ГЛАВА 15

Наконец, пятерым друзьям, промокшим до нитки и продрогшим до костей, с трудом удалось завершить эту бессмысленную возню в ледяной воде. Победителя так и не выявили, и они, ёжась от прохлады, поспешили выбраться на берег, где последние лучи заходящего солнца робко пытались согреть озябшую кожу. Но, несмотря на озноб и стучащие зубы, общее возбуждение от недавней игры и приятный прилив сил после купания всё же пересиливали нарастающий дискомфорт.

Единственное одеяло, чудом найденное в недрах скромного корабельного арсенала, пришлось использовать по очереди, как эстафетную палочку, чтобы хоть немного промокнуть одежду и защититься от пронизывающего ветра. Впрочем, оно было настолько тонким и небольшим, что скорее напоминало жалкий лоскут, чем полноценное средство для обогрева — на всех его явно не хватало.

В озере они чувствовали себя невероятно бодрыми и полными энергии, готовыми свернуть горы. Но стоило выбраться на сушу, как моментально накатила приятная лень, словно мягкое покрывало, и возникло непреодолимое желание найти укромное местечко, чтобы прилечь, закрыть глаза и немного отдохнуть от приключений. Таков был неизбежный, но вполне приятный побочный эффект воздействия волшебной воды озера Мурсиль — чтобы полностью восстановиться и избавиться от сонливости, требовалось не менее нескольких часов.

— Что ни говори, а здесь и правда очень уютно, — пробормотал Синань, стараясь как можно плотнее закутаться в тонкое одеяло, которое едва прикрывало его дрожащее от холода тело. — Никакой цивилизации, никаких назойливых сигналов и вечной спешки — прямо мечта урбаниста-отшельника!

— Ещё бы, ведь это я умею выбирать места, — с самодовольной улыбкой отозвался Лин Нянь, первым запрыгивая на борт корабля. — Пока на юге Укуна местные племена устраивают бесконечные войны за ресурсы, а жители северного полушария отчаянно пытаются угнаться за технологическим прогрессом, совершенно забыв об экологии, только здесь, в этой богом забытой глуши, можно найти настоящую тишину, безмятежный покой и отсутствие толп шумных туристов.

В противном случае Лин Нянь, известный своей невероятной предусмотрительностью и повышенным чувством ответственности, никогда бы не позволил всей команде одновременно отключаться от реальности и беззаботно плескаться в озере, оставив корабль без присмотра и, фактически, беззащитным.

— Абсолютно точно! — поддакнул Цзи Юй, словно эхо, подтверждая каждое слово, и добавил с лукавой улыбкой, за что и получил прозвище Король Подхалимов. — Нечего и добавить, Лин Нянь всегда находит самые укромные уголки нашей необъятной галактики!

Ли Цзоусин, чьи мысли наконец-то обрели долгожданную ясность после бодрящего купания, обратил внимание на непрерывный поток уведомлений, которые настойчиво трезвонили в портативном компьютере Цзи Юя, словно рой потревоженных пчёл. Непрерывные "динь-динь", "дзынь-дзынь" и "бум-бум" буквально разрывали тишину в его сознании. Он, не скрывая любопытства, спросил: — Что это у тебя там за какофония? Кто это тебе спамит сообщениями? Что за секретная переписка, а?

Цзи Юй вздрогнул, словно его застали за кражей печенья, и неловко улыбнулся, пытаясь скрыть замешательство. Прежде чем он успел хоть что-то придумать в своё оправдание, Ли Цзоусин лукаво прищурился и с ехидством добавил: — Неужели ты завёл себе тайную подружку на стороне, пока мы тут чуть концы не отдали? И не говори, что она просто помогает тебе с домашкой по физике!

— Да что ты такое говоришь! — воскликнул Цзи Юй, залившись краской смущения, словно школьник, которого поймали за списыванием.

— Да нет же... Просто... Неловко как-то вышло, — пробормотал он, избегая прямого взгляда и нервно поправляя воротник. — Это... Просто ответы от доброжелательных и отзывчивых пользователей на мои скромные вопросы в Старнете...

