ГЛАВА 5: ТЕНЬ ТАЙНОГО СУДА И ПЕЧАТЬ СЕВЕРНЫХ СТЕПЕЙ

ГЛАВА 5: ТЕНЬ ТАЙНОГО СУДА И ПЕЧАТЬ СЕВЕРНЫХ СТЕПЕЙ
Снежная буря, закружившая над столицей Лиан к полуночи, завывала в резных карнизах резиденции, словно раненый зверь.
В личных покоях Шэнь Чжао витал густой, тяжелый аромат сушеной полыни и измельченного драконьего корня. Бронзовая жаровня в углу отдавала слабым, багровым теплом, отбрасывая длинные, хищные тени на вывешенные по стенам карты империи.
Шэнь Чжао сидел за низким столом, одетый лишь в тонкое, открывающее шею спальное ханьфу. Его лицо все еще оставалось бледным, но дыхание выровнялось - яд, смешанный с вином на пиру у Принца Ли, благодаря своевременному вмешательству Сяо Жаня, не успел проникнуть глубоко в кровь.
Перед Наставником лежали три бамбуковые дощечки с секретными донесениями, скрепленными черным воском.
- Ваша Милость... - тихо раздался голос из темноты угла. Из тени выскользнула фигура в тёмно-сером плаще. Это был Цзинь Лин, личный теневой связной Советника. - Посланник с Северных Врат прибыл час назад. Принц Ли действительно начал тайные переговоры с кланами кочевников. Он обещает им свободный проход через перевал в обмен на их атаку на гарнизон князя Сяо.
Шэнь Чжао даже не поднял головы от дощечек. Пальцы его правой руки сжимали тонкую кисть, выводя на рисовой бумаге иероглифы.
- Принц Ли торопится, - ровным, ледяным тоном произнес Шэнь Чжао. - Он понимает, что Императору осталось жить не больше двух лун. Если Сяо Жань останется в столице в качестве заложника, а его отец будет скован войной на Севере, у Принца не останется соперников в борьбе за трон.
- Но если кочевники прорвут перевал, пострадают сотни тысяч мирных жителей! - прошептал связной. - Почему мы не доложим Императору?
- Пожилой Император видит только то, что хочет видеть, - Шэнь Чжао опустил кисть на каменную подставку. В его глазах вспыхнул опасный, глубокий свет. - Если я скажу ему сейчас, он обвинит в заговоре сам Север. И тогда Сяо Жаня казнят прямо на площади перед Судом.
В этот момент за тяжелыми шторами, закрывавшими балкон, раздался легкий шорох, за которым последовал глухой стук сапог о деревянный настил.
Связной мгновенно положил руку на рукоять короткого клинка, но Шэнь Чжао лишь слегка поднял ладонь, останавливая его.
- Уйди, Цзинь Лин, - тихо скомандовал Советник.
Тень мгновенно растворилась в глухой стене покоев.
Стеклянная дверь балкона отворилась, впустив в теплую комнату клубы морозного пара, снежные хлопья и высокую, массивную фигуру. Сяо Жань перешагнул порог, небрежно стряхивая снег с тяжелого волчьего меха на плечах. На нем не было парадных одежд - лишь простой темно-зеленый кафтан, обтягивающий широкую грудь, и высокие кожаные сапоги.
- Ты даже не дернулся, Учитель, - Сяо Жань закрыл за собой дверь и повернул засов. В его темных глазах плясали дерзкие, насмешливые огоньки. - А если бы это был очередной убийца Принца Ли?
- Убийцы Принца Ли не пользуются балконом, который выходит на обрыв, - Шэнь Чжао медленно сложил рисовую бумагу и накрыл ее тяжелым нефритом. - И они не пахнут замерзшей мятной травой за три шага до входа. Зачем ты пришел, Сяо Жань?
Сяо Жань не торопился с ответом. Он медленно прошёл через комнату, бесцеремонно сел прямо на пол напротив стола Шэнь Чжао, скрестив длинные ноги, и оперся локтями о свои колени. Его взгляд скользнул по бледной, открытой шее Наставника, по темным волосам, рассыпавшимся по белым плечам без привычной нефритовой шпильки.
Без парадных одежд и официальной гордости Шэнь Чжао казался удивительно хрупким. Но Сяо Жань слишком хорошо знал: эта хрупкость - лишь иллюзия, скрывающая стальной клинок.
- Я пришел забрать то, что принадлежит моему дому, - тихо выдохнул Сяо Жань.
Он протянул руку и бросил на стол перед Шэнь Чжао небольшой предметом, завернутый в грубую ткань. Ткань развернулась, и на светлый бамбук выпал тяжелый бронзовый жетон с изображение скалящейся волчьей головы.
Шэнь Чжао прищурился. Это была печать Командующего Авангардом Северной Армии.
