ГЛАВА 44: ПРАЗДНИК СЕРЕДИНЫ ОСЕНИ- ЧАСТЬ 1
Праздник в гостевом зале длился до самого утра. Музыка и смех ни на минуту не стихали. Кто-то лежал лицом в тарелках во хмельном бреду; кто-то проиграл чуть ли не весь свой род одной талантливой девушке, потому сейчас сидели где-то в сторонке, пытаясь подсчитать оставшиеся деньги; кто-то даже спустя столько часов не устал танцевать; а кое-кто видимо до сих пор по какой-то неведомой никому причине оставался трезвым. Красивые сестрички, приглашённые на праздник, теперь разбились по групкам: некоторые предпочли продолжить развлекать немногочисленых людей, которые ещё остались в сознании, другие захотели наконец-то побаловать себя и хотя-бы украдкой попробовать оставшиеся угощения на столах, а прочие улучили минутку, чтобы непринуждённо пообщаться между друг дружкой.
– Ох, как же я устала! Пальцев не чувствую... – жаловалась 15-летняя Ми Хуан, положа голову своей старшей сестрице Су на плечо.
Су Чжаоли гладила бедненькую сестричку по волосам, пытаясь успокоить копризное дитятко.
– Успокойся, а-то косметику размажешь. Нам осталось ещё полчасика поработать. Потерпи немножко.
– Ещё целых полчаса?! Я точно не выдержу...
– Хватит уже ныть, Ми-эр.
– Да как же я не могу, сестрица Шао?
– Как мне кажеться, сейчас сложнее всего кое-кому другому. – налив для себя какого-то терпкого вина, вставила своё слово Мянь Му.
– А-а? Ты это... Про Циньсюаня?
– Мгм. Должно быть сложно целую ночь напролёт притворяться девицей, улыбаться этим похотливым мордам, так ещё и без того носиться из одного конца зала в другой с травмированой ногой.
– О... Кстати, а где он сам-то? – Ми Хуан завертела головой в разные стороны, но не среди их кружочка прелесниц, ни среди гостей она не смогла найти "старшую сестрёнку Ли".
– Да здесь он. – Шао Ланянь кивнула головой в сторону возвышения для особо важной персоны. И действительно, фигура в бело-голубой одежде о чём-то вела беседу с, пожалуй, самой важной персоной в этом зале.
– Во даёт! Даже мене сделали тогда отворот-поворот. Хмм... интересно, в этой ситуации лучше посочувствовать Циньсюаню из-за того, что он не девушка, или Его Величевству из-за того, что Ши Циньсюань мужчина?
Тем временем на возвышении императорского трона велись важные разговоры.
– ... знаешь, она на меня тогда так злобно зыркнула, что я уж и забыл, что хотел сказать. Эх, иногда мне кажеться, что меня как-то не особо ценят... – Циньсюань театрально вздохнул, но потом, взяв с маленького столика засахареную клубнику, быстро забрал свои слова обратно. – Точно кажеться! Меняж все просто обажают!
Император Хэ, сидевший рядом, угрюмо отломил от булочки кусок и положил его в рот. Честно, казалось, что он даже старался громко не дышать в этот момент, как будто надеясь, что таким образом сможет избежать чего-то очень страшного. Не прожевав, он тяжело вздохнул, и покосился на Циньсюаня, так и выражая взглядом: «За что мне это наказание?»
– И всё потому что я тогда разлил кувшин с горячей водой! Нет, я знаю, что в целом заслужил, но всё же... За это пытаться расчленить меня своей шпилькой — уж как-то слишком! Тебе так не кажеться? – с горем попалам, но из всей этой белеберды Хэ Сюаню всё-таки удалось маломальски провести цепочку событий.
1 и, наверное, самое главное — герцога Ши больше нет в живых, а Циньсюань оказался на улице, как всеми покинутый, самый настоящий бомжара.
2, что он выяснил — 2 недели Циньсюань жил на какой-то помойке, где его вроде-как одновременно и любили, и в тоже время все на него ставили огромный и жирный крест.
Ну и 3, собственно, как Ши Циньсюань сменил пол — короче говоря, его похитили. Опять.
Он подозревал, что возможно многое из этого притянуто за уши, но суть он вобщем уловил.
– И хоть бы кто помог тогда... А я, между прочим, с ней тогда своим тофу поделился! И вот она, МОЯ БЛАГОДАРНОСТЬ?!
– Погоди, ты сейчас говоришь о... – на секунду он засомневался, словно сам не веря, что вступает в этот абсурдный диалог. – Женщине, с которой дерёшься шпилькой на мусорках?
– Э-э-эм... Немного грубовато, но вообще, да. Получается. – походу он и сам запутался.
Карсет и всякая ткань, набитая в облости груди ужасно здавливала грудную клетку, а от того пузырька во рту стало уже совсем неприятно и даже в какой-то мере жарко. Даже остро, если точнее. Он это ещё давно подметил. Но если первые часы всё было почти привосходно, то сейчас ему до ужаса хотелось поскорее вылезти из этого положения. И всё же... Ши Циньсюань не мог не спросить:
– Хэ-Сюн, мне ведь идёт?
