Том 1. Глава 27. Странные представления шаманов о святых местах.

Генерал сквозь сон лениво перевернулся на другой бок и машинально закинул руку в сторону. Он ожидал, что коснётся тёплого тела шамана, притянет его ближе и уткнётся носом в чужую макушку. Однако ладонь упала на пустой настил.

Нахмурившись и не спеша открывать глаза, Му Лин тяжело выдохнул. Первая мысль была до боли знакомой: Яо Ши снова вышел наружу «подышать». В последнее время генерал начал думать, что постепенно научился понимать Яо Ши. Вот только каждый новый день, будто удар под дых, разрушал эту наивность.

Внезапно рядом прогремел настолько мощный взрыв, что стены домика задрожали, а неплотно закрытая дверь протяжно заскрипела, словно насмехаясь над его тревогой.

Му Лин мгновенно вскочил на ноги. Яркий солнечный свет ударил в глаза, и окружающий мир на несколько секунд расплылся. Быстро оглянувшись, генерал заметил у очага свою одежду, аккуратно сложенную в ровную стопку.

Раздался ещё один взрыв. За ним последовал оглушительный свирепый рёв. По спине Му Лина пробежал холодок. Сердце бешено колотилось, а в голове одна за другой вспыхивали самые мрачные мысли. Яо Ши мог быть в опасности.

Кое-как натянув на себя цзюньфу, генерал выбежал из домика.

Горячие источники за его спиной оставались такими же спокойными, как и прошлой ночью. Над водой лениво клубился пар, а защитный купол едва заметно мерцал в лучах утреннего солнца. Эта безмятежная картина казалась почти нереальной на фоне того, что происходило где-то впереди.

Очередной взрыв прокатился по земле, заставив мелкие камни подпрыгнуть у его ног. Звук донёсся со стороны леса. Му Лин вскинул голову, нервно рассматривая местность впереди.

В нескольких чи от источников мелькнула огромная тёмная фигура. Даже отсюда было видно, что это не человек. Нечто массивное и искривлённое возвышалось над изломанными стволами, ломая ветви и расшвыривая вокруг комья земли. А перед ним мелькал знакомый силуэт.

Сердце Му Лина болезненно сжалось. Не раздумывая ни секунды, он сорвался с места и бросился в ту сторону, не обращая внимания на хлещущие по лицу ветки и неровную землю под ногами.

Оказавшись очень близко к монстру, генерал смог разглядеть его и ужаснулся от того, что такие твари вообще существуют.

Существо было почти вдвое выше человека. Несколько искривлённых тел срослись в единое целое, образовав уродливую массу из костей, мышц и гниющей плоти. Из спины торчали лишние конечности, которые беспорядочно дёргались, а вместо лица зияла перекошенная пасть, наполненная несколькими рядами обломанных зубов.

Тварь взревела и с силой ударила по земле. Камни и комья земли разлетелись в стороны. Генералу пришлось отскочить на пару шагов, чтобы в него ничего не попало.

И прямо перед монстром, босой, с распущенными волосами, стоял Яо Ши. На нём были лишь небрежно наброшенные штаны и лёгкое верхнее одеяние, распахнутое на груди. Голубые глаза сияли почти весёлым блеском, а на губах играла знакомая насмешливая улыбка.

Чудовище с яростным ревом взмахнуло массивной лапой, собранной из разных лоскутов кожи.

В ответ шаман сместился в сторону. Его движения были настолько плавными и точными, что со стороны это напоминало танец. Он лишь небрежно взмахнул рукой, и воздух вокруг на мгновение задрожал. В следующую секунду тонкое, почти невидимое лезвие рассекло плоть, и одна из конечностей монстра с глухим хрустом рухнула на землю.

— Доброе утро, вождь! — весело крикнул Яо Ши, даже не повернув головы. — Надеюсь, я тебя не разбудил?

Му Лин застыл, не веря собственным глазам. Ещё мгновение назад он был уверен, что шаман может лежать где-нибудь раненый или вовсе истекать кровью.

