

— Я родился дефектным, — сказал он. — Без собственной магии. В клане Близнецов это всё равно что быть проклятым. Они называли меня ошибкой. Мои братья и сёстры... — он пожал плечами. — Они были идеальными. Любимыми. А я — лишним.

Софи почувствовала, как что-то внутри неё сжалось. Ей это было знакомо. Ее семья ненавидела ее по той же причине. Наверное, у нее с каем больше общего чем она думала.

— Они хотели, чтобы я просто исчез, — продолжал Кай. — Но я выжил. Учился воровать магию. Учился быть сильнее. И знаешь, что самое смешное?

Он наклонился вперёд.

— Когда я их убил, я впервые почувствовал себя свободным.

Тишина повисла между ними тяжёлым одеялом. Бонни слабо застонала, и Кай снова переключил внимание на неё, выдавливая ещё немного крови. Не резко — методично. Как человек, выполняющий неприятную, но необходимую работу.

Софи вздрогнула, когда он подошёл к ней. Его рука — всё ещё испачканная кровью — коснулась её щеки. Кожа обожглась холодом и липким ощущением. Она напряглась всем телом, но не отстранилась.

— Расслабься, — прошептал он. — Я же не причиняю тебе боль. Сейчас. Наверное, мне стоило бы извиниться за все что я делал с тобой. – хмыкнул кай. — почему ты все равно возвращаешься? Даже когда я дал тебе шанс.

Её разум кричал, требовал отступить, ударить, убежать. Но тело предавало. Всегда. Она помнила каждую смерть. Помнила, как он улыбался, когда она умоляла. Помнила, как ненавидела его. И помнила моменты между — редкие, почти незаметные, когда он был... другим.

Это и было самым страшным.

— Ты ненавидишь меня, — сказал Кай, словно читая её мысли. — Но ты всё равно рядом. Почему?

Софи не ответила. Потому что если бы она начала говорить, всё рухнуло бы. Потому что где-то глубоко внутри поселилось чувство, которое она боялась назвать. Привязанность. Зависимость. Извращённая потребность быть замеченной именно им.

Кай смотрел на неё внимательно, без обычной насмешки, он был слишком близко. Их губы были в совсем маленьком расстоянии, холодные, мертвые, но они так горели желанием. Кай тоже не мог забыть ту ночь, не мог позволить себе гореть в этом аду без нее. Он никогда и никому не позволит трогать ее, убивать. Кай - ее личный демон, мучитель, и никто другой не посмеет причинить ей боль.

— Ты сделала меня еретиком, — наконец сказал он. — Соединила магию и вампиризм. Дала мне то, чего у меня никогда не было. Выбор.

Он отступил на шаг, словно давая ей пространство.

— И за это я вытащу тебя отсюда. Обещаю. Это будет моим извинением за все что я сделал с тобой.  – слова были искренние, софи не могла поверить это после всего того, что он делал с ней...

Это слово — «обещаю» — прозвучало странно серьёзно. Софи подняла на него взгляд, пытаясь понять, врёт ли он. Но Кай уже отвернулся, заканчивая свое дело.

Кай взял ее за руку. Нежно, но с небольшоц силой, будто он боялся то что она убежит. Глаза ее раскрылись, когда кай произнес:

— я рад что ты была со мной, милая. – хмыкнул он. — пытать тебч было весело.

_____________________________________

Кай держал в руках асцендент. Его руки были необычайно теплыми, горели изнутри. Софи взглянула на него в последний раз. Пока они ехали, она уже мысленно попрощалась со своей машиной, со своим домом, со своей недопитой кровью в красивом бокале, который стоял на небольшой прикроватной тумбочке.

Вздохнув, она почувствовала как что то коснулось ее губ. Касание было невесомым, почти заметным. Раскрыв глаза, она увидела кая. Уже не того опасного мучителя, не своего демона и психопата. Она увидела в нем..себя. Она увидела себя когда убивала своих сестер. Они кричали: «мама! Мамочка! Софи не убивай нас!». Но софи ничего не чувствовала, ей было глубоко плевать на чувства тех, кого любили больше. Кай был таким же. Такие же проблемы, такие же поводы и причины, такая же душа...

Переход был резким. Воздух стал настоящим — холодным, живым. Они стояли у дороги. Небо было серым, а рядом — старая синяя машина с потёртой краской.

Кай бросил ключи и усмехнулся.

— Ну что, поехали?

Софи села на пассажирское сиденье. Дверь захлопнулась с глухим звуком, отрезая прошлое, которое, она знала, всё равно поедет с ними.

Машина тронулась. Дорога уходила вперёд, и впервые за долгое время Софи не знала, боится ли она больше остаться — или быть рядом с Каем Паркером на свободе.