Глава 8.

Штат Флорида, США,
2026 год.

– Признайся, что ты просто хочешь есть, – Джоб протягивает мне ранее заказанное тако, смеется, а я не могу не заметить, как они похожи с братом.

– Конечно, хочу, – парень понимающе хмыкает и, наконец, садится напротив, жадно поглядывая на свой салат с креветками и арбузом. – Ты себя видел сейчас?

– Я готов съесть всю эту кафешку, ты лучше бы молчала, а то вдруг не наемся, и твое блюдо следующее на мое рассмотрение.

Мы смеемся вместе, запрокидывая голову и прикрывая рот ладонями.

Наша компания, состоящая из двух человек, сидит в кафе у океана. Здесь уютно – шум волн проникает через панорамные окна, в углу помещения играет тихая и спокойная мелодия. Официанты не натягивают улыбки, они в самом деле относятся к каждому посетителю приветливо и открыто.

– Ну, – Джоб говорит что-то с забитым ртом, его лицо серьезно, как-никогда, но я не понимаю ни слова. Едва сдерживая хохот, я приподнимаю бровь. Парень притворно закатывает глаза, но улыбается. – В принципе, в Майами очень даже неплохо.

– Да-да, оправдывайся. Так и скажи, что счастлив провести этот день со мной.

– Не угадала, Мбаппе. Так вот, я продолжу: в Майами очень даже неплохо, особенно, со мной рядом.

За нашим столиком снова раздается громкий смех.

Между мной и Джобом с самого начала прогулки завязалась дружеская атмосфера – он явно умел располагать к себе. С парнем не нужно стесняться, с ним хочется улыбаться без причины, просто потому что вокруг Джоба есть что-то легкое и непринужденное.

Наблюдая за ним, я невольно отмечаю, что его улыбка напоминает Джуда. Не потому, что тот сидит в моих мыслях с самого утра. Джоб смахивает с волос невидимую грязь, а я вспоминаю, как это сделал его старший брат при недавней встрече. Они действительно похожи, но, наверное, только внешним видом. Если с Джудом чувствовалась тяжесть – не в общении, а в... Ауре? Невооруженным глазом можно увидеть на его плечах тяжесть от известности, отчего страх быть снятым передавался и мне, если посчастливилось находиться с ним. То от Джоба пахло невесомостью и простотой. Он просто был. Это, на самом деле, подкупало.

– Что у нас дальше в списке, босс? – парень придерживает мне входную дверь и пропускает вперед, держа в свободной руке телефон.

– Пошли по берегу погуляем, хоть ноги в океане помочим, – по привычке оглядываюсь. К обеду на площади появилось много новых лиц, которые также, как и мы, гуляли, наслаждаясь Майами.

– Нет, то есть, я здесь предлагаю ей тратить деньги, а она ноги помочить хочет?

– Делаешь вид, что не ради этого в Майами прилетел, – Джоб все-таки усмехается и поклоняется, делая круговое движение рукой.

– О Боги, что за девушка стоит передо мной? – я смеюсь и наступаю ему специально на ногу. Парень демонстративно хватается за свою стопу, прыгая на другой ноге, и изображает такую болезненную гримасу, что уже я начинаю верить в эту гениальную игру. Потом он резко встает в позу солдата. – Ладно, пошли!

Я ни разу не пожалела, что позвала Джоба посмотреть город. Бродить одной по улочкам плотно населенного пункта было бы скучно, не так запоминающе. Зато с парнем хочется складываться пополам от боли в животе.

Его звонок сегодняшним утром меня точно заставил протрезветь. Открыв глаза в доме Джуда, я сначала не поняла, где нахожусь. Джобу, конечно, о ночной экскурсии знать было необязательно, поэтому, быстро добравшись в квартиру, я выпила таблетку от боли в голове и начала собираться.

Джоб особо не наряжался, как и я: черные пляжные шорты и белая футболка с забавным ананасовым принтом.

– Кто быстрее за эскимо? – парень даже не дал мне возможности открыть рот, сразу бросился в сторону тележки с мороженым, по пути вытаскивая из кармана кардхолдер.

Ничего не оставалось, кроме того, как бежать за ним.

– Ну и долго ты, – Джоб уже договаривался с продавцом на английском языке о скидке, и мне пришлось оттаскивать его, театрально растягивая губы в улыбке. – Эй!

