26. Последняя первая ночь

Целый огромный мир сузился до одной единственной точки, и этой точкой была рука Хадсона в руке Коннора.

Они лежали на спине на берегу и смотрели в высокое ночное небо. Коннор повернул голову, пытаясь разглядеть в темноте Хадсона. Тот  услышал шелест песка и тоже повернулся. Затем он потянулся к Коннору за еще одним сладким поцелуем. В этом поцелуе было все - томление предыдущей недели и жар настоящего момента - вопрос и приглашение  одновременно...

Хадсон одним движением оказался сверху, опираясь на локти и нависая над Коннором. Неспешно он стал целовать его губы, мягко и осторожно, затем подбородок, линию скулы до самого уха... поцелуй - просьба, поцелуй - приглашение. Коннор издал тихий стон и вытянул шею, открывая доступ дальше. Руками он блуждал по плечам и спине Хадсона, отмечая что он покрылся мурашками. Хадсон уже целовал его шею, жарче и требовательнее, тяжело дыша между поцелуями.

— Я люблю тебя, Коннор... - выдохнул он ему в губы прерывистым дыханием, - я никогда в жизни не чувствовал себя так охуенно, как сейчас.

Коннор почувствовал, как между ними зарождается желание - дикое, отчаянное, первобытное, как весь этот остров. Он прижался к Хадсону и перевернул его на спину, оказавшись над ним. Тот улыбнулся, приятно удивленный напором Коннора.

— Блядь, Конни, ты сводишь меня с ума! - Хадсон запрокинул голову, всецело отдаваясь прикосновениям Коннора.

Тот спускался поцелуями все ниже, ночной ветерок волнующе холодил места, где только что побывали губы Коннора. Он ощущал вес и тепло его тела на себе, зарываясь пальцами в песок, и с нетерпением выгибаясь навстречу...

Это больше невозможно было игнорировать. Этого нельзя отменить.

Давно сдерживаемое «дружескими» рамками взаимное чувство изверглось как вулкан и хлынуло бурным пылающим потоком, снося все на своем пути. Опаляя нервные окончания и замыкая все цепи. Все было так, как должно было быть уже давно, если бы не... Да насрать на это «если»!

Ночь поглотила их дрожащие тела, океан вдруг проснулся и зашумел пенными волнами, тихий безлюдный пляж наполнился  страстными стонами. Любовь больше не нуждалась в сдерживании — она просто была. Живая, настоящая, переполняющая, хлещущая через край. Поднявшийся ветер погнал по небу тучи и луна скрылась за ними, словно решила не мешать бывшим друзьям наслаждаться новым и неизведанным...