Пока звучит тьма. Глава 15

Глава 15: Сон

Сколько она проспала, она не знала. Время казалось замедленным, как и её мысли, но, несмотря на это, она чувствовала себя немного лучше. Возможно, это был просто эффект сна, но что-то в её теле и душе откликнулось на тишину и покой. Она почувствовала, как её тело расслабляется, как будто груз, что она несла, стал немного легче.

Как только она встала с кровати, первое, что захотелось — это горячий душ. Он всегда помогал ей очиститься, не только физически, но и морально. Струи горячей воды обрушились на её усталую спину, смывая остатки ночных мыслей и тревог. Вода разогрела её мышцы, а её дыхание стало ровным. Это было невероятно успокаивающе. Она закрыла глаза и позволила себе погрузиться в этот момент.

— Так что мы имеем? — прошептала она сама себе, задумавшись, стоя под потоком воды.

Она могла выбрать свой путь, несмотря на всё, что произошло. Теперь у неё было два возможных пути — два направления, которые вели её к разным концам.

Она могла верить Лаксиану. Его слова, несмотря на всю странность и темные уголки, которые они открывали, звучали так, как будто он не пытался её обмануть. Он был искренен, даже если правда была болезненной. И хотя она чувствовала, что этот путь может быть сложным, даже мучительным, его искренность обещала ответы, и она знала, что в конце этого пути, возможно, она найдёт свою цель.

Но было и другое. Она могла бы не верить ему. Всё, что она знала, это то, что её жизнь и силы были связаны с чем-то древним и опасным. Почему бы не использовать это в своих интересах? Лаксиан говорил правду, но как она могла быть уверена, что его намерения были чистыми? Он скрывал что-то, и ей нужно было быть готовой к любому повороту событий.

Стоя под горячей водой, позволяя струям смыть не только усталость, но и всё, что мучило мою душу. В голове всё еще вертелись слова Лаксиана, те, которые он произнес с такой лёгкостью, будто для него не было тайны. Он был первым, кто не пытался скрывать правду. Он отвечал на мои вопросы, даже на те, которые я не успела задать. И пусть всё, что он сказал, было невероятно тяжело воспринимать, в его голосе не было обмана.

"Да, я не забыла", — думала я, нахмурив брови, — "Он манипулировал мной. Игрался, но не оставил меня умирать. Да, он бы мог бы забрать этот осколок, когда я была ребёнком... Тогда бы я точно не выжила."

Она задержала дыхание, пытаясь понять, как она могла быть так слепа раньше. Но сейчас, когда многое стало ясно, оставался главный вопрос: почему он не забрал свой осколок?

"Он мог бы это сделать, когда я была маленькой, но не сделал. Он не оставил меня в тот момент, когда мог бы легко забрать то, что ему принадлежало." — её мысли стали более собранными.

Но это не был единственный вопрос. "Почему его разделили? Что он сделал хранителям? Почему его так наказали?" Эти вопросы не давали ей покоя.

С каждым шагом мысли становились всё более чёткими. "И родители... Они что-то знали. Я уверена. Знали, что во мне осколок. Может, для них это был монстр, нечто злое, с чем они не могли справиться. Но они молчали. Почему? Почему они не сказали мне правду?"

В её голове всё больше проклёвывались обрывки воспоминаний, новые кусочки пазла. Она знала, что когда-то, давным-давно, она сама что-то ощущала. Но сейчас всё это ощущалось как что-то далёкое, невидимое.

"Что я имею? Где я вообще? Я почти без сил, и даже не понимаю, что происходит вокруг. Лаксиан... Ну, вроде бы он не враг. Надеюсь, что нет. Почему-то что-то внутри меня говорит, что я могу ему доверять. Но... почему я ему верю? Почему я хочу верить?"

С каждым вопросом появлялось больше новых, как снежный ком, с каждым мгновением она всё больше терялась в этой сети тайн.

"Ребята... Как они там? Сколько времени прошло? Лаксиан сказал, что время у нас идёт по-разному. Если я осталась здесь, а мир там продолжает двигаться, то сколько меня не было в реальном мире? Сколько прошло времени?"

