~22~

Самым верным решением было обратиться за помощью. Но к кому? Вряд ли кто-то из людей согласиться помочь и оставит без внимания состояние мальчика, ведь оно было просто ужасным. Юлий прекрасно это понимал, но если не к людям, то, значит, к высшим силам. Но в Аду откажут, и сомнений быть не может: он враг принцессы, а, следовательно, и всего народа. Оставался только Рай. У него была там парочка знакомых лиц, но всё же его терзали сомнения. Захотят ли они помочь тому, кто предал их сотни лет назад? Впрочем, думать долго было нельзя. Юлий смотрел на Виталика, и его всё больше поглощало волнение и почти суеверный ужас перед смертью, вроде бы так знакомой ему. Он убивал людей тысячами, издевался и смеялся над бедами и страстями грешных душ, играл судьбами и жизнями даже высших существ. Теперь же ему, наверное впервые в жизни, стало страшно перед лицом грядущей бездны. Ещё никогда смерть не казалась такой близкой, он почти ощущал её дыхание на себе. Он впервые волновался за того, кто умирал рядом с ним. Юлий ещё раз коснулся мальчика рукой.

— Потерпи немного, — тихо сказал мужчина, поцеловав Виталика в лоб. Щелкнув пальцами, он растворился в воздухе.

***

Юлий сжимал руки в кулаки и преданно ждал. Он мысленно торопил ту, чьей встречи почти умолял, мысленно проклиная себя за это. Он сидел в дорогом кафе, играла спокойная музыка, а мужчина тревожно озирался по сторонам, выискивая глазами девушку. Наконец, она появилась. Русые волосы спускались на плечи, тонкие руки с звонко звенящими браслетами, глаза были цвета небесной лазури, тут же напомнили Юлию то, что его собеседница — ангел. Она села, мужчину окутал запах райский цветов. Он наслаждался сладким ароматом, но в то же время пытался подавить горькие воспоминания и боль, что с каждой новой секундой всё крепли в душе. Этот запах ассоциировался и с безбедными годами в Раю, а также и с изгнанием оттуда. "Неужто за столько лет там ничего не изменилось?" — тоскливо подумал Юлий.

— Здравствуй! — она оглянулась и с улыбкой взглянула на Юлия.

— У меня нет времени долго с тобой говорить. Мне нужна помощь. Срочно.

— О, я готова помочь, если только ты...

— Без условий! — прервал Юлий и крепко стиснул запястье девушки, отчего та вскрикнула. — Мне нужно, чтобы ты излечила одного человека, иначе я не пожалею всего, что у меня есть, чтобы превратить всё, что ты любишь, в прах. А ты знаешь, насколько могут быть правдивы мои слова.

— Почему Вы не обратитесь к тем, кто более сговорчив с такими, как Вы? — пытаясь вырвать руку, спросила девушка.

— К демонам?

Она кивнула.

— Если я не обращаюсь, значит, не хочу. Послушай, давай ты не будешь лезть не в своё дело и просто сделаешь так, как я скажу. И никто не пострадает.

— Высший Совет этого может не одобрить. Я должна им сообщить.

— Нет! — он ещё крепче сжал её руку. — Ты поможешь мне и никому не скажешь об этом. Иначе я убью всех, кого ты любишь. Поверь, я знаю их.

Юлий лгал. Он старался сделать всё, чтобы девушка согласилась, и вполне приуспел в этом, потому что она только кивнула. Он, не отпуская руку, встал и кивком головы указал ей последовать за ним.

***

— Вот он. — Юлий указал на мальчика.

— Боже! Что с ним случилось?! — девушка прикрыла ладонью рот.

— Ничего особенного. Просто вылечи его.

— Хорошо.

Она присела на край кровати, положила руку на лоб мальчишки.

— Ему так плохо, — сочувственно сказала она, слёзы заблестели на глазах.

— Я знаю! — гневно оборвал он. — И если ты не поспешишь — станет ещё хуже!

