Глава 20

Когда Чэнь Мо вернулся в общежитие, Сунь Ци и Тан Суйшань, которые на выходные уезжали домой, уже вернулись и разбирали вещи.

— Мо-гэ. — Сунь Ци, увидев его, достал из рюкзака прозрачную пластиковую банку и протянул ему с улыбкой. — Это грецкие орехи с нашего хозяйства. Я слышал в группе, что ты попал в больницу из-за гастрита. Орехи с карамелизированным сахаром полезны для желудка, мама специально велела передать. Не отказывайся.

Чэнь Мо на мгновение замер, а затем взял тяжёлую банку.

— ...Спасибо. И передай спасибо тёте.

— Да брось. — Сунь Ци махнул рукой и улыбнулся. — Благодаря тебе мне не пришлось делить комнату с Ли Жуем. Ты хороший человек. Мне повезло.

Чэнь Мо даже не знал, что на это ответить.

В этом смешанном общежитии он жил не так уж долго, но после того, как Ли Жуй съехал, в комнате стало гораздо чище и просторнее.

Сунь Ци был тем типом парней, которых часто запугивали.

После того, как его долго притесняли, он запомнил любую оказанную ему помощь и теперь стремился отплатить сторицей.

Чэнь Мо поставил банку на свой стол, затем обернулся и сказал:
— Скорее всего, мне придётся переехать.

— А??

Сунь Ци был ошеломлён, а даже молчаливый Тан Суйшань оторвался от своих дел и посмотрел на него.

— Почему? — озадаченно спросил Сунь Ци.

Тан Суйшань же сразу подумал о главном:
— Из-за того, что ты открыто признался, что гей?

— Гей? — Сунь Ци выглядел ещё более озадаченным.

Чэнь Мо устало потер лоб.

Теперь он окончательно поверил в слова Лао Гоу: эта новость неизбежно разлетится по всей школе.

Но, заметив, что в их взглядах было лишь удивление, без какого-либо осуждения, он просто пояснил:
— Не то чтобы переезжаю совсем, просто меняю общежитие. В экспериментальном классе освободилось место.

— А... — Сунь Ци явно расстроился. — Обязательно переезжать?

Чэнь Мо и сам хотел бы спросить, обязательно ли это.

Особенно, когда он смотрел на все те вещи, что были разбросаны на его столе: недомытая пара обуви на подоконнике, одежда, которую он не успел постирать перед уходом вчера...

Он достал телефон, сделал пару снимков и отправил в чат человеку, с которым недавно добавился в контакты.

Молчание - не золото, а твой батя: [фото]
Молчание - не золото, а твой батя: [фото]
Молчание - не золото, а твой батя: [Ты знаешь, что самое жестокое для человека, который ненавидит убираться? Это переезд.]

Ответ пришёл через пять минут.

XSY: [Не говори, что ты ещё даже не начал собираться.]
XSY: [фото]
XSY: [Что это за штука в углу на твоей фотке?]

Чэнь Мо тут же ответил.

Молчание - не золото, а твой батя: [У тебя зрение плохое, это ничто.]

XSY: [ В 413-й запрещено курить.]
XSY: [Лучше, чтобы я ни разу этого не видел.]

Чэнь Мо хмыкнул, но больше ничего не написал.

Он начал курить ещё в четырнадцать лет.

Его первой сигаретой была Hongtashan за десять юаней. В тот же день он впервые так сильно избил Чэнь Цзяньли, что тот не мог подняться.

Когда он подобрал ту пачку с земли, достал одну и вставил в рот, рука у него дрожала. Вкус был резкий, горький, обжигающий, он закашлялся, но с того момента впервые почувствовал, что контролирует свою жизнь.

Это чувство затягивало.

За все эти годы он перепробовал бесчисленное количество дорогих сигарет, но всё равно оставался привязанным к резкому запаху дешёвого табака.

Сейчас, конечно, всё изменилось.

Он начал сознательно себя ограничивать. Си Сы Янь увидел у него на столе пачку — ту самую, что он купил в интернет-кафе и даже не успел докурить до половины. Для него, того, кто в прошлом не мог обходиться без сигарет, это уже было немыслимо.

Но деваться некуда.

С таким дырявым желудком он не мог позволить себе курить в прежних количествах. Полностью бросить — было лишь вопросом времени.