– Да, давайте, вот эти два, да, – отзывчивый мужчина за кассой передает мне несколько пачек шоколадного эскимо, о котором и говорил Джоб.

Яркое солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в розовые и оранжевые оттенки. Мы стояли на самом краю земли, где горячий песок встречается с синевой океана.

За это время мы с Джобом успели даже искупаться. Точнее, как искупаться? Он, строя из себя модель, которая бегает по берегу, запнулся о большой камень и полетел прямиком в пучину. Парень упал так нелепо, что брызги задели всех вокруг – и меня, и тех, кто лежал возле воды. Иногда я ловила себя на мысли, что смотрю на происходящее со стороны. Было ощущение, что мы в фильме, в котором нет определенных ролей.

– И чего ты ржешь? Так и скажи, что тоже хочешь, – и Джоб, схватив меня за руку, побежал вглубь океана. Я успела только оставить сумку с телефоном на песке, захлебываясь в воде.

Теперь же мы сидели на первой попавшийся пристани, свесив ноги.

Я чувствовала, как местный теплый бриз, пахнущий солью и чем-то сладким, касался лица. Он путался в волосах, делая их непослушными, но мне было все равно. Здесь, у океана, я могла быть... Никем. Обычной девушкой, которая весело проводит время. Все тревоги уходили, стоило воде коснуться моих лодыжек. Я смотрела на линию горизонта и чувствовала, как все мысли растворяются. В том числе размышления о Джесусе, которые стали постоянными, привычными на фоне всех событий.

Его сообщение с незнакомого номера, которое я заметила только перед тем, как выйти из квартиры, заставило напрячься в очередной раз.

«Если ты не выйдешь на связь без своих защитников, то я приму меры. Поверь, Ласточка, тебе очень не понравится)».

Прочитать – одно, а понять смысл прочитанного – в трижды хуже. Поэтому, когда я шла на место встречи, только и прокручивала в голове его дальнейшие действия. Да и вопрос навязывался сам собой: про каких «защитников» шла речь?

– У тебя прикол такой: в один момент становиться серьезной и какой-то задумчивой? – Джоб в шутку подталкивает меня, заставляя очухаться и взглянуть на него.

На фоне океана парень казался мне кем-то волшебным, вышедшим со страниц книги.

И перед глазами появилась довольная рожа Джуда. Но я быстро прогнала воспоминание.

– Нет, само как-то получается, – тишина между нами дружелюбная, мирная, разрывающаяся криками чаек и визгом волн. – Джоб, а у тебя есть кто-то?

– Уже интересуешься, свободен ли я? – он игриво подергивает бровями, после чего смеется. – Нет. Нет никого. И слава Богу, если честно.

– Почему «слава Богу»? – я не могу сдержать улыбку, когда вижу собеседника в таком приподнятом настроении.

– А зачем оно? Время лишнее тратить только, – Джоб просто пожимает плечами. – У меня сейчас футбол в приоритете, остальное – потом.

– Поэтому и говорят, что нельзя встречаться с футболистами.

– Это кто такое говорит? – выражение лица парня меняется так быстро, что я вновь хохочу. – Неправда. А ты слушай их больше.

– То есть, тебя не смущает, что мой брат – футболист?

– Тем более!

– У тебя никогда не было отношений, хочешь сказать? – Джоб на мгновение задумывается, хотя и хочет показаться безразличным.

– Ну... Это нельзя назвать, наверное, отношениями. Просто общались.

Беллингем кажется невозмутимым, говоря о скрытой незнакомке, однако я улавливаю изменения в его поведении. Парень сразу поменял позу, наклонился, бездумно потрогал пальцами воду.

– И что? Она тебе нравилась?

– Мбаппе, – его голос звучит настороженно, но с нотками смеха. – У вас с Джудом врожденный следователь просыпается в такие моменты?

– Очень умело уходишь от вопроса, Беллингем.

Джоб продолжает молчать, словно обдумывая, а стоит ли отвечать? Он только начинает открывать рот, как в это время раздается особенно громкий возглас птицы. Из моего горла вылетает истерический смешок, парень с широко раскрытыми глазами поворачивается на меня, сжимая губы.