Она схватилась за голову. "Нужно узнать, сколько времени прошло. Может, я все испорчу, если уйду отсюда? Могу ли я уйти, или если я уйду, то все будет только хуже?" Мысли обрывались, не успевая сложиться в чёткую картину.

"Правы были все. Чем больше я узнаю, тем больше вопросов возникает. Это невыносимо."

Её тело и разум были как в огне. Она знала, что сейчас ей нужно сделать одно — поговорить с Лаксианом. У неё больше не было сил ждать. Нужно узнать всё, чтобы понять, что происходит.

Наконец, она вытерлась полотенцем и почувствовала, как боевой настрой медленно возвращается. В её груди снова появилось чувство уверенности, несмотря на всю путаницу, которая была в её голове.

Она выбрала простую, но удобную одежду — мягкие брюки и футболку, которые не стесняли движений. Быстро заплела волосы в хвост и взяла с собой нужные вещи. Ей нужно было найти Лаксиана.

С мыслями о том, что её жизнь теперь зависит от того, какие ответы она получит, Мираэль решительно направилась к выходу. Внутри неё крепло одно чувство — ей нужно узнать всё, чтобы продолжить этот путь.

Я ощущала, как что-то в моей груди подсказывает, что он будет меня ждать. Я направилась в сторону зала, не зная точно, что это за место: столовая, тронный зал или просто ещё один кабинет, созданный его магией. Он мог влиять на пространство, я чувствовала это. Но вопросы, касающиеся его силы, я решила оставить на потом — слишком много всего еще оставалось неопределённым. Это ощущение странной неопределённости преследовало меня, но я не могла не поспешить. Быстро двигаясь, я почти бегом вбежала в зал.

И вот он снова был другим. Не тот зал, который я видела раньше. Сейчас это больше напоминало пространство для приёма гостей или просто место, где можно отдохнуть. Но как бы там ни было, я сразу встретила его взгляд. Лаксиан. И вдруг мое лицо озарила искренняя улыбка. Сама собой, без всяких усилий. В ответ его взгляд стал немного растерянным. Он удивился.

Неужели она действительно улыбается ему? Это должно быть странно для него. Он замер, и его глаза чуть-чуть расширились.

— Вот ты где, - проговорила я быстро, ещё не успев полностью осознать, что только что произнесла. Я просто говорила то, что почувствовала в тот момент. Это не было частью плана.

— Нашла, - продолжила я с такой искренней радостью, что его растерянность чуть не смешала мои собственные эмоции. Я пошла к нему, не думая, что этот шаг может повлиять на что-то большее, чем на просто встречу.

Лаксиан встал, не сразу понимая, что делает, как будто его тело отреагировало быстрее разума. Он оторвал взгляд от стола, где что-то писал, и обратился к ней:

— Ну привет, птичка, ты сегодня какая-то... живая, что ли? - Его взгляд был исследующим, немного настороженным, но всё с тем же холодным интересом, который он всегда демонстрировал.

Я застыла на мгновение, чуть запыхавшись. Я так торопилась, и даже не заметила, как быстро забежала. Но, услышав его слова, почувствовала, как мое дыхание постепенно успокаивается.

— Возможно, - произнесла я, пытаясь привести себя в порядок. Затем с искренней улыбкой, которая напоминала детскую невинность, я продолжила: - У меня много вопросов, ты же поможешь найти ответы?

Его взгляд стал глубоким. Он смотрел на неё, как будто видя её насквозь. И вот тут он понял. Он не видел её такой искренней, такой открытой, с такой детской улыбкой...с тех самых пор... последний раз, наверное, когда она была девочкой лет десяти. Это ощущение ударило его как током. Он застыл. Он просто не знал, что делать с этим моментом.

Его лицо отразило ту же улыбку, и он наконец выдохнул, как будто сбросив невидимую тяжесть.

— Ну раз так хочет моя принцесса... — сказал он, и вдруг в его словах прозвучала нотка, которую он так давно не чувствовал. Его грудь сжала какая-то странная, забытая боль.

Он был рад? Да, рад. Она поверила. Хоть кто-то, хоть кто-то поверил в него. Это было что-то, что он давно не ощущал. И этот момент был важен для него. Но она заметила, как его взгляд изменился, и этот момент сделал её ещё более внимательной к нему.