На сборы ушёл почти час.

До полудня он добрался до 413-й комнаты.

Как только открыл дверь, увидел перед собой полуголого парня.

— Извиняй. — Он машинально хотел закрыть дверь обратно.

— Да ладно, заходи. — Ци Линь был в одних шортах, натянутых едва ли не на бёдрах, и небрежно вытирал мокрые волосы. — Лао Си с утра сказал, что ты переезжаешь. Тащи свои вещи.

Чэнь Мо, присмотревшись, узнал его и вошёл.

— Ты один?

— Ага, все разошлись.

Комната оказалась лучше, чем он ожидал.

Шесть кроватей, из которых заняты были только четыре. Парни не были особо требовательны к комфорту, так что свободного места оказалось много.

Чэнь Мо посмотрел на две соседние кровати и спросил:
— Куда мне?

— Выбирай любую. — Ци Линь лениво пожал плечами. — Эти места изначально были за Лао Си и Ян Шу Ле. Но они никогда тут не жили. Лао Си иногда забегает после тренировок, чтобы принять душ. Ян Шу Ле...

Он сделал паузу, а потом добавил:
— В общем, он сюда больше не вернётся. Так что бери, какую хочешь. Кстати, Лао Си позже придёт, ему надо домой за вещами.

Чэнь Мо выбрал кровать у балкона.

Он уже было решил, что Си Сы Янь всё равно здесь не будет ночевать, но, услышав последние слова, замер с чемоданом в руках.

— Он тоже будет тут жить?

— А ты как думал? — Ци Линь усмехнулся. — Ты серьёзно думал, что просто поселишься в этой «комнате для гениев» и твои оценки внезапно взлетят? Раз уж Лао Си пообещал Лай-лаоши, то тебе лучше приготовиться.

— К чему?

— Его методы преподавания... скажем так, слегка... жестокие?

Чэнь Мо не стал придавать этому значения.

Какими бы жестокими они ни были, учиться предстояло ему, а уж каким будет результат — это вопрос.

Он неспешно разобрал вещи.

К тому времени, как закончил, было уже за полдень, и он с Ци Линем отправился в столовую.

На выходе столкнулись с двумя высокими парнями — Цзянь Сюй и Бай Чэном.

Чэнь Мо знал их — они часто играли в баскетбол вместе с Си Сы Янем.

Поздоровавшись, они ушли первыми.

— Все они вполне нормальные, — сказал Ци Линь, спускаясь по лестнице. — Остался только тот, кого ты ещё не видел. Сюэ Пин. Помнишь его?

Чэнь Мо задумался.

— В правом ряду, пятый от конца?

— О, хорошая память.

Но Чэнь Мо не воспринял это как комплимент.

В прошлом он знал очень мало людей, а после выпуска почти никого не помнил.

Сейчас, спустя столько лет, если бы он до сих пор не мог запомнить лица, то это уже было бы проблемой с интеллектом.

Ци Линь продолжил:
— Сюэ Пин, в принципе, нормальный, но... знаешь, в любой школе всегда есть вечный номер два, тот, кто всю жизнь пытается догнать первого.

— И вот не повезло, что этим вечным вторым оказался он.

— Мне кажется, он уже одержим этим. Никогда ни с кем не общается, всё время бормочет что-то себе под нос, его единственная цель в жизни — обогнать Лао Си.

— Этот его статус второго в рейтинге уже сделался каким-то фантомным. Но ты всё же его заметил.

Чэнь Мо задумался.

Наверное, в глазах окружающих он сам в прошлой жизни был таким же, как Сюэ Пин.

А может, даже хуже.

Ведь он даже не был вторым.

Самое обсуждаемое в нём было вовсе не его оценки, а его ошибочная подмена при рождении.

Он был так погружён в себя, что мир вокруг не существовал.

Теперь, когда Чэнь Мо вспоминал прошлое, он почти не мог вспомнить деталей.

Он не помнил, как менялись времена года у дерева перед учебным корпусом. Не помнил, как жара сменялась холодом на школьном стадионе. И точно не помнил, чтобы столовая Первой средней когда-либо была настолько забита.

— Вы что, еды в жизни не видели?! — Ци Линь, которого уже третий раз кто-то наступил на ногу, не выдержал и выругался.

Чэнь Мо, стоявший перед ним, сделал шаг вперёд, решив дистанцироваться от этого ходячего источника внимания.