И в следующую секунду мы хохочем так, что живот вот-вот лопнет. На душе становится так легко, что мне хочется прыгать от воздушности. Через какое-то время Джоб успокаивается и снова выглядит поникшим.

Смотря в его грустные глаза, устремленные на летящих чаек, я осознаю, что человеку, возможно, тоже разбили сердце.

– Она... – подбираю нужные слова, чтобы не задеть парня. – Какой она была?

– Громкой, – Джоб уныло усмехается. – Я тогда думал, что у нее вообще нет проблем. И даже завидовал.

– Почему ты так думал?

– Она никогда не плакала, не жаловалась. Всегда смеялась. У нее всегда был искренний смех.

– А тебе хотелось, чтобы она плакала перед тобой?

– Ну, смотря в каком смысле ты спрашиваешь, – парень безотчетно пинает воду, ветер становится порывистее, заставляя волны биться о причал. – Конечно, я бы хотел, чтобы она никогда не плакала. Точнее, может, я бы сделал все, чтобы она не ревела. А так, да, я был не против, если бы она делилась своими переживаниями.

– Сейчас вас ничего не связывает? – Джобу неудобно отвечать на вопросы, связанные с этой загадочной девушкой, но он не противится, не отнекивается, а переступает свою... Гордость?

– Нет. И вряд-ли будет что-то связывать потом.

– Не расскажешь? – парень какое-то время держит язык за зубами. Глубоко вздохнув, он потирает виски пальцами.

– Это долгая история. Я уже и сам не помню.

Не помнит. Я, почему-то, ему не верю, но не давлю. Если бы Джоб хотел поделиться, то давно сделал бы это. У них – у Беллингемов – в крови всегда говорить в лоб.

– Кстати, – тут он взбадривается, вновь откидываясь на руки, подставляя лицо лучам заката. – Джуд о тебе рассказывал.

Сердце пропускает удар при упоминании Беллингема-старшего.

– Правда? И что говорил? – я пытаюсь скрыть заметный интерес в голосе, но Джоб понимающе качает головой.

– Сказал, что ты слишком умная, – ответил он. – И что ты слишком правильная. Его это бесит.

– Бесит? – брови сами по себе ползут вверх.

– Ага, – Джоб улыбается, как чеширский кот. – Он не знает, что с тобой делать.

– Ничего со мной делать не надо, – парень смеется, а я чувствую, как горят уши. – Он... Сегодня с тобой не связывался?

– Звонил, – сердце в очередной раз за этот диалог уходит в пятки. Как смотреть в глаза Джобу, зная, что он в курсе, что я ночевала у его старшего брата? – Спрашивал, когда я улечу.

– А, вон что, – после его уточнения плечи сами собой расслабились. – Ну, и что? Он говорит и многих людях.

Я знала, что это не совсем правда. И Джоб тоже понимал, иначе не оборачивался бы с таким пристальным взглядом. Но я не могла признать эту правду. Правда была слишком странной.

Как объяснить Джуду и, в первую очередь, самой себе, что вчерашний поход в клуб ничего не значит? Это был необдуманный порыв, попытка развеяться и отдохнуть. А в Майами он единственный знакомый, компания которого не так уж и противна.

«Давно я перестала считать его противным?»

Убегая из особняка Беллингема утром, я миллион раз успела пожалеть о содеянном. Во-первых, опустила себя в глазах Джуда, во-вторых, могла направить свое горе в другое русло, в-третьих, теперь он, наверное, считает, что я неровно дышу к нему.

Несмотря на бурную реакцию тела, которую я, к сожалению, контролировать не могу, разум все еще при мне. И чувствовать что-то к Джуду Беллингему противопоказано. У него своя жизнь, окруженная футболом и общением с другими, а у меня своя, состоящая из учебы и усилий исправить происходящее.

– Ты врешь также плохо, как он, – Джоб потягивается и берет в руки телефон.

– Ты, я смотрю, хорошо знаешь своего брата.

– Мбаппе, ты меня обижаешь, – парень параллельно что-то читает в мобильнике, и это «что-то» не предвещает ничего хорошего. Джоб не мог скрыть своего изумления, смешанного с насмешкой. – Ты видела?

– Что там?

– Помнишь, к нам девочка с мальчиком фоткаться подходили?

– Ну.

