ГЛАВА 14

В просторной кабине корабля лицо Гу Вэньчэна внезапно стало мертвенно-бледным, словно тонкое полотно, тронутое первым, безжалостным морозом. Ещё мгновение назад все было прекрасно...

Острая, невыносимая боль от внезапного и насильственного разрыва ментальной связи пронзила его голову, словно удар кинжала в самое сердце. В глазах потемнело, а всё тело пронзила дрожь.

Ли Цзоусин, наблюдавший за ним краем глаза, сразу заметил резкую перемену в его состоянии. Его брови, обычно приветливо приподнятые, грозно нахмурились, словно тяжёлые, свинцовые тучи, предвещающие надвигающуюся бурю.

— Что случилось? — встревоженно спросил он.

— Ничего, — Гу Вэньчэн сделал несколько глубоких вдохов, постепенно приходя в себя. — Всё в порядке. Не беспокойся, — заверил он, стараясь казаться спокойным, как гладь озера перед бурей.

Он оставил часть своей ментальной энергии на организаторе аукциона. Теперь кто-то уничтожил эту связь — так внезапно, что энергия даже не успела рассеяться. Кто это был и зачем?

Он утверждал, что всё хорошо, но на лбу выступил пот, словно бисер, рассыпанный по атласу. Ли Цзоусин достал салфетку, и его пальцы коснулись лица Гу Вэньчэна.

Кожа гладкая, как полированный лунный камень... словно шёлк, подумал Ли Цзоусин.

Он попытался отдернуть пальцы — и с изумлением осознал, что они буквально прилипли к щеке Гу Вэньчэна, словно их склеил невидимый клей. Что за чертовщина сковала меня?

Но больше всего его шокировало другое: ментальная сила Ли Цзоусина, еще не обузданная, проявилась в воздухе в виде серебристых нитей, тонких, как паутина, и тут же обвилась вокруг Гу Вэньчэна, словно зачарованная лоза плюща. Словно околдована его притяжением.

Чёрт... Говорят, ментальная сила отражает желания хозяина. Неужели я настолько хочу переспать с Гу Вэньчэном?! Да быть такого не может! Это абсурд!

Стиснув зубы, Ли Цзоусин попытался взять энергию под контроль, обуздать её, как дикого коня. Но Гу Вэньчэн, словно отвечая на это, тоже проявил свою обычно скрытую силу. Она вспыхнула в воздухе россыпью бриллиантов и начала игриво переплетаться с энергией Ли Цзоусина, как два влюблённых мотылька в безумном танце.

— Что за чёрт?! — вырвалось у Гу Вэньчэна, словно ледяной душ окатил его с головы до ног, лишив дара речи.

Его ментальная сила, высвобожденная насильственным разрывом, обернулась диким зверем, сорвавшимся с цепи и крушащим все на своем пути. Но почему, черт возьми, это коснулось и Ли Цзоусина? В голове не укладывалось, что происходит!

Зажмурившись, он попытался найти хоть какое-то объяснение. Возможно, его собственная сила оказалась чудовищно велика, словно неукротимый ураган, и, подобно щепке, затянула в свой водоворот более слабую энергию Ли Цзоусина. "Должно быть так... иначе и быть не может," — твердил он себе, пытаясь ухватиться за хоть какую-то логику.

"Всё в порядке," — попытался он себя успокоить. Разная полярность притягивается, одинаковая — отталкивается. Мужская ментальная сила по своей природе агрессивна и не должна... просто не может притягивать другую мужскую энергию. Это лишь временное безумие, досадная помеха, которая сейчас же прекратится.

Но надеждам не суждено было сбыться.

Едва серебристые нити их сил соприкоснулись, как в следующее мгновение их энергии сплелись в единый, неистовый вихрь, словно две реки, с ревом слившиеся в один бурный поток. Это было похоже на сухие ветви, внезапно охваченные всепоглощающим пламенем дикой страсти, на танец, который не остановить. Невидимая, непреодолимая сила тянула их друг к другу, стирая границы, уничтожая различия.