— И что же ты такое спросил? "Как очаровать инопланетянку за семь дней?" Или, может быть, "Где купить самый большой букет межгалактических роз?" — продолжал язвить Ли Цзоусин, не давая бедняге и шанса на спасение.

"Так, стоп! Надо замолчать! — лихорадочно пронеслось в голове у Цзи Юя. — Если он сейчас начнёт пытать меня дальше и вытащит на свет мои поисковые запросы, то земля будет гореть уже подо мной! Нет, определённо лучше промолчать, иначе будет только хуже... Какой позор..."

Он, мысленно застонав от охватившего его стыда, продолжал думать о том, как всё-таки нелепо и странно всё это получилось... Один мужчина и другой... И их ментальные силы переплелись в немыслимый клубок.

Неужели вы не заметили, что даже осторожный Синань больше не вспоминает об этом инциденте? Он же просто боится случайно задеть что-то важное, потревожить рану, нанесённую этим загадочным слиянием.

Как-никак речь идёт о... ментальной связи с другим парнем. Да уж... Сочувствую им обоим.

Ли Цзоусин и Гу Вэньчэн, которым тайно сочувствовали, и понятия не имели, какая буря разгорается в душе их друга. А Гу Вэньчэн, измученный внезапной потерей контроля над своими ментальными способностями, попытался взять себя в руки и сосредоточиться на настоящем. — Детекторы включены? — спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно спокойнее.

— Так точно, — ответил Лин Нянь, внимательно изучая показания на мониторе. — В радиусе километра — ни единой живой души.

"Надеюсь, что до того момента, как моя ментальная сила полностью вернётся ко мне, не случится ничего серьёзного...", — пронеслось в голове у Гу Вэньчэна, и он, словно подсознательно готовясь к худшему, незаметно сжал кулак в кармане.

Когда ты всемогущ, когда твои возможности практически безграничны, то ни о чём не беспокоишься и смотришь на мир свысока. А вот когда твоя сила внезапно исчезает, оставляя тебя беззащитным перед лицом неизвестности... Тревога становится просто невыносимой, гложет изнутри и парализует волю.

Заметив его состояние, Ли Цзоусин внезапно шагнул вперёд и накрыл его дрожащую руку своей собственной, крепко сжав пальцы Гу Вэньчэна в тёплой и уверенной ладони. Это прикосновение, простое и искреннее, словно разряд тока, внезапно вернуло его к реальности.

Тот, опешив от неожиданности, удивлённо вскинул брови и вопросительно посмотрел на Ли Цзоусина, словно спрашивая: "Что ты делаешь? Зачем ты это делаешь?"

— Расслабься, — тихо проговорил Ли Цзоусин, и бережно разжал его стиснутый кулак, принявшись нежно поглаживать кончиками пальцев лунный серп, оставленный впившимися в кожу ногтями. От этих мягких прикосновений по телу разлилось приятное тепло, словно солнечный луч пробился сквозь серые тучи. — Всё нормально. Мы вместе. И у нас есть оружие. Так что, если что, прорвёмся.

— Ты прав... — Гу Вэньчэн, немного смутившись от такой открытой поддержки, чуть расслабился и опустил плечи. И тихо кивнул, соглашаясь со словами Ли Цзоусина. Пусть его ментальные способности сейчас и находятся на нуле, и он чувствует себя уязвимым, как никогда, тело всё ещё в полном порядке и готово к любым трудностям. — Да, ты прав.

"Чёрт возьми, не хватало ещё, чтобы я, тридцативосьмилетний мужик, паниковал больше, чем какой-нибудь зелёный сопляк... Что я за идиот?" — с горечью подумал Гу Вэньчэн, мысленно ругая себя за минутную слабость.

Ли Цзоусин, словно прочитав его мысли, ободряюще улыбнулся, и в его взгляде читалась уверенность и поддержка, словно говоря: "Всё будет хорошо. Я рядом".

