Пока звучит тьма. Глава 16

Глава 16: Там где тьма

Она шла по коридорам его темницы, и каменные стены сжимались вокруг, как застывшее дыхание спящего исполина.

Стены, всегда холодные, всегда чужие, сочились сыростью, а тусклые кристаллы в потолке мерцали, словно усталые глаза, наблюдающие сверху. Тишина висела в воздухе - густая, звенящая, нарушаемая только мягким шорохом её шагов. Всё здесь было знакомо до боли, но теперь казалось, будто сдвинулось, перестроилось. Или это её глаза стали видеть иначе?

Мысли не метались - они тихо лежали на дне сознания, тяжёлые и неподвижные. Она не раздумывала. Просто шла.

Найти Лаксиана. Не для упрёков, не для объяснений - просто поговорить. Обо всём. О том, что ждёт их завтра. О том, сможет ли она когда-нибудь вернуться. И главное - сколько времени уже украли у неё эти прыжки из сна в сон? Часы? Дни? Или всего лишь мгновение, растянутое в вечность?

Кончики пальцев скользнули по стене, и холод камня просочился под кожу, напомнив: это не сон.

Он был близко. Она чувствовала это кожей - ровное, тёплое присутствие где-то впереди, за поворотом.

Осталось только сделать последний шаг.

Она двигалась почти интуитивно, будто тени сами вели её вперёд. Коридоры сменяли друг друга, изгибались, расходились, но своды будто мягко подталкивали её, направляя шаги. И вскоре - зал.

Тронный? Кабинет?

Она уже не пыталась разгадывать, что именно Лаксиан создал в этом месте. Его мир, его правила. Её пальцы слегка дрогнули - не от страха, нет. От предвкушения.

Он был там.

Перед самой дверью она замерла. Из-за неё доносились голоса.

Разговор был... лёгкий. Неспешный, тёплый - почти дружеский.

Один голос она узнала сразу - низкий, чуть насмешливый, с той самой ленивой интонацией, которая могла обжечь или согреть.

Лаксиан.

А второй...

Она остановилась. Веки чуть приподнялись от удивления.

- Алькарин...?

Голос был точно его. Феникс.

Он здесь.

Говорил с ним.

Мираэль уже подняла руку, чтобы постучать - но дверь открылась сама. Плавно. Почти приглашающе.

Внутри - кабинет.

Полутень, мягкий свет ламп, дрожащий в хрустальных подвесках. Книги, разложенные с нарочитой небрежностью. Артефакты, мерцающие на полках. Всё на своих местах - уютное и величественное одновременно.

Лаксиан сидел за столом.

Не писал. Не читал.

Просто откинулся в кресле, закинув ноги на край стола, и смотрел - с тем самым лениво-царственным видом, который она знала слишком хорошо.

Как всегда.

А Алькарин...

Он сидел неподалёку - не в своём исполинском облике, а размером с лебедя, может, чуть крупнее. Высокая изогнутая жердочка, крылья, мягко обвивающие силуэт, скрывая детали.

Разговор оборвался.

Два взгляда - золотисто-холодный и пламенеющий - устремились на неё.

Мираэль невольно смутилась... но лишь на миг.

Она вошла.

Шаг. Ещё шаг.

И, остановившись, легко присела в реверансе, чуть склонив голову.

Лаксиан...

Он смотрел на неё, не скрывая удовольствия.

Губы тронула улыбка - не острая, не насмешливая.

Довольная.

Будто он смаковал сам момент - её уверенность, этот реверанс, саму её.

- Я вам не помешала? - спросила Мираэль, подходя чуть ближе. Голос её звучал спокойно, почти лениво, но с лёгкой тенью интереса.

- Ну что ты, птичка... Как ты вообще можешь помешать?

Лаксиан улыбнулся в своей фирменной язвительной манере, чуть склонив голову набок.

Алькарин тут же закатил глаза, вяло встряхнув крыльями.

- Привет, принцесса.

- Давно не виделись.

- Сразу говорю - все камни кидай в него. Я не виноват. Это всё он.

- Всё он! - подчеркнул феникс, слегка хлопнул по воздуху крыльями, будто окончательно отмахнув от себя любую ответственность.

Мираэль сдержанно хихикнула, но не смогла скрыть улыбку.

Такой эмоциональной и драматичной подачи она от него не ожидала.

- Хорошо, договорились.

- Обязательно закидаю его камнями, - Слегка прищурившись, она игриво наклонила голову:

- Кстати, не знаешь, где тут можно их раздобыть?

Алькарин явно оживился.

- Конечно покажу! Хочешь - экскурсию проведу.

- Хотя... - он вздохнул, задумчиво сложив крылья, - тут у этого бедолаги всего три комнаты.

- И ты их уже, судя по всему, успела изучить. - сказал он с таким видом, будто лично разочарован архитектурным однообразием.

Мираэль засмеялась. Уже открыто.

Да, с ним было легко.

Лаксиан же всё это время просто наблюдал.

Глаза полуприкрыты, на губах ленивое выражение, словно он уже мысленно написал три язвительных комментария, но оставил их при себе.

На последней реплике Алькарина он уже закатил глаза.

- Ну если что, принцесса...

- Я тебе когда-то пообещал правду, - продолжил феникс, уже чуть серьёзнее.

- Так что если хочешь - буду помогать.

- Особенно если он, - кивок в сторону Лаксиана - снова начнёт тебе докучать.

- А он такой. Я то знаю. Он ещё тот сталкер.

Мираэль с притворным удивлением повернулась к Лаксиану, будто впервые увидела его настоящим.

Оценивающе, почти с театральной недоуменностью.

- Вот ты какой, оказывается...

Она тихо ухмыльнулась.

Лаксиан же только плотнее скрестил руки на груди, не сводя с неё взгляда.

- Как погуляла по снам? - Голос его прозвучал спокойно. Почти небрежно.