— Всё хорошо? – спросила я, заметив, как он немного замер. Было видно, что его это затронуло. И мое беспокойство становилось всё сильнее.

— Да... очень, — ответил он спокойно, хотя внутри его продолжала бушевать буря чувств. Она не должна была видеть его таким. Это было опасно.

— Не пугай так, — сказала я, пододвигая стул и садясь напротив него. Стол оставался между нами, как барьер, который казался теперь символом дистанции, которую он стремился держать. Но что-то в моем голосе, в моем выражении лица заставило его немного растеряться.

— Начнём, — проговорила я с улыбкой, и мое выражение было по-настоящему искренним. Я готова была двигаться дальше, искать ответы. Я была как открытая книга и я была готова перевернуть страницу.

Лаксиан лишь кивнул. Его глаза, в которых я раньше видела бездну, теперь сверкали чем-то новым. Там где-то вдалеке был свет. Он блеснул там, где я раньше видела только тьму. И в этот момент я замерла. Просто на секунду, но этого было достаточно, чтобы понять: в его глазах был тот самый свет. Я увидела его таким, каким он был на самом деле — не холодным и отстранённым, а живым.

— Что хочешь знать, моя птичка? — спросил он, и его улыбка стала шире. В его глазах появилась теплотa, которую я еще никогда не видела.

— Во-первых, — тихо начала она, склонив голову набок, — ты что-то хотел от меня. При нашей первой встрече ты об этом сказал. Что именно?

В её голосе не было упрёка — скорее, тихий, почти детский интерес.

Лаксиан немного удивился, но быстро сменил выражение лица на мягкое.

— Хмм... знаешь, птичка, давай пока не будем об этом. — он улыбнулся, взгляд стал тёплым, почти ласковым.

— Ладно. Давай потом. — она слегка кивнула, но внутри у неё не было сомнений: он всё равно расскажет. Он не мог не сказать.

— Тогда... — она чуть подалась вперёд, облокотившись на стол. — Сколько времени прошло? — она замялась на полуслове. — В реальном мире?

— Хмм... примерно неделя. Может, чуть больше. — спокойно отозвался он, но она уловила: он ждал её реакции, внимательно изучал каждое её движение.

— Неделя... довольно много. Меня точно потеряли. — тихо пробормотала она и задумалась. — Ты знаешь что-нибудь об этом?

— Да. Там... — он на секунду опустил глаза. — Твои друзья ищут тебя. И, конечно, родители. Хранители тоже уже в курсе. Они просто не могли не узнать.

— Хорошо. Поняла тебя. — она выдохнула. — Я могу вернуться сейчас?

Лицо Лаксиана на миг стало серьёзным. В его взгляде мелькнула лёгкая тень грусти, но он тут же снова улыбнулся:

— Не думаю. Ты не до конца восстановилась. Тебе нужно время. Как минимум — ещё столько же. Максимум... не могу сказать. Всё зависит от твоей магии. — он снова внимательно вгляделся в её глаза, как будто искал что-то между строк.

— Хорошо. — просто сказала она. — Нужно что-то придумать. Мне нужно сообщить друзьям... и остальным, что со мной всё в порядке. Я не хочу, чтобы они волновались.

Он удивился. И правда удивился. Что-то в ней стало другим. Более зрелым. Сильным.

— О! А как ты приходил ко мне? Ну, во сне, в видениях? — её голос оживился, глаза загорелись. Она чуть ли не повисла над столом, впившись в него взглядом.

— Спокойнее, принцесса. — он хмыкнул. — Ты сегодня чересчур оживлённая. Это сон так подействовал? Или... я?

— Ой, прости... — она чуть замялась, снова села ровно и смутилась. — Видимо, правда... перебор.

Он засмеялся. Искренне. Тепло.

— Да не переживай. И за что ты вообще извиняешься? — он смотрел на неё с лёгкой улыбкой. — Я покажу тебе позже. Есть способ попасть в чужой сон — проще, чем в видение. Во сне мы все немного... уязвимы.

Она снова улыбнулась. Легко, искренне.