Но Яо Ши, казалось, откровенно наслаждался происходящим. Тварь снова ринулась вперёд, сокрушая всё на своём пути. Шаман коротко рассмеялся, оттолкнулся от земли и взмыл в воздух. Потоки ветра закружились вокруг него серебристыми лентами, а затем с оглушительным свистом обрушились вниз.

Раздался мощный взрыв. Чудовище пошатнулось, издало последний рёв и распалось на части, осыпав землю кусками гниющей плоти.

Наступила тишина.

Яо Ши спокойно стряхнул с плеч осевшую пыль и подошёл к месту, где ещё секунду назад стояла тварь. Взглянув на ошмётки и перевёрнутую землю, шаман победно ухмыльнулся и только после этого обернулся к Му Лину.

— Ты очень вовремя, — спокойно произнёс Яо Ши, трясся рукавом. — Кажется, я нашёл то, за чем нас послала твоя мать.

Он склонил голову набок и, будто между ними не было ни поцелуев, ни признаний, ни долгой ночи, проведённой в объятиях друг друга, добавил:

— Собирайся, вождь. Нам пора к кругу со всеми Дао.

Му Лин продолжал стоять на месте. Он не сводил взгляда с Яо Ши. Сердце всё ещё колотилось так сильно, что заглушало остальные звуки. Страх, поднявшийся в груди несколько мгновений назад, не исчез бесследно. Он лишь сменился глухим раздражением.

Яо Ши выглядел так, будто ничего особенного не произошло. Будто этой ночью Му Лин не засыпал в его объятиях. Будто не слышал его сбившегося дыхания, не чувствовал его желание внутри себя и не видел той редкой, почти пугающей открытости, которую шаман позволил себе лишь на несколько часов.

Перед ним снова стоял прежний Яо Ши: насмешливый, собранный и недосягаемый.

Му Лин медленно подошёл ближе, пока между ними не осталось всего нескольких шагов.

— Ты хотя бы представляешь, что я подумал, когда проснулся и не нашёл тебя рядом? — его голос прозвучал хрипло.

Яо Ши пожал плечами, будто речь шла о сущем пустяке.

— Я не должен отчитываться за каждый свой шаг.

— Я подумал, что тебя убили.

На лице шамана на мгновение дрогнула улыбка, но исчезла так же быстро, как появилась. Он отвёл взгляд и небрежно поправил рукав, в котором лежал найденный артефакт.

— Как видишь, мне удивительно не везёт с попытками умереть.

Му Лин сжал челюсть.

— Не шути так.

Яо Ши наконец посмотрел ему в глаза. Взгляд оставался спокойным, но где-то в самой глубине мелькнула знакомая усталость.

— А как мне ещё шутить, вождь?

Му Лин хотел сказать многое. О том, что испугался. О том, что та ночь много чего для него открыла и, что теперь отпускать Яо Ши стало ещё больнее. О том, что он устал делать вид, будто между ними всё можно свести к нескольким насмешкам.

Но, встретившись с этим ровным, настороженным взглядом, он понял: сейчас шаман снова возвёл между ними стену. И пробить её словами было невозможно.

Му Лин тяжело выдохнул и опустил взгляд.

— Хорошо, — тихо произнёс он. — Тогда пойдём.

Яо Ши едва заметно кивнул. Шаман развернулся первым и направился обратно к источникам, словно ничего не произошло. Му Лин последовал за ним.

***

Собрав все вещи, оставленные в домике у горячих источников, они отправились в путь. Пройдя часть земель племени Яо, им пришлось свернуть на тропу, ведущую к заснеженным горам.

Всё время, пока они добирались до подножия, генерал и шаман провели в молчании. Яо Ши размеренно покуривал трубку, изредка напевая какую-то мелодию, а Му Лин, то и дело сверля взглядом его затылок, тяжело вздыхал и хмурился, погружаясь в собственные мысли.