Но в глубине взгляда читалось внимание. Он прищурился, будто пытался прочесть между строк.

- Есть чем поделиться?

Мираэль гордо выпрямила спину, подняла подбородок чуть выше.

В её глазах - стальной отблеск.

Не на ту нарвались, господа.

Лаксиан хмыкнул.

Алькарин тихо зааплодировал крыльями.

После короткой паузы Мираэль нарушила тишину.

- Я говорила с мамой, - спокойно, но уверенно сказала она, посмотрев прямо на Лаксиана.

Тот слегка приподнял бровь и чуть выпрямился в кресле, переводя на неё внимательный, тягучий взгляд.

- Она рассказала мне...

- Думаю, это была правда.

- Рассказала, что произошло.

- И... почему я ничего не помню, - грустно закончила Мираэль, опустив взгляд на свои ладони.

Лаксиан молчал, будто переваривая её слова.

Затем медленно провёл рукой по своим волосам, чуть взъерошив их. Его глаза стали задумчивыми, взгляд потемнел, но не угрожал.

- Они... наложили на меня какую-то печать, - продолжила она.

- Мама пообещала поговорить с отцом, чтобы её снять.

- Но даже если он согласится - это произойдет не скоро.

Лаксиан слегка качнул головой.

- Ну что, Алькарин, снимем печать? - сказал он больше как факт, чем вопрос.

- Раз плюнуть, - откликнулся феникс, хлопнув крыльями.

Мираэль перевела взгляд с одного на другого, растерянно.

- Так просто?..

- Вы можете снять её так... просто? - переспросила она, немного не веря.

- Ну, - лениво протянул Алькарин, - можем, конечно, для красоты разыграть страдания, вздохи, драму и магический свет.

- Но честно, принцесса, - он фыркнул, - не думаю, что твои...

Он на секунду замялся, скосив взгляд.

- ...родители, - сказал почти с отвращением, - могли сотворить нечто по-настоящему серьёзное.

Мираэль хмыкнула.

- Ладно... но как вы вообще поймёте, что именно нужно сделать?

Феникс посмотрел на неё с видом всезнающего старика.

- Да он тебя изучает с того самого момента, как смог до тебя достучаться, - поддел он Лаксиана.

- Я уверен, он уже каждую твою родинку знает.

- Пару взмахов крылом, пара «шаманских» пассов - и вуаля, всё готово, - усмехнулся он, откидывая голову назад.

Мираэль с приподнятой бровью перевела взгляд на Лаксиана.

- Ну что ж... тогда когда приступим?

- Я, если что, готова вспомнить всё прямо сейчас. - Улыбнулась она почти дерзко.

В следующее мгновение Лаксиан встал.

Плавно, бесшумно.

И уже через секунду оказался совсем рядом.

Его рука легко легла на её голову.

Пальцы - тёплые, медленные.

Его ладонь скользнула по её волосам, замирая на секунду - и тут же отстранилась.

- Хм...

- Давай подождём немного.

- Или тебе так не терпится меня вспомнить? - Его голос был тягуч, язвителен, но в нём чувствовалось что-то почти ласковое.

- Уууу... походу я тут лишний, - театрально запаниковал Алькарин, хлопая крыльями.

- Если что, зовите! - И с лёгким свечением испарился.

- Куда это он? - с недоумением спросила Мираэль, не успев даже попрощаться.

- Кто знает...

- Он у нас - птица высокого полёта, - усмехнулся Лаксиан.

- Весь в делах. Забыла?

- Да-да, - выдохнула она с лёгкой грустью.

- Просто... я уже подумала, что смогу всё вспомнить.

- Но увы. Опять - ждать.

Лаксиан чуть приблизился.

Его пальцы - лёгкие, почти невесомые - провели по её волосам.

Тонкое касание. Не властное, не страстное - тёплое.

- Скоро, птичка.

- Скоро всё вспомнишь.

- Не переживай, - сказал он почти успокаивающе.

Мираэль выдохнула.

Рядом с ним было... спокойно.

Неприятно, не страшно - а надёжно.

Несмотря на всё, что говорили о нём другие. Несмотря на страхи, истории, сказания.

Он был не злом.

Не тьмой.

Он был Лаксианом.

А она...

Она просто верила.

Просто верила.

Прошло какое-то время.

В этой комнате без окон, затерянной в бескрайней пустоте, Мираэль оставалась наедине с мыслями, которые кружились, как опавшие листья в замкнутом пространстве.

Каэль.

Он был... другом. Верным, надёжным, тем, кто не бросил, даже когда всё вокруг превратилось в хаос. Он научил её путешествовать между мирами, показал, как не потерять себя в лабиринтах собственных мыслей. Но иногда, в редкие моменты, когда его взгляд становился слишком пристальным, а молчание - слишком глубоким, ей казалось, что за его простотой скрывается что-то большее.

Хранитель.

Это слово висело между ними невысказанным. Возможно, именно поэтому он был рядом - не потому, что хотел, а потому, что должен. И всё же...

Тот поцелуй.

Она первая потянулась к нему. Первая прикоснулась губами, не думая, не рассуждая, просто потому, что в тот момент больше не могла не сделать этого. А он... Он ответил. Недолго, с лёгким замешательством, но ответил.

Значило ли это что-то для него?

Мираэль сжала кулаки.

Если бы он был просто Хранителем - разве позволил бы себе такое? Или... это тоже было частью его долга?

Глупо.

Она резко перевернулась на бок, лицо уткнув в подушку.

Каэль...

Он был якорем. Твердой землей под ногами, когда все вокруг теряло очертания. В его присутствии она чувствовала себя в безопасности - не потому что он оберегал (хотя и это тоже), а потому что с ним она могла быть просто собой. Без масок, без необходимости что-то доказывать.

Но Лаксиан...

Он был другим.

Не якорем - самим океаном. Не твердой землей - а тем, что существовало до земли.

