31. Предложение.

Прошло ещё три месяца. 
Адель была уже на 14-й неделе — живот только-только начал округляться, но уже был заметен под свободными футболками. Тошнота прошла, настроение стало ровнее, а глаза светились так, как никогда раньше.

Пэйтон смотрел на неё каждое утро, как будто видел впервые. 
Он стал осторожнее — открывал двери, подкладывал подушку под спину, когда она сидела на диване, носил пакеты из магазина, даже если там была всего бутылка молока. 
Адель подшучивала:

— Ты меня сейчас в вату завернёшь.

Он отвечал серьёзно:

— Если надо — заверну. 
И ещё сверху пледом укрою.

Райли и Брайс стали частью этого нового ритма. 
Райли каждый день спускалась проверять, как сестра себя чувствует, приносила странные витамины «для волос и ногтей ребёнка», заставляла есть шпинат и запрещала кофе после обеда. 
Брайс молча делал всё, о чём просили: монтировал маленькие видео с утренними тренировками Адель (безопасными), снимал её живот в красивом свете, делал фото для семейного альбома, который они ещё не начали, но уже планировали.

Однажды вечером, в пятницу, Пэйтон сказал Райли и Брайсу:

— Завтра вечером — ужин у нас. 
Только мы четверо. 
Без гостей, без Джейдана, без сюрпризов. 
Просто поесть и поговорить.

Райли сразу заподозрила неладное.

— Ты что-то задумал.

Пэйтон улыбнулся — спокойно, но с лёгкой дрожью в уголках губ.

— Может быть.

### Суббота

Адель ничего не подозревала. 
Она весь день провела спокойно: работала удалённо, потом вздремнула, потом приняла душ и надела простое чёрное платье, которое красиво подчёркивало животик. 
Пэйтон готовил ужин — стейки, салат, запечённые овощи, её любимый десерт (тирамису без кофеина).

Райли и Брайс пришли ровно в семь. 
Райли сразу заметила, что стол накрыт слишком красиво: свечи, цветы, хорошее вино (для всех, кроме Адель — ей сок в красивом бокале).

— Ого, — протянула она. — Это что, годовщина?

Адель засмеялась.

— Нет. Просто Пэйтон решил устроить романтический вечер. 
С вами.

Брайс тихо улыбнулся.

— Мы не помешаем?

Пэйтон покачал головой.

— Вы нужны.

Ужин прошёл тепло и неспешно. 
Говорили обо всём: о том, как изменилась жизнь за последний год, о ребёнке (Адель уже знала пол — девочка, но пока держала в секрете даже от Райли), о планах на лето, о том, как Райли хочет устроить «детскую вечеринку» ещё до рождения.

После десерта Пэйтон встал. 
Адель посмотрела на него удивлённо — он редко вставал посреди ужина.

Он подошёл к ней, взял за руку и помог подняться.

— Адель.

Она встала, улыбаясь, но уже чувствуя, что что-то происходит.

Пэйтон опустился на одно колено.

В комнате мгновенно стало тихо.

Он достал из кармана маленькую бархатную коробочку. 
Открыл.

Внутри — тонкое белое золото, маленький бриллиант в форме капли, простой и очень чистый дизайн.

— Я долго думал, как это сделать. 
Хотел красиво, с видом на город, с цветами, с музыкой. 
Но потом понял — мне не нужна сцена. 
Мне нужна ты. 
И наша семья. 
И всё то, что мы уже построили вместе — через ненависть, через расстояние, через страх, через всё это.

Он посмотрел ей в глаза — без улыбки, очень серьёзно, но с такой любовью, что у Адель перехватило дыхание.

— Адель Арденсон. 
Я хочу провести с тобой всю жизнь. 
Хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро. 
Хочу ругаться из-за будильника и мириться в обнимку. 
Хочу держать твою руку, когда ты будешь рожать нашу дочь. 
Хочу стареть с тобой и смотреть, как она вырастет и приведёт к нам своего человека. 
Хочу, чтобы ты была моей женой. 
Не потому что «надо». 
А потому что без тебя я не я.

Адель уже плакала — тихо, красиво, не пряча слёз.

Пэйтон продолжал:

— Выходи за меня. 
Пожалуйста.

Адель кивнула — сначала медленно, потом быстро, потом засмеялась сквозь слёзы.

— Да. 
Да, конечно, да.

Он надел кольцо ей на палец — оно село идеально. 
Потом встал и поцеловал её — долго, нежно, под тихий всхлип Райли и одобрительный свист Брайса.

Райли вскочила, бросилась обнимать их обоих.

— Вы… вы… блин, я сейчас умру от счастья!

Брайс подошёл, обнял Пэйтона за плечи.

— Поздравляю, брат.

Пэйтон улыбнулся — впервые за вечер расслабленно, счастливо.

— Спасибо. 
За то, что вы с нами.

Они стояли вчетвером посреди гостиной — обнимаясь, смеясь, плача, целуясь в щёку.

А потом Райли вдруг сказала:

— Подождите. 
У меня идея.

Она достала телефон.

— Давайте прямо сейчас — фото. 
Первое официальное фото помолвленной Адель. 
И первой фотографии нашей семьи… с будущей малышкой внутри.

Адель засмеялась.

— Только без слёз на лице.

— Слёзы — это обязательно, — ответила Райли.

Брайс взял телефон.

Они встали в круг: Пэйтон обнимал Адель сзади, положив ладони на её живот, Райли прижалась к сестре сбоку, Брайс обнял Райли за талию.

Улыбки — настоящие, мокрые от слёз, но такие светлые.

Щелчок.

И в этот момент все четверо подумали одно и то же:

«Это навсегда.»

---

**Продолжение следует…**