Запись 1

Почувствовав, как меня кто-то трясет за плечо, я открыл глаза и вскочил. Возле меня на коленях сидела Лина и смотрела на меня беспокойным взглядом. Жан пытался поймать сеть.

Я обвел взглядом друзей, — все были на месте, — а затем осмотрел помещение, в котором мы находились. Стены были покрыты пылью и паутиной, мебели не было; стояли лишь ржавые бочки, по запаху скорее всего из-под бензина, и валялись старые инструменты: гаечные ключи, отвертки. Рядом лежали карта местности и чертеж какого-то механизма.

«Похоже на двигатель», — подумал я, но уверен не был.

— Где мы? — спросил я хриплым голосом.

— Нам бы знать. — недовольно буркнул Жан.

— Тот мужик походу усыпил нас и вывез куда-то. — сказал Рэй.

— Наверное, это часть игры. — предположил Джен.

— А вы не думали, что нас сюда привезли для того, чтобы убить, и на самом деле нет никакого испытания? — взорвался Жан. — Те мужчины были странными. Если бы это действительно был обычный квест, нас бы не усыпили, и мы бы не оказались здесь!

После слов брата в комнате липкой густотой повисла тишина. Все понимали, что Жан был прав.

— В любом случае нужно выбираться отсюда. — сказал Рэй, прервав молчание.

— Я вроде бы что-то нашел. — сказал я, подняв руку с чертежом. — Тут на обратной стороне написано:

Disice hunc — statim transibis

Luce tenebras, pallium quo cuncta premuntur. [1]

— Ты серьезно сейчас будешь читать каждую бумажку? — недовольно спросил Жан. — Как это, — он указал на чертеж в моих рука, — поможет?

— Я нашел карту, на ней отмечены штуки, похожие на этот механизм. Вдруг это зацепка? — Я развернул лист. Пять чётких, похожих на шестерёнки, значков были разбросаны по периметру схемы. От каждого к краю тянулись бурые, как запекшаяся кровь, линии, а затем сходились воедино на массивном символе, под которым стояло одно единственное слово: IANUA. Врата.

— Это, может, карта не от этого места. На ней даже названия нет! Мы даже не знаем где находимся! И где ты видишь эту штуку?

— За окном. — перебил Рэй, светя найденным фонариком на улицу.

Мы подбежали к окну. Ночь снаружи была непроглядной, густой, как деготь. Лишь кое-где стояли бочки с огнем, отбрасывая трепещущие тени на груды непонятных обломков и механизмов как в чертеже, который с каждым взглядом на жуткий пейзаж я сжимал в руке.

Но больше всего взгляд цеплялся за крюки.

Они были повсюду, торчали из земли. Каждая отполированная до зеркального блеска поверхность зловеще отражала холодный лунный свет, будто ожидая своего часа.

— Что это за место? — прошептала Лина. Лицо девушки побледнело.

— Вон там! — воскликнул Джей, указывая на увиденное.

Приглядевшись, мы увидели идущего к дому силуэт человека. Я узнал его. Он выглядел как тот мужчина с гобелена в особняке. Тот же плащ с надвинутым на голову капюшоном, скрывавший лицо, та же туника. В руке мужчина держал меч, с которого капало что-то черное.

Он шел неспеша. Тяжелая, мерная поступь содрогала землю, отбивая марш, предвещавший что-то плохое. Лунный свет не касался его, словно обтекая невидимым барьером, оставляя фигуру сплошной провальной тенью. Лишь лезвие меча тускло поблескивало, впитывая в себя отсветы костров.

Словно наткнувшись на невидимую преграду, он остановился. Его голова медленно поднялась. Глаз не было видно, но из-под тёмной глубины капюшона я ощутил на себе его пронизывающий взгляд, заставляющий кровь стыть в жилах.

Внутри всё похолодело. В голове пронеслась сцена с гобелена: как похожий человек пронзал жертву, висевшую на крюке. И сейчас, я был уверен, этот некто пришёл, чтобы повторить кровавую сцену с полотна.