Когда он смотрел на нее, в его взгляде читалось что-то древнее, глубинное, что-то, что не требовало слов. Будто их души узнавали друг друга сквозь пелену времен, сквозь забытые клятвы и утраченные воспоминания.

Она не помнила их прошлого. Но тело помнило.

Помнило, как его смех заставлял ее улыбаться еще до того, как она осознавала шутку. Как его редкие слова одобрения грели лучше любых похвал. Как в самые темные моменты именно его присутствие - молчаливое, нерушимое - становилось опорой.

Он не был любовью.

Он был чем-то большим.

Тем, кто знал ее до того, как она стала собой. Тем, чье молчание понимало ее лучше любых слов. Тем, кто, даже играя роль тюремщика, никогда не мог стать настоящим врагом.

Семья? Друг? Наставник?

Слова казались слишком маленькими, чтобы описать эту связь.

Он был...

Лаксианом.

И этого было достаточно.

Когда она смотрела на него сейчас, сквозь туман забытых, но не утраченных мгновений, в груди шевелилось что-то теплое и болезненное одновременно. Тоска по чему-то утраченному. Надежда на что-то, что, возможно, еще можно вернуть.

И самое странное - она верила, что он чувствует то же самое.

Без слов.

Без объяснений.

Просто - знала.

Как знает старшее дерево молодой росток. Как знает река свои берега.

Неразрывно.

Навсегда.

Она чувствовала, как её тело наполняется лёгкостью.

Магия... снова отзывалась на зов.

Чутко. Глубоко. Свободно.

Сила не просто вернулась - она стала иной. Сильнее.

Словно внутри неё наконец встал на место тот самый, недостающий фрагмент.

Она направилась в главный зал темницы.

Хватит ждать.

Пора действовать.

Как только она шагнула в зал, уверенно и даже немного резко произнесла:

- Думаю, можно возвращать мои воспоминания.

Лаксиан, сидевший на своём излюбленном месте, даже не поднялся.

Он лишь усмехнулся, лениво откинувшись в кресле:

- И тебе привет, птичка.

Мираэль моргнула.

- А... ой. Привет. - чуть смущённо выдохнула она, потеряв на секунду свою напористость.

- Магия вернулась. Чувствую себя лучше.

- Пора что-то делать. Хватит сидеть на месте, - твёрдо продолжила она.

Лаксиан кивнул, слегка приподняв бровь.

- Какая нетерпеливая птичка...

- Но ты права. Думаю, ты готова.

Он выдохнул, встал и махнул рукой, чертя в воздухе странный, тёмно-светящийся символ.

Мираэль наблюдала с интересом, но знак оказался ей незнаком.

- Отправил Алькарину сообщение, - лениво прокомментировал Лаксиан, заметив её взгляд.

- Ничего страшного и древнего не делал.

- Демонов не призывал, если что.

Мираэль склонила голову, прищурившись:

- Алькарин прибудет?

- Скоро будет. - спокойно ответил он.

- А пока, может, расскажешь... что мы будем делать дальше?

Лаксиан приподнял бровь ещё выше.

"Мы."

Слово прозвучало особенно. Он уловил в нём нечто важное.

- Давай сначала вернём тебе память, - ответил он после паузы.

- А потом - всё остальное.

Мираэль просто кивнула.

Она снова оглядела зал - тот самый, где происходило так много.

Но сейчас он казался почти родным.

И вдруг - вихрь света.

Из ниоткуда, как по мановению мысли, появился Алькарин.

- Вот и я! Скучали? - Он величественно раскинул крылья, наполнив зал мягким сиянием.

- Конечно, - слабо усмехнулась Мираэль, чувствуя, как в его присутствии даже воздух будто становился легче.

Почему-то рядом с ними она не чувствовала ни веса короны, ни тяжести долга.

С ними - она просто была собой.

- Ну что, принцесса.

- Вернём тебе память? - с гордостью в голосе произнёс феникс.

- Да, я готова. Что нужно делать?

- Присядь, - сказал Лаксиан, пододвигая ей стул.

- Расслабься. Закрой глаза.

- Попытайся воссоздать то, что помнишь сама.

- Мы восполним недостающие фрагменты.

Мираэль опустилась на стул.

Закрыла глаза.

Вдох. Выдох.

Погрузилась внутрь себя, в собственную память.

В леса, в голос «дяди», в колючие лучи света, в храм, в прикосновение - тёплое и чужое - к её душе.

Феникс взмахнул крыльями и медленно поднялся в воздух, зависая рядом.

Его перья начали излучать мягкий свет.

Лаксиан встал позади.

Осторожно занёс руку над её головой.

Медленно. Почтительно. Словно прикосновение к ней - это священный акт.

И тогда их магия переплелась.

Крыло феникса и рука Лаксиана замерли в воздухе.

Свет разлился по залу - глубокий, мерцающий, как ночное небо.

Блеск звёзд. Отблески далёких воспоминаний.

Тепло прошлого, наконец стремящегося вернуться домой.

Темнота.

Покой.

И вдруг - вспышка.

Ослепительный свет прорезал тишину внутри её разума.

Сначала - неясные контуры, затем цвета, звуки, образы.

Они сливались, переливались, рвались и складывались вновь - как мозаика, чьи кусочки слишком долго были в забвении.

Вот она - маленькая девочка, сидящая за высоким столом.

Спина выпрямлена, руки сложены на доске, взгляд опущен.

Её платье аккуратно выглажено, волосы заплетены - всё, как полагается.

Но в глазах нет ни интереса, ни живого огня.

Только тоска.

Где-то в коридоре за дверью - голоса.

Она узнаёт их сразу.

Мама. Папа.

- «Нужно решать быстрее. Она должна быть готова к весне.»

- «Я знаю, но у нас сейчас нет времени для обсуждений, не при стражах...»

Идут. Проходят.