Синань, до этого тихо стоявший в сторонке и наблюдавший за этой сценой, покосился сначала на Гу Вэньчэна, потом на Ли Цзоусина, а затем — на их крепко сцепленные руки, и в его глазах мелькнуло нескрываемое любопытство.

"Эмм... Ну ладно... Пожалуй, не буду мешать этим голубкам... — пронеслось в голове у Синаня. — Главное, чтобы они не начали петь песни и водить хороводы. Интересно, а это и правда побочный эффект слияния ментальных сил у парней? Или просто у них крыша поехала? Надо будет потом поискать в Старнете ответ... Хотя, с другой стороны, может, это и к лучшему? Теперь они будут держаться вместе и прикрывать друг друга. Главное, чтобы не забывали про остальных..." И, набрав в рот побольше воздуха, он плотно сжал губы, чтобы случайно не выболтать ничего лишнего.

Целебное воздействие волшебной воды из озера Мурсиль длится всего часа три-четыре. Когда вся пятёрка окончательно пришла в себя, немного обсохла и набралась сил, Лин Нянь, убедившись, что детекторы не показывают никаких посторонних, выключил их и запустил двигатели.

Едва корабль вырвался из объятий планеты и вышел в открытый космос, как у Синаня вдруг тревожно засветилась панель связи, словно предвещая бурю. На экране появилось перекошенное от гнева и раздражения лицо Ма Наня. Учитель, казалось, вот-вот взорвётся от ярости, и казалось, что в его кабинете только что произошёл какой-то хаос. Рядом с ним, сохраняя олимпийское спокойствие, стоял тот самый старик, который когда-то рассказал им про миссию и про перспективы командной работы. Его суровое лицо не предвещало ничего хорошего.

— Да что здесь вообще происходит?! Какого чёрта вы творите, балбесы?! — заорал Ма Нань, и его лицо побагровело от гнева, словно перезрелый помидор. — Вы что, решили устроить себе внеплановый отпуск?! Или, может, вам вздумалось поучаствовать в межгалактических гонках?! Я вас спрашиваю, вы что, телепортировались?!

Учитель, судя по всему, был в бешенстве. Он явно не ожидал, что на какую-то рядовую миссию категории "Д" этим горе-космонавтам понадобится использовать пространственный прыжок, словно за ними гонится целая армада голодных космических пиратов, жаждущих отведать свежей человечины.

Синань, заметно занервничав, беспокойно глянул на Ли Цзоусина и Гу Вэньчэна, словно ища у них поддержки и защиты. Собравшись с духом, он тихо пролепетал:

— Ну... Эээ... В общем... Тут произошли некоторые... Эм... Не то чтобы совсем уж нештатные... Скорее, немного нестандартные ситуации... Да. В общем, мы тут это... Немного, совсем чуть-чуть отклонились от курса и, так сказать, совершили небольшую экскурсию на Укун. Да, вот как-то так...

Укун, как известно, находился довольно далеко от Хайбайсина, так что теперь, из-за этого незапланированного "крюка", им придётся торчать в холодном и безжизненном космосе не жалкие два дня, как планировалось изначально, а целую неделю, если не больше. И кто знает, что их там ждёт.

— И что это, позвольте узнать, за "нестандартные ситуации" такие?! — прорычал Ма Нань, сверля Синаня гневным взглядом, словно желая испепелить его на месте. — Что там у вас произошло, черт бы вас подрал?! У вас что, талант притягивать к себе неприятности?! Выкладывайте всё, как на духу! И чтобы ни единого слова не утаили, слышите?!

Синань, окончательно потеряв дар речи, начал заикаться и мычать, словно баран на привязи, так и не сумев подобрать подходящие слова, чтобы описать всю абсурдность произошедшего. В конце концов Цзи Юй, видя его мучения, не выдержал и, махнув рукой, вкратце, но ёмко описал всю эту безумную историю.

