33

Я метался туда-сюда.

Я мог лишь вышагивать вперед и назад перед дверью, и, казалось, прошли часы. Я не знал, что скажу или как это сделаю, но это нужно было сделать.

Я никогда не делал ничего такого. Обычно другие бросали меня - причиняли мне такую боль, от которой, мне казалось, я не смогу оправиться. Я не хотел делать этого с Грейс. Я не думал, что буду тем, кто расстанется с ней. Я приготовился к тому, что мое сердце будет разбито, но я никогда не предполагал, что мы поменяемся местами.

Поэтому когда Грейс позвонила в дверной звонок точно в 17:07, мои пальцы были отвратительного красного цвета, и я уже, наверное, вытоптал дырку в деревянном полу.

- Привет, - сказал я, когда она зашла внутрь.

Ее фирменная улыбка осветила комнату, и я ощутил внезапную острую боль в сердце, когда подумал, как она будет выглядеть без нее.

- Хей, детка, - сказала она, потом крепко обняла меня.

Отстранившись, она снова медленно приблизилась ко мне. Я отвернулся, когда между нашими губами были лишь сантиметры. Я почти отказался ото всей этой затеи, когда увидел растерянное выражение ее лица, но было несправедливо по отношению к ней продолжать эти отношения.

- Мне нужно поговорить с тобой, - тихо произнес я, переводя взгляд на пол.

Она вздохнула.

- Ладно, - ответила она, однако я едва смог ее расслышать.

Так мы и стояли там, я смотрел на пол, а она - куда угодно, только не на меня. На секунду я поднял взгляд и увидел, как она быстро моргала, ее глаза становились краснее с каждой секундой.

Я снова опустил взгляд, мое дыхание участилось.

Я заставил ее плакать. Какой же я больной кусок дерьма? Что если она уйдет и убьет себя? Я буквально только что убил кого-то

- Ядумаюнамнужнорасстаться, - сказал я ей, предложение вышло одним длинным словом, и я засунул мои горящие руки в карманы.

Прошла секунда. Одна очень длинная, неловкая, очень неуютная секунда. Наконец она заговорила:

- Почему, Элай? Я думала, все хорошо. Я сделала что-то не так? - спросила она, ее голос звучал выше, чем обычно.

Я покачал головой.

- Нет! Нет, Грейс, это не из-за тебя. Это моя вина. Я просто...

- Ты изменяешь мне?

Трясущейся рукой я провел сквозь мои спутанные кудри.

- Не совсем... нет.

Она грустно фыркнула.

- Не совсем? Что это вообще значит, Элай?

- Я-я-я... - начал я, но остановился, когда ощутил, что задыхаюсь. Я чувствовал, как паническая атака медленно формировалась как торнадо, несмотря на все мои попытки остановить это. Каждый звук в комнате стал более громким и раздражающим, заставляя меня поморщиться, когда что-то смещалось. Часы тикали снова и снова, никогда не останавливаясь, или оглушающий гул телевизора, который бы прекратился только если бы я сорвал экран со стены. Тихие всхлипы Грейс неожиданно стали самыми громкими в комнате, и мне стало совсем плохо. Мои руки вылетели из моих карманов и тут же закрыли уши в попытке заглушить непрекращающиеся звуки и петли чисел, которые сталкивались у меня в голове, но я остановил себя. Грейс нахмурившись смотрела на меня прищуренными глазами, когда я запихнул руки обратно в карманы.

Мне не нужно было давать себе царапать мои руки до крови. Мне нужен был Адам. Мне нужно было, чтобы он поставил какую-нибудь успокаивающую музыку и пел неправильные слова, а я бы положил голову ему на грудь и дал бы себе утонуть в его руках. Я больше не сомневался. Я больше не думал, нравится ли мне Адам или Грейс, или в какой там глупый подростковый любовный треугольник я вляпался. Я был на 100% уверен, чего я хотел.

Но у меня не было того, что я хотел.

Я открыл глаза и увидел Грейс, которая тоже смотрела на меня, ее глаза метались по моему лицу, точно она искала ответ. Мой желудок перекувырнулся, но я старался дышать ровно и держать руки в карманах.

- Слушай, - тихо начал я, - ты мне дорога. Очень. Но, как ты уже поняла, я не очень стабильный. Я точно не знаю, кто я или чего я хочу, но я пытаюсь понять это. И я не хочу, но все равно причиняю другим боль в процессе. Я не хочу причинять тебе боль, Грейс. Я не хочу, чтобы на протяжении этих отношений тебе казалось, что я где-то не здесь.

Она подняла бровь, и я осознал, что не очень хорошо справлялся.

- Я думаю о том, что мы могли бы делать вместе. Ходить на свидание, целоваться и делать все те милые глупости, которые делают парочки. И это очень приятно, правда. Но затем я думаю о том, что я бы мог делать все это с кем-то другим. С кем-то как...

- Как Адам, - закончила за меня она таким тихим голосом, что я с трудом расслышал ее.

Я замялся, воздух застрял у меня в горле, не давая мне говорить.