Почему?

Почему с ним так просто?

Почему он вызывает это тёплое чувство внутри?

Не заметив, она просто сидела и смотрела на него. Смотрела — и улыбалась.

Он заметил.

Помолчал немного, потом наклонил голову:

— Ещё вопросы?

— Расскажи о себе. — вдруг выпалила она.

Лаксиан поднял бровь. Удивился.

— Что именно ты хочешь знать, птичка? Любимый цвет, блюдо... или как я докатился до жизни такой? — усмешка тронула уголки его губ, но взгляд оставался серьёзным.

— Хочу знать всё.

— Думаю... о моих вкусах поговорим позже. — он сделал лёгкую паузу, взглянув на неё почти задумчиво.

— Я пошёл против системы. А это нигде не приветствуется. В любом мире, который я знаю. Никто не любит, когда кто-то идёт против воли верхушки.

— В нашем переплетении миров эта верхушка — Хранители. Они — наша власть. — он почти выплюнул это слово. — Я стал для них неудобным.

— Раньше я был среди них. Один из. Но мне надоело. Надоело смотреть, как они всё рушат, правят, как боги, не отвечая ни перед кем.

— Ты знаешь, если бы ты сделала один неверный шаг — они бы тебя стерли. Как и меня.

Он замолчал, но она чувствовала — это ещё не всё.

Он поднял глаза, медленно продолжил:

— Из истории ты, наверное, знаешь, что я искал силу. Да, у меня она была. Но я узнал о другой. Большей. Я изучал её. И когда она поддалась мне... оказалось, у всего есть цена. Видимо, это была моя. — он тяжело выдохнул, но не отвёл взгляда.

— Пустота. — сказал он. — Она велика. Она может уничтожить всё. Или создать из ничего.

Он посмотрел вокруг, на странное пространство, в котором они находились.

— Ты сейчас в Пустоте.

Всё, что ты видишь, ощущаешь — это и есть, и нет одновременно. Меня... меня, основу, они заперли здесь. В собственной силе. В собственной тюрьме.

Она сидела, почти не моргая.

Так просто... он взял и рассказал.

Без масок. Без загадок.

— Ты хотел получить власть? Всю, только для себя? Хотел уничтожить всё? — её голос был не испуганным. Скорее — любопытным. Глубоко заинтересованным.

Он усмехнулся:

— Власть? Пф... я просто хотел сдвинуть этих придурков с их нагретых стульев. — пауза. — Уничтожить всё? Зачем? Даже если подумать рационально — кто хочет править пепелищем?

— Логично. — тихо подытожила она.

— Вот именно. — снова усмехнулся он.

Он склонил голову:

— Думаю, после такого, мой любимый цвет и блюдо тебе уже не так интересно слушать?

— Почему же? Хочу знать, с кем имею дело. — я усмехнулась, в голосе была легкость, но взгляд стал чуть внимательнее. — Если подсыпать отраву, то уж лучше в любимое блюдо. — уголки её губ дернулись вверх, но на секунду лицо стало почти серьезным.

— Что ж, дай подумать... — Лаксиан на миг замолчал, будто и правда задумался. — Думаю, мне нравится птичка. Хорошей такой прожарки. — он усмехнулся, и взгляд его при этом стал цепким, почти хищным, прикованным к ней.

— Погода, наверное, сегодня замечательная... жаль, окон нет. — проговорила я, демонстративно отводя взгляд.

Лаксиан засмеялся. Не громко — но с теплом.

— Умеешь уводить тему, принцесса. Умеешь.

Они ещё немного поболтали, легко, как старые друзья, давно не видевшиеся. Временами он смотрел на неё чуть дольше, чем требовалось. Она это замечала — и не знала, как к этому относиться.

— Ладно, птичка, мне пора. Дела. — он встал, чуть наклонив голову. — Позже сам приду к тебе. Покажу, как проникать в сон.

— Хорошо. — я встала тоже, и тихо добавила: — До встречи.

Он исчез в воздухе, как будто растворился.

Я медленно пошла в свою комнату. На душе было странно спокойно.