Слились!

Ли Цзоусин издал хриплый стон, вцепившись пальцами в голову, словно её сдавили гигантские тиски, неумолимо сжимая виски. — Голова... раскалывается... — прошептал он, корчась от мучительной боли, словно тысячи раскаленных игл вонзались в его мозг.

Гу Вэньчэн, словно громом пораженный, закусил губу до крови, чувствуя солёный привкус металла во рту. На его лице застыла маска боли, словно его ударила молния, и ужаса, как у человека, встретившегося лицом к лицу с призраком. Что я натворил? Куда меня завело моё чёртово любопытство?

Но потрясены были не только они. В кабине повисла тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием.

— М-мужские... ментальные силы... слились? — пролепетал Синань, запнувшись, словно у него отняли дар речи. Его рот беззвучно открывался и закрывался, как у рыбы, выброшенной на раскалённый берег.

Боже милостивый!

Неужели наши лучшие умы сошли с ума?! Ментальная сила – это ведь основа всего, она рождается в самом мозге! Что же теперь будет?

— Что делать?! — запаниковал Цзи Юй, уже лихорадочно искал информацию в сети, словно тонущий, ухватившийся за соломинку. — В мире только мужская и женская энергии могут сливаться. Мужские силы должны отталкиваться, как два магнита одним полюсом!

Но глядя на переплетающиеся в воздухе серебристые нити, они замолчали, словно пораженные громом. Это невозможно, это противоречит всем законам природы!

Их картина мира трещала по швам, словно старый холст, разорванный порывом ветра.

Цзи Юй быстро открыл портативный компьютер, пытаясь найти случаи слияния мужских ментальных сил, но огромная база данных не выдала ни одного примера, словно этого явления просто не существовало. Ничего, пустота!

Он запаниковал и анонимно обратился к учителям и однокурсникам, надеясь на чудо.

Время было активное, и через секунду появилось два десятка комментариев, полных недоверия:

— Что?! Слияние мужских ментальных сил?! — воскликнул кто-то в шоке, словно его ударили под дых.

— Я отметил всех преподавателей. Надеюсь, кто-то даст совет, — написал другой, полный надежды, словно моля о спасении.

Лин Нянь перевёл корабль на автопилот и взломал зашифрованные базы данных — безрезультатно, словно стучался в запертую дверь. Ничего полезного, только тупик!

— Я свяжусь с учителем Ма Нанем, — ровным тоном произнес Лин Нянь, словно смирившись с неизбежным.

— Я уже пытался, — Синань дрожащим пальцем показал на свой компьютер. — Но он не отвечает, — с отчаянием в голосе добавил он, словно потеряв последнюю надежду.

Ли Цзоусин чувствовал себя странно — то боль, словно от ожога, то странное удовольствие, похожее на щекотку перышком. Его ментальная сила, играя с «новым другом», не понимала, насколько мощная энергия Гу Вэньчэна может навредить ему. Это безумие, что это со мной творится?

Голоса товарищей доносились будто сквозь толстое стекло. Ущипнув себя за руку, он ненадолго протрезвел, словно очнувшись от наваждения:

— Что... происходит? — пробормотал он, стараясь собраться с мыслями, словно после тяжелого удара.

Гу Вэньчэну было ещё хуже. Его ментальная сила, будучи сильнейшей, никогда прежде не сливалась с чужой, словно неприступная крепость, ни разу не познавшая осады. Прирождённая подозрительность заставляла его отвергать мягкую женскую энергию и ненавидеть агрессивную мужскую, словно яд, отравляющий душу.

Но сейчас... Что это за странное, терпкое чувство проникает в меня?