Едва последние слова сорвались с его губ, как лица Ма Наня и стоявшего рядом с ним старика, словно по мановению волшебной палочки, вдруг исказились от неподдельного ужаса и крайнего беспокойства. Брови взлетели вверх, глаза расширились, а челюсти отвисли, словно у кукол-марионеток, у которых внезапно оборвались нити. — Да что с ними сейчас-то?! Живы хоть?! Всё ещё в себе?!

Ли Цзоусину и Гу Вэньчэну, понимая, что отпираться бесполезно, ничего не оставалось, как смиренно подойти к камере и, нацепив на лица самые невинные и безмятежные улыбки, хором приветствовать начальство: — Здравствуйте, учитель! У нас всё просто замечательно! Не стоит волноваться! Мы живы, здоровы и готовы к выполнению дальнейших заданий!

— Сейчас же, немедленно подключите к себе медицинскую аппаратуру и пройдите полное, тщательнейшее обследование! — прогремел Манан, и в его голосе отчётливо слышались стальные нотки. — Я должен лично убедиться своими глазами, что с вами обоими всё в полном порядке! И чтобы никаких отговорок!

И тут до ребят, наконец, с запоздалым ужасом дошло, что на их скромном и порядком потрепанном кораблике действительно есть это чудо техники — автоматизированный медицинский сканер. Включив сканер, вся команда, затаив дыхание и судорожно скрестив пальцы на удачу, словно перед прыжком в бездну, уставилась на мерцающий, слегка подрагивающий экран. Внутри корабля воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь тихим гулом работающей аппаратуры и учащенным сердцебиением каждого из них. Время тянулось мучительно медленно, словно в кошмарном сне, и каждая секунда казалась вечностью.

Слияние ментальных сил — это крайне щепетильный и деликатный вопрос, требующий предельной осторожности и осмотрительности. Сознание — это тонкая и интимная материя, хрупкая и уязвимая структура, неприкосновенная территория, личное и тщательно охраняемое пространство каждого человека, словно священный храм, вход в который строго воспрещён непосвящённым. Своё есть своё, а чужое — это чужое, и соваться туда без приглашения — верх неприличия, грубое нарушение личных границ. И никто, даже самый гениальный и опытный учёный, не может с абсолютной уверенностью предсказать, какие отдалённые последствия может повлечь за собой подобное насильственное вторжение в чужой разум, какой неизгладимый след оставит этот дерзкий и опасный "обмен". Ма Нань, несмотря на то, что был одновременно потрясён и заинтригован произошедшим, словно стал свидетелем невероятного научного открытия, в глубине души испытывал огромное и искреннее облегчение оттого, что всё обошлось относительно благополучно, и молодые люди, несмотря на пережитый стресс, не получили серьёзных и непоправимых повреждений.

Глядя на смущённые и немного потерянные лица подростков, которые явно не знали, как реагировать на произошедшее, он всё же решил их немного подбодрить, хотя, как обычно, слова подобрал не самые удачные, продемонстрировав полное непонимание ситуации и огромную пропасть между поколениями: — Знаете что, парни? Не стоит переживать из-за всякой ерунды! Слияние разумов — это вовсе не так уж и плохо, как вам кажется на первый взгляд. Это, как минимум, свидетельствует о том, что вы оба — личности выдающиеся, неординарные, обладающие редким даром и недюжинным потенциалом. Так что вам совершенно нечего стыдиться, нечего краснеть и прятать глаза, словно вы совершили какое-то преступление! Наоборот, гордитесь собой! Поверьте моему богатому жизненному опыту, в этом огромном и порой очень одиноком мире, полном непонимания и отчуждения, хватает людей, которые втайне мечтают пережить нечто подобное, испытать это ни с чем не сравнимое чувство единения и абсолютной близости с другим человеком, — конечно, только с надёжным и проверенным партнёром, которому можно доверять как самому себе, и при строгом соблюдении всех мер предосторожности, дабы, не дай бог, не навлечь на свою голову всякие неприятности... В общем, не парьтесь! Всё будет хорошо!