– Они, походу, выложили эти снимки куда-то, потому что новости сейчас взрываются предположениями, вместе ли мы, – Джоб пожимает плечами, будто он в этом не участвует, и протягивает мне телефон. – Сама посмотри.

Я беру в руки смартфон и погружаюсь в новостную статью:

«ЗВЁЗДНЫЙ УИК-ЭНД В МАЙАМИ: ДЖОБ БЕЛЛИНГЕМ И АДЕЛЬ МБАППЕ ЗАМЕЧЕНЫ ВМЕСТЕ!
В сети появились фотографии, которые моментально разлетелись по пабликам и вызвали бурную реакцию у поклонников. На снимках, сделанных очевидцами в Майами, запечатлена компания, гуляющая по набережной. Среди них – 20-летний полузащитник дортмундской «Боруссии» Джоб Беллингем и 19-летняя известная бывшая модель Адель Мбаппе.
Сначала отдыхающие подошли к Адель и попросили сделать совместное фото, а спустя несколько минут те же ребята сфотографировались с Джобом. Внимательные фанаты заметили: молодые люди отдыхают вместе! Учитывая, что ранее их никогда не видели на публике вдвоем, и они никак не пересекались ни в соцсетях, ни на мероприятиях, эта встреча стала полной неожиданностью для всех. Поклонники в шоке: никто не ожидал увидеть их вместе, и это мгновенно породило слухи о возможном романе.
Кто такая Адель Мбаппе?
Адель Мбаппе – одна из самых ярких молодых звезд, которые появились в мире моды за последние годы. В 2023 году, в возрасте 16 лет, она подписала контракт с Louis Vuitton, став лицом женской коллекции бренда. Это достижение вызвало восхищение в индустрии: бренд выбрал именно её, увидев в ней ту самую, кто сможет представить их новую коллекцию. Карьера Адель стремительно развивалась, и многие пророчили ей большое будущее в моделинге.
Однако в 2025 году, в возрасте 18 лет, Адель приняла неожиданное для всех решение: она поступила в престижный университет Сорбонны в Париже на факультет искусств и гуманитарных наук. С тех пор она полностью сосредоточилась на учебе и ведет крайне закрытый образ жизни, практически не появляясь на публике и не давая интервью. В 2026 году, в возрасте 19 лет, она разорвала контракт с Louis Vuitton и окончательно ушла из модельного бизнеса, чтобы посвятить себя образованию и личной жизни.
Кто такой Джоб Беллингем?
Джоб Беллингем – талантливый полузащитник дортмундской «Боруссии», младший брат звезды «Реала» Джуда Беллингема. В свои 20 лет он уже успел зарекомендовать себя как перспективный игрок, постепенно набирая популярность и внимание болельщиков. В отличие от своего старшего брата, Джоб ведёт более сдержанный образ жизни и редко попадает в светскую хронику, что делает его появление в Майами с Адель еще более интригующим.
Что стало причиной их встречи?
Пока остаётся загадкой, как и где пересеклись пути Адель и Джоба. Ранее они никогда не появлялись вместе на публике, не общались в соцсетях и не пересекались на мероприятиях. Их общий отдых в Майами стал полной неожиданностью для фанатов, которые уже строят догадки: случайная встреча, дружба или начало романа?
Ни Адель, ни Джоб пока не комментируют слухи. Учитывая, что оба ведут закрытый образ жизни, вряд ли стоит ожидать официальных заявлений в ближайшее время. Однако фотографии уже стали главной темой обсуждения в соцсетях, и фанаты продолжают гадать: что же на самом деле связывает этих двоих?
Ждём новых подробностей!»

Первое, что пришлось ощутить: страх. Страх снова быть привязанной к кому-то, страх опять быть невидимой, страх в очередной раз стать приложением. Приложением к другу, с которым нас связывает первая прогулка по новому городу.

Но... Перечитывая статью третий раз, я начала замечать, что нигде не упоминается наша связь. Максимум – предположения, вопросы, варианты, но не точный вердикт. И в новости я упоминаюсь не как «предполагаемая девушка Джоба», а как «Адель Мбаппе со своим отдельным миром».

Тепло. В душе разгоралась та самая искорка надежды, появившаяся после поступления в Сорбонну.

«Ни одного упоминания старшего брата».