Даже не заглядывают в класс.

- Госпожа, сосредоточьтесь, - раздался голос наставника. - Уравнение не сложное.

Он мягок, учтив, но отстранён. Не по-настоящему с ней.

Мираэль переводит взгляд в окно.

За стеклом - сад. Деревья. Свобода.

Я просто хочу, чтобы они были рядом...

Сердце сжимается.

Тихо. Незаметно.

Урок заканчивается.

Она выходит во двор.

Пусто.

Ни одного лица, ни одной души.

Я не нужна.

Ноги сами ведут её вперёд. Без цели. Без дороги.

Просто вперёд.

Я им не нужна.

Для чего всё это? Зачем?

Я не хочу быть принцессой.

Не хочу этих правил.

Не хочу занятий, балов, улыбок перед чужаками.

Мама, я просто хочу играть с тобой.

Папа, расскажи мне свою глупую историю про волшебного зайца. Я помню её.

Слёзы подступают, но она сдерживается.

Нельзя плакать.

Она сворачивает к лесу.

Тени деревьев обволакивают её, будто приютив.

Бежит. Быстрее.

Споткнулась.

Падение.

Коленка ободрана, руки в земле. Боль.

Но это - не самое страшное.

Боль в груди - острее. Глубже.

Я просто хочу, чтобы вы говорили со мной...

И в этот момент, впервые за всю свою короткую жизнь - она плачет.

Беззвучно, но искренне.

Горячие слезы бегут по щекам, падают на землю, впитываются в сухие листья.

Она всегда держалась.

С пелёнок знала: нельзя показывать слабость.

Нельзя жаловаться.

Нельзя кривляться.

Нельзя сомневаться.

Но она - всего лишь ребёнок.

И тут - голос.

Мягкий. Спокойный.

Он звучит не снаружи, а внутри.

Он не пугает. Он... успокаивает.

- Ну же... чего ты плачешь?

Она замирает.

- Хочешь... я побуду с тобой?

Голос звучит будто в ушах, но и будто рядом - среди деревьев.

- Давай погуляем. Я покажу тебе красивое место...

- Ты одна. Но ты не виновата в этом.

Голос знает, что говорит.

В нём - одиночество. Глубокое, пронзающее.

Он говорит с ней, как будто знает, каково это - быть на виду, быть важной, быть нужной...

И всё равно быть одной.

Мираэль замирает.

Он тоже один?

Он понимает?..

Внутри - вдруг лёгкое тепло.

Незнакомое. Но родное.

И она... отвечает.

Просто мыслью. Просто сердцем.

Просто - «я здесь».

Перед ней возникает силуэт.

Высокий, тёмный, но не пугающий.

Ноктис, это был он, тогда, именно тогда я встретила его впервые.

Он подходит ближе.

И тогда - впервые - небо кажется не таким серым.

Воспоминания накатывают дальше.

Как волны - сильные, мягкие, бесконечные.

Она искала, она знала он рядом, тот кто звал.

Ему грустно? Одиноко? Он такой же как я?

Лес был не страшен, ведь со мной Ноктис.

И она нашла.

Увидев она засияла. Он это он, он говорил со мной.

- Ну привет, незнакомец. Это же ты говорил со мной, да?

Картина перед глазами меняется.

Больше нет слёз, земли и одиночества.

Теперь она - смеётся.

Её волосы чуть растрёпаны, лицо пылает от восторга.

Она запрыгивает на помост и с победным видом разворачивается к зрителям.

- Я попала в цель с первого раза! Прямо в центр! - гордо сообщает она.

Перед ней - Лаксиан.

Он стоит, скрестив руки на груди, чуть склонив голову, с той самой полуулыбкой, которая, как позже она поймёт, всегда появляется, когда он смотрит на неё.

- Ты растёшь опасной, принцесса, - говорит он насмешливо.

- Скоро даже мне придётся тебя опасаться.

Он смеётся. Но не высокомерно.

А... по-настоящему.

И её сердце теплеет.

Рядом с ним она чувствует себя не ученицей, не наследницей, не принцессой.

Она просто - ребёнок.

Которого видят. Слышат. Понимают.

Он рассказывает ей о древних существах - странных, сильных, забытых.

Говорит так увлечённо, что она замирает, слушает затаив дыхание.

И в какой-то момент - он просто кладёт руку ей на плечо.

Спокойно.

Нежно.

Без слов.

Ты не одна.

А потом появляется он.

Пылающий, величественный, грациозный.

Алькарин.

Вспышка света, удар огня - и перед ней огромная птица, с глазами, будто сотканными из заката.

Она отшатнулась.

Но Лаксиан успел легко приобнять её за плечи.

- Это друг, - сказал он тихо.

- Он хранит больше, чем ты пока можешь представить.

-Ну привет, принцесса, - раздался мелодичный голос феникса. - Наконец-то мы встретились. Я слышал, ты опасна.

Она засмеялась.

Потом был лес.

Игра.

Бой понарошку.

Лаксиан делает вид, что попал в ловушку.

Алькарин притворяется побеждённым и шлёпается в траву, раскинув крылья.

- Наша принцесса - сильнейшая! Опаснейшая! Лучшая! - громко провозглашает феникс, как Геральд на королевском приёме.

Она смеётся так громко, что к лицу приливает румянец.

Это счастье - не показное, не придуманное.

Оно настоящее.

Они играют со мной...

Они рядом.

День за днём.

Месяц за месяцем.

Она растёт.

Ей уже не пять и не шесть.

Вот ей десять.

Ноктис - рядом.

Всегда.

Он наблюдает, охраняет, порой вступает в споры с Лаксианом.

Но он - её тень. Её защитник.

Лаксиан - всегда в её жизни.

Он может пропасть на день, но всегда возвращается.

И всегда с каким-нибудь вопросом:

- Что ты сегодня узнала нового?

- Кого победила?