Ли Цзоусин, выслушав эту длинную и немного бессвязную речь, больше напоминающую наставление старого ворчуна, чем слова поддержки, казалось, и правда немного успокоился, и на его лице даже мелькнула робкая и чуть смущённая улыбка, словно он и сам не совсем понимал, что именно сейчас чувствует. Но Гу Вэньчэн, несмотря на все отчаянные попытки сохранить невозмутимое выражение лица и скрыть своё внутреннее смятение, продолжал чувствовать себя крайне неловко и глупо, словно он случайно попал на нудистский пляж, одетый в зимний пуховик. До Ли Цзоусина только сейчас, наконец, дошло, что его друг, всегда такой сдержанный, серьёзный и рассудительный, на самом деле испытывает сильный дискомфорт, глубокое замешательство и жгучий стыд, пытаясь скрыть свои истинные эмоции за тщательно выстроенной маской показного спокойствия.

Ли Цзоусин, немного подумав, с сомнением произнёс: — И вы правда так считаете?

Гу Вэньчэн, до этого сохранявший невозмутимое выражение лица, вдруг густо покраснел и нервно отвёл взгляд в сторону. До Ли Цзоусина только сейчас в полной мере дошло, что его друг всё это время просто делал хорошую мину при крайне плохой игре, отчаянно пытаясь скрыть своё смущение и дискомфорт.

А ведь ему, на минуточку, не шестнадцать лет, а целых тридцать восемь! И теперь, получается, что он, взрослый и опытный мужчина, чуть ли не воспользовался наивностью и юношеской неопытностью молодого парня, втянув его в эту странную и немного пугающую авантюру. "Какой же я всё-таки идиот! — с горечью подумал Гу Вэньчэн. — Надо было думать головой, прежде чем лезть в чужой разум!"

От этих неприятных мыслей Гу Вэньчэн густо покраснел, словно его окатили кипятком, и торопливо отвёл взгляд в сторону, стараясь не встречаться глазами с Ли Цзоусином. Ему стало казаться, что он попал в какую-то нелепую и двусмысленную ситуацию, из которой нет достойного выхода.

"Боже мой, что я наделал? Зачем только связался с этими сорванцами? — с досадой подумал Гу Вэньчэн, ощущая себя марионеткой в чужих руках. — И почему я всегда такой доверчивый? Неужели я совсем не умею разбираться в людях?"

Конечно же, Ман Нань просто пытался их немного подбодрить и разрядить обстановку, но, как это часто бывает, перестарался и лишь добавил масла в огонь своей неуклюжей попыткой проявить заботу.

Учитель, искоса поглядывая на своего более опытного коллегу, понимающе покивал, и вдруг спохватился, словно вспомнил что-то очень важное: — Ах да! Чуть совсем из головы вылетело! Вы, кажется, упоминали, что у Гу Вэньчэна случилось что-то вроде... Ментального шторма? Кажется, у вас там в голове немного штормило, да, Гу?

— Да, — смущённо подтвердил тот, чувствуя себя неловко под пристальными взглядами начальства. — Я и сам не понимаю, почему вдруг это произошло. Словно кто-то внезапно выключил свет.

Ма Нань и старик, обменявшись многозначительными взглядами, немного посовещались, словно решая важный государственный вопрос, и последний, как бы подводя итог их короткому совещанию, изрёк, словно оглашая приговор: — В таком случае, у меня для вас есть особое задание: немедленно отправляйтесь на планету Вейс. Это известный на всю галактику курорт, планета развлечений и удовольствий, и она находится совсем недалеко от вас. И, как по волшебству, именно там сейчас даёт свои концерты несравненная Бай Тонг.

— В таком случае вы просто обязаны нам достать билеты на её концерт, — с надеждой в голосе пошутил Ма Нань, подмигивая своим подчинённым. — Говорят, её ангельский голос обладает поистине целебной силой, способной умиротворять бушующие страсти и гармонизировать внутренний мир, помогая контролировать свои эмоции. А на её концерты, как известно, билеты днём с огнём не сыщешь, их раскупают за считанные секунды, словно горячие пирожки.