– Что идёт?
– Да блин! Ну скажи же, что я просто очаровательно выгляжу!
– ... – рука с ложкой и одинокой цзяоцзы¹ застыла в воздухе у самых губ, пока во второй он всё так же держал глубокую мисучку с голубым рисунком, полной бульона и остальных цзяоцзы. – Тебя ничего не смущает?
// Цзяоцзы¹ — блюдо китайской, а также японской и корейской кухни, одна из разновидностей пельменных изделий этого региона. Цзяоцзы лепятся из теста с начинкой из мяса и овощей, реже — только из мяса. //
– Ммм? Ну а кто ещё со мной поговорит о таком, кроме Тебя, а, Ваше Величество? — Циньсюань лукаво подмигнул и подался ближе. — Ты хотя бы притворись, что тебе весело. Хоть чуть-чуть. Ради старой дружбы?
Хэ Сюань снова вздохнул, всё-таки засовывая ложку с цзяоцзы себе в рот. После короткой паузы он бросил:
– Ты весь вечер одет как женщина, притворяешься проституткой и рассказываешь мне про кипяток и злых женщин. Я уже делаю для тебя слишком много.
– Ну... Это же потому, что я не просто кто-то там, правда? Я же — особенная! – Циньсюань расправил плечи и с кокетством повёл ресницами.
Император, не глядя, потянулся за своей чашей вина. Затем, всё же взглянув на Циньсюаня, тихо произнёс:
– Притворюсь, что я этого не слышал.
– Ты слишком серьёзен, Сюань-гэ! – подовив смешок от собственной идейки с «Сюань-гэ», он продолжил. – Знаешь, что я понял? Елсли ты это не попробуешь, то щитай, что половина твоей жизни прошла впустую! Хотя бы подумай над этим — переодеться, накрасится, пофлиртовать, а там, может и понравиться...
– Нет.
– Я могу одолжить тебе платье!
– Нет.
– А что, у тебя фигура подходящая. Бёдра немножко плоские, но-
– Циньсюань, нет!
– Какой ты скучный, Хэ-Сюн...
Оба замолчали. Хэ Сюань спокойно ел свои цзяоцзы, в то время как разочарованный в своих искренних и чистых помыслах Ши Циньсюань принимал горький факт того, что его дружеский интерес не оценили по-достоинству. Хэ Сюань молча дожевал очередной цзяоцзы, а потом, будто между прочим, отложил ложку.
– А потом ты куда? – спросил он, не глядя на Циньсюаня.
Тот удивлённо моргнул.
– Куда... потом?
– После праздника, – Хэ Сюань наконец посмотрел на него. – У тебя ведь теперь нет... – он замолчал, будто не желая продолжать фразу, –... Дома. Бездомыш ты.
Ши Циньсюань слегка вздёрнул подбородок, как будто это его совсем не задело.
– А-а, ну... Вернусь на те улочки к Фей Яо, А-Юйю, старику Чуо и Чао, 6 бабушке и младшей тёте... Там у них, вроде как, маштабный ремонт намечаеться к зиме... Там, знаешь ли, уютно, по-своему. Да и куда они без меня! Всё ведь на мне, всё НА МНЕ!
– Хм. – Хэ Сюань откинулся назад, глядя вперёд. – Знаешь... Можешь остаться во дворце. Мне не жалко. Комнат хватает.
Циньсюань аж подавился вином. Закашлялся. Несколько мгновений смотрел на императора, прищурившись, будто тот вдруг начал говорить на древне-уйгурско-шумболском-и-бла-бла-бла.
– Повтори?
– Нет.
– Погоди-погоди! Ты предложил мне остаться? О-О-о-о, Хэ-Сю-ю-юн!!!!Моё бренное сердце не выдержит таких эмоций!
– Не начинай.
– Я просто... я тронут! Я-то тебя уже в своих мыслях списал на почти равнодушный ко всем кусок льда.
– ...(T_T)
– Почти! Ключевое слово ПОЧТИ! О, Хэ-Сюн, ты добрейший из мужчин!
– Я пожалею, что это сказал, – пробормотал тот, хмурясь.
– Ах, забота, прелесть какая! Но... – вдруг Циньсюань помрачнел. – Я не могу просто так уйти. Мне пообещали заплатить. А эти деньги — не для меня. Там, в трущобах, остались люди... они мне еду делили. Помятую циновку. Даже самодельный зонтик подарили! – он вдруг замолчал, будто вспомнил что-то слишком трогательное. – Я обещал.
Хэ Сюань поднял бровь.
– И что, планируешь вернуться туда сам?
– Конечно! Я же не могу бросить... – Он осёкся, потом нахмурился и посмотрел куда-то в сторону. К слову, этой стороной оказался уголок милых, красивых, элегантных, образованных девушек.