Время текло медленно, вязко, как тёплый мёд в сосуде. Мираэль сидела, затем вставала, снова садилась — в комнате было не чем заняться.

Она походила по кругу, будто запертая птица, которой оставалось только хлопать крыльями внутри клетки из собственных мыслей.

Кому рассказать?

О чём молчать?

Кому можно доверять, если доверие стало роскошью?

Она вспоминала Каэля — его доброту, теплоту, как он всегда был рядом. Сможет ли он понять? Простит ли, если узнает правду?

Ноктис... слишком непредсказуем. Слишком близок к её тьме, но в то же время далёк.

Сайн — он хитер, умен, но и расчетлив. Возможно, он бы смог помочь... но захотел бы?

И всё же... никто из них не знал этого Лаксиана. Никто не был там, где была она. Никто не смотрел ему в глаза, когда в них впервые вспыхнул свет, а не бездна.

Стоит ли делиться этим?

Или это — только её?

Прошло какое-то время. Мираэль снова оказалась наедине с собой — и с мыслями, которые неумолимо крутились по кругу.

Она сидела, потом вставала, ходила по комнате, пыталась собрать себя из осколков новой реальности.

Столько ответов... и ещё больше новых вопросов. Что делать дальше? Что теперь делать со всем этим знанием?

Стук.

Резкий, чёткий, уверенный.

Она обернулась, будто вырванная из транса.

Дверь приоткрылась почти сразу. Приглашения не требовалось.

Лаксиан вошёл.

— Ну что, принцесса... — с той самой лёгкой усмешкой, что никогда не знала границ. — Научим тебя гулять по снам?

— Да, — с чуть неожиданным для самой себя энтузиазмом ответила Мираэль. — Давай начнём.

Он прошёл дальше, легко опустился на край её кровати и похлопал рядом ладонью.

— Прошу.

Она села рядом, чувствуя, как от него всё ещё исходит то же тепло — опасное и родное.

Он говорил спокойно, почти по-наставнически:

— Ложись. Как тебе удобно. Как ты обычно спишь.

— Сейчас я тебе помогу... Пока не восстановишь силы полностью.

— Потом справишься сама.

Мираэль улеглась на спину, поправила подушку, положила руки на живот.

Сердце билось чуть быстрее, чем ей хотелось. Всё это было... странно, волнующе. Но она доверяла ему.

— Теперь расслабься, — тихо продолжил он. — Будто готовишься отойти ко сну.

— Сконцентрируй внимание на том, к кому хочешь прийти.

— Нарисуй образ. Вспомни его лицо. Его голос. Его имя. Лучше всего — что-то, что вы пережили вместе.

Она ничего не ответила — просто погрузилась в мысли. Это она умела.

Образы начали рождаться в голове: один за другим. Лица. Слова. Эмоции.

Тьма, но не пугающая — ожидание.

Она почувствовала прикосновение к своему лбу — его ладонь. Тёплая, спокойная, уверенная.

— Сейчас я пущу в тебя немного своей магии, — прошептал Лаксиан. — Помогу перейти в нужную стадию.

— Потом справишься сама. Только... не злоупотребляй этим.

— Путешествие во сны — не игра.

— Ты можешь навредить себе... или тому, к кому пойдёшь. Нарушить его душу. — он замолчал на секунду. — Поверь, ты не хочешь этого.

— Хорошо, — еле слышно прошептала она. — Я поняла тебя.

— Начнём.

Магия коснулась её разума — тёплая, как пламя в камине в середине метели.

Как глоток чая в ледяном лесу.

Никакого холода, никакой угрозы. Только нежность и сила.

Мираэль закрыла глаза. Сосредоточилась.

Каждый сон — своя история, своя правда, своё зеркало души.

Она погружалась.

И где-то на границе между сном и явью услышала, как дверь мягко закрывается.

Он ушёл. Оставил её одну — в её сне, её выборе, её пути.

Она заснула.

На какое-то мгновение ей показалось, что всё это просто сон.

Без магии, без боли, без чужих прикосновений.

Открыв глаза, она оказалась в необычном месте —

Небольшое помещение, будто кабинет...

Но не обычный — изящная мебель, полки с книгами, мягкий свет.