Могла ли я назвать это ощущение новым? Наверное, да. Впервые за долгое время я, прочитав обычные новости о себе, порадовалась.

Не тому, конечно, что мое имя снова появится в новостных пабликах. После ухода из моделинга я сократила ведение социальных сетей и действительно редко появлялась на матчах братьев с семьей. Не хотелось играть на публику: мне хватало спокойной, умеренной жизни.

Но иметь на периферии сознания понимание, что весь путь был пройден не зря, – приятно.

– Ты чего это улыбаешься? – Джоб недоуменно хмыкнул, но усмехнулся, отбирая у меня телефон. – Я думал, ты злиться начнешь.

– Я злюсь, – парень, очевидно, не поверил и скорчил такую рожу, что хотелось в тысячный раз за сегодня веселиться. – Зато про нас даже отдельно написали, смотри, – тыкаю в экран в его руках. – Я яркая звезда, а ты талантливый полузащитник.

– Нам роман, если что, приписывают.

– Но мы же оба знаем, что это неправда, – Джоб примирительно кивает и, наконец, встает на ноги.

– Пойдем?

– Пошли.

По пути обратно мы затрагивали абсолютно разные, несвязанные между собой темы. Казалось, что мы узнали друг о друге за один день так много, что больше некуда. Джоб обмолвился, что, смотря мои социальные сети после знакомства на том матче, даже не подозревал, что со мной может быть так свободно.

Расходясь по машинам, Джоб обнял меня так, что затрещали кости. Оба понимали, что в следующий раз увидимся не скоро, только, может быть, на матче Джуда, на который меня поведет Килиан.

Я была заворожена тем, как быстро дома сменяют друг друга, и не сразу заметила вибрацию телефона в руках. Открыв мессенджер, я не удивилась, когда прочитала сообщение от Джуда.

«Привет, Прелестная. Ты уже решила ко мне приблизиться через Джоба? Похвально».

Губы предательски растянулись в улыбке, которую я тут же подавила.

«Не ревнуй, Беллингем, новости врут».

«О, Волшебная, я и не ревную. До последнего был уверен, что ты разбираешься в парнях».

«Твой брат поприятнее некоторых, между прочим».

«Поэтому ты позвала меня в клуб, а не его? И поэтому спала в моем доме?»

Чувствую, как становлюсь пунцовой, стоит вспомнить прошлую ночь.

«Забудь об этом, как страшный сон, Беллингем. Я так и сделала».

«Можно было бы и меня позвать погулять по Майами. Втроем интереснее».

«Без тебя отлично провели время, спасибо».

«Ты где?»

«Я точно должна отвечать на вопрос?»

«Ну, если не хочешь, чтобы я караулил тебя у двери, то да».

«Еду в квартиру».

«Хорошо. Отдыхай, Волшебная».

Та самая квартира, которую продолжал снимать Килиан для моего проживания, была невероятной. Белые стены, высокие потолки, огромные панорамные окна. Светлая мебель из натурального дерева, мягкие пастельные тона – здесь не было ничего лишнего. Только одинокий угловой диван в центре гостиной, в который я с удовольствием провалилась по приезде домой. Рядом – журнальный столик из стекла, на котором красовался стакан с недопитым чаем. На мгновение я и забыла, с какими ощущениями покидала это пространство. Мысли, одна за другой, возвращались сами, снова погружая квартиру в унылость. В телефоне, как напоминание о худшем времени моей жизни, светилось утреннее сообщение Джесуса. Оно висело непрочитанным, как будто этот маленький шаг сможет воссоздать стену между прошлым и будущим.

Я еще раз перечитала статью, которую мне уже скинула мама с задумчивым стикером следом. Пришлось звонить и объяснять ситуацию, где мы с Джобом не могли повлиять на появление слухов.

– С Килианом не созванивались сегодня? – женщина готовила на всю семью ужин, одновременно болтая со мной по звонку.

– Не-а, – я закинула ноги на спинку дивана, свисая головой вниз. Перевернутый город выглядел смешно.

– Он сказал, что звонил тебе ночью, думал, как обычно, не спишь, – голос мамы звучит подозрительно, и появляется впечатление, что она сама сомневается в моем сне. – А ты не ответила.

