так себе друг

Pov: Херейд

Врачи нам с Эдом разрешили идти на допрос, и мы пошли. Сегодня было холоднее обычного. Мы с Эдом шли к полицейскому участку. Конечно же, мы уже не дети, чтобы придумывать какие-то приключения с ментами, но я волновался. Все эти "злые" и "добрые" полицейские, адвокаты, мотивы, угрозы и прочее очень напрягало и забавляло. Даже не верилось, что всё происходило со мной, прям как в фильме. Ну, мы жили буквально в "городе смерти", где новости только и кричат о том или ином случае. В нашем городе полно наркоманов, киллеров, суицидников, психов, убийц, пр*нституток и прочих тварей. Мне казалось, Эдику комфортно находиться в этом городе. Этот город такой тесный, жуткий,чёрно-белый и опасный, так и готов убить, прям как Эд. Ну лично мне было вообще не комфортно жить здесь. Мы с Бишкой случайно сюда попали из местности Татарстана. Это было очень давно. Вообще, если вам интересно, то никто из нп,кроме Эда, тут не жил и не родился. Мы с нп, мягко говоря, были бомжами. Условно в этом городе не было наших квартир. Не знаю, как у остальных, но у меня вообще не было дома. После того, как я переехал из Уфы в Самару к Наташе, а затем сюда, я остался без дома. Переехал я в Самару на 2 недели и жил у Натахи. А потом психические расстройства, долгожданная встреча с Эдом и этот город. Но нас с Наташей тянуло в Питер. Жить в этом компактном, живом городе с белыми ночами и добрыми людьми, попивая самый вкусный кофе с булочками со сливками, было просто мечтой.
Херейд: куртку застегни.
   Эд шёл с нараспашку расстегнутой курткой. Но мой друг проигнорил меня. Я вздохнул, взял его за кусок куртки и отвёл к стенке.
Херейд: стой.
    Я недовольно взял язычок куртки и до конца застегивал Эдику куртку.
Эд: ты всегда пытаешь всеми манипулировать?
Херейд: что?!
Эд: сам идеальный, и из других пытаешься идеал вылезать.
Херейд: мне показалось, или ты назвал меня идеальным?
Эд: я назвал тебя манипулятором.
  Я посмотрел на Эдино лицо. В его глазах пульсировало кислое безразличие. Не знаю, но я невольно сравнил глаза Эда с Бишкиными. У Бишки было столько яркого в глазах, целый океан жизни, словно энергетик. А у Эда была лишь серая лужа суицида, словно чёрный кофе на дне кружки. Мне так хотелось добавить кипятка с молоком на это дно... иными словами, мне очень хотелось разбавить жизнь Эда, чтобы он тоже улыбался и любил жизнь. Он же тоже мечтает о собаке, как я о Питере, он же тоже хочет избавиться от своих расстройств,как я... И как я только разглядел это всё в его глазах? А я разглядел ещё кое-что. Ему не хватает очков.
Херейд: и кто тебе маску подарил?
  Новый намордник Эда мне мозолил глаза. Такой... чистый, ухоженный, матовый и сильно пах каким-то специфическим  запахом. Аж противно...
Эд: ты не знаешь этого человека.
Херейд: это ты её попросил?
Эд: это он.
Херейд: так ты ещё и педик.
  Эду будто пуля влетела: зрачки уменьшились, брови поднялись, глаза раскрылись, а дыханье сбилось. Но он быстро вернул свой холодный взгляд.
Эд: а если и педик, то что? Убьёшь меня? Ты из времени СССР?
Херейд: нет. Это ты с ним увидеться ушёл, когда мы в кино были?
Эд: да, и он же этот твикс мне подарил.
   Мы продолжили путь. От меня не отставали мысли про Эда, намордник и его нового друга. А может и не друга? Может, уже парня!? Меня слишком мучили эти вопросы. Эд же шёл спокойно, покуривая сигарету.
Херейд: откуда он хоть взялся?
Эд: от суицида меня спас.
  Я от недовольства сжал зубы.
Херейд: и что? Как часто вы ведитесь? Сколько ему? Он здесь живет?
Эд: ты чё, ревнуешь? Мальчику внимания мало?
Херейд: я не мальчик, я парень. И засунь это своё внимание!-
Эд: ну и ты пойми, что и я не щенок. Мне не нужен твой контроль надо мной. Куда пошёл? с кем дружишь? где повесился? - бесишь.
Херейд: конечно, ты не щенок. Ты злая псина, дикий пёс, которому если руку на обрыве подашь - отгрызёт.
  Мы дошли до участка. Осадок неприязни к Эду развеялся, но ненависть к этому неизвестному другу осталась, как и этот противный, специфический запах от маски.