Он покраснел, словно его бросили в кипяток, покрылся потом, как росой, прокусил губу, чувствуя, как по подбородку струится алая кровь. Нельзя поддаваться этому, нужно сопротивляться до конца!

Среди боли он ощущал удовольствие — настолько неожиданное, словно удар грома среди ясного неба, что ему пришлось изо всех сил изображать муку, чтобы скрыть своё замешательство.

Потому что Ли Цзоусин, казалось, пребывал в каком-то отстраненном оцепенении. Его лицо оставалось почти бесстрастным, словно он был не участником этого безумия, а лишь сторонним наблюдателем, безучастно взирающим на чужую трагедию. Неужели он ничего не чувствует? Или искусно скрывает свои истинные эмоции, прячась за маской равнодушия?

— Всё ясно, — Цзи Юй внезапно успокоился, и в его голосе прозвучала зловещая уверенность, словно он наконец-то нашел недостающий элемент в сложном пазле. — Летим на планету Укун. В водах озера Мурсиль содержатся элементы, временно подавляющие ментальную силу, словно снотворное для разума.

Только это могло спасти их от неминуемой катастрофы — превращения в апатичных овощей, навеки лишенных разума и воли! Нужно действовать быстро, пока еще не поздно, пока их сознание не угасло окончательно!

Небольшой корабль был оснащен системой пространственного прыжка, но с одноразовым зарядом энергии. Лин Нянь и Синань отреагировали на новость с таким искренним ликованием, словно услышали долгожданный приговор, отменяющий смертную казнь. Синань шумно выдохнул, обессиленно опустившись в кресло. Лин Нянь нервно вытер пот со лба дрожащей рукой.

— Отлично! Вы не станете идиотами! — выдохнули они с облегчением, словно неподъемная гора свалилась с их плеч.

Идиотами, блин...

Ли Цзоусин с силой уткнулся лицом в спинку сиденья, стараясь подавить дрожь, пронзающую все его тело. Волосы слиплись от холодного пота, словно их щедро вымазали липким, приторным сиропом. От Гу Вэньчэна исходила какая-то невыносимая аура, густой, обволакивающий аромат, настолько сильный, что разум начинал мутиться, словно он дышал ядовитым дурманом. Что это за наваждение преследует меня, отравляя каждый вдох, не давая покоя ни на секунду?

Почему остальные его не чувствуют?! Неужели я схожу с ума, и все это лишь болезненный плод моего разыгравшегося воображения?

К счастью, прыжок прошел быстрее, чем он ожидал. Очнувшись от тягостного забытья, он увидел, что Лин Нянь уже посадил корабль на берегу озера, словно спасительный ковчег после всемирного потопа.

Как только дверь отворилась, потоки свежего, прохладного воздуха развеяли дурманящий запах, словно глоток свободы после долгого заточения в душной, удушающей темнице. Тяжелый груз отступил, позволяя вдохнуть полной грудью.

Ли Цзоусин поднял взгляд и невольно встретился глазами с Гу Вэньчэном. В их взглядах на мгновение отразились смятение и невысказанные вопросы, словно они оба прикоснулись к чему-то запретному, обожглись о раскаленный металл. Что это было? И как теперь жить с этим знанием, с этой неразрывной связью?

Как главный герой может быть таким... соблазнительным? Нельзя об этом думать! Иначе я окончательно сойду с ума, утону в этом безумии!

Их ментальные силы, объединенные и многократно усиленные, продолжали переплетаться в воздухе, словно гигантские, разросшиеся до небес деревья, создавая одновременно завораживающее и пугающее зрелище.

Если бы кто-то посторонний увидел этот колоссальный объем энергии, никто бы не поверил, что их показатели едва превышают отметку в 2000 единиц. Это было просто немыслимо, за гранью понимания. Неужели произошедшее сделало нас сильнее, чем когда-либо прежде? Но какой ценой?

