50. Давайте замутим тройничок?
Дорога до его дома прошла в странной, вязкой тишине. Фотограф - высокий накачанный парень с цепкими глазами - вел машину, время от времени встречаясь взглядом с Хадсоном в зеркале заднего вида. Мари болтала без умолку, иногда касаясь его колена, будто Хадсон был её лучшим другом. Да, идея пригласить их домой была реально отстойной. Хадсон всегда был за любой кипиш, но сейчас настроение было не то.
Хадсон смотрел в окно на проплывающий мимо город. Он ловил себя на том, что думает вовсе не о съемке. Он крутил в руках разряженный телефон. Может быть, Коннор звонил ему. Он надеялся на это...
Квартира Хадсона встретила их запахом кофе и легким бардаком. Одежда, брошенная на спинку стула. Полная пепельница окурков на кухне. Кроссовки у двери. Несобранная постель в спальне, которую он даже не стал закрывать.
— А у тебя уютно, - сказала Мари, проходя внутрь, снимая на ходу пальто и оглядываясь, - холостяцкая берлога Хадсона Уильямса.
Фотограф уже настраивал камеру, двигаясь по квартире так, будто имел на это полное право. Хадсону это не понравилось, но он промолчал. Сейчас ему хотелось только одного - чтобы всё это поскорее закончилось.
— Давай у окна, - предложил фотограф. - Свет шикарный.
Хадсон встал, опершись бедром о подоконник.
— А расстегни-ка рубашку, - командовал фотограф, не отрываясь от камеры.
Хадсон расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Камера защелкала.
— Круть! Теперь возьми банан и укуси его, - Мари тоже включилась в процесс.
— Расслабься, - мягко добавил фотограф. - Представь, что нас здесь нет.
Хадсон хмыкнул. Лучше бы это и правда было так.
Мари подошла к нему почти вплотную. Он почувствовал её запах - сладкий, навязчивый. Глядя ему в глаза, она тоже откусила кусочек банана.
— Ты и правда выглядишь уставшим, - сказала она почти сочувственно и провела руками по груди, расстегивая рубашку до конца.
Хадсон напрягся. Так-так, и что же дальше?
— Ммм, интересно... Может, мне снять ее совсем? - спросил он с сарказмом.
— Снимай, - ответил за нее фотограф, отрываясь от камеры. - Приляг на диван и расстегни джинсы.
Он опустил камеру, перемещаясь к дивану в поисках нужного ракурса. Хадсон был раздражен и решил довести ситуацию до абсурда. Он перешел к дивану. Прилег вальяжно на спинку, широко раскинув ноги. Не сводя взгляда с фотографа, стал медленно расстегивать джинсы и спускать их опасно ниже.
— Расслабься, Хадди, - усмехнулся тот. - Мы же взрослые люди.
— Да? Тогда, может, потрахаемся все вместе? - спросил он, игриво поднимая бровь, и хлопая по дивану рядом с собой.
Мари слишком долго задумалась над этой откровенной провокацией и посмотрела на фотографа. Будто спрашивала разрешения у него.
Вот тут что-то внутри Хадсона щёлкнуло.
— Серьезно, блядь?!
С него вмиг слетел соблазняющий вид и он засмеялся злым смехом:
— Вы ничего не перепутали, ребята? Вы здесь вроде как по работе. И если вы рассчитывали на что-то кроме - то съемка закончена.
В воздухе повисла напряженная пауза. Хадсон поразился их наглости. Все-таки его чуйка по-прежнему работала «на ура».
— Охуеть просто, - он встал с дивана, застегивая на ходу джинсы.
Он подошел к бару и налил себе виски. Выпил залпом. Вспомнил, что не поставил телефон на зарядку. Обернулся на сомнительную парочку, которая о чем-то шепотом переговаривалась между собой.
— Ну и..? Собирайтесь, - сказал Хадсон. - И проваливайте нахер.
Мари что-то пробормотала себе под нос, фотограф стал собирать камеру. Хадсон прошел мимо них в ванную.
— Если что-то пропадет, пока меня не будет, вам пиздец, клянусь! - он скрылся за дверью.
Они направились в коридор, недовольно оглядываясь на захлопнувшуюся дверь и смеясь - слишком громко, слишком демонстративно.
В ванной Хадсон включил холодную воду и умыл горящее лицо. Сука... нет слов. Теперь придется переезжать. Он посмотрел на своё отражение в зеркале и почувствовал, как поднимается злость - не на них, а на себя. Вода в раковине шумела, заглушая звуки снаружи. Он услышал, как хлопнула входная дверь. Свалили. Наконец-то.
Он вышел из ванной через пару минут. И увидел, что эти ненормальные все еще здесь, одевались в коридоре.
— Кто-нибудь приходил? - спросил он машинально.
— А, да, - отозвалась Мари, закидывая сумку на плечо. - Твой друг Коннор Стори. Мы сказали, что ты в душе.
Слова повисли в воздухе.
Хадсон подлетел к ней, хватая за рукав пальто.
— Что ты сказала, блядь?
Он готов был спустить её нахер с лестницы.
— Я... - заблеяла она, испугавшись реакции Хадсона, - он не захотел с нами говорить...
Хадсон молча распахнул дверь и грубо вышвырнул их в подъезд. Захлопнув дверь, он сполз по ней спиной. Сердце грозило выпрыгнуть из груди. Он разрывался между желанием бежать за Коннором и... Телефон!
Он бросился к столу. Оживший экран светился кучей приходящих уведомлений.
Пропущенные вызовы. Сообщения.
От Коннора.
— Блядь!..
Хадсон стукнул кулаком по столу и уперся лбом в навесной кухонный шкаф, прокручивая экран.
«Хадди, перезвони мне.»
«Нам надо поговорить.»
«Хадди, я еду...»
Он закрыл глаза. Потом схватил бутылку виски и приложился с горла...
Он набирал номер Коннора снова и снова. Длинные гудки без ответа.
Поздно.