Но Ци Линь, будто не замечая, облокотился на его плечо и продолжил возмущаться:
— Очередь же есть! Чего вы все так прёте?!

Чэнь Мо бросил взгляд через плечо:
— Ты не замечаешь, что все смотрят на нас?

— Ну и пусть смотрят.

Чэнь Мо не стал с ним спорить.

Но, стоило ему услышать, как в соседней очереди две девушки возбуждённо шепчутся:
— Это тот самый Чэнь Мо, который во втором классе старшей школы? В жизни он ещё красивее, чем на фото! А рядом с ним его парень?.. Боже, я сейчас с ума сойду, это впервые, когда я вижу реального гея вживую!

Чэнь Мо: «...»

Он хотел сказать «Спасибо, но не надо», но в итоге просто взял несколько простых блюд и ушёл в самый незаметный угол.

Но долго одиночество не продлилось — вскоре к нему подсел Ци Линь.

Чэнь Мо, увидев, что тот поставил перед собой поднос с едой, удивлённо спросил:
— Разве ты не ушёл?

— Вернулся. — Си Сы Янь спокойно посмотрел на него, одновременно разламывая одноразовые палочки.

Он был в той же одежде, что и с утра, когда они возвращались с горы, но теперь рукава закатаны до локтей, а верхняя пуговица рубашки расстёгнута.

Стоило ему сесть, как присутствие Ци Линя рядом сразу потеряло всякое значение.

Чэнь Мо не стал комментировать и просто продолжил есть. Еда в столовой Первой средней была вполне сносной.

Но ему предписали соблюдать диету, так что он взял лишь яичницу с помидорами, тушёную брокколи и морковь с мясом.

Без сильных специй. Без вкуса. И всё это он терпеть не мог.

Рядом с ним Ци Линь что-то печатал на телефоне.

А потом внезапно ласковым голосом отправил аудиосообщение:
— Крошка, я кушаю~

Чэнь Мо, держа во рту кусок брокколи, приподнял бровь:
— Влюбился?

Ци Линь поднял голову, ухмыльнулся:
— Не говори никому. Пока ещё не признался.

Чэнь Мо невольно передёрнулся.

С каких пор этот человек начал так себя вести?

— Ты... — Он хотел что-то сказать, но передумал, просто взял стакан с супом.

А Ци Линь вдруг поднёс телефон и всунул в лицо фото:
— Как тебе? Красотка, да? Мы познакомились в сети, общаемся уже месяц.

Чэнь Мо глотнул супа... и тут же подавился.

— Девушка?! — он закашлялся.

Ци Линь удивлён:

— А ты чего так потрясён? Будто я как ты. Я не интересуюсь парнями.

Чэнь Мо даже не знал, с какого конца начать его разносить.

Он с сомнением посмотрел на Си Сы Яня... и тот, похоже, искренне наслаждался этим зрелищем.

А потом просто протянул ему салфетку.

— Вытрись.

— Спасибо.

Чэнь Мо взял салфетку, промокнул губы...

— Кстати, это был мой суп.

Он машинально кивнул... а потом его взгляд опустился на оставшийся в миске кусок нори.

Тот, казалось, с презрением плавал в бульоне.

Чэнь Мо: «...Прости.»

После двух секунд раздумий:
— Хочешь, я сбегаю и налью тебе новый?

— Не нужно. — Си Сы Янь отложил салфетку и облокотился на спинку стула. Он кивнул на его поднос:
— Ты кот? Почему так мало ешь?

Ци Линь тут же поддакнул:
— Да-да, у тебя совсем небольшой аппетит. А тут ещё это...

— Это?

Ци Линь ткнул пальцем в Си Сы Яня:
— В прошлый раз Сунь Сяоя завалила физику, пришла к нему за помощью, за неделю похудела на восемь килограммов! После этого она поклялась, что больше никогда не будет садиться на диету.

Чэнь Мо посмотрел на человека, сидящего напротив, и с подозрением произнёс:
— Атака физикой?

Ци Линь расхохотался:
— Это был самый ледяной каламбур, что я слышал.

После обеда они вернулись в общежитие.

К тому моменту вещи Си Сы Яня уже были на месте. Один чемодан, чёрная спортивная сумка. Даже постель уже была заправлена.