- Где ты это взял? - тон Шэнь Чжао мгновенно стал сухим и строгим. - Этот жетон должен быть у твоего старшего брата на границе.
- Принц Ли уже отправил на Север своих гонцов, - Сяо Жань наклонился ближе, его широкие плечи перекрыли свет от жаровни, погружая лицо Шэнь Чжао в тень. - Они везут фальшивый указ Императора о смене командующего. Мой брат - слишком честный и верный дурак. Он подчинится указу и сложит оружие, а потом кочевники просто перережут ему горло во сне.
Шэнь Чжао молчал несколько секунд. Его тонкие пальцы медленно коснулись холодной бронзы жетона.
- Откуда у тебя эта информация, Сяо Жань? - тихо спросил он, глядя прямо в темные, глубокие глаза юноши. - Ты заперт в столице уже четыре месяца. Твои связи с Севером отрезаны. Кто дает тебе эти сведения?
Сяо Жань ухмыльнулся - ядовито, с той самой темной опасностью, от которой у любого чиновника столицы побежали бы мурашки по коже.
- У меня свои источники, Учитель. Скажем так... мне снится будущее. Снятся ошибки, которые я совершил в прошлый раз, когда поверил твоим лебединым речам и позволил брату погибнуть на том перевале.
Шэнь Чжао едва заметно вздрогнул. Его пальцы на бронзовой печати сжались так сильно, что побледнели костяшки. В глубине его глаз на мгновение проскользнула тень невыразимой, давней боли, но он мгновенно закрыл ее привычным ледяным щитом.
- Сны - пустые призраки, Сяо Жань, - ровно произнес Шэнь Чжао. - Они туманят разум и заставляют совершать глупости.
- Это были не просто сны! - Сяо Жань резко подался вперед, хватая Шэнь Чжао за запястье. Нажатие его горячих, огрубевших пальцев на пульсирующую вену Советника было жестким, почти болезненным. - В тех снах ты стоишь надо мной с этим чертовым кнутом! В тех снах ты отдаешь приказ сжечь наши северные знамена! Скажи мне, Шэнь Чжао... смотри мне в глаза и скажи: ты действительно способен на это? Ты действительно планируешь уничтожить мой род, чтобы сохранить эту сгнившую империю?!
Шэнь Чжао не вырвал руку. По пульсу на его запястье Сяо Жань мог чувствовать, как учащенно и тяжело бьется сердце Наставника - яд и физическая слабость давали о себе знать. Но в самом взгляде «Белого Нефрита» не было ни капли страха.
- Если для спасения миллиона жизней потребуется уничтожить один род... - тихо, с вызовом произнес Шэнь Чжао, не отводя взгляда, - я сделаю это, не задумываясь. И твой род не станет исключением, Сяо Жань.
Сяо Жань замер. В его груди закипела темная, жгучая смесь из ненависти и дикого, проклятого влечения к этому человеку, который даже стоя на краю могилы, отказывался сгибать спину.
- Тогда ты действительно монстр, - прошипел Сяо Жань, сильнее сжимая его запястье и притягивая Наставника к себе так близко, что их дыхание смешалось. - Но я не дам тебе сыграть эту партию до конца. Если мой брат погибнет из-за твоих молчаливых интриг... я лично привяжу тебя к коню и утащу в наши степи. И поверь, там у тебя не будет твоих чиновников и твоего Тяньвэня.
- Попробуй, - выдохнул Шэнь Чжао прямо ему в губы. Его голос был тихим, словно шелест сухой травы на ветру, но в нем звучала железная воля. - Попробуй сделать шаг против столицы, Второй мастер... и ты увидишь, как быстро рухнет твой Север.
Они смотрели друг на друга в полной тишине, разделенные парой сантиметров и пропастью из несказанных тайн, взаимной подозрительности и непонятной, отравляющей страсти, которую оба отрицали.
Вдруг за окном раздался одинокий, протяжный звук рога, прорезавший шум метели.
Сигнал тревоги с Императорских Ворот.
Сяо Жань резко отпустил запястье Шэнь Чжао и поднялся на ноги, накинув плащ.
- Принц Ли начал действовать раньше, чем мы думали, - выдохнул Сяо Жань, глядя на балконы. - Императорский дворец блокирован гвардией.
Шэнь Чжао медленно поднялся со своего места, перехватывая со стола бронзовую печать Севера и пряча ее в широком рукаве своего ханьфу.
- Не "мы", Сяо Жань, - холодно поправил его Шэнь Чжао, накидывая на плечи свой тяжелый белый плащ. - Это моя война. Ты остаешься здесь.
- Снова пытаешься запереть меня? - Сяо Жань обнажил свой фальшион наполовину из ножен, металлический клинок блеснул в свете жаровни. - Удачи, Учитель. Но сегодня ночью я иду с тобой. Не ради тебя... а ради того, чтобы увидеть, как рухнет твой кукольный театр.