И она рассказывает.

Они слушают.

Алькарин даже учит её паре заклинаний.

Показывает, как магия может быть не только силой, но и песней.

Как крыло может быть щитом, а голос - оружием.

Вот она, моя семья...

Мама и папа были где-то в стороне.

Занятые, важные, отстранённые.

Но здесь, в этом лесу, в этих тенях - она была собой.

В груди становится тепло.

Сначала чуть-чуть.

А потом - как будто кто-то зажёг в ней свечу.

Медленно. Уверенно.

И с каждым кадром она вспоминает.

И... чувствует.

На её щеке - в реальности - скатывается слеза.

Одна.

Тихая.

Светлая.

Я была счастлива...

И тут - тьма.

Нечаянная.

Резкая.

Тьма.

Всё исчезло.

Смех. Лес. Голоса.

Магия. Пламя.

Даже ветер.

Мираэль снова в лесу.

Одинокая.

Пустая.

Она стоит среди деревьев - там, где всегда кто-то ждал её.

Но теперь - тишина.

- Лаксиан?

- Алькарин?

Никто не отвечает.

Она подождала.

До самого вечера.

- Ну... может, сегодня нет. Может, занят. Может, завтра.

Она ушла.

На следующий день - снова пришла.

И на следующий.

И ещё.

И ещё.

Месяц.

Каждый день - она здесь.

На этом же месте.

И каждый день - тишина.

Сначала она просто ждала.

Потом - начала звать.

Кричать. Шептать.

Призывать.

Писать на земле палкой.

Смотреть в небо.

- Вы ушли...?

- Почему?

- Что я сделала не так?

Сердце сжимается.

Не от страха.

Не от боли.

От пустоты.

Она не понимает.

Просто... не понимает.

Они были там. Были рядом.

Смеялись. Слушали.

Любили.

А потом... пропали.

- Вы тоже бросили меня...

- Как и все.

И тут появляется он.

Ноктис.

Он приходит тихо. Без слов.

Садится рядом.

Молчит.

Он видит, как она падает.

Как теряет вкус к еде.

Как перестаёт говорить.

Он пытается быть рядом.

Он не уходит.

Но она - отталкивает.

- Ты тоже уйдёшь.

- Ты бросишь. Все бросают.

- Я не нужна.

Она кричит. Срывается.

Толкает.

Потом - плачет.

Потом - снова молчит.

И он... остаётся.

Но не может исцелить.

Потому что рана слишком глубока.

Воспоминание меняется.

Ночь.

Она лежит в своей кровати.

Рядом - мама, папа.

И кто-то ещё.

Чужой.

Слишком светлый.

Слишком спокойный.

Мама гладит её по волосам.

Папа держит за руку.

Магия.

Тёплая, но чужая.

Окутывает её тело, как вуаль.

Она засыпает.

И как будто слышит:

- Ты не вспомнишь.

- Так будет лучше.

Потом - ничего.

Чёрный экран.

Звук воды.

Далёкое эхо.

Пустота.

Мираэль открывает глаза.

Реальность накрывает её, как волна.

Слёзы текут по её щекам.

Она не может их остановить.

Они горячие.

Живые.

Настоящие.

Перед ней - Лаксиан.

Рядом - Алькарин.

И они говорят - одновременно.

Тихо. Мягко.

Точно так, как тогда, в её детстве.

- Ну привет, принцесса.

Она не выдерживает.

Встаёт.

Подходит к ним.

И просто - обнимает.

Крепко.

Рывком.

До дрожи в пальцах.

Алькарин раскрывает крыло и окутывает её, словно щит.

Лаксиан обнимает её в ответ - одной рукой за талию, другой за плечи.

Осторожно.

Но с таким чувством, будто держит своё самое дорогое сокровище.

Никто не говорит ни слова.

И это - лучше любых слов.

Она плачет.

Он держит.

Алькарин греет.

Она вернулась.

И они тоже.

Они стояли так... просто молча.

Долгое, тёплое, спокойное молчание.

Словно время растворилось - в этом объятии, в этом крыле, в этом ощущении, что ты не один.

Наконец, Мираэль медленно вытерла слёзы.

Губы её дрогнули, и она едва слышно прошептала:

- Я думала... вы бросили меня.

- Тогда... я думала, что снова осталась одна.

Голос был тихим, как ветер сквозь ветви.

Но за ним - буря лет одиночества.

Лаксиан чуть наклонился ближе.

Его голос прозвучал глубоко, почти бархатно:

- Но теперь ты знаешь, что это не так.

- Мы бы никогда не оставили тебя.

- Если бы не твои родители... и эти чертовы Хранители.

Мираэль вскинула взгляд.

В нём уже не было той девочки, что плакала в лесу.

Только решимость.

- Расскажите мне всё.

- Я готова.

- Пора что-то делать. Нет времени ждать.

Лаксиан обменялся коротким, почти невидимым взглядом с Алькарином.

Тот еле заметно кивнул.

- Как скажешь, принцесса, - с лёгким поклоном и уважением в голосе произнёс феникс.

- Но... - добавил Лаксиан, глядя прямо в её глаза.

- Прежде чем я расскажу тебе о Хранителях...

- Не хочешь ли ты поговорить с ними сама?

Мираэль нахмурилась:

- Ты имеешь в виду Каэля и Сайна?

- Да. Ты всё правильно поняла. - кивнул Лаксиан.

- Теперь ты достаточно сильна, чтобы самостоятельно войти в их сны.

- Да, давай, - подхватил Алькарин, на удивление серьёзно.

- Поговори с ними, если захочешь.

- А потом сравним версии. - фыркнул, чуть качнув крылом.

Мираэль задумалась.

Слишком многое крутилось в голове.

Каэль...

Он всегда был честен с ней, хотя и скрытен.

С ним - она чувствовала тепло.

С ним - можно было говорить.

А вот Сайн...