— Яо Ши, — окликнул его генерал. — Где ты утром нарвался на того монстра?

Они устроили небольшой привал у подножия гор, чтобы перевести дух и подкрепиться. Дальнейший путь лежал через снежные просторы.

— У шаманов есть несколько усыпальниц, где мы хоронили вождей племён, — подкинув немного дров в костёр, Яо Ши повесил небольшой котелок на длинную палку и налил в него воды. — Некоторые из них хорошо защищены всякими смертельными ловушками. В одной из таких усыпальниц я и наткнулся на орду этих тварей.

— Странно, что здесь вообще есть такие существа, — задумчиво протянул Му Лин, глядя, как медленно закипает вода. — Как думаешь, эти создания могут быть тем, что осталось от шаманов?

Яо Ши нахмурился. Достав из сумки несколько мешочков с высушенными овощами, он высыпал их в кипящую воду.

— Помнишь, я говорил о том, что в племени Хуо нет костей? — помешав овощную похлёбку деревянной ложкой, Яо Ши добавил в котелок сушёные приправы и несколько ломтиков вяленого мяса. — Мне кажется, эти твари не являются погибшими шаманами, которые спустя семь лет могли превратиться во что-то подобное. На них слишком много плоти, причём такой, что почти не подверглась разложению.

Му Лин задумчиво провёл пальцами по колену.

— То есть кто-то создал их искусственно?

Яо Ши продолжал медленно помешивать похлёбку, наблюдая за тем, как на поверхность всплывают кусочки овощей и тонкие полоски мяса. Пар поднимался вверх, растворяясь в холодном горном воздухе.

— Обычный труп за семь лет превратился бы в кости. Даже если бы его удерживала ци, плоть давно бы сгнила. Но эти твари выглядят так, будто их собрали совсем недавно.

Му Лин нахмурился.

— Ты уверен, что эти монстры не из шаманских останков сделаны?

Яо Ши медленно кивнул головой.

— Да. В них я не чувствую ничего от шаманов. Некоторые части тел принадлежали людям. Другие, судя по строению костей, животным. А есть останки, которые вовсе не должны были существовать.

По спине Му Лина пробежал холодок.

— Ты хочешь сказать, что кто-то намеренно собирает из трупов этих существ и охраняет ими усыпальницы?

— Скорее ищет что-то в этих землях и не хочет, чтобы ему мешали.

Яо Ши попробовал похлёбку, после чего добавил ещё немного соли и трав.

— Если моя догадка верна, вдовствующая императрица здесь не первая.

На несколько мгновений между ними повисло молчание. Ветер шевелил ветви редких деревьев, а снежные вершины над их головами казались холодными и безразличными к человеческим тревогам.

Му Лин первым нарушил тишину.

— Ты сказал, что нам предстоит пройти через какой-то круг со всеми Дао. Что это за место?

Шаман достал из сумки две деревянные чаши. Разлив овощное рагу из котелка по мискам, одну из них он протянул Му Лину.

— Круг восьми Дао это одна из великих усыпальниц шаманского народа. Место, неподвластное ни небу, ни земле, ни времени. Там хоронят вождей шаманов и тех, кто внёс огромный вклад в судьбу племён.

Зачерпнув ложкой похлёбку и немного подув на неё, генерал отправил первую порцию в рот. Разжевав овощи, он блаженно выдохнул. Горячий бульон согревал изнутри и дарил странное, почти забытое умиротворение.

Блюдо было простым, но почему-то возвращало его в подростковую юность, когда всё казалось немного легче. Тогда он ещё был принцем, его отец был жив, а мир не поглотили хаос войны и политические интриги.

— Ты ведь готовил мне это и раньше? — спросил Му Лин, размешивая ложкой овощное рагу.

— Это самое простое блюдо, которое я могу приготовить где угодно, — монотонно произнёс Яо Ши, не придавая похлёбке никакого значения.