Нас легко впустили в участок, отвели в допросную и усадили. Нас допрашивал весьма симпатичный сотрудник. Эду пришлось снять маску, но у него какая-то ломка без неё была. Каждые 10 минут её к лицу подносил и терся, нюхал.
Сотрудник: итак, Нугзар. Пожалуйста, расскажите, как всё произошло.
Херейд: я отошёл в туалет, а когда собирался возвращаться... Схватился за дверную ручку, к которой на скотч была примотана взрывчатка.
Рассказывать оказалось труднее, чем я думал. Нужно было вспомнить все мелочи и детали, но единственное, что я мог вспомнить - паника и удушительный страх.
Эд: тогда Нугзара случайно нашёл я, затем проверил и женский туалет. Там тоже была примотана взрывчатка.
Сотрудник: Эдуард, не помните, какого цвета был скотч?
Эд: это так важно? Жёлтым он был.
Сотрудник: благодарим. Нугзар, продолжайте.
Херейд: а что продолжать? Дальше приехали сапёры, забрали нас, бомба была взорвана и всё.
Сотрудник: ясно. Кхм, Эдуард, что можете сказать Вы?
Эд: бомбы были заминированы после начала сеанса. Жертвой мог быть кто угодно, поскольку взрывчатки были в обоих туалетах. Скорей всего террорист сбежал через окно, надо по уличным камерам смотреть.
Сотрудник: мы уже просмотрели записи с камер, и мы нашли кое-что интересное.
  Мы с Эдом насторожились.
Сотрудник: вы, Эдуард, сказали,что бомбы были заминированы после сеанса. Вы вышли из кинозала во время сеанса, и куда-то отлучились. Вы точно не могли пойти в туалет, так как там находилась взрывчатка. Уходили вы без вещей, очевидно и сигареты оставили в куртке. Куда и зачем вы уходили?
Эд: вы подозреваете меня!?
Сотрудник: вы точно запомнили,что цвет скотча жёлтый, может, вы уже имели с ним дело. Помимо этого вы "случайно" нашли своего друга. Может, вы не рассчитывали, что именно он попадётся в ловушку, и пошли его спасать?
  Меня накрыла волна возмущения, недопонимания и злости. Эду не хватало воздуха от гнева, чтобы ответить. Я стал перематывать все причины, почему это не Эд. И тут я вспомнил, что Эдик рассказывал про встречу с этим ДРуГоМ.
Херейд: скажи, что у тебя алиби, ну скажи!
Эд: нет у меня алиби! Но это не я! Какой мне смысл минировать взрывчатку в кино?! Откуда она у меня?! Да и я псих, вы мне ничего не сделаете!
Сотрудник: то есть, вы признаётесь?
Эд: нет!
   Мы ещё немного пособачились в допросной, и нас отпустили. Я очень злился. За Эдом погрозились глаз да глаз, а меня поблагодарили за помощь следствию. Когда мы вышли, я схватил Эда за передний воротник.
Херейд: почему ты не позвонил СвОеМу ДрУГу и не попросил подтвердить, что ты был с ним!?
Эд: нельзя!
Херейд: ах нельзя! Кто он?! Вор, преступник, в розыске, что нельзя ему с ментами связываться!?
Эд: он... Так себе друг.
  Эд надел свой намордник, и я его отпустил. Не нравится мне это. Ну хоть Эд перестал пытаться умереть, уже радует...

Когда мы вернулись в психбольницу, на втором этаже гремела музыка. Мы с Эдом ровным счётом ничего не могли понять. Мы поднялись, дискотека проходила в палате Банана и Кости. Мы тихонько заглянули.
Из колонок орала пеня "RUSSIA RUSSIA - ДЕРЖАВА НАША". Наши придурки во всё горло подпевали, хлопали и прыгали. Я заметил только одну Наташу, которая просто сидела на полу, пытаясь подпевать. Эд сказал, что лучше останется у нас в палате, а я отправился к моей девушке. Я тихонько подсел к ней, пока нп разливали газировку.
Херейд: Наташ, привет... Ты чего? После капельницы?
Натаха: привет.... Да нет, просто... Вообще никакая. Напрыгалась и напелась уже. Вот голова теперь кружится...А вы там как?
Херейд: да нормально.
   Наташа хотела положить голову мне на плечо, но промахнулась. Но потом всё же положила. Я улыбнулся и чмокнул её в макушку.

Pov: Эд

В палате стояла вонь, и царила темнота. Я тяжко вздохнул, запер палату и стал буквально драть маску. Я чувствовал себя котёнком, который нашёл баночку с валерьянкой. Мне невыносимо хотелось съесть маску, нюхать, заглотать в себя.  У меня кружилась голова от моего нового намордника. Я сидел и очень чётко чувствовал своё сердцебиение. Я только сейчас понял, что я живой.
   Когда я пришёл в себя,  в темноте увидел таблетки Натахи. Они были рассыпаны по всей её постели и лежали на полу. Там были все цвета на свете. Неудивительно, почему с Натахой теперь такое состояние. Моё сердце бешено билось, мне стало страшно. Страшно от осознания, что теперь я также начинаю зависеть от намордника, как Натаха от таблеток. И я не знал почему.
   Я мигом схватился за телефон, экран слегка ослепил меня, но я написал Ярику. Он не отвечал, а ждать я не мог. Я быстро набрал ему, и он взял трубку.
Ярик: алло, я слуш-
Эд: ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ С МАСКОЙ!?
Ярик: оу, ты про маску... Слушай, давай встретимся?
Эд: где и зачем?
Ярик: я тебе всё расскажу. Приходи к ближайшей аптеки от психбольницы.
   Я мигом накинул куртку, взял телефон и собирался убегать. Но напоследок я смёл все таблетки Натахи ей под кровать и оставил проветривать палату. Нет, я не прикрывал Натаху, мне просто было жалко Херейда. Не хотел,чтобы он ругался и заморачивал голову. Он и так в последнее какой-то легко раздражаемый...

Я пришёл к аптеке, там стоял Ярослав, покуривая вейп. Мы пожали друг другу руки, и Ярик открыл дверь в аптеку, приглашающе махнув туда.
Ярик: пройдём.
   У меня было много вопросов, но я прошёл, а за мной Ярослав. Он стал на ходу снимать куртку, обращаясь к аптекарю.
Ярик: Аврик, завари-ка чая.
  Так себе друг прошёл в конец аптеки и отвёл меня в коморку, где стоял стол, на нём лампа, диванчик с пледом и всякие оружия. На диванчике лежал ноутбук, а на столе стояли кружки и ножи.
Ярик: тут я и живу. Скажем так, наша аптека.
Эд: местные работники тоже киллеры?
Ярик: не, они гибгибги мои. Ну вообще тоже люди нечистые.
   В коморку вошёл парень, поставил на стол горячий чайник и коньяк, затем удалился. Коньяк был Армянский, высокого качества.
Эд: ты пьёшь?
Ярик: не, в чай для запаха добавляю.
  Ярослав сел за стол, пригласил меня тоже, и стал разливать чай по кружкам. Я присел за этот низкий журнальный столик.
Эд: Ярослав, мне не нужны все эти трапезы и чаепития, просто скажи, какую маску ты мне дал!?
Ярик: хочешь резко? Ладно. В маску был вплетён наркотик.
   Раздался треск в ушах, в глазах потемнело. Если бы я пил чай, я бы поперхнулся и разбил кружку. Голова так и кипела от вопросов, всё произошло быстро.
Эд: какой?
Ярик: мефедрон. При создании этой маски, я специально попросил вплести туда порошок. После того, как ты её надел, он подействовал и стал вызывать зависимость. Через сутки ты весь порошок вынюхал, и у тебя возникла ломка.
   Повисла тишина, я долго обдумывал всё происходящее.
Эд: зачем?
Ярик: хотел вызвать зависимость, и чтобы сделка состоялась. Ты мне поможешь, а я тебе наркотики.
Эд: ради сделки?! Так мог меня просто пристрелить, это всё, что я хочу!
Ярик: не кричи.
  Я вздохнул, снял маску и осмотрел её.
Ярик: там уже ничего нет. А хочешь?
Эд: что за сделка.
Ярик: не груби, не чужие люди. Я буду тебя угощать несильными, легко отвыкнешь.
Эд: сейчас на руках?
Ярик: травка.
  Ярослав достал пачку сигарет и кинул мне. Я сразу же принялся курить эту дрянь. Да, понимаю, плохо, нельзя и фу. Но после этой дряни даже о суициде не думаешь.
Ярик: сделка. Значит, тебе придётся убить одних гадов.
Эд: я не убийца!
Ярик: всё будет выглядеть как несчастный случай. Одни твари одолжили у моих людей тяжёлые и дорогие наркотики, не заплатив. Так ещё и мне же заказали убить их, а это мои гибгибги! Тебе нужно запереть их и поджечь, всё просто, у них полно электрических приборов.
Эд: почему ты сам не можешь? Ты же киллер!
Ярик: а не я живу в психушке.
   Я подавился сигаретой, и пришёл в шок.
Эд: это в моей психбольнице?
Ярик: да, на 3 этаже.
  Я часто задышал. Тут опасности немерено. Я понимаю, что Ярик не желал мне зла, ему нужна лишь и месть и чувство собственного достоинства, но тут в опасности вообще вся психбольница, в том числе и нп. Я задумался... Если я и подожгу одну палату на 3  этаже, то всё может обойтись одной эвакуацией и типа несчастным случаем. За это я получу легкие наркотики в сигах, которые никто и не спалит, а мне станет хоть немного легче, и я не повешусь. А если я откажусь - подведу друга, буду испытывать ломку, которая послужит толчком к суициду. Я вздохнул, втянул марихуану, выпустил дым и уверенно посмотрел на Ярика, который попивал свой чай.
Эд: я согласен.