– Я рано уснула, устала, – мне стыдно врать матери и всей семье, но и признаться, что всю ночь, включая утро, я провела в доме Беллингема, – страшно. – А когда проснулась, то не видела пропущенных.

Отчасти это было правдой. Очнувшись к десяти часам утра, я сразу схватила мобильник. Пропущенный вызов от брата светился так, будто был равен смертной казни. Я дала себе обещание, что перезвоню, как только окажусь дома. Но получив напоминание от Джоба, я так забегалась, что и вовсе забыла про этот звонок.

– Ты ела? – в мыслях благодарю ее за смену темы.

– Нет, думаю, схожу попозже в ближайшее кафе или закажу доставку, – чувствую, как кровь переливается в голову, потому осторожно, без резких движений поднимаюсь и начинаю бродить по квартире, заходя в каждую пустую комнату. – Готовить сил нет, да и желания.

– А я предупреждала Килиана, что ты не будешь там нормально питаться!

– Мам, – вяло улыбаюсь. – Мне девятнадцать, если ты забыла.

– А что, в девятнадцать дети по расписанию начинают плохо питаться?

– Это к тому, что я уже не ребенок, сама разберусь.

– Посмотрите на нее, – женщина хохочет. – Ладно, отдыхай, не ребенок.

Мы перекидываемся дежурными фразами перед тем, как отключиться. Я откидываю телефон на диван, а сама открываю холодильник, будто там могло что-то изменится с сегодняшнего утра.

И, словно по случайности, раздается звонок в дверь.

«Я же еще ничего не заказывала».

Медленно, на цыпочках – детская привычка, чтобы никто не понял, есть ли кто-то дома – прохожу в прихожую. В глазке ничего не видно – лестничная клетка не освещена. Только решаю, что нужно вернуться внутрь квартиры и запереться в ванной комнате, как вдруг слышу до боли знакомый голос...

– Сделаю вид, что не знаю, что ты за дверью, – Джуд откровенно усмехается. – Волшебная, открывай уже, я не грабитель.

«Ты еще хуже».

Но выбора не было. Я поворачиваю замок и, оставив маленькую щелочку, выглядываю в подъезд. Беллингем стоит напротив, держа в руке два полных пакета с едой.

– У тебя при виде еды глаза загорелись, – парень без спроса распахивает дверь, но мне удается ухватиться за вешалку, чтобы не упасть. – Двигайся.

Сделав несколько шагов внутрь квартиры, я бегло осматриваю Джуда: черная рубашка с коротким рукавом открывает взгляду мощные предплечья, а свободная рука, лежащая в кармане брюк, добавляет образу парня строгости. Джуд оставляет обувь на коврике и, даже не взглянув на меня, проходит на кухню.

– Я не буду говорить, чтобы ты себя как дома чувствовал, – догоняю его и выглядываю из-за спины на стол, на который он выкладывает готовые блюда. – Ты уже себя так чувствуешь.

– Попала точно в цель, – Джуд снова улыбается, а мне останется демонстративно надуть губы, сложить руки на груди и сесть на диван. Впервые пожалела, что гостиная совмещена с кухней. – Что будешь?

– Из твоих рук – ничего, – Беллингем все же оборачивается на меня, его взгляд становится игривым и веселым. Он откладывает пустой пакет и опирается о столешницу, поворачиваясь ко мне лицом.

– Капризничаешь? – в его голосе столько задорных нот, что хочется кинуть подушку в самодовольное лицо Джуда.

– Ты чего приехал вообще? – поднимаюсь и обхожу парня, показательно не поднимая глаз.

Передо мной теперь красуются разные блюда с закусками: лаймовый пирог, кубинский сэндвич, пончики, кубинская пицца и много других добавок.

– Килиан попросил проверить, – раздается смех Джуда сбоку. – Нехорошо игнорировать звонки от брата.

– Отстань, Беллингем. Я из-за тебя про них забыла.

– Ты мастерица приплетать невиновных людей, – парень подходит ближе, вставая сзади и буквально зажимая меня между столешницей и своим телом. Я замираю, не могу пошевелиться. Джуд наклоняет голову, шепча мне на ухо: – Выбирай блюдо. Иначе с ложки кормить буду.

__________________________

https://t.me/kayafromparadisee – подписываемся, там много интересного, общаться будем 🙂‍↕️
(на аватарке мини-джуд)