И напротив — огромное панорамное окно.

Мираэль подошла ближе...

И замерла.

За стеклом раскинулась вселенная.

Планеты, созвездия, звёзды, туманности — всё медленно вращалось и переливалось в космосе.

Глубокая тишина, как симфония света и цвета.

Она не могла оторвать взгляда, как красиво, что забыла дышать.

Стояла и просто смотрела, как в детстве смотрят на падающую звезду.

С надеждой. И страхом загадать не то.

И тут — голос за спиной.

— Рад тебя видеть, Мира, — голос был как будто чужой, грустный, хриплый, пропитанный болью.

Она не обернулась сразу, но ощутила — он рядом.

Каэль подошёл и обнял её со спины, осторожно, будто боялся разрушить сон.

— Я скучаю, — прошептал он.

Она почти не дышала. Стояла, прижавшись к его груди, чувствуя тихий стук его сердца. Ровный... но тоскливый.

— Я рад, что хотя бы здесь... могу быть рядом.

— Где же ты, Мира... — он вдохнул запах её волос, и тихо выдохнул.

— Я уже не знаю, где тебя искать...

Он сжимал её чуть сильнее, будто боялся, что она исчезнет снова.

— Я... ходил к Хранителям. Я просил... умолял.

— Они молчали.

— Просто молчали.

— Они что-то знают, но не говорят.

— Но я чувствую, что они что-то скрывают.

— Но я тебя найду. Обязательно. Только, прошу...

— Хотя бы здесь... побудь со мной. Не отталкивай меня...

Он крепче обнял её, уткнувшись лицом в её шею.

Она чувствовала — ему тяжело. Больно. Даже если это был сон.

— Хотя бы здесь... ты и тут уходишь, не попрощавшись. — он тихо хмыкнул. — Даже моё подсознание издевается надо мной...

Мираэль стояла, почти сжав губы.

"Я не могу... я не должна молчать."

Она аккуратно провела пальцами по его рукам, всё ещё обнимавшим её.

Он немного поднял голову, и в этот момент она резко развернулась в его объятиях и встретилась взглядом.

О, боги... его глаза.

Они были почти пустыми. Одинокими.

Слёзы блестели на границе зрачков.

Её сердце сжалось.

Она крепко обняла его, прижавшись всем телом.

— Каэль... — её голос дрожал. — Это не просто сон.

— Я здесь. Я пришла к тебе... я в твоём сне...

Он провёл рукой по её волосам, другой — обнял ещё крепче.

— Разум разыгрался... — прошептал он, слабо усмехнувшись.

Мираэль немного отстранилась, чтобы снова посмотреть в его глаза.

— Каэль... Это не игра разума. Это я.

— Я смогла. Смогла прийти к тебе...

Он смотрел пристально. Молча.

Секунда.

Другая.

— Каэль, — она нежно коснулась его лица.

— Я скучала...

В его глазах вспыхнуло сияние.

Живое. Настоящее.

Он замер...

А потом просто прижал её к себе — как будто боялся потерять вновь.

— Мира, где ты? Как тебя найти? Как тебе помочь? — слова срывались с губ. Он почти не дышал.

Она провела рукой по его волосам, слегка улыбнулась.

— Давай по порядку...

— Я жива. Почти здорова. Кровью не истекаю.

— Где я... Хм. Сложно сказать. Но я сама вернусь.

— Чуть позже.

Он продолжал смотреть в её глаза. Словно убеждался.

— Что случилось? Кто забрал тебя?

— Даже странно... — усмехнулась она. — Что теперь я отвечаю на вопросы.

— Но я скажу... позже. — она прищурилась с лукавством. — Теперь ты немного побудешь в моей шкуре.

Каэль тоже прищурился.

— Ах ты... решила отомстить, принцесса?

— В самое сердечко...

Они рассмеялись, легко, по-настоящему.

Потом вышли из объятий и подошли к окну.

— Где мы? Что это за место?

— Мой кабинет. Я вернулся в межпространственное измерение, на время. Искал тебя...

— Видимо, заснул в кресле. Ну и вот.

— У тебя красиво, — мягко сказала она.

— Не моя заслуга, — отозвался он. — Это наша вселенная.