Тёмно-синее шёлковое покрывало без единого залома. Чистый перфекционизм.

На столе у него стоял планшет. И не только у него — у нескольких человек в комнате.

В других общежитиях такое было немыслимо. Но что ещё удивительного в комнате, которая специально выделена для гениев?

День прошёл спокойно. До вечера.

Когда наконец вернулся их таинственный сокурсник — Сюэ Пин.

Он носил очки, лицо было обычным, волосы чуть длинноваты. Между прядей проглядывали несколько белых волосков.

Всё в точности соответствовало образу заучки, который до глубины души погружён в учёбу.

Чэнь Мо, как новичок, при его появлении откинулся на спинках передних ножек стула и лениво поднял руку в приветствии:
— Привет. Я Чэнь Мо.

Сюэ Пин бросил на него взгляд... и ничего не сказал. Просто поправил очки и сел за свой стол.

Его кровать была напротив Чэнь Мо. Под ней громоздилась гора книг и стопок с тестами. Резко контрастировало с остальными жильцами, которые были более расслабленными.

Чэнь Мо лишь слегка приподнял бровь, не особо впечатлённый.

Зато Си Сы Янь, который всё это время лениво прислонялся к его шкафу, вдруг постучал костяшками пальцев по столу и нахмурился:
— Не отвлекайся.

Рука Сюэ Пина, держащая книгу, замерла.

Он обернулся, и в его взгляде читалось недоумение: почему Си Сы Янь обращается к этому новенькому?

Си Сы Янь не дал ему долго размышлять. Он жестом указал на книги:
— Вся ключевая информация, которую тебе нужно запомнить, уже здесь. Освой. Потом проверю тестом. Каждые три дня — новый этап. Заполню твои пробелы. Есть вопросы?

Чэнь Мо перелистал перед собой учебники.

От общих предметов до мелких заголовков в каждой главе — всё было хаотично обведено красной ручкой.

Встречались и отдельные выделенные слова, написанные размашистым, уверенным почерком.

Как и сам их автор.

Чэнь Мо закрыл книгу, посмотрел на Си Сы Яня и кивнул:
— Есть вопрос.

— Говори.

Чэнь Мо покрутил ручку в пальцах, а когда та с глухим стуком упала на стол, спросил:
— Какой у тебя был самый слабый ученик?

Си Сы Янь приподнял бровь.

Чэнь Мо был предельно искреннен:
— Я просто переживаю, что ты не справишься с разницей в уровнях.

— Приведи пример.

— Хм... — Чэнь Мо задумался, а затем спокойно пояснил:
— Если сравнить нас с тобой, то это как... «Ошибка. Ваша система не поддерживает данную функцию».

В комнате раздались громкие смешки. Те, кто весь вечер наблюдал за их разговором, тоже встряли:
— Эй, не сдавайся раньше времени, Чэнь Мо!

— Да-да, многие мечтают о гении-учителе, который всегда будет рядом!

— Это судьба! Высшие силы возложили на тебя великую миссию — запретить телефон, отключить интернет, прощай лентяй, здравствуй гений!

Чэнь Мо почувствовал себя стоящим на сцене с дипломом за выдающееся выступление в народном театре.

Сквозь общий шум раздалось едва слышное презрительное фырканье. Исходило оно от другого отличника.

Вечного второго. Сюэ Пин.

Его глаза, скрытые за линзами очков, холодно сверкнули. Он поправил очки, а затем, ледяным голосом, метнул колкость:

— Тратить время на такого человека... Ты серьёзно думаешь, что после этого сможешь занять первое место на ноябрьском сборе по физике?

Чэнь Мо немного задумался. А потом осознал, что эти слова адресованы не ему. А Си Сы Яню.

И уже приготовился к ещё одной физической атаке. Ну, например, что-нибудь вроде «Ты? Серьёзно?».

Но над его головой раздался ленивый голос:

— Всё равно время тратится, так что хочешь первое место — забирай.

Сюэ Пин резко распахнул глаза. Кажется, он был оскорблён до глубины души.

Он ткнул пальцем в Чэнь Мо:
— Из-за него?!

— Братан. — Чэнь Мо повернулся к нему со спокойнейшим выражением лица, — Не преувеличивай. Ты так говоришь, будто я какая-то роковая женщина, способная разрушить целую империю. Даже мне неловко.