Мрачный. Острый. Опасный.

Стоит ли?..

Она кивнула.

- Ладно.

- Я попробую поговорить с Каэлем.

- А насчёт Сайна... подумаю.

- Не уверена, что готова.

- Как знаешь, - мягко произнёс Лаксиан.

- Сейчас ночь, самое время.

- Только не теряйся там надолго.

- Удачи, принцесса, - сказал Алькарин.

- Держим за тебя кулачки... ну и перышки тоже. - и подмигнул.

Мираэль усмехнулась.

- Ладно... Я пошла.

Она повернулась и направилась к своей комнате.

Шаг за шагом, чуть с замиранием в груди.

Каэль расскажет. Он не оттолкнёт. Он ждёт.

Но внутри... всё же мелькнула мысль:

Сайн...

Пойму ли я тебя?

А вдруг всё повторится?..

Мурашки пробежали по коже.

Она вспомнила, как он тогда смотрел.

Как держал.

Как отпускал.

Мираэль вернулась в свою комнату. Закрыв за собой дверь, она, не включая свет, прошла к кровати и села. В комнате было тихо - настолько, что собственные мысли становились громче любого шороха.

Она глубоко вдохнула и улеглась на спину, глядя в потолок.

- Каэль... надеюсь, ты меня ещё ждёшь.

Она закрыла глаза, медленно выдыхая. Мысли её были сосредоточены на нём - на его тёплом, уверенном голосе, на мягком, проницательном взгляде. Его руки, его присутствие... Каэль, надёжный, спокойный, словно скала, об которую можно разбиться - но и спрятаться от любого шторма. Он не просто хранитель. Он её опора.

Мир вокруг растворился.

Она оказалась на берегу - перед ней раскинулся океан. Его волны неспешно катились к песку, отражая блики закатного света. Всё это было словно с картины: небо окутано мягкой дымкой, воздух - прозрачный, солоноватый.

Мираэль стояла, слегка прищурившись от закатного света.

- Здесь красиво... - подумала она.

- Да, очень красиво, - произнёс голос, знакомый до дрожи.

Она вздрогнула, резко развернулась - и сердце её отозвалось.

Каэль.

Он стоял метрах в трёх, такой, каким она его запомнила. Высокий, в тёмной одежде, немного растрёпанный, но всегда уверенный в себе. Его взгляд был тёплым, как это не раз бывало... когда никто не смотрел.

Мираэль, не думая, бросилась к нему. Он распахнул объятия и крепко прижал её к себе, будто боялся, что она снова исчезнет.

- Ты изменилась, - тихо прошептал он у её виска.

- Разве?.. - её голос тоже был почти шёпотом. - Это же сон, давай хотя бы здесь забудем о формальностях.

- Нет, - покачал он головой, отстраняясь ровно настолько, чтобы заглянуть в её глаза. - Ты правда изменилась... Но мне это нравится.

Она улыбнулась - не натянуто, не вежливо, а по-настоящему. И сама почувствовала, как внутри стало легче. В последние дни она почти забыла, как это - просто быть собой. Может, это и правда видно?

- Хорошо, если тебе нравится, - с легким смехом ответила она.

- Как ты? Что сейчас происходит во внешнем мире? - спросила она уже чуть тише, опуская взгляд.

Каэль нахмурился.

- Благодаря тебе, кажется, пыль немного улеглась. Тебя больше не ищут так отчаянно... но, Мира... - он сделал паузу, глаза его потемнели. - Среди Хранителей ходит слух. Говорят, ты примкнула к Лаксиану.

Сердце ёкнуло.

- Слух, значит... - выдохнула она, но, не желая отвечать напрямую, подняла палец:

- Так, подожди. Здесь вопросы задаю я. А ты - отвечаешь.

Каэль чуть улыбнулся, приподняв руки в притворной сдаче.

- Весь в твоём распоряжении, принцесса.

- Вот так-то лучше, - фыркнула она. - Так что говорят Хранители? Про меня? Про него?

Он глубоко вдохнул.

- Всё плохо, - честно ответил Каэль. - История остаётся прежней: Лаксиан - зло, угроза. Ты - связанная с ним. Если слух подтвердится... они не просто начнут искать вас. Они уничтожат.

Мираэль стиснула зубы, опустив взгляд.

- ...Понятно.

- Он до сих пор считается угрозой балансу, - продолжил Каэль. - Хранители считают, что он хочет стереть старый порядок до основания и построить новый. Без них. Без правил. Без нас.

- А кто вы, Каэль? - вдруг спросила она. - Кто такие Хранители? Я так мало знаю... да никто толком не знает. Если бы не ты и... Сайн, я бы вообще подумала, что вы - миф.

Каэль немного опешил. Он замолчал. Несколько мгновений просто смотрел в её лицо.

- Почему ты спрашиваешь, Мира? Это правда?.. Лаксиан... он тебя забрал? Ты теперь с ним? Это из-за него ты можешь приходить ко мне в сон?

- Долго объяснять, - прошептала она, - но поверь, он не тот, кем его считают. Это мы сделали его таким. Мы... Я. Мы знакомы с самого моего детства.

На губах расцвела грустная улыбка.

- Он был рядом, когда не было никого. Он... я не знаю, что со мной, Каэль, но я верю ему.

Каэль смотрел, не моргая. Её голос, её глаза - они были настоящими. Без маски. Он видел, как меняется она. Видел её сильной, холодной, независимой... и теперь видел - живую. Тёплую. Ту, к которой он тянулся всё это время, даже если сам себе в этом не признавался.

Он провёл рукой по волосам, немного их взъерошив, отвёл взгляд, чтобы собраться с мыслями.

- Я верю тебе, Мира. - произнёс он наконец. - Расскажешь всё позже, когда захочешь.

Она смотрела на него, на это лицо, в котором было так много боли и тепла одновременно.

- Может, я не заслуживаю тебя... - прошептала она.

- Скорее наоборот, принцесса, - улыбнулся он, обнимая её, касаясь пальцами её волос. - Ты - причина, почему я до сих пор верю, что справедливость возможна.

Они стояли так ещё мгновение. В молчании.

Всё было предельно тихо, но внутри каждого бурлили эмоции.

- Хранители... - начал Каэль, будто проглатывая слово. - Мы - не просто суд. Мы - система. Контроль.

Он отвёл взгляд в сторону горизонта, где океан начинал терять блеск под остывающим закатом.

- Мы были созданы, чтобы удерживать равновесие. Чтобы защищать порядок. Свет и тьма. Добро и зло. Только так. Без оттенков. Без полутонов. - голос его стал тихим. - Но разве в этом есть равновесие, Мираэль?

Он усмехнулся - горько.

- Баланс, который мы защищаем, на самом деле давно трещит по швам. Он жесток. Он не учитывает тех, кто попал между. Таких, как ты. Таких, как он. Таких... как я, может быть.

Мираэль внимательно слушала, ни разу не перебив.

Слова Каэля обнажали не просто правду - они показывали его внутреннюю борьбу.

- Те, кто идут против воли Совета... те, кто ставят под сомнение законы... они становятся врагами. Они - зло. Просто потому что посмели думать иначе.

Он повернулся к ней. Его глаза - раньше всегда спокойные - сейчас были наполнены странным светом.

- А такие, как я... и как Сайн... мы - меч. Мы казнь. Мы не задаём вопросов. Мы просто исполняем.

Он сделал шаг ближе, его голос стал ниже.

- Если всё продолжится, как есть... этот меч будет направлен на тебя.

- Каэль... - её голос прозвучал слишком мягко для таких слов, - скажи мне, ты должен будешь меня убить?

Он вздрогнул, будто она вонзила нож между рёбер, и в его глазах - в этих обычно таких тёплых, надёжных глазах - мелькнуло что-то дикое, раненое.

- Да, Мира. Должен.

Голос сорвался на последнем слове, будто дальше просто не существовало воздуха, чтобы выговорить хоть что-то ещё.

- Понятно.

Она усмехнулась - лёгкая, беззвучная усмешка, которой не должно было быть в этом разговоре.

- А ты... сделаешь это?

Взгляд упорно скользил мимо него, цепляясь за трещины на камнях, за мягкие, тихие волны. Не потому что боялась. Просто... не хотела этих вопросов. Не хотела знать.

Тишина.

Он подошёл вплотную, не касаясь, просто стоял, заставляя её поднять глаза. И когда их взгляды наконец встретились, она увидела.

- Никогда.

Его голос был твёрже стали.

- Я же говорил. Всегда рядом. Всегда.

Ни улыбки. Ни шутки. Только голые, обнажённые слова, брошенные между ними как клятва.

И она верила.

Потому что он - это он. Тот, кто шагнёт в огонь, даже если весь мир встанет у него на пути. Тот, кто пойдёт против самих Хранителей, не требуя объяснений. Тот, чьё "рядом" значило больше, чем все обеты этого мира.

Он просто смотрел.

И в его глазах уже горел ответ на все вопросы, которые она так и не осмелилась задать.

Мираэль смотрела ему в глаза.

И вдруг поняла: он не лжёт. Ни в одном слове.

В этом взгляде было всё - страх за неё, вера в неё, нежность, которую он так давно прятал.

Медленно, почти неосознанно, она подалась вперёд и коснулась его губ.

Это был не пылкий, отчаянный поцелуй.

Это было прикосновение - нежное, как первый свет после долгой ночи.

Её губы коснулись его с осторожностью, будто боялись разбить хрупкое мгновение. И он ответил сразу - не торопясь, не захватывая, а принимая эту тихую исповедь без слов.

Его руки сомкнулись у неё на талии, тёплые и твёрдые, притягивая чуть ближе - не требуя, а защищая. Будто даже сейчас, в этот хрупкий миг, он не мог перестать оберегать её от всех бурь, что бушевали в их жизни.

Она почувствовала вкус соли на его губах - то ли от морского ветра, то ли от слёз, что так и не были пролиты.

И в этом поцелуе не было страсти.

Было спасение.

Медленное, глубокое, как сам океан у их ног.

Они разомкнулись слишком быстро. Но в этих нескольких секундах поместилась целая вечность - все невысказанные слова, все подавленные взгляды, все "почти" и "чуть-чуть", что копились между ними месяцами.

Когда она открыла глаза, он всё ещё держал её - и в его взгляде читалось то, что не решалось вырваться наружу.

"Я здесь".

"Я не уйду".

"Даже если весь мир потребует иначе".

Океан шумел где-то внизу, продолжая свой бесконечный монолог. Но для них в этот миг не существовало ничего, кроме тишины между двумя ударами сердца.

- Значит, ты всё же пошла против системы, принцесса? - шепнул Каэль, улыбаясь сквозь лёгкую боль.

- Пока я только гуляю по снам, - ответила она, сделав шаг назад, но не отпуская его руки. - Так что не бойся. Пока.

Он приподнял бровь.

- Пока... - повторил он и акцент сделал неслучайно.

- Ну тебя, - фыркнула она, слегка пихнув его в грудь.

Каэль усмехнулся.

- Не переживай. Что бы ты ни решила, я помогу тебе. Всегда. Даже если весь мир будет против тебя - я рядом.

Мираэль улыбнулась - мягко, почти растерянно.

- Мне пора. Надеюсь, скоро увидимся в реальности... если всё не выйдет из-под контроля.

- Мы увидимся, - спокойно ответил он. - Я знаю.

Она кивнула, сделала шаг назад. Океан начал растворяться.

Каэль стоял, глядя ей вслед, и впервые за долгое время чувствовал, что, возможно... он уже сделал выбор.

- До встречи, принцесса, - прошептал он.