Он повернулся к ней и театрально поклонился.

— Что прикажете, моя принцесса?

Его улыбка... была счастьем.

Мираэль улыбнулась в ответ.

— Тут вот какая проблема...

— Я пока не знаю. — голос стал тише.

— Просто хотела сказать... что со мной всё хорошо.

— И это всё, что мне нужно было услышать, — шепнул он и ещё раз обнял её.

— Не исчезай больше. И возвращайся... поскорее.

— Обязательно. Я скоро вернусь.

— Но мне пора. Я ещё к кое-кому загляну.

— И ты... не шали.

— Не обещаю, — язвительно усмехнулся он.

— До встречи, Каэль.

Она рассеялась в золотом свечении.

А он... ещё долго смотрел на свои руки.

Это была она.

И теперь его сердце снова билось.

Мираэль всё ещё лежала в своей постели.

Тепло, мягкость, полусонное состояние.

Она закрыла глаза и сосредоточилась на воспоминаниях о Ноктисе — его голос, глаза, тембр дыхания.

Образ пришёл сразу. Ярко. Чётко.

Сон медленно накрыл её, как вуаль из теней.

Перед ней — лес.

Тот самый. Родной. Темный. Мрачный.

Деревья казались выше, чем она помнила, их кроны терялись в плотной дымке.

Влажный, тяжёлый туман стелился по земле, приглушая звуки.

Было неспокойно. Давяще тихо.

Она сделала шаг. Второй.

Лес не издавал ни звука — ни шороха, ни стрекота насекомых. Только туман и тьма.

И тут — фигура.

Одинокая. Неподвижная. Облокотился на дерево. Его глаза были закрыты. Он думал.

О чём? О ней?

Как будто почувствовав её, он открыл глаза.

Их взгляды встретились.

В мгновение — Ноктис оказался перед ней.

Без звука. Без усилия. Просто — рядом.

Он смотрел внимательно. Его взгляд скользил по ней, будто убеждался, что она настоящая.

Он поднял руку и провёл пальцами по линии её челюсти.

— Принцесса... это ты?

— Настоящая?..

— Точно настоящая? — в его голосе — сдержанная эмоция, почти недоверие.

— Или... я схожу с ума... — усмехнулся он, тихо, горько.

— Ждал меня? — с лёгкой улыбкой спросила она. — Да, это я.

— Я настоящая.

Ему не нужно было больше слов.

Он резко обнял её, наклонился и поцеловал в макушку, чуть дольше, чем было нужно.

Тепло, резко, властно.

— Принцесса... какого черта...

— Где ты была?

— Кто тебя забрал?

— Говори.

Слова были жёсткими. Почти командой.

— Эй! — Мираэль засмеялась и обняла его в ответ. — Сейчас всё расскажу, не нагнетай.

Он чуть отстранился. Его глаза сверкнули.

— Не нагнетай?.. — голос понизился.

— Ты исчезла. Полностью.

— Ни следа. Ни отклика. Ни тени магии.

— Пусто. Пустота. Понимаешь? — он почти срывался, но держал себя в руках.

— А ты говоришь — не нагнетай...

Молчание. Нервное. Глухое.

— Я... — он чуть выдохнул, сжав челюсть. — Мы... все тут с ума сходим.

— А ты пришла, улыбаешься... Нет, так не пойдёт.

— Где ты? И как тебя вернуть?

Мираэль провела рукой по его волосам, мягко, успокаивающе.

— Всё хорошо. Я жива. Как видишь — не ранена.

— Не в крови. Не в цепях.

— Просто... забрали. Я не выбирала это.

— Шутишь... — проговорил он, глядя в её лицо. — Ты ведь шутишь...

Он замолчал. И в этой паузе было больше, чем в любой ярости.

Ноктис отвёл взгляд. Его пальцы сжались.

— Я... — он начал, но голос резко оборвался. Он глубоко вдохнул.

— Я не чувствовал тебя...

— И знаешь, я думал...

Он не договорил.

— Но сейчас я здесь, — мягко ответила она. — И ты... ты кричишь на меня.

— Я ведь тоже не просыпалась с желанием исчезнуть. Меня не спрашивали.