В основном, целительными свойствами обладает лишь ментальная сила каждой женщины, и действует она только на саму хозяйку. А вот у божественной Бай Тонг — редчайший и поистине уникальный талант: её волшебный голос, словно небесная музыка, способен оказывать благотворное воздействие и на других людей, исцеляя их души и наполняя сердца радостью и покоем.

— Само собой разумеется, — добродушно рассмеялся старик, похлопав Ма Наня по плечу. — Я лично попрошу нашу дорогую Бай Тонг, чтобы она нашла время и приняла вас после концерта в своей гримёрке. Так что не упусти свой шанс, Гу! И постарайся произвести на неё хорошее впечатление, — добавил он с лукавым подмигиванием, намекая на нечто большее, чем просто дружеская беседа.

Гу Вэньчэн, чувствуя себя всё более неловко и понимая, что его пытаются втянуть в какую-то сомнительную авантюру, вежливо улыбнулся в ответ. — Большое спасибо за заботу, постараюсь вас не разочаровать.

Связь прервалась, а на их личные аккаунты, словно по волшебству, уже поступили электронные билеты на долгожданный концерт.

— Что ж, курс — на Вейс, — с довольным видом объявил Лин Нянь, потирая руки от предвкушения.

Популярный курорт, планета развлечений! Да им просто сказочно везёт, словно они выиграли в лотерею. Они всего лишь должны были выполнить рядовую миссию в захолустном Хайбайсине, а по дороге уже успели посетить загадочный Укун и теперь направляются на гламурный Вейс.

И действительно, как и обещал старейшина, Вейс оказался совсем недалеко, словно до него можно было дотянуться рукой.

Это был совершенно другой мир, разительно отличающийся от всех планет, где им доводилось бывать прежде. На въезде их тщательно осмотрели, словно они собирались провезти контрабанду, а корабль оставили на автоматизированной стоянке для подзарядки и технического обслуживания. Затем они, словно обычные туристы, сели в беспилотный аэрокар и, задав адрес концертного зала, принялись с любопытством разглядывать окрестности, поражаясь красоте и величию этого футуристического мегаполиса.

В отличие от всех планет, где до этого успел побывать Ли Цзоусин (включая чопорный и консервативный Тобанг), Вейс больше всего напоминал Землю будущего, какой её рисовали в научно-фантастических фильмах и книгах.

Устремлённые ввысь сверкающие небоскрёбы, словно гигантские хрустальные сталагмиты, снующие в бесчисленном количестве аэрокары, похожие на юрких светлячков, причудливые здания самых невероятных форм и размеров, бросающие вызов законам гравитации... И самое главное — потрясающая сакура, высаженная вдоль широких проспектов! Нежные розовые цветы так плотно облепляли тонкие ветви деревьев, что казалось, их невозможно сдуть даже самым сильным ураганом. Под их сенью, словно в сказочном сне, прогуливались элегантные горожане, одетые в сверкающие наряды.

— Да, после Укуна это место кажется настоящим раем, — восхищённо заметил Ли Цзоусин, не отрывая взгляда от открывшегося великолепия.

Но и там, и тут — своя неповторимая красота, своя особенная атмосфера.

Бай Тонг была, без всякого сомнения, самой популярной и обожаемой певицей во всей Галактике. Она была и одной из многочисленных девушек главного героя в оригинальной истории — автор явно боготворил эту героиню, наделив её не только ангельской внешностью и неземной красотой, но и уникальным, волшебным голосом, способным творить чудеса.

Когда они, наконец, подъехали к огромному концертному залу, поражающему своими размерами и великолепием, то увидели огромный светящийся экран, на котором красовалось изображение Бай Тонг.

На экране — очаровательная девушка с ангельским лицом и застенчивой, но при этом невероятно притягательной улыбкой. Её огромные глаза сияли, словно две яркие звезды, а длинные чёрные волосы свободно струились по плечам, обрамляя нежный овал лица. Несколько непослушных прядей игриво выбивались из общей массы, придавая её образу кокетливую небрежность и делая её ещё более привлекательной.