Но самое пугающее — ни Ли Цзоусин, ни Гу Вэньчэн не чувствовали себя истощенными. Напротив, в них клокотала необузданная, неистовая энергия, словно они стали сосудами, переполненными до краев. Мы просто монстры, чудовища, порожденные безумным экспериментом, вырвавшиеся на свободу...

Просто монстры...

Озеро Мурсиль на Укуне было уникальным местом — его целебные воды не охранялись, поскольку элементы, растворенные в них, проявляли свои свойства только на этой планете, словно ключ, подходящий лишь к одному, единственному замку. За пределами Укуна вода становилась бесполезной, превращаясь в пустой, никчемный сосуд.

Но сейчас Гу Вэньчэн был готов назвать это озеро прекраснейшим местом во всей Вселенной, священным святилищем, дарующим долгожданное избавление от мучительных терзаний. Спасибо тебе, озеро, за надежду на спасение, за возможность снова стать самим собой!

Не раздеваясь, они бросились в воду, словно в объятия спасительной прохлады. Мерцающие частицы тут же окружили их, словно рой светлячков, приветствуя долгожданных гостей. И вскоре объединенная ментальная сила начала рассеиваться, тая, словно дым на ветру, унося с собой боль и страх.

Опьяняющий, дурманящий аромат, преследовавший его в последние часы, наконец-то развеялся, словно кошмар, отступивший с первыми лучами рассвета, оставив после себя лишь смутные воспоминания.

Но теперь возникла новая проблема — неловкость, словно между ними выросла невидимая, неприступная стена, воздвигнутая из молчания и смущения. Что теперь будет? Как нам смотреть друг другу в глаза после всего произошедшего?

Гу Вэньчэн старательно избегал взгляда Ли Цзоусина, отчаянно убеждая себя в том, что странное, почти болезненное удовольствие, испытанное им во время слияния, было всего лишь галлюцинацией, порождённой воспалённым разумом, измученным болью. "Этого не было! Это лишь игра воображения, не более!" — твердил он себе, словно мантру.

Наука ещё не всё изучила, в ней ещё предостаточно белых пятен, неизведанных территорий. Возможно, мужские ментальные силы действительно вызывают такие... ощущения... при слиянии? Это ещё предстоит доказать, изучить, исследовать... Бред какой-то! Но другого объяснения у меня просто нет!

Неловкость пронизывала до самых костей, сковывая движения, словно невидимые цепи.

Но он заставил себя принять этот факт, натянув на лицо безмятежное выражение, словно ничего экстраординарного не произошло. Хотя смотреть на Ли Цзоусина всё ещё не решался, его взгляд скользил мимо, словно тот был невидимкой, прозрачным призраком. Ни за что! Никогда я не признаюсь в том, что чувствую!

Было невыносимо неловко, словно он оказался абсолютно голым посреди огромной, равнодушно взирающей на него толпы.

Цзи Юй достал из корабля единственное одеяло, тонкое и невесомое, словно паутина, сотканная из лунного света.

— Только одно, — констатировал он, словно извиняясь, но в его голосе прозвучала злая ирония. — Придётся делиться.

— Мы ещё посидим, — Ли Цзоусин откинулся на спину, погружаясь в воду, стараясь расслабиться. — Вода приятная, — заверил он, пытаясь разрядить гнетущую обстановку, но в его голосе прозвучали фальшивые, натянутые нотки.

— Правда? — Синань с нескрываемым любопытством потянулся к воде, словно маленький ребёнок, увидевший новую, сверкающую игрушку.

— Озеро Мурсиль не только подавляет ментальную силу, — невозмутимо объяснил Цзи Юй, украдкой поглядывая на Лин Няня, крадущегося к Синаню сзади, словно хищный кот, подбирающийся к беспечной мышке, — но и...

— Но и...? — Синань встревоженно обернулся, предчувствуя недоброе.

Ли Цзоусин и Гу Вэньчэн мгновенно отплыли подальше, предвкушая грядущее зрелище. "Сейчас что-то будет! Нужно держаться подальше от греха!"