Генерал кивнул. Он решил, что тоже сыграет с шаманом в его игру. Тоже сделает вид, будто вчера ничего не было. Будто он не вспомнил половину их прошлой жизни, проведённой вместе.

— Постой, — нахмурившись, Му Лин оторвал взгляд от миски и перевёл его на шамана. — Зачем вам такая особая усыпальница для вождей, если куда ближе находятся другие? Да и вождей ведь не так много, чтобы заполнить все усыпальницы мёртвыми телами.

Яо Ши усмехнулся.

— Прости, я неправильно выразился. В иерархии шаманов есть вожди племён, а есть вожди, которые стоят над всеми. Когда они рождаются, то несут в себе горестную судьбу племён, которую им предстоит исправить.

— Это как если рассматривать князей и императора? — с набитым ртом спросил Му Лин.

— Ну можно и так сказать.

Закончив с трапезой, они потушили костёр и сложили вещи обратно в дорожные сумки. Перед тем как начать подъём в горы, шаман достал моток толстой верёвки. Обмотав её вокруг собственной талии, другой конец он протянул Му Лину.

— Завяжи крепкий узел. Мне ещё не хватало потом ловить тебя, если ты оступишься у края.

Му Лин молча кивнул и сделал всё, о чём просил Яо Ши.

***

Чем выше уходила тропа, тем уже она становилась. Снег здесь лежал неровными пластами, местами скрывая под собой лёд и острые выступы камней. Холодный ветер спускался с вершин резкими порывами, забираясь под одежду и обжигая кожу не хуже огня.

Яо Ши шёл первым. Он двигался осторожно, но уверенно. Верёвка между ними то натягивалась, то снова провисала, когда Му Лин подстраивался под его шаг.

Подъём становился всё тяжелее.

С каждым десятком шагов ветер усиливался, превращаясь из холодного горного сквозняка в нечто живое и злое. Он выл между скалами, швырял в лицо колючую снежную пыль и путался в одежде, словно пытался столкнуть их вниз. Узкая тропа змеёй тянулась вдоль склона, местами почти исчезая под толстым слоем снега и льда.

Яо Ши шёл впереди, оставляя за собой едва заметные следы. Светлые волосы, выбившиеся из хвоста, метались по ветру серебристыми прядями, а тёмная ткань верхнего одеяния резко контрастировала с бесконечной снежной белизной вокруг.

Му Лин молча наблюдал за его спиной. Чем дольше они поднимались, тем отчётливее генерал понимал одну простую вещь: Яо Ши чувствовал себя здесь слишком спокойно. Будто эти холод, пустота и давящая тишина были ему куда привычнее, чем тепло человеческого общества.

— И часто шаманы таскались в такую глушь ради своих ритуалов? — наконец хрипло спросил Му Лин, переступая через очередной обледеневший выступ.

Яо Ши тихо усмехнулся.

— Вообще-то это место считалось священным.

— У вас очень странные представления о святых местах.

Шаман лишь пожал плечами.

— Вождь, ты вырос во дворце. Для тебя святое место — это тёплый павильон, благовония и служанки с горячим чаем.

Му Лин фыркнул, но спустя мгновение всё же спросил:

— А для тебя?

Яо Ши остановился на узком участке тропы и поднял взгляд куда-то вперёд, туда, где снежная дымка скрывала вершины гор. Ветер трепал его длинные волосы, а вокруг ног кружилась мелкая снежная пыль.

— Место, где можно услышать мир без чужого шума, — тихо произнёс шаман.

Му Лин невольно поднял взгляд на его спину. После этих слов внутри что-то неприятно сжалось. Генерал вдруг слишком ясно осознал: Яо Ши привык к одиночеству настолько, что только среди этой ледяной тишины и безлюдных мёртвых земель мог ощущать себя на своём месте.

Очередной порыв ветра ударил особенно резко. Нога Му Лина соскользнула на тонкой корке льда, и тело мгновенно повело в сторону обрыва. Верёвка между ними резко натянулась.