Он посмотрел на неё внимательно. Долго.

Что-то в его глазах изменилось.

— Кто? Кто посмел? — проговорил он зло.

— Давай... не сейчас, — прошептала она.

— Это он?.. — Ноктис сузил взгляд. — Лаксиан?

Она взглянула на него чуть внимательнее.

Он определённо что-то  знал.

Слишком уверен. Слишком быстро догадался.

— С чего такие выводы, Ноктис?

Он тяжело вздохнул.

— Ладно. Сдаюсь.

— Не время больше молчать...

— Прости меня, принцесса. Прости, что не говорил. Что скрывал.

— Просто... было рано. Слишком рано.

Она пристально смотрела на него.

— А может, как раз сейчас — самое время?

Он немного отступил, опустил голову, почесал затылок.

Стал в пол-оборота, глядя в темноту леса.

— С чего бы начать... — пробормотал он.

— Позволь, я задам вопрос. А ты ответишь.

— Хорошо.

— Я многое узнала. О многом догадалась.

— Думаю, я почти поняла.

— Скажи... ты же не моя тень, правда?

— Ты связан с Лаксианом.

— Но и со мной... Это не просто совпадение?

Он долго молчал.

— Нет. Я не твоя тень, принцесса.

— Я... осколок его силы.

— Той самой, что ты освободила сама... когда была маленькой.

Мираэль затаила дыхание.

— Тебе было лет пять... может, шесть.

— Ты была в лесу. Одна. Беззащитная...

— Но уже слишком сильная.

— Ты плакала.

— И тогда он пришёл — не телом, разумом.

— Он говорил с тобой.

— Ты не осознавала этого... до тех пор, пока не начала отвечать.

— Я... — он сделал паузу. — Я чувствовал это.

— Ты сломала древний замок, не осознавая...

— И освободила меня.

— Возможно, ты просто не хотела быть одна.

— И я... выбрал остаться.

— С тобой.

Она стояла молча.

Слушала.

Впитывала.

И понимала — он не лжёт.

Её дыхание сбилось.

В горле стоял ком.

Она подошла к нему.

Обняла.

Сильно.

— Спасибо.

— Спасибо, что всегда рядом.

— Даже если я этого не помнила...

— Я чувствую, что ты всегда был.

Он не ответил. Только обнял в ответ. Сильно. Почти отчаянно.

— Не уходи больше... — прошептал он. — Пожалуйста.

— Постараюсь.

Они стояли так ещё немного.

Тишина леса будто перестала давить. Стала глубокой, живой.

— Мне пора, — тихо сказала она. — Но я ещё вернусь.

Он кивнул.

— Я буду ждать.

Мираэль растворилась в дымке, в том же тумане, из которого пришла.

Ноктис остался один.

Но впервые за долгое время... на душе стало легче.

Он сказал правду.

Она вернулась.

Она жива.

И его сердце снова билось как раньше.

Мираэль колебалась.

Стоит ли?

Стоит ли заглядывать в разум тому, кто никогда не был искренним с ней?

Сайн играл. И играл не по её правилам.

Он был как туман — обволакивающий, тянущий, но скрывающий острые камни под водой.

Опасно.

Но... она должна.

Она должна знать. Кто он. Что он. Связан ли с её жизнью больше, чем кажется.

Глаза закрылись — и реальность исчезла.

На смену пришло нечто странное. Новое. Красивое. Но... чужое.

Мираэль стояла у океана.

Мир был... не её.

Солнце медленно уходило за горизонт, окрашивая небо в пурпур и золото.

Мягкие волны катились к её ногам, касались ступней, и снова убегали.

Океан дышал. Живой, бескрайний, тёплый.

Безмятежность.

Что-то в этом моменте было почти священным.

Она не двигалась. Просто смотрела.

Давно... давно она не видела заката.

И тогда — шаги.

Мягкие, но отчётливые.

Медленные. Уверенные.

Она обернулась.

Сайн.

Он шёл, неторопливо, с тем же выражением вечной усталости и лёгкой насмешки.

Он остановился, уставившись на неё с явным удивлением.

— Странно... — пробормотал он. — