В лапах врага

Воздух между ними накалился до предела. Каждое прикосновение обжигало, каждый вздох отзывался эхом в тишине комнаты. Они балансировали на грани — между борьбой и капитуляцией, между гневом и страстью, между прошлым и тем неизведанным, что ждало их впереди.

Внезапно дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Элайджа — строгий, собранный, с выражением сдержанного неодобрения на лице.

— Я предупреждал тебя, Никлаус, — произнёс он твёрдо, не скрывая упрёка. — Игры с огнём рано или поздно приводят к пожару.

Клаус резко отстранился от Марго, выпрямился и обернулся к брату. Его лицо на мгновение исказилось раздражением, но он быстро взял себя в руки.

— Элайджа, — процедил он, — как всегда вовремя с нравоучениями. Что на этот раз?

Марго не стала ждать продолжения. С вампирской грацией, быстрой и неуловимой, как тень от взмаха крыла ночной птицы, она скользнула к двери.

— Простите, джентльмены, — бросила она через плечо с ядовитой любезностью, — но мне становится скучно от ваших семейных разборок.

Резким рывком она распахнула дверь и вышла в коридор, намереваясь покинуть особняк.

За углом её уже ждал незнакомец. Он действовал молниеносно: схватил Марго за плечо, резко развернул к себе и вонзил шприц в плечо. Двойная доза вербены.

Марго ощутила резкий укол и мгновенный прилив слабости, но ярость и вампирская гордость взяли верх. Не осознавая, кто перед ней, она отреагировала мгновенно — с силой ударила незнакомца в грудь, отбросив его на несколько шагов назад.

— О, какой сюрприз! — её голос сочился язвительной насмешкой, несмотря на подступающую слабость. — Ещё один герой, решивший поиграть в охотника? Боюсь, ты выбрал не ту жертву.

Незнакомец отшатнулся, но быстро пришёл в себя. На его лице мелькнуло удивление — он явно не ожидал, что жертва окажет столь яростное сопротивление.

— Ты крепче, чем кажешься, — хрипло произнёс он, делая шаг вперёд.

Марго выпрямилась, стараясь сохранить презрительное выражение лица.

— А ты, видимо, слабее, чем хотел показать, — прошипела она, пытаясь сосредоточиться. Мир перед глазами слегка расплывался, но она держалась на ногах, упираясь в стену. — Может, попробуешь ещё раз? Только предупреди заранее — я успею зевнуть.

Но в этот момент тяжесть в теле стала невыносимой. Ноги подкосились, зрение затуманилось. Она попыталась сделать шаг назад, но не удержалась и начала падать, — Дьявол..

Незнакомец мгновенно оказался рядом, подхватил её на руки.

— Жаль, что ты не пошла по‑хорошему, — пробормотал он, оглядываясь по сторонам. Вокруг было пусто — никто не видел ни нападения, ни того, как он подхватил безвольное тело вампирши.

Он быстро доставил её к ожидавшей неподалёку карете, усадил внутрь и захлопнул дверцу. Лошади рванули с места, увозя Марго прочь от особняка Майклсонов — в поместье Брайана.

***

Очнулась она в просторной комнате с тяжёлыми шторами на окнах. Воздух пах ладаном и едва уловимым запахом вербены. Марго попыталась подняться, но обнаружила, что запястья крепко привязаны к изголовью кровати.

Дверь скрипнула. На пороге появился Брайан — высокий, худощавый, с холодной улыбкой на тонких губах.

— Добро пожаловать, Марго, — произнёс он, медленно приближаясь. — Надеюсь, дорога не слишком утомила?

Она вскинула голову, встретив его взгляд с прежней язвительной дерзостью, хотя силы ещё не вернулись.

— Брайан, — её голос звучал чуть хрипло, но в нём по‑прежнему звенела сталь, — если это твоё представление о гостеприимстве, то я предпочла бы остаться в очереди на ужин у голодного вампира. Что за дешёвый спектакль с похищением?

Брайан рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

— О, Марго, твоя острота языка не уступает твоей силе. Именно это мне в тебе и нравится.

Она сжала кулаки, пытаясь оценить ситуацию. Голова всё ещё кружилась, силы не вернулись полностью. Теперь она поняла, кто стоял за нападением — но было уже поздно. Брайан затеял что‑то серьёзное, и она оказалась в самом сердце его игры. Но даже в этой ловушке Марго не собиралась сдаваться — её острый ум и язвительная натура были при ней.

Брайан медленно обошёл кровать по кругу, словно хищник, оценивающий загнанную добычу. Его взгляд скользил по лицу Марго, отмечая каждую тень усталости, каждый признак слабости.

— Знаешь, Марго, — протянул он, останавливаясь у изголовья, — я всегда восхищался твоей стойкостью. Но даже сталь можно расплавить, если подобрать правильную температуру.

— Боюсь, твои метафоры так же жалки, как и методы, — прошипела она, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Если собираешься что‑то делать, не тяни. У меня и без тебя полно дел.

Брайан рассмеялся — коротко и резко, без тени веселья.

— О, мы только начинаем. Терпение, дорогая. Терпение — добродетель сильных.

Он кивнул кому‑то за спиной Марго. В поле зрения появился второй мужчина — высокий, с холодными серыми глазами и шрамом через всю щёку. В руках он держал поднос с различными инструментами: тонкие иглы, стеклянные флаконы с мутной жидкостью, щипцы с зазубренными краями.

Марго сглотнула, но тут же взяла себя в руки.

— Очаровательный наборчик, — фыркнула она. — Собираетесь сделать из меня произведение искусства? Предупреждаю: я не люблю абстракционизм.

Мужчина молча подошёл ближе. Брайан поднял один из флаконов.

— Это особый состав, — пояснил он. — Не просто вербена. Коктейль из трав, усиливающих боль. Он не убьёт тебя — вампиры слишком живучи для этого. Но ты почувствуешь каждую каплю, как будто по венам течёт расплавленное стекло.

— Звучит… захватывающе, — Марго изогнула бровь. — Но знаешь что? Твои угрозы пахнут так же скучно, как этот ладан. Может, попробуешь что‑нибудь пооригинальнее?

Брайан прищурился. Резким движением он схватил Марго за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза.

— Ты слишком много болтаешь, — процедил он. — Но это скоро пройдет.

Мужчина наклонился над ней. Марго почувствовала укол — сначала лёгкий, почти щекочущий, а затем волна боли пронзила руку, распространяясь по всему телу. Она стиснула зубы, чтобы не вскрикнуть, но с губ всё равно сорвался сдавленный вздох, — Брайан, боишься замарать ручки?

— А вот и первая реакция, — удовлетворённо отметил Брайан. — Видишь? Всё дело в дозировке.

— И в отсутствии вкуса, — выдохнула Марго, пытаясь совладать с болью. — Ты мог бы пригласить меня на ужин, поболтать о жизни… Но нет, ты выбрал пытки. Как банально.

Брайан на мгновение замер, затем рассмеялся.

— Ты невероятна, — покачал он головой. — Даже сейчас пытаешься язвить. Это достойно восхищения.

— Восхищайся молча, — прошипела Марго. — И лучше отпусти меня, пока я не начала считать твои недостатки вслух. Их много, поверь.

Брайан склонился ближе, почти касаясь её лица.

— Мы продолжим завтра, — прошептал он. — А пока наслаждайся отдыхом. Если сможешь.

Он махнул рукой, и Шрам‑на‑щёке отошёл в сторону. Брайан направился к двери, но на пороге обернулся:

— Кстати, — добавил он, — Лорд Никлаус, и Лорд Элайджа до сих пор не знают, где ты. И вряд ли узнают — по крайней мере, пока я этого не захочу.

Дверь захлопнулась. Марго осталась одна в полумраке комнаты, с пульсирующей болью в руке и тяжёлой мыслью: никто не придёт на помощь. По крайней мере, пока Брайан держит карты. Но она не собиралась сдаваться — её острый ум и язвительная натура были при ней. И она найдёт способ вырваться. Обязательно найдёт.