Яо Ши остановился почти мгновенно и сильным рывком дёрнул Му Лина обратно прежде, чем тот успел сорваться вниз. Генерал тяжело выдохнул, восстанавливая равновесие.

— Я ведь предупреждал, — спокойно произнёс шаман, всё ещё стоя к нему спиной.

Му Лин раздражённо стряхнул снег с рукава.

— Мог бы хоть раз сделать вид, что переживаешь.

На губах Яо Ши мелькнула слабая улыбка. Он чуть повернул голову через плечо.

— Если бы я не переживал, то не стал бы привязывать тебя к себе, А-Лин.

— Это издевательство какое-то, — сквозь зубы произнёс генерал, уткнувшись носом в сгиб рукава.

Яо Ши тихо усмехнулся и, не оборачиваясь, продолжил подниматься выше.

С каждым шагом подъём становился всё тяжелее. Ветер здесь уже не просто завывал между скал. Он бил в лицо ледяными клинками и нашептывал что-то на границе слуха. Иногда Му Лину казалось, будто прямо за спиной кто-то тихо произносит слова на незнакомом языке, но стоило обернуться, как вокруг оставались лишь снег, камни и бесконечная белая пустота.

Тропа постепенно сужалась, пока не превратилась в узкий проход между скалами. Снежные сугробы здесь доходили почти до колен, а под тонкой коркой льда скрывались острые выступы камней. Верёвка между ними всё также то натягивалась, то вновь ослабевала, пока Му Лин подстраивался под уверенный шаг шамана.

— Яо Ши, а как будет проходить этот ритуал? — хриплый голос послышался за спиной шамана. Не останавливаясь на передышку, он ответил:

— Пока ты спал, я уже нарвал трав для отвара. Но сперва нужно проверить круг Дао, — чуть подумав, Яо Ши произнёс, — Думаю завтра с утра можно начать сам ритуал.

Му Лин кивнул сам себе и тут же поёжился от очередного холодного порыва ветра. Каждый раз, когда взгляд невольно цеплялся за босые ступни шамана, утопающие в снегу, генералу начинало казаться, что он мёрзнет сразу за двоих.

Когда солнечного света стало совсем мало скалы впереди начали смыкаться всё плотнее, превращаясь в подобие гигантских каменных врат. Ветер неожиданно стих, будто не решался проникать дальше, а вместе с ним исчезли и все остальные звуки. Даже собственное дыхание здесь казалось чужим.

Яо Ши остановился первым. Му Лин поднял голову и невольно замер.

Прямо перед ними в снежной скале зиял огромный проход, уходящий глубоко внутрь горы. Его стены были испещрены древними символами, почти скрытыми под толщей инея. А у самого входа возвышались каменные столбы. Их было восемь.

Высокие, потемневшие от времени, они стояли полукругом вдоль прохода, будто древние стражи, которые всё ещё продолжали охранять покой мёртвых. На каждом из столбов были высечены символы Дао, уходящие глубокими трещинами по камню. Некоторые из них едва заметно мерцали бледно-голубым светом, и от этого тусклого сияния по спине Му Лина пробежал холодок.

Внутри усыпальницы царила странная, почти давящая тишина. Здесь не было слышно ни ветра, ни скрипа снега под ногами. Даже воздух казался неподвижным, будто сама гора задержала дыхание на многие сотни лет.

Яо Ши медленно подошёл к одному из столбов и провёл пальцами по высеченному символу Дао Смерти. Голубоватое свечение под его рукой стало чуть ярче, и на губах шамана появилась едва заметная улыбка.

Му Лин перевёл взгляд на центр усыпальницы. На чёрном каменном полу были вырезаны сложные линии, расходившиеся от каждого столба к середине зала. Теперь он понял, что это был не просто узор.

Это была огромная печать Дао.

Яо Ши тем временем уже направился к центру круга. Верёвка между ними слегка натянулась, и только тогда шаман словно вспомнил о Му Лине. Обернувшись через плечо, он коротко усмехнулся:

— Не переживай, ты тут не увидишь огромные надгробные камни. Тела хоронили не здесь, и монстры сюда не доберутся.