— Что вы...

Плюх!

Лин Нянь с дьявольским хохотом толкнул Синаня в воду, словно в бездонную пропасть, и тот с головой ушел под мутную поверхность озера, вздымая фонтан брызг.

— ...расслабляет мышцы и залечивает полученные травмы, — невозмутимо закончил Цзи Юй, словно ничего предосудительного не произошло.

Синань, с шумом выныривая на поверхность, обрызгал всех, выражая свое справедливое негодование. Его глаза метали молнии.

— Драться будешь! Ты поступил подло, коварный предатель! — возмутился он, не скрывая обиды, словно его предали в самый ответственный момент, нанесли удар в спину.

Кризис миновал, и компания измученных подростков тут же превратилась в стайку беззаботных, дурачащихся детей. Они брызгались, дразнили друг друга и беззаботно смеялись над всякой ерундой — с той неподдельной, заразительной непосредственностью, что бывает только в юности, словно забыв обо всех недавних проблемах и тревогах, оставив их позади.

Ли Цзоусин некоторое время наблюдал за их возней, а затем внезапно нырнул в воду, словно хищная птица, устремившаяся к своей добыче. Под водой он бесшумно ухватил Гу Вэньчэна за ноги и с дерзкой ухмылкой потащил его на глубину, словно в омут. "Пора и тебе окунуться в пучину веселья! Нечего тут киснуть и строить из себя страдальца!"

Гу Вэньчэн: "Что за наглость! Этот сорванец совсем не даёт мне покоя!"

Волосы Ли Цзоусина мягко колыхались в прозрачной воде, словно нежные водоросли в тихой заводи, создавая вокруг его лица ореол таинственного сияния. Он улыбался, как маленький ребёнок, удачно подшутивший над другом, светясь от неподдельного счастья и озорства. "Мне удалось провернуть это дельце! Он попался на мою удочку!"

Мерцающие частицы, окружавшие их со всех сторон, создавали сказочную, неземную картину, будто они плавали в бескрайней галактике, окруженные мириадами звёзд и разноцветных туманностей. Волшебное зрелище завораживало взгляд, заставляя забыть обо всем на свете.

Недавняя неловкость окончательно растаяла, словно дым, развеянный порывом свежего ветра, уступив место беззаботному веселью, взаимному восхищению и юношеской безрассудности.

Гу Вэньчэн не сдержал улыбки, выпустив струю пузырьков воздуха, похожих на жемчужины, и кивком указал на Цзи Юя и Лин Няня, безмятежно стоящих на берегу озера.

— Давай и этих тихонь стащим в воду, — предложил он, и в его голосе зазвучал озорной азарт, словно он был не просто ученым, а заговорщиком, планирующим дерзкое преступление, которое принесет массу удовольствия.

В его взгляде, наконец, появился тот самый озорной блеск, свойственный юным сердцам, словно он сбросил тяжелую маску серьезности и позволил себе просто быть подростком, беззаботным и полным энергии. Ли Цзоусин энергично кивнул, полный предвкушения предстоящей шалости. "Отличная идея! Нужно добавить им немного адреналина, чтобы жизнь не казалась им такой скучной!"

Набрав полные легкие воздуха, они снова нырнули в прохладную воду озера, бесшумно подплыли к ничего не подозревающей паре и, словно морские чудовища, внезапно набросились на свою добычу, резко потянув их за ноги в глубину.

— Ли Цзоусин! Гу Вэньчэн! — взвизгнули они хором, полные праведного возмущения и наигранной обиды, словно их предали самые близкие и верные друзья.

Автору есть что сказать:

Не пропустите эксклюзивные кадры! "Команда мечты" дурачится в озере Мурсиль — СМОТРЕТЬ БЕСПЛАТНО И БЕЗ РЕГИСТРАЦИИ прямо сейчас!