10. Райли вмешивается

Райли никогда не была из тех, кто ждёт, пока ситуация «сама разрешится». 
Если она видела, что её сестра тонет в собственных мыслях и гордости — она брала весло и начинала грести за двоих.

Утро после того, как Адель увидела сообщение от Пэйтона, выдалось на удивление солнечным для этого города.

Адель сидела за кухонным столом, уставившись в телефон. 
Сообщение висело непрочитанным с той самой ночи:

«Я знаю про Райли. 
И я знаю, что ты не хочешь меня видеть. 
Но если ты хотя бы позволишь мне сказать это вживую — я приеду.»

Она не открывала его снова. 
Просто смотрела на аватарку и чувствовала, как внутри всё сжимается.

Райли вошла на кухню босиком, с растрёпанными волосами и кружкой кофе в руках. Один взгляд на сестру — и всё стало ясно.

— Ты до сих пор его не прочитала? — спросила она спокойно.

Адель вздрогнула.

— Я… думаю.

— Думаешь уже вторые сутки. 
Это уже не думаешь, это саботаж.

Адель отложила телефон экраном вниз.

— Райли, не начинай.

— Уже начала.

Райли села напротив, поставила свою кружку и забрала телефон Адель одним быстрым движением.

— Эй!

— Сиди. Молчи. Сейчас будет терапия от Райли Арденсон.

Она открыла чат. Прочитала сообщение. Подняла бровь.

— Ого. Он даже не пытается давить. Просто просит разрешения приехать и сказать в лицо. 
Это… неожиданно зрело для человека, который обычно сначала орёт, а потом думает.

Адель потянулась за телефоном, но Райли подняла руку выше.

— Нет. Ты сейчас не в том состоянии, чтобы отвечать. 
Ты либо напишешь «приезжай», либо «иди нахуй», либо вообще ничего. 
И все три варианта будут из эмоций, а не из головы.

— И что ты предлагаешь?

Райли улыбнулась — той самой улыбкой, от которой у всех вокруг начинали чесаться руки сделать что-нибудь безумное.

— Я предлагаю вариант номер четыре. 
Я вмешиваюсь.

— Райли, нет.

— Райли, да.

Она открыла клавиатуру и начала печатать.

Адель вскочила.

— Ты что творишь?!

— Пишу ему от твоего имени. 
Спокойно. Без соплей. Без истерик. Просто даю ему координаты и тайминг.

— Ты с ума сошла!

— Возможно. Но я хотя бы делаю что-то, вместо того чтобы сидеть и жрать себя заживо.

Райли быстро дописала:

«Это не Адель. Это Райли. 
Она пока не готова говорить. Но она не против, чтобы ты приехал. 
Приезжай в субботу к 19:00. Адрес скину сейчас. 
Если не приедешь — больше не пиши. 
Если приедешь и начнёшь давить — я лично выкину тебя с лестницы. 
Понял?»

Она нажала отправить до того, как Адель успела выхватить телефон.

Адель стояла с открытым ртом.

— Ты… только что…

— Да. Я только что дала ему зелёный свет. 
Но на моих условиях.

Телефон завибрировал почти мгновенно.

Пэйтон ответил одной фразой:

«Понял. 
Буду в субботу в 19:00. 
Спасибо, Райли.»

Райли показала экран сестре.

— Видишь? Он даже не начал спорить. 
Значит, он действительно хочет разобраться. А не просто вернуть контроль.

Адель медленно опустилась обратно на стул. 
Руки дрожали.

— А если я не готова?

— Тогда в субботу ты скажешь ему это в лицо. 
И он уедет. 
Или останется — если ты передумаешь. 
Но хотя бы это будет честно. А не эта ваша игра в молчанку и «кто первый сломается».

Райли положила телефон на стол. Уже от своего имени.

Адель смотрела на него, как на бомбу с часовым механизмом.

— Ты правда думаешь, что это хорошая идея?

— Я думаю, что хуже, чем сейчас, уже не будет. 
Вы оба ходите по кругу и мучаете себя. 
Пусть будет взрыв. 
Лучше один большой, чем тысяча маленьких порезов каждый день.

Адель молчала долго. 
Потом тихо сказала:

— Если он приедет… что мне ему сказать?

Райли пожала плечами.

— Правду. 
Какую бы страшную она ни была. 
Ты же не маленькая девочка. 
А он не дебил. 
Разберётесь.

Она встала, потянулась, допила кофе.

— А теперь иди собирайся. 
В субботу ты будешь выглядеть так, будто тебе вообще всё равно. 
Это лучшая броня.

Адель слабо улыбнулась — впервые за эти дни.

— Ты невыносимая.

— Знаю. 
Но без меня ты бы до сих пор сидела и ждала, пока он сам догадается прочитать твои мысли.

Райли подмигнула и вышла из кухни.

А Адель осталась сидеть, глядя на телефон.

Сообщение от Пэйтона всё ещё горело на экране.

И впервые за три недели она не почувствовала желания его удалить.

Она просто выдохнула.

И подумала:

«Ладно. 
Пусть приезжает.»

---

**Продолжение следует…**