– Хотя... – задумчиво протянул он, – может, я попрошу сестричку Су отдать всё за меня. Она умеет быть серьёзной, да и за свои слова отвечает. Думаю, ей можно довериться. – вздох.
Хэ Сюань коротко кивнул.
– Тогда так и сделай.
Улыбка на лице юного Ши, как и сейчас, ждать себя никогда не заставляла. Оперевшись подборотком о ладонь, Циньсюань с какой-то мечтательной улыбкой вновь заговорил.
– Знаешь... а может, это и правда к лучшему. Хоть раз высплюсь в нормальной постели. Только с тебя подушки с шёлком, пуховыми одеялами и спальными одеждами!
– Ещё чего захотел. – фыркнули ему в ответ.
На том и порешили. Девушки из «Вишнёвого Павильона» закончили свою работу около 6 утра, но, не смотря на такое время казались на удивление бодрыми. Особенно когда узнали о том, что Циньсюань вместе с ними в столицу Сун не вернётся. (На самом-то деле, Шао Ланянь, Мянь Му, Бань Сяо и Сянь Си было по большей части всё равно) Вот например Хан Миньянь в растерянности оглянулась на сестёр; Су Чжаоли чуть не выронила свой веер из рук; а Ми Хуан, ему показалось, вообще готова была расплакаться на месте! И всё-таки узнав, что здесь его друг, (Да ещё и какой друг!) девушки успокоились. Что касается просьбы благотворительности по поводу его зарплаты за этот вечер — Су Чжаоли какое-то время колебалась, поскольку, похоже, не хотела идти в самый эпицентр бедности столицы, но согласилась.
Распрощавшись, Ши Циньсюаня быстренько определили в гостевую комнату, притащили сменную одежду и отправили спать. Да, умыться ему сегодня к сожалению не позволили, поскольку для гостей существует тлельная купальня со всеми удобствами — а её ещё растапливать надо! — однако Ши Циньсюань был совершенно не против рухнуть в постель без задней мысли.
Впервые за 2 недели он так сладко спал.
***
«Письмо от Императора Хуа, Хуа Чэна для Императора Хэ, Хэ Сюаня.
Достопочтенный император Хэ,
В ответ на ваше последнее послание уведомляю: торговые пути в северных горах вновь открыты, а отрибуты для церемонии из моей империи прибудет к вам в течение семи дней.
Кстати, Моё Величевство просило тебя доставить ко мне во дворец чёрный нефрит, 6 ящиков масленных красок и 5 ящиков клубники для гэгэ к 26 числу, однако они пришли ко мне только сегодня. Поэтому матай себе на ус +15% к долгу.
А теперь к главному: Мы с гэгэ недавно устраивали тренировку на мечах и, о боже, гэгэ был просто великолепен! Гэгэ был настолько восхитителен, что я даже словами тебе передать не смогу. Ох, а видел бы ты, как он обрадовался, когда увидел мою оружейную! Ну, я подарил ему её. Как я щитаю — гэгэ заслужил. Его улыбка была столь ослепительна, что, знаешь, я думаю он бы лучше справился этого глупого солнца. А ещё недавно мы в городе принимали участие в стрельбе из лука — я, само-собой-разумеется, попал исключительно в центр. Но вот гэгэ попал мне точно в сердце! Я подумываю пригласить его на свидание, вот только место его достойное, пока ещё не придумал. И, как думаешь, мне лучше подарить ему что-то ювелирное, цветы, наряд или ещё чего? Я пока склоняюсь к какому-нибудь мечу. (Ему они слишком нравятся). К слову, заберёшь к себе через 2 недельки Эмина на пару часиков. Это, если что, не просьба. Если да, то может сможешь понизить долг на... 20%. Если не накосячишь.
Ну надо же! Император Хэ лично прибрал к рукам элитную «девушку» с пышного застолья — как говорится, знал, что выбирал. Я приеду на Праздник Середины Осени и с нетерпением ожидаю увидеть эту таинственную красавицу на сцене ваших традициональных постановок. Слыхал я, что девушка чрезвычайно красива — чего стоят необычные для более северных широт голубые глаза!
*В правом нижнем углу был нарисован маленький рисунок: карась, которого выбросило на сушу.*»
На следующий день глядя на это послание от Его Величевства Хуа, у Хэ Сюаня начало нервно подрагивать нижнее веко. Увидев рисунок в конце, он и вовсе смял письмо, выкидывая то в мусорку, желая лишь браниться на все известные ему маты.
– Вотжеж...
/Конец 44 главы. Нет оправдания этому автору! ((ヾ(≧皿≦ﾒ)ﾉ)) Что-то как-то у меня не складывалась эта часть, вот и были вы без прикормки больше недели... Ну чтоже, я буду ждать ваших комментариев по поводу главы. Я заранее извиняюсь за возможные ошибки, потому что глава писалась ночью, когда автор уже хочет спать и желание перепроверять — нет его. Мне будет очень интересно почитать ваши догадки, что будет дальше и, может, я вам даже дам какой-нибудь спойлер, если читатели этого захотят и хорошо попросят... 🙂↕️/