Frozen in 1994 🕯️

"Time stopped, but pain kept moving."
«Время остановилось, но боль продолжала идти.»

Тюремный мир никогда не менялся.
Один и тот же день снова и снова, как сломанная пластинка, застрявшая между секундами. Софи поняла это не сразу — сначала она думала, что сходит с ума.

Дом, в котором она находилась со своим до чертиков красивым мучителем, дышал. Не метафорически — буквально. Стены скрипели, будто внутри них что-то медленно переворачивалось, растягивалось, сворачивалось обратно. Воздух был тёплым, липким, как перед грозой, которой никогда не будет.

Кай улыбался.

— Ты знаешь, что мне больше всего нравится? — говорил он легко, будто обсуждал погоду. — Ты даже не сопротивляешься. Это так... удобно. Но иногда может наскучить.

Софи не отвечала.
Она давно поняла: слова только продлевают.

Он подходил ближе — не касаясь. И этого было достаточно.
Её тело реагировало раньше, чем разум. Мышцы сжимались сами. Дыхание сбивалось. Она знала что будет дальше, знала что он снова ее убьет. И единственное что крутилось без остановки у нее в голове - почему? Почему он хочет ее убить? Почему он ее пытает? Почему он спокоен? Почему...почему софи больше не сопротивляется?

— ...милая, – тихо говорил кай.

И мир ломался.

Не было огня. Не было жара.
Но Софи вдруг знала — она горит. Ее вены выворачивало. Кости ломались. Откуда у него магия? Почему он может колдовать а софи лишена вампиризма?

Она больше не думала, лишь иногда вспоминала семью. Она вернула эмоции, точнее, он обрек ее на муки. Быть потрошителем - не лучшее что может случиться в жизни. Софи помнит день смерти своей семьи, помнит то как убила их всех...Помнит голубые глазки своей трехлетней сестры, помнит как откусила часть кожи на шее отца. Помнит как всадила охотничий нож своей второй сестре в ногу, а ведь ей было всего 12 лет...

Она помнит как третья сестра умоляла ее не убивать. Она кидала в софи огненные шары, кричала мама, умоляла о пощаде...но софи было плевать. Она без церемонно вцепилась ей в шею, выпив все до дна. Почему она убила их? Почему не убила мать?

К маме у нее была слабость...детская, невинная. Она любила свою маму, любила когда в очень редкие моменты мама гладила ее по голове, обрабатывала раны, полученные от отца. А почему убила остальных?

Они издевались над ней. Их семья - клан, убежище для ведьм. А софи родилась без способностей. Она никогда не притрагивалась к старинным книгам и артефактам, пока ее младшие сестры уже в 4 года умели колдовать. Ее глаза слезились каждый раз когда она получала ожоги от магии отца. Ее ненавидили. Она стала вампиром, когда попала в аварию и ее обратил какой то парень. Она уже его совсем не помнит, они больше никогда не виделись..но для семнадцатилетней софи вампиризм показался выходом, лучиком света в этой тьме. Она была новообращенной, убила сестер и отца почти сразу как зашла домой. Мать все видела, она знала, знала что дочь больше никогда не станет прежней. Мать увозила ее подальше от людей, часто пытала ее, издевалась. Она ненавидела ее за то что она сделала с ее семьей. А софи и вовсе никогда не была ей дочерью, хоть и выносила ее.

Жестоко? Да? Но она скучала...После возвращения эмоций она скучала по маме, по папе и сестрам, она винила себя за каждое убийство, которое совершала. Наверное, она это делала лишь для того чтобы бог помиловал ее...на самом деле ей было абсолютно плевать. И единственное, что она могла ощущать в этом гребаном мире - боль.

Это не боль, к которой можно привыкнуть. Это ощущение, будто само понятие «боль» переписали заново и вложили ей под кожу. Тело кричало сигналами, которых не существовало: «опасность», «исчезни», «прекрати быть». Она падала на пол, но не чувствовала удара. Пол был где-то далеко. Всё было далеко.

Кай наблюдал с интересом. Он наклонял голову, словно слушал музыку, которую слышал только он.

— Забавно, правда? — сказал он. — Твоё тело уверено, что умирает. А ты — нет.

Софи перестала плакать на двадцатый или двадцать пятый раз. Слёзы требовали сил. А силы кончились.

Он делал так, что её собственное тело становилось врагом. Оно сворачивалось внутрь себя, отказывалось слушаться, предавало. Иногда ей казалось, что она исчезает изнутри — не умирает, а стирается.

Когда всё заканчивалось, она лежала неподвижно, глядя в потолок.
Каю надоело убивать ее. Теперь он оставлял ее живой, а это - худшая пытка.

— До завтра, Софи, — говорил он весело. — Хотя... какое завтра?

_____________________________________

В тот день он ушёл слишком уверенным.

Тюремный мир дышал всё так же, но тишина была иной. Не угрожающей — пустой.
Софи сначала решила, что это ловушка. Она не двигалась долго. Очень долго.

Потом встала.

Ноги дрожали. Мир плыл. Она была слабой, человеческой, сломанной.
Но живой.

Дверь поддалась. Не сразу. С третьего раза.

Ночь снаружи была настоящей. Холодной. Неприветливой.
Она обожгла сильнее любой иллюзии — и Софи рассмеялась. Хрипло. Почти беззвучно.

Машина стояла у дороги, как будто ждала.
Она не думала. Думать было опасно.

Дом исчез позади.
А вместе с ним — день, который повторялся слишком долго.

Софи не знала, сколько она продержится.
Но впервые за бесконечное «всегда» у неё было потом.

Она приехала в ближайший город, совсем не зная его названия. Снизила скорость, включила радио...и о черт, она начала жить!

Найдя дом на окраине города она сразу забежала туда, она была слаба, но нашла еду в холодильнике. Наверное единственный плюс в этом мире это то, что еда никогда не испортится. Взяв шампанское и налив его в бокал софи начала танцевать. Ей казалось, будто кто то наблюдает. Пол скрепит от тяжелых шагов, а стены - шепчут ей беги. Но она не бежала.

Три дня прошли как в сказке: каждый день прекрасный ужин для себя. Алкоголь - сколько пожелаешь! Раны затянулись, синяки пропали, она снова могла спать столько, сколько захочет. Софи читала книги, танцевала под музыку, включала старые передачи по телевизору. Играла сама с собой в шахматы...и наконец то могла жить. Она знала что рано или поздно кай найдет ее, ведь это его мир. Она знала что он уже ищет, знала что он рядом. Но ее это не волновало. Она жила моментом.

Она радовалась каждой мелочи: будь это капля масла, попавшая ей на футболку или печенье в виде кая, которое она кромсала и позже съедала, создавая собственную месть этому падонку.

Но наверное..это скоро закончится, да?