16 маска

Стены пентхауса больше не казались Т/И защитой. Теперь это были холодные плиты склепа, обтянутые дорогим шелком. После того как Майки вышвырнул Санзу, в доме воцарилась тишина, которая была страшнее любых криков.

Т/И пролежала без движения всю ночь. Она чувствовала на своей талии тяжелую руку Майки  он спал рядом, даже во сне контролируя каждое её дыхание. Её мозг, некогда затуманенный наркотиками, теперь работал с пугающей четкостью. Она понимала: если она продолжит биться в истерике, Майки просто снова накачает её препаратами, превратив в овощ. Или, что еще хуже, пострадает её нерожденный ребенок.
"Чтобы победить дьявола, нужно научиться улыбаться в его аду", подумала она, глядя в темноту.

-----------

Когда первые лучи солнца коснулись постели, Т/И медленно повернулась к Майки. Он уже не спал он наблюдал за ней, ожидая новой вспышки ненависти. Его взгляд был настороженным, готовым к удару.
Т/И сделала над собой невероятное усилие. Она заставила свои губы дрогнуть в слабой, виноватой улыбке.

— Манджиро... — прошептала она, протягивая руку и касаясь его щеки. Она почувствовала, как он вздрогнул. — Прости меня за вчерашнее.

Майки замер. Его зрачки расширились.

— О чем ты, Т/И?

— Я была не в себе... — она опустила глаза, изображая глубокое раскаяние. — Гормоны, страх... Санзу наговорил мне ужасных вещей, и я... я просто сорвалась. Я ведь знаю, что ты делаешь всё ради меня. Кенджи... — она сглотнула комок в горле, — ты ведь просто хотел, чтобы я не мучилась, правда? Чтобы я не выбирала между тобой и ним.

Майки приподнялся на локте, жадно впитывая её слова. Он хотел в это верить. Его одержимость требовала, чтобы она принимала его любым даже убийцей её брата.

— Да, — выдохнул он, прижимаясь своим лбом к её. — Он хотел забрать тебя у меня. Он ненавидел наше счастье. Я защищал нас, Т/И.

— Я знаю, — она обняла его за шею, пряча лицо, чтобы он не видел холодного блеска в её глазах. — Теперь я понимаю. Только ты и я. И наш малыш. Больше никто не имеет значения.

Майки издал звук, похожий на стон облегчения. Он верил ей, потому что не мог иначе. Он зарылся лицом в её розовые волосы, шепча слова любви, которые теперь звучали для неё как проклятия.

------------------

В течение следующей недели режим в доме изменился. Майки, ослепленный её "покорностью", решил, что ей всё же нужно больше покоя. Он уволил всю прислугу, оставив только двух молчаливых охранников у дверей и Коко, который занимался финансами. Санзу было запрещено появляться в жилом блоке.

Т/И стала идеальной женой. Она готовила ему завтраки, она гладила его рубашки, она обсуждала с ним имена для ребенка (предложив назвать сына в честь дедушки Сано, чем окончательно растопила сердце Майки).

Но когда Майки уходил, Т/И преображалась. Она методично изучала каждый угол пентхауса. Она искала не выход она знала, что через бронированные двери и систему распознавания лиц ей не пройти. Она искала слабое место.

---------
Однажды днем, когда Майки уехал на важную встречу с верхушкой Бонтена, в гостиную зашел Коко. Он выглядел осунувшимся. Сломанная рука была в гипсе напоминание о том дне, когда Т/И нашла брелок.

Т/И сидела у окна с книгой. Она подняла взгляд на Хаджиме.

— Коко, принеси мне чаю. Манджиро сказал, что ты присмотришь за мной.
Коко подошел ближе, ставя поднос на столик. Его взгляд скользнул по её лицу.

— Ты слишком хорошо играешь, Т/И. Даже Майки поверил. Но я вижу твои глаза. В них нет той пустоты, которая была после таблеток Санзу.

Т/И закрыла книгу.

— Ты умный, Коко. Всегда был таким. Ты любишь деньги и логику. Скажи мне логично... какая судьба ждет моего ребенка, если он вырастет здесь?

Коко молчал. Он знал ответ. Ребенок станет либо еще одним Майки, либо первой жертвой его следующего приступа безумия.

— Я не могу тебе помочь сбежать, — тихо произнес Коко. — Майки убьет меня медленно, если я предам его в этом.

— Мне не нужен побег. Пока что, — Т/И встала и подошла к нему вплотную. — Мне нужна информация. Где он хранит ключи от архива камер? И где находится личное дело Санзу?

Коко прищурился.

— Зачем тебе Харучиё?

— Если я хочу разрушить этот дом, мне нужно стравить псов между собой, — прошептала она, и в её голосе прорезалась та самая сталь, которая когда-то была у её брата Кенджи. — Майки доверяет Санзу. Санзу ненавидит меня за то, что я "забрала" его Босса. Помоги мне, Коко. Ты ведь тоже хочешь, чтобы Майки стал... чуть более предсказуемым?

Коко посмотрел на её округлившийся живот, затем на её решительное лицо.

— Архив в его кабинете. Код дата твоей первой встречи в додзё. Майки чертов романтик в своей болезни.

Он развернулся и вышел, не оглядываясь.

Т/И подошла к окну, глядя на Токио. Она погладила живот.

— Мы выберемся, малыш. Мы заставим его заплатить за дядю Кенджи.

Вечером, когда Майки вернулся, Т/И встретила его с улыбкой и поцелуем. Она сама раздела его, помогая снять пиджак, и нежно прошептала

— Манджиро, я так скучала. Пойдем ужинать? Я приготовила твое любимое.

Майки прижал её к себе, абсолютно счастливый, не подозревая, что его "ангел" только что подобрал код к его самому охраняемому секрету.