— Это еще что за хрень? — Жан отшатнулся от окна.

— Мне это не нравится. — произнесла Лина, ее взгляд был прикован к месту, где был человек.

— Забаррикадируйте двери! — резко воскликнул я.

Мы рванули к выходу. Я, Джен и Рэй проталкивали к двери тяжелые бочки и ящики. Лина и Жан притащили инструменты и железные прутья для защиты.

Звук шагов, эхом раздававшийся в напряженной тишине, медленно приближался, словно отсчитывая секунды до приговора. Мы затаили дыхание, крепко сжимая импровизированное оружие. Сердце колотилось где-то в горле, словно хотело вырваться наружу.

Внезапно шаги за дверью смолкли. Фигура в плаще замерла. Хриплое дыхание отражалось от стен. Его незримый взгляд, казалось, изучал нас, ощупывал с холодным любопытством.

Чернота в капюшоне начала медленно рассеиваться, принимая знакомые черты. Это был Жан. Его точная, до мурашек узнаваемая копия: тот же овал лица, та же родинка над правой бровью, те же контуры губ, тот же разрез глаз. Но само отражение не выражало никаких эмоций, а во взгляде, вместо задора или страха — лишь бездонная пустота.

— Что за черт?! — воскликнул Жан, отшатываясь и роняя оружие. Звон железа оглушительно прокатился по комнате.

Мы уставились на это... существо. Лина вскрикнула, зажимая рот ладонью. Оно приняло её облик, а затем проделало то же самое с Реем и Джином, и остановилось на мне. На меня уставилось моё отражение, но, в отличие от остальных, его губы дрогнули в едва уловимой ухмылке.

А затем наша баррикада, словно картонная декорация, разлетелась вместе с дверью. Он оказался внутри.

Существо шагнуло вперед, но оно не смотрело ни на кого из моих друзей. Его взгляд был прикован ко мне. Мой двойник шел ко мне. Пальцы моей руки обхватили холодный, шершавый металл гаечного ключа. Но в тот же миг я почувствовал, как будто в жилы вместо крови влили расплавленный свинец.

Тяжесть накатила волной, выжимая воздух из лёгких. Рука, только что готовая к удару, стала неподъёмной, чужой. Мускулы горели, сухожилия натягивались до хруста. Каждое движение давалось с нечеловеческим усилием, ключ будто был привязан к килограммовой гире.

Собрав всю свою волю в комок, я замахнулся. Но атака не дала никаких результатов: металл пронесся в миллиметре от лица существа, прежде чем я оступился.

Мой двойник даже не двинулся, словно знал, что не получит урона. На лице не дрогнул ни один мускул, но я все равно ощущал, что он насмехается надо мной. Он склонил голову набок, продолжая наблюдать с тем выражением, будто рассматривал муху, пытающуюся вырваться из паучьих сетей, а затем потянулся к рукоятке меча.

Но резко остановился. Взгляд существа опасно сверкнул. Он рванулся в сторону, и лезвие блеснуло в полумраке, опередив короткий всплеск движения сзади.

Сталь вошла в грудь Джена с тихим, влажным звуком, который оказался страшнее любого крика. Глаза парня расширились от шока, а нож выпал из ослабевшей руки и с оглушительным лязгом упало на пол, а следом, когда существо выдернуло клинок, за ним осел и сам Джен, за его спиной с искаженным яростью и ужасом стоял Рэй.

Лина закричала, и существо, словно раздраженное этим звуком, плавно развернулось к ней. Лезвие, с которого темной жидкостью капала кровь Джена, описало в воздухе дугу.

Девушку в последний момент оттолкнул Жан, закрывая ее собой. Сталь прошлась по его плечу и груди, окрашивая рубашку парня черной, расцветающей полосой.

— Сукин сын! — разрезая тишину взревел Рэй.

С искажённым яростью лицом, парень летел, сжимая в руке тот самый нож, что только что выпал из рук Джена. Я и Жан, забыв про боль и свинцовую тяжесть в теле, рванули следом.