Она ничего не ответила, а просто положила руку на лоб Виталика и начала что-то шептать.

— Скоро станет лучше. — Наконец сказала она. — Что с ним случилось?

— Ничего особенного! Скажи только: как скоро он будет в нормальном состоянии?

— Через пару часов. Может чуть дольше. — Она подняла глаза, встретившись с его взглядом. И она увидела в его глазах то, что заставило её улыбнуться и сказать: — Ты так волнуешься за него.

— Абсолютно нет! Он всего лишь мой раб, обыкновенная вещь. Когда у тебя в одной из битв с "коварными демонами" ломается один из твоих браслетов, — он аккуратно взял её руку, — ты тоже ремонтируешь его, а не выкидываешь. Так же и здесь.

— Они дороги мне как память.

— Ну а мне просто так выгоднее. И всё. Здесь нет никакой магии, любви, о которой вы все так говорите, здесь простой расчёт. Я живу так, как мне нравится, без оглядки на прошлое, других. В моём мире я — центр вселенной. И он просто моё лекарство от тоски, просто средство для удовлетворения моих желаний.

— Однако я вижу, что он дорог Вам.

— Ох, думай, что хочешь. Я не волен указывать твоему "виденью", но, уверяю, ты ошибаешься. — Он нервно засмеялся, стараясь выглядеть уверенным.

— Может, ошибаетесь Вы?

Он не ответил, просто отвернувшись от неё, и этим девушка всё же подтвердила своё предположение. Она встала и подошла к окну. Воцарилось молчание. Несколько минут прошло в тишине. Юлий, стараясь не смотреть на девушку, изучал взглядом лицо мальчика. Она же просто смотрела на удручающий пейзаж за окном.

— Проверь ещё раз, — нарушил тишину Юлий. Она не стала спорить и вновь присела на кровать, и приложила руку ко лбу мальчика.

— Всё будет в порядке.

Она встала, вытерла со щёк слёзы, опустив глаза в пол, девушка стояла перед ним, не смея вымолвить ни слова. Он же внимательно изучал её, какая-то сила непреодолимо влекла к ней, было что-то магическое во всём её облике, грации и красоте.

— Если ты солгала, — Юлий приподнял её подбородок, — поверь, я заставлю тебя мучиться так, что даже пытки в Аду будут для тебя избавлением.

— Я не могу лгать. Особенно Вам.

— Хорошо. Надеюсь, ты рада тому, что помогла мне? — он злорадно ухмыльнулся. — Теперь этого мальчишку ждут новые мучения, а не безбедная вечная жизнь в Раю (я уверен, он попал бы в Рай!). Ты рада?

— Вы ужасны. — Она опустила голову, слёзы с новой силой текли по щекам.

— Так устроен мир, милая. Нет света без тьмы.

— Вы довольны? Оставьте меня, прошу!

— Уходи. Надеюсь мы ещё встретимся, хранительница гармонии.

— Надеюсь, нет. Прощайте, я была о Вас лучшего мнения.

Её голос дрожал, дрожали и плечи, и руки, тихо и грустно звенели браслеты. Она была ужасно бледна, даже её глаза как будто сделались прозрачней. Юлий аккуратно провёл по щеке девушки. Она отпрянула, будто от огня, щёки тут же вспыхнули красным, словно это мимолётное касание вырвало её душу, исполненную небесной милости, осквернило чистое, непорочное тело.

— Как Вы смеете!..

— Тише, тише. Не нужно слов.

Он обнял её. Аромат райских цветов кружил голову, он почти не соображал, когда прикоснулся к ней, как к последнему воспоминанию из прошлой жизни.

— Возможно я немного сожалею о том, что заставил тебя плакать. Вновь. — Он тихо прошептал ей на ухо. Девушка со всей силы толкнула его и, вырвавшись, убежала.

Вновь в квартире стало холодно и пусто, всё хорошее, способное оживить светлые чувства в нём, покинуло это место.