Ли Цзоусин присвистнул от восхищения. И остальные тоже не остались равнодушными, дружно кивая в знак согласия: да, она действительно ослепительно хороша! Такая и в душу запасть может.

Похоже, Бай Тонг была ещё более популярна и обожаема, чем они думали. Ребята приехали

Похоже, Бай Тонг была ещё более популярна и обожаема, чем они могли себе представить. Ребята приехали заранее, чтобы занять очередь и спокойно пройти на свои места, но перед входом в концертный зал уже толпились сотни, если не тысячи страстных фанатов, жаждущих увидеть свою любимую певицу. Они стояли плотной стеной, выкрикивали её имя и размахивали светящимися плакатами.

К ним то и дело подходили организаторы, проверяя билеты и следя за порядком. Один из них, заметив их растерянные лица, вежливо пробился сквозь толпу и подошёл поближе:

— Здравствуйте! Добро пожаловать на концерт Бай Тонг! Разрешите взглянуть на ваши билеты, пожалуйста?

Ребята, немного замявшись, показали свои электронные пропуска с таинственным логотипом, который они раньше не видели. Контролёр, увидев эти знаки отличия, облегчённо вздохнул и расплылся в широкой улыбке. — О, да вы у нас особые гости! Прошу за мной. У вас — билеты категории "Platinum", которые позволяют пройти без очереди и с максимальным комфортом.

Под завистливыми, а порой даже злобными взглядами обезумевшей толпы фанатов их, словно VIP-персон, провели через служебный вход, минуя утомительную процедуру досмотра и унизительную толкотню. Но до начала концерта, к их удивлению, оставалось ещё довольно много времени. — Прошу за мной, — обратился к ним всё тот же любезный организатор. — Мисс Бай лично попросила меня, чтобы я проводил вас в её гримёрку. Она очень хочет с вами познакомиться перед выступлением.

Познакомиться с самой Бай Тонг? С этой неземной красоткой, чей голос способен исцелять души?

Новоиспечённые покорители вселенной, совершенно ошарашенные столь неожиданной новостью, тут же принялись судорожно прихорашиваться, как перед свиданием с самой королевой: нервно приглаживали растрёпанные волосы, одёргивали помятую одежду и старались придать своим лицам максимально невинное и очаровательное выражение. Лин Нянь, в свою очередь, молча и сосредоточенно запоминал маршрут от служебного входа до гримёрки певицы, стараясь идти между Ли Цзоусином и Гу Вэньчэном, словно телохранитель, оберегающий своих подопечных от неминуемой опасности.

— А долго ещё Бай Тонг пробудет на Вейсе? — словно между делом поинтересовался Лин Нянь, стараясь сохранять хладнокровие.

Организатор, явно польщённый их вниманием к персоне певицы, был очень любезен и с готовностью ответил на их вопрос:

— К сожалению, совсем недолго. Уже завтра утром она улетает на другом корабле, чтобы дать концерт на следующей планете. У неё очень плотный гастрольный график, расписанный на несколько лет вперёд.

Гастроли — тяжёлая и изнурительная работа, требующая полной самоотдачи и огромного количества сил. Лин Нянь, услышав это, в очередной раз убедился в том, что лучше, чем возиться с механизмами в тихой мастерской или просиживать штаны за компьютером, копаясь в коде, в этом мире ничего нет.

Болтовня продолжалась недолго. Наконец они добрались до нужной двери, возле которой стояли двое угрюмых охранников. Организатор, постучав, тихо произнёс:

— Мисс Бай, к вам гости. Изнутри тут же раздался мелодичный и немного приглушённый голос, словно доносящийся издалека:

— Войдите.

Ли Цзоусин, уже было приготовившийся увидеть перед собой божественную красавицу, вдруг резко остановился, как вкопанный, и скорчил крайне странную гримасу, словно его только что ударили током.

Что за чертовщина?! Почему этот голос, который должен был быть нежным и мелодичным, так подозрительно похож на мужской фальцет?! Неужели нас ведут прямиком в ловушку?!