Существо встретило натиск с тем же леденящим душу хладнокровием. Оно не отступило ни на шаг. Даже втроем мы не могли его одолеть — мой двойник с легкостью парировал любой удар.

Но Рэй, движимый слепой местью и яростью, все же смог вонзить нож в бок монстра.

Существо не закричало от боли. Оно даже не вздрогнуло. «Мои черты» заколебались, как отражение в воде, и застыли, приняв новую форму. Новое лицо. Существо полностью скопировало, даже выдало эмоцию — губы дрогнули, в глазах вспыхнула знакомая смесь обиды и недоумения.

— Рэй... — его голос, тот самый, с легкой хрипотцой, когда он волновался, прозвучал так естественно, что у меня сердце упало. — Помоги мне...

— Не смей использовать его лицо! — рявкнул Рэй и выдернул из раны нож, чтобы замахнуться снова, но существо тут же отреагировало и ударило парня локтем в грудь.

Рэй отлетел назад, а нож выпал из руки. Мы с Жаном бросились вперёд, пытаясь не дать монстру пройти к нему. Я попытался сбить существо с ног, но то обернулось и ударило меня ногой в грудь, и я приземлился на спину. Существо возвышалось надо мной, Жан замахнулся для защиты, но то оттолкнуло его и занесло надо мной меч.

Но тут монстр резко дёрнулся и прикрыл «лицо» рукой — свет фонарика, который держала Лина ослепил его. Монстр, издав звук, отступил, его плащ зарябил и начал дымиться.

Это был шанс!

Заметив нож, выпавший из руки Рэя, я рванулся вперёд. Шершавая, холодная и липкая от крови рукоятка впилась в ладонь. Вся ярость, весь ужас этого кошмара выплеснулись в этом движении. Я замахнулся, чтобы всадить лезвие ему в грудь, чтобы покончить с этим раз и навсегда!

Но клинок, с свистом рассекая воздух, не встретил сопротивления. Моя рука, лишённая опоры, дёрнулась вперёд, едва не вывихнув плечо.

Монстр исчез.

Я стоял, тяжело дыша, вонзая взгляд в пустоту. Рука с ножом опустилась. Луч фонаря Лины бесцельно брёл по тому месту, где только что стояла смерть. Дым медленно рассеивался.

— Джен, — произнес Рэй дрогнувшим голосом. Я повернул голову на звук. Рэй сидел на коленях, обхватив руками лицо парня. — Посмотри на меня!

— Я в порядке. — ответил Джен и слабо улыбнулся. Он был жив!

— Нужно перевязать рану. — прошептала Лина, присев рядом. По её щеке медленно стекала тонкая алая дорожка, но, кажется, она сама этого не замечала.

Через несколько минут Жан, хромая, притащил и бросил на пол красную аптечку, пыльную и потрёпанную, которую нашёл в углу среди хлама. Пластик был покрыт паутиной трещин.

— Ты в порядке? — спросил я у брата, вскрывая защелку и доставая пузырёк с мутноватым антисептиком. Маркировка на нём почти стерлась. Лина и Рэй уже разворачивали пожелтевшие бинты.

— В порядке, — коротко бросил Жан, уставившись на то, как Лина обрабатывала раны Джена. Его взгляд был остекленевшим, пустым. Он был здесь, но его мысли витали где-то там, в темноте, где исчезло это существо.

— Этому антисептику, наверное, лет пять, не меньше, — заметила Лина, забрав у меня пузырёк и с трудом откручивая дрожащими руками крышку. Она принялась за раны Джена, и её движения были удивительно нежными и точными, контрастируя с дрожью в пальцах.

— Новее тут ничего нет, — пожал плечами Жан, его голос прозвучал глухо, отрешенно.

— Всё равно щиплет, как будто и не просроченный, — скривился Джен, пытаясь шутить.

— Только попробуй умереть, слышишь? — сказал Рэй, сжимая руку парня. — Я тебя тогда с того света достану и прибью.

Джен тихо засмеялся.

Рассеки его — и откроется путь.

Светом развей тьму, что гнетёт всё вокруг. [1]