Мираэль открыла глаза. Сердце билось ровно. Спокойно.

Она знала: Каэль - с ней. Как бы страшно ни было, она не одна.

Мираэль проснулась с одним именем на губах, словно молитвой: "Сайн..." Каменный потолок темницы давил на сознание, но мысли уже уносились вдаль, туда, где ждала встреча, которой она одновременно боялась и жаждала.

"Пусть всё пройдёт хорошо..." - этот немой крик души отозвался болью в груди.

Закрыв глаза, она начала собирать его образ, как драгоценные осколки:

Высокий. Слишком высокий. Плечи, несущие тяжесть доспехов и решений. Волосы, всегда чуть растрёпанные - будто он вечно между битвой и покоем. И глаза... О, боги, эти глаза...

В них читалась вся тьма этого мира, но почему-то именно в них она искала свет.

Он знал меня. Знает ли до сих пор? Чувствует ли, как дрожит моя рука, когда он рядом?

Сон накрыл её, как тёплая волна.

Океан. Все тот же.

Закат окрашивал воду в цвета расплавленного золота и свежей крови. Песок был тёплым под босыми ногами, а ветер пах солью и... чем-то неуловимо родным.

Дом?

На холме, среди зелени, стояло скромное жилище с тёплым светом в окнах.

Его дом? Его убежище? То место, куда он возвращается, сбросив доспехи Хранителя?

Сердце сжалось от неожиданной нежности.

- Снова решила испытать удачу, принцесса?

Голос за спиной заставил вздрогнуть. Она обернулась - и он был уже там, ближе, чем позволяли приличия, ближе, чем было безопасно.

- Подожди... - её руки сами поднялись в защитном жесте, но не оттолкнули, а лишь коснулись его груди, ощущая под пальцами ровный пульс. - Пожалуйста, поговори со мной.

Он шагнул ближе, и теперь дыхание смешалось.

- Боишься? - в голосе скользила знакомая стальная нотка, но в глубине глаз что-то дрогнуло.

- Нет, - солгала она, чувствуя, как дрожь бежит по спине. - Мне нужно, чтобы ты услышал меня.

- Что ты хочешь сказать, принцесса? - его улыбка была опасной и... грустной?

- Расскажи о себе. Настоящем.

Тишина повисла между ними, напряжённая, как тетива перед выстрелом.

- Зачем тебе это? - он прищурился, изучая её лицо с новой, незнакомой интенсивностью.

- Потому что я... - голос сорвался, - я хочу верить, что под этой броней Хранителя есть кто-то ещё.

Его дыхание участилось.

- Боишься, что я тебя убью? - шёпотом спросил он, наклоняясь так близко, что губы почти касались её уха.

Комок в горле. Холод в животе.

На что я надеюсь? Что он вдруг...

Она и правда не знала, что сказать.

Зачем пришла? Чтобы убедить? Уговорить? Чтобы верить в невозможное?

Она усмехнулась.

Сама над собой.

Глупо. Наивно. Он же не Каэль.

- Ты хотела говорить, - его голос внезапно смягчился, словно лед, давший трещину.

- Сайн... - её пальцы вцепились в ткань его рубахи, как утопающий хватается за соломинку. - Я хочу, чтобы ты поверил мне. Хотя знаю - не заслужила.

- Хранители не должны видеть только белое и чёрное. Мир не такой. Ты сам знаешь это.

- И что ты хочешь от меня, принцесса?

- Быть на моей стороне. Я не враг. Я не хочу причинять боль.

- Я... он... Лаксиан... он тоже не враг. Он...

- Ах, значит, я всё-таки был прав.

- Наша принцесса свернула на путь тьмы.

- Это не тьма, Сайн. Это... нечто другое. Я верю ему. Прошу, поверь и ты.

Губы Сайна искривились, но в глазах промелькнуло что-то сложное.

Резкое движение - он схватил её за подбородок, заставив смотреть прямо в глаза.

- Ты слишком глупа... Или всё же наивна?

- Сайн... прошу...

- Ты хотя бы сама себя слышишь?!

- Ты понимаешь, что говоришь это Хранителю? - в его голосе впервые зазвучало что-то кроме насмешки. Боль? Гнев? Или... надежда?

- Да. Потому что ты... - её голос дрогнул, - ты можешь быть больше, чем они позволили тебе стать.

- И что теперь? Я должен воодушевиться, упасть на колени и стать твоим... союзником? Стражем?

- Я не прошу тебя быть кем-то. Просто... поверь. Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо.

Сайн замер.

- Я знаю тебя, да. Но я также знаю его. И ты выбрала его.

- Я верю ему. Он изменился. Я... тоже.

- И я должен верить тебе на слово?

- К сожалению, другого у меня нет.

Он медлил.

Смотрел.

И только сказал:

- Я могу убить тебя.

- Мог бы... прямо сейчас.

- Но пока ты...

Он не закончил.

- Сайн... - Мираэль шепнула.

- Ты ведь верил мне. Тогда. Когда спасал.

Он зло посмотрел на неё.

- С чего ты это взяла?

- Просто... чувствую.

Его смех прозвучал горько, почти по-человечески.

- Ты просишь невозможного, принцесса.

- Нет. - она шагнула ближе, преодолевая страх. - Я прошу только... увидеть меня. Не врага. Не угрозу. Просто... Мираэль.

Тишина. Долгая. Тяжёлая.

- Когда я вернусь... - её рука дрожала, когда она коснулась его плеча, - давай... просто поговорим.

Его глаза - тёмные, бездонные - вдруг стали мягче.

- Мы поговорим. - он отпустил её, но не отошёл. - А теперь... уходи.

Она не сразу убрала руку, запоминая каждую черту его лица, каждый оттенок в глазах.

- Звёздной ночи, Сайн.

И растворилась, оставив его одного на берегу, где волны навсегда стирали следы их встречи.