ГЛАВА 42: ГДЕ ЦИНЬСЮАНЬ СТАНОВИТСЯ 8 БОГИНЕЙ

Тащили его относительно не долго, так что чтобы понять, куда его хотя бы примерно ведут, достаточно было вспомнить постройки поблизости, где возможно требуются люди на продажу, но это, при всей лёгкости, оказалось сложнее, чем Ши Циньсюаню показалось изначально: знал он эту местность поверхностно, основываясь лишь на воспоминаниях, когда он только-только приехал сюда. Так же, если память его не подводит, то подобных мест было мизерное количество, да и находились они вроде дальше по улице...

Ши Циньсюань не мог видеть, однако, когда морозная температура резко сменилась на комнатную, а в ноздри залетел сахарный запах благовоний и ароматизаторов, вывод стал напрашиваться сам собой.

– Поднимай ноги. Тут ступеньки. – голос показался Циньсюаню хриплым и скрипучим, больше подходящий какому-то седеющему мужчине лет 50-55, хотя вроде руки, что его удерживали, показались принадлежащими молодому человеку. Очень и очень интересный контраст.

Поднимаясь по ступенькам, Циньсюань помимо сладенького аромата подметил совсем рядом звуки, сомнительно напоминающие игральные кости, когда те падали на доску; где-то дальше переливистую мелодию, кою кто-то играл на цине и арфе; и при всём том, больше всего Циньсюань слышал девичие голоса, что хихикали, шушукались или... флиртовали? Ши Циньсюань окончательно сбился с толку. Сначала он подумал, что это поместье богатых господ. Потом решил, что это какой-то игорный дом. Следом пришло неособо похожее на правду предположение — театр. Почему не похожее на правду? Ну, сами посудите: в каком театре девки будут так громко флиртовать с кем-то и тем более, кто будет там играть в игры?

"Да куда, в конце-то концов, я попал? Кто-нибудь, РАЗЪЯСНИТЕ!"

– Кого это вы притащили, олухи?! – перед взвинченым визгом дамы, что юный Ши пока так и не увидел, раздался хлопок закрывающейся за ним двери. – Я вам кого сказала найти? Молоденьких, хорошеньких, красивых девчушек с большой грудью и сияющими, голубыми глазами, которые выглядят безродными. А ЭТО ЧТО?!

– Но мадам, присмотритесь! – Ши Циньсюаня поставили на колени, схватив в сильную хватку запястья рук за спиной и приподняли лицо, неприятно зжимая щёки. – Видите ли, мы не нашли таких женщин к назначиному сроку, но уже нна пути назад нам попался этот парень! Это, конечно, не прекрасная красавица, но посмотрите, какое у него хорошенькое личико. Щёчки пухлые, фигурка тоже ничего, а эти ГОЛУБЫЕ глаза будут по-выразительнее, чем у многих твоих прелесниц! Переодень в девку, подложи что-то в облость груди — никто даже разницы не заметит!

Теперь, когда зрению Циньсюаня ничего не препятствовало, он смог увидеть, что кроме него самого в помещении находилось 5 человек: мужчина, что расхваливал его направо и налево, ещё один мужчина рядом, перед ним — дама с пышными формами средних лет и ещё 2 молодые девочки, скорее всего ровеснецы Ши Циньсюаня. Оба мужчины, что приволокли его сюда не казались ему писаными красавцами, однако были весьма похожи друг на друга — оба кареглызые, с пшеничной кожей и заметными родимыми пятнами с разных сторон шеи — Циньсюань предположил, что они были братьями. У того, что предлагал разодеть его в женские вещи, голос казался обычным, ни чем не выделяющимся, поэтому Циньсюань так же допустил мысль, что именно у 2-го был тот самый скрипучий голос.

Женщина с пышными формами тоже не отличалась особой привлекательностью, но уродливой её назвать было точно нельзя. Вероятно, именно о таких говорят: «Не по щёчкам милуют, а по изгибам любят». Однако похвастаться она могла не только фигурой — ткань её персикого цвета ханьфу была дорогой, а золотые украшения в изобилии лишь подчёркивали её состоятельность.

Вобщем, вы уже поняли, что из себя представляют предыдущие фрукты? Тогда перейдём к 2 девицам, стоящих позади мадам:

У 1 лицо овальное, с высокой линеей тонких и плавных бровей, пухлыми губами, и алой точкой цвета киновари между бровями. Волосы собраны в косу жёлтыми лентами, а на макушке маленькие гульки, придерживаемые 2 нефритовыми заколками. На ней был халат из шёлка, цвета дымчатой розы, с вышивкой павлинов и облаков, скользящий по телу, будто вуаль. Подол слегка открывал миниатюрные ступни, затянутые в вышитые туфельки — след многолетнего бинтования. После последнего замечания, Ши Циньсюань невольно проникся соболезнованием к ней, поскольку был наслышан о этой, хоть и неприятной, но популярной процедуре у женщин ради стандартов красоты.

2 выглядела не менее красивой, но вместе с тем казалась более воздушной. Полог тёмных волос, в отличии от 1, совершенно не был заплетён и украшался только каким-то цветком с левой стороны. Вместо киноварной точки у неё оказалась хуадян. Ткани одежд — светло-голубые с вышивкой белых цветков (Скорее всего жасмина) на подоле. Контраст между этими 2 так и сочился из всех щелей, однако, на удивление, гармонично смотрелись рядом.

– Подумайте хорошенько, у него ведь действительно привлекательная внешность. Гляньте, какие пушистые ресницы! Многие ведь девушки всякими способами пытаются добиться такого обьёма, да? А здесь даже делать ничего не надо! И кожа тоже чистая, красить почти не нужно будет. Соглашайтесь. Вам ведь просто ноги будут целовать за такую "красотку"! – под конец этой пламенной речи, Циньсюаню это уже стало крайне сильно напоминать то, как торговцы на базарах пытаються втюхать потанцеальным покупателям неугодных товар, от которого следует побыстрее избавится любыми возможными способами...

Мало-помалу, но благодаря интерьеру и отрывкам фраз, до юного Ши начало доходить медленное осознание того, что именно с ним хотят сделать.

"Минуточку, меня что, собираються переодеться в девушку чтобы... Я работал в публичном доме?! Что за бред?! Где в этом логика!" – идея казалось до невозможности обсурдной, ведь действительно, как по мнению этих ненормальных он мог "развлекать" гостей этого заведения? Ши Циньсюань конечно не эксперт, но он не уверен, что люди, которые приходят сюда, предпочтут облапать парня, нежели миловидную девушку. Смотря на перекошеное лицо дамы, она по всей видимости придерживалась того же мнения что и он, и потому Ши Циньсюань искренне надеялся на её здравый смыслс и что мадам с ходу наречёт эту затею клоунадой.

– Ты чё, из этих, что-ли? – приподняв левую бровь, скептично вопросила дама, пока сама так же скептично осматривала "товар".

– Извините?.. – к сожалению (Или к счастью) ответа он так и не получил.

Зато его ждала иная новость, от которой этот человек прямо-таки воспарил, а затылок Циньсюаня покрыл холодный пот:

– Ладно, личико действительно симпатичное — отмыть, намулевать, преодеть, заплести, и мы получим новую 8 богиню «Вишнёвого павильона»!

– 4 серебряных!

– А не много хочешь за бездомыша, который ещё и мужик? 2 серебряных.

– Сжальтесь! Мы ведь так старались!

– Плохо старались. 2 серебряных.

– У этого парня небесные глаза, что не встретишь у кого попало! Они же, Чёрт возьми, чуть ли не сияют! За это нужно доплатить как минимум 1 серебряный!

– Тс. 3 серебряных, но это моё последние предложение. Либо бери, либо катись отсюда куда подальше.

– По рукам!

Вот так вот запросто они и пожали руки, отказались давать право и слово вставить Циньсюаню, заодно лишили его всякой надежды на адекватное развитие сюжета и именно так юный Ши и оказался 8 богиней «Вишнёвого павильона». А если коротко — Ши Циньсюань стал элитной проституткой в борделе.

***

Отмывали Ши Циньсюаня битый час, поскольку за 2 недели там в одних только волосах скопилось столько грязи, что можно было бы спокойно обрезать добрую половину. Во время ванных процедур подравняли кончики волос и вновь сделали укладку, даже почти похожую на ту, что сам Ши предпочитал ещё пару недель назад. Естественно, ни от кого так же не укрылось и многострадальческая нога Циньсюаня из-за которой, по словам одного мз парнишек, что и занимался его отмыванием со своими сверстниками, госпожа Цзин очень разворчалась по этому поводу, мол: «подсунули кота в мешке!». Переодев Ши Циньсюаня в чистые одежды, мальчишки оставили его наедине с собой сказав напоследок, что здесь их работа окончена. За собой дверь они закрыли на ключь.

"Как будто у меня получилось бы сбежать." — покачав головой, мысленно усмехнулся Циньсюань, вспоминая, какие грамилы остались стоять у выхода. Конечно у храмого и до неприличия худого из-за скупого рациона за последние 2 недели Ши Циньсюаня не было и шанса против них!

Дверь неспешно приоткрылась, пропуская в нутурь мадам, что ранее уже видел Циньсюань. Как он понял, она была хозяйкой всего весеннего дома. Женщина размереным шагом прошла за столик, за которым расположился сам Циньсюань и, прикрывая нижнюю часть лица плоским веером¹, начала диалог первой.

// Плоский веер¹ — по-китайски он называется 团扇 (tuánshàn). Этот тип веера не раскладной, в отличие от "веера-гармошки" (折扇 - zheshan), и символизирует грацию и изысканность. Имеет круглую или овальную форму.
Часто используется в традиционном китайском танце и женской одежде эпохи Хань и Тан. //

– Доброго вам дня. Если позволите, обращайтесь ко мне Цзин Вань. Я вполне обоснованно понимаю ваше сметение, поэтому, возможно, нам стоит обсудить некоторые детали...

– Я сердечно извиняюсь и мне бы не хотелось вас прирывать, но, может, вы всё-таки подумаете ещё разок? Я понимаю, что вы заплатили деньги и всё такое... Однако мне не очень ясна перспектива сделать из меня... М-м-м... Э-э-э... Проститутку? Вы уж извините, но какой-то сомнительный план, как по мне. Да и, тем более, я пока ещё не на столько отчаялся! – Ши Циньсюань прекрасно понимал, что за него заплатили деньги и теперь эта дамочка Цзин наврятли отступит от своих желаний и со снесходительной улыбкой отпустит его восвоясе, но, как он и сказал — он пока ёще не на столько отчаялся.

– Что вы, не нужно извиняться. Я вас понимаю, – вела она себя с ним заметно вежлевей, чем с теми мужчинами, вот только нервно дёргающаяся бровя выдавала её неприязнь с головой. Из этого можно было сделать не хитрый вывод, что вела она себя с ним скорее всего так только из намеренний вынудить его договориться мирным способом. – Однако, я бы тоже посоветовала подумать ещё разок.

Она положила плоский веер себе на колени и окуратно взяла пиалу с фруктовым чаем, поставленный ранее какой-то служанкой на низкий столик. Сделав маленький глоток, Цзин Вань пояснила свою мысль на непонимающий взгляд ясных глаз.

– Если я не права — поправьте меня, но что-то мне подсказывает, что перед холодной зимой нищинке вроде вас будет крайне нелегко найти даже крошку хлеба, а про тёплые вещи я и вовсе молчу. Но, если согласитесь побыть в роли одной из наших девушек, что как ни к стати приболела, то эта дама обещает заплатить вам целых 3 монеты золотом.

"3 МОНЕТЫ ЗОЛОТОМ?! – подумал Циньсюань. – Да это же в несколько раз больше, чем она заплатили тем 2 мужчинам за мою поимку! Интересно, в таком случаее меня можно щитать важнее тех 2-х?"

– Придложение заманчивое, но всё же с чего вдруг такая щедрость? – неуверенно задал вопрос в меру своему непониманию Ши, на что та лишь хохотнула.

– Ох, точно-точно, со стороны это может показаться подозрительным. – госпожа Цзин снова прикрыла нижнюю половину лица веером, посмеиваясь со своей же шутки(?) – Одна из девушек, как я уже выразилась ранее, приболела, а на сегодняшний вечер 1 очень влиятельный человек из соседней империи запросил 8 богинь нашего заведения, дабы скрасить банкет своего друга во дворце...

Как выяснилось в ходе разговора, те самые названные «8 богинь Вишнёвого павильона» были 8 главных прелесниц борделя и каждая из них славилась по-разному: какая-то замечательно играла на цине, какая-то обыгрывала даже самых удачьливых в азартных играх посетителей, следующаяя славилась невероятной красотой, а другая — чудесными рассказами о всяких небылицах. Девушку, что сегодня требовалось заменить на банкете, звали Лин Баймяо и так уж вышло, что запоминающейся внешностью, коей она обладала, не владел более никто из подчинённых Цзинь Вань. Все, кто глубоко и искренне почитал неповторимую красоту сей девы, каждый раз твердили об её хрустально-голубых, дорованных небесами глазах и точно так же, как 1 твердили, что если встретиться с ней взглядом, то вместо глазок наткнёшся на светло-синие просторы неба. Такую девушку со столь запоминающимися данными сложно было не заметить, а потому мадам в срочном порядке пришлось искать замену. И, присмотревшись к приволочённому откуда-то с улицы Ши, чей цвет глазёнок так напоминал нужное ей описание, Цзинь Вань попросту не смогла упустить столь восхитительную, пусть и не полностью идеальную, замену.

– Ну так что? Вы согласитесь на мою просьбу? – Цзинь Вань старалась показаться невозмутимой, но постукивающие по её коленке пальцы, как и в случае брови, выдовали её нетерпение.

«Просьбой», на самом-то деле, это назвать было нельзя и Циньсюань как никто другой понимал это. Скорее всего, когда у госпожи Цзинь закончится терпение, то она от мягких уговоров перейдёт на давление, а в худшем случае и вовсе начнёт шантажировать чем-то, а этого Ши Циньсюаню ой как не хотелось! В итоге с 1 стороны весов оказались неплохое отношение и деньги, что в последнее время были всё чаще необходимы из-за бедствееных дел не только у него, но и у других в их поселении «бомжей» из-за болезней, которые приходили с холодами. На 2 же стороне оказались его честь и достоинство, а так же желание не работать и ночи подобным стилем.

– Я согласен. – улыбнувшись, выразил своё окончательное решение Ши Циньсюань.

"За такие деньги можно будет как минимум 2 месяца не бегать за подачками и не думать о грядущих холодах. Тем более, это всего лишь один вечер и мне максимум придётся как-то кокетничать с теми людьми, но не более. Думаю, это вполне выгодное предложение." – только из-за таких мыслей согласился на эту авантюру Циньсюань.

Когда Ши Циньсюань наконец соглосился, Цзинь Вань больше ни сказала ему и слова, молча, но явно довольно выйдя из помещения, пока хлопающего ресницами Ши Циньсюаня со всех сторон окружили несколько красавиц, что держали в руках гребешки, заколки, шпильки, ткани, косметику и румяна...

Циньсюаня рывком усадили перед зеркалом, начиная по-новой расчёсывать его, заодно подбирая украшения и щебеча на разные лады.

– С тобой конечно придётся повозиться, но лицо у тебя действительно подходящее! – приговаривала одна из девушек, расчёсывая очередную прядь волос.

– Да-да! Сестрёнка Су права! – вторила ей другая девушка, что возилась с его чёлкой.

– А глза-то у тебя и правда... Совсем как у сестрицы Лин. – подбирая румяна, заметила кареглазая подруга.

– Как думаешь, ему больше подойдёт фиолетовый или лазурный, Ми-эр²? – стоя по правый бок от Циньсюаня, спросила свою сестричку напротив девушка, которую Циньсюань уже видел по прибытию сюда - его ровесница с цветком в волосах и хуадян на лбу.

// Эр² — Суффикс "эр" (儿) может придавать слову уменьшительно-ласкательный оттенок, подобно уменьшительным суффиксам в русском языке. //

– Белый. – заверила девушка младше её примерно на 4 года, что давало думать, что ей скорее всего около 15.

– А белое ханьфу предлагаю выбрать то, в котором ещё голубые вставки! – подняв указательный палец, предложила девушка с киноварной точкой во лбу.