- Да. Как Адам, - наконец ответил я.

Она рассмеялась, но это не было ее обычное хихиканье, которое раньше заставляло меня улыбаться. Этот смех был грустным, в нем сквозило неверие и ее разбитое сердце.

- Как же я знала? Как я знала это с самого начала? - спросила она себя.

Я поморщился, когда слеза наконец вырвалась и покатилась по ее щеке. Я хотел было мягко стереть ее, но она оттолкнула мою руку от своего лица до того, как я смог прикоснуться к ней.

- Нет, - гневно крикнула она, - оставь меня.

- Грейс, м-мне...

- Я тебе вообще нравилась? Или ты использовал меня, чтобы никто не думал, что ты гей? - спросила она. Сначала мне казалось, что это какая-то злая шутка, точно она хотела, чтобы я почувствовал себя плохо из-за этого, но когда я посмотрел в ее красные распухшие глаза, я осознал, что это был искренний вопрос.

- Нет, Грейс. Конечно нет. Ты мне правда нравилась, я клянусь. Когда ты впервые заговорила со мной, я едва мог дышать. Я подумал, то ты была красивой. Я не знал, как разговаривать с незнакомцами и не психовать, но я заставил себя поговорить с тобой. Ты мне очень понравилась. Честно.

- Нравилась, - выплюнула она.

Я не ответил. Я просто смотрел в пол.

- Как долго?

- Что?

- Как долго ты знал, что ты гей?

- Боже, Грейс, я не гей! Ты нравилась мне, правда.

- Да, но тебе также нравился Адам, - сказала она, выговаривая его имя так, будто оно было противным на вкус. - Как я могу верить, что я тебе нравилась? Когда ты понял, что он тебе нравится?

Я прикусил губу и обвел взглядом комнату, смотря куда угодно, только не на нее.

- Элай, - потребовала она.

- Не знаю, незадолго до зимних каникул, наверное.

Ее глаза расширились, и я понял, что это, скорее всего, был неправильный ответ.

- Тебе нравился парень с ноября, но ты ничего не рассказал мне? Прошло два месяца!

- Это был просто глупый краш в начале, - настоял я, - я думал, что это просто пройдет. Ошибка в большом плане вещей.

- Ты гребаный гей, Элай, - сказала она мне.

- Нет, я не гей! Почему ты все повторяешь это? - прокричал я, засовывая руки глубже в карманы и оборачивая ткань вокруг моих пальцев, чтобы они не двигались. Я заставил себя сделать несколько глубоких вдохов, успокоиться, и потом выдохнуть. Я больше не хотел причинять себе боль. Я начал с начала, на этот раз спокойнее: - Ты мне очень долго нравилась, клянусь. Когда я впервые увидел тебя... Я почувствовал себя странно. В хорошем смысле странно. До этого мне никогда никто не нравился. То есть, уверен, что кто-то нравился, я просто не осознавал этого, но я был уверен, что ты мне нравилась, Грейс. Я никогда раньше не был настолько уверен.

Она упала на диван и спрятала лицо в ладонях, ее худые плечи чуть тряслись, пока слезы струились по ее щекам. Из-за чувства вины мой желудок становился все тяжелее и тяжелее с каждой секундой, но я знал, что мне будет только хуже, если я не закончу это.

- Это было не только из-за Адама, - сказал я ей так мягко, как мог. Она приподняла голову и посмотрела на меня со злобой в глазах, но я притворился, что не заметил этого. - Я не хочу, чтобы ты думала, что я делаю это лишь потому, что я запутался или не могу принять решение, потому что я знаю, чего хочу.

Я знаю, чего хочу. Точно знаю. Я точно знаю, чего хочу

- Я не могу доверять тебе, Грейс. Ты солгала мне, чтобы я перестал проводить время с ним, а затем я открыл тебе секрет, который ты потом использовала против меня. Я не могу быть с кем-то, кто совершает такие поступки, - объяснил я.

Она покачала головой.

- Нет. Это не моя вина. Ты не можешь просто...

- У нас просто больше ничего не получится, - сказал я ей, прерывая обвинения, которые она очевидно собиралась возложить на меня. - Мне жаль. Правда жаль. И мне бы хотелось и дальше общаться с тобой.

Грейс провела наманикюренным пальцем под глазом, стирая слезы, глубоко вздохнула и встала с дивана.

- Не знаю, смогу ли я. "Давай будем просто друзьями" никогда не срабатывало со мной.

- Я понимаю. Извини.

- Ладно, - пробормотала она, направляясь к двери. Я в спешке открыл ее для Грейс, и она вышла, бросая на меня последний наполненный болью взгляд, потом она перебросила свои длинные косички через плечо и прошла к машине.

Я не мог описать, что я почувствовал, когда ее машина уехала. Я был сложной смесью из вины, облегчения и страха, и не знал, куда двигаться дальше. Казалось, будто огромная гора упала с моих плеч, но ее место сразу же заняла другая.

И хотя Грейс занимала все мои мысли, я не смог сдержать улыбку, потому что я знал, чего хочу.

На этот раз уверен в этом.