— А где тогда они все? — нахмурившись, Му Лин еще раз оглядел пространство.

— По другую сторону этой скалы.

Яо Ши опустился на колени в центре печати и положил ладонь на холодный камень. Несколько секунд внутри усыпальницы ничего не происходило, словно само место присматривалось к ним, решая, стоит ли вообще откликаться на чужое присутствие.

А затем древние линии под их ногами медленно наполнились голубоватым светом. Свечение лениво поползло по вырезанным в камне символам, переходя от одного столба к другому. Воздух внутри усыпальницы сразу стал тяжелее, а ци вокруг пришла в движение, будто пробуждаясь после многовекового сна.

Первым откликнулось Дао воды. Мягкое сияние вспыхнуло на поверхности одного из столбов и потекло дальше по линиям печати. Следом загорелись символы смерти, меча, иллюзий, пустоты.

Му Лин невольно задержал дыхание, наблюдая за тем, как древний механизм медленно оживает прямо у них на глазах. Голубое сияние становилось всё ярче, а линии на полу постепенно складывались в почти завершённый круг.

Именно в этот момент свет внезапно дрогнул.

Дао огня вспыхнуло лишь на короткое мгновение, словно пыталось откликнуться, но почти сразу погасло вновь. Следом нестабильно замерцал символ земли, а затем потух окончательно. Дао ветра не отозвалось вовсе.

По усыпальнице прокатился низкий гул. Голубоватое свечение несколько раз попыталось замкнуть печать, но каждый раз рассыпалось у трёх символов, будто натыкалось на невидимую преграду.

Яо Ши неподвижно смотрел на погасшие символы. На его губах всё ещё оставалась слабая улыбка, но теперь она выглядела какой-то пустой и надломленной. Спустя несколько секунд шаман медленно провёл ладонью по лицу и коротко, хрипло рассмеялся.

— Что происходит? — тихо и осторожно спросил Му Лин.

— Круг не принимает нас.

— Что это значит?

Яо Ши выдавил из себя смешок, но в этом смехе слышалось только раздражение.

— Это место создавали в те времена, когда шаманский народ был единым. Для ритуала все восемь Дао должны находиться в равновесии.

Яо Ши поднял взгляд на погасшие символы.

— Но теперь баланс разрушен. Три племени шаманов уничтожены. А моё собственное Дао считает меня осквернённым.

Последние слова прозвучали особенно холодно и тихо.

Свечение вдруг снова дёрнулось и окончательно погасло. Тишина внутри усыпальницы стала удушающей. И именно в этот момент Яо Ши сорвался.

Ци вокруг него вспыхнула резким порывом ветра, каменные столбы загудели, а по стенам усыпальницы прокатился низкий гул. Голубоватые символы на полу начали хаотично мерцать, словно сама печать пыталась удержать вышедшую из-под контроля силу шамана.

Му Лин невольно сделал шаг назад. Он уже видел Яо Ши в ярости. Видел его во время сражений, видел, как тот убивал, как терял контроль над собственной ци. Но сейчас это место откликалось на его эмоции. Будто сама усыпальница узнала одного из своих вождей.

Ветер внутри пещеры усиливался с каждой секундой. Он поднимал в воздух снег, пыль и мелкие камни, с воем проносясь между столбами Дао. Светлые волосы Яо Ши растрепались окончательно, а голубые глаза полыхнули таким ярким светом, что Му Лин на мгновение перестал различать зрачки.

— Всё это было зря... — хрипло выдохнул шаман.

Он резко поднялся на ноги. В следующую секунду по полу усыпальницы с оглушительным треском поползли новые линии света. Они расходились далеко за пределы круга Дао, уходя к дальней стене пещеры, скрытой в полумраке.

А затем гора содрогнулась и где-то впереди послышался тяжёлый скрежет камня.