Девушки, в то время как крутились вокруг него, постоянно что-то мусолили и голосили, однако Ши Циньсюаню это совсем не мешало, поскольку он был точно таким же. В сумме он нащитал около 7 девушек, так что сделал смелый вывод, что это скорее всего и есть остальные богини «Вишнёвого павильона» и они, к слову, оказались очень приятными собеседницами (Чего нельзя сказать про госпожу Цзинь, уж извините!). Каждая в ходе разговора поделилась, чем именно она прославленна:

Су Чжаоли, была 1 богиней и славилась своим прекрасным голосом.

Шао Ланянь — 2 богиня, что прославлена благодаря своей хитрости в азартных играх.

Мянь Му — 3 богиня «Вишнёвого павильона», лучшая рассказщится историй.

Бань Сяо — 4 богиня и превосходная артистка.

Ми Хуан — 5 богиня и хотя она самая младшая из всей 8, всё равно добилась успеха в игре на цине.

Сянь Си — 6 богиня с выдающимся умом.

Хан Миньянь — 7 богиня с самыми восхитительными танцами.

"Кто бы мог подумать, что в весенних домах именно с такими вот талантами девушки ценятся." – как-то неожиданно пришла мысль в голову юного Ши, когла его волосы закрепляли шпилькой. Раньше юный Ши думал, что в борделях девушки занимаются только... Циньсюаню не хотелось дальше думать об этом, пока его щёчки покрывались румянцем.

На самом деле, Циньсюань скорее смущался не из-за идеи секса — он к этому относился вполне нормально, но тоже, смотря на обстоятельства — он скорее смущался потому, что брат постоянно если затрагивал эту тему, то расписывал её во всех красках и говорил, как это неприлично и т.д, и т.п!

***

Через долгие 3 часа, в зеркале отражалась женская версия Циньсюаня с тонкой талией, подкрашеными мягкими губами, небесного цвета глазами и до почти неприличия большой грудью. (В облость груди 7 богинь подкладывали упругие на ощуп ткани и всё это закрепляли обычным ливчиком, потому, если бы даже кто-то потрогал и не смотрел под одежду, то наврятли бы отличил). Наряд, в который его наредили очень напоминал его старый, только этот, опять же, был женским. Единственным, что, пожалуй, осталось неизменным, так это выделенный Циньсюаню веер в качество аксесуара. Хотя нет. Тот, что подарил ему Уду, уже наверняка валяеться где-то на мусорке, а это только его замена...

– Циньсюань, выпей это. – попросила его Хан Миньянь, протягивая ему бутылёк с какой-то смесью. – Это изменит твой голос на этот вечер, чтобы он казался более женственным. – сочла нужным пояснить та.

– И не забывай: к тебе никто не имеет права прикасаться и приставать, поскольку за это нужно было доплачивать! – в 100-й раз напомнила ему Шао Ланянь.

– Так что посылай их с этими просьбами смело~ – подмигнула ему Сянь Си, показывая большим пальцем вверх.

/Конец 42 главы. Ох, меня не было... Не было очень долго. (　:ﾟ皿ﾟ) В срочном темпе вальса извиняюсь и прошу великодушно простить! Буду и дальше надеяться, что все, кто читал данный фф ещё не ушли и до сих пор читают его, и ждут продолжения, пока этот автор обещает скорое это самое продолжение, а выходит только фига с маслом... Ну, во всяком случае, вырожаю своё извинение тем, что эта глава намного больше, чем было изначально задуманно. ( '-ω-) Представляете, совсем на днях у автора умерла собака... (Хочу просто кому-то пожаловаться и получить порцию соболезнования 😢). Ещё так же мне хочется поздравить всех тех, кто ждёт романтические дела между Бифлифами и Хуалянями, ибо я наконец-то решила, в какое время будет свидание у Хуаляней (Спойлер: праздник середины осени, что будет через 3-4 не совсем большие главы) и когда наконец именно Ши Циньсюань влюбится поуши в Хэ-Сюна (Спойлер: тоже самое, что и с Хуалянями, только на главу позже)! Ну, а куда именно поедет нашь отряд богинь из «Вишнёвого павильона» - я всецело оставляю вам фантазировать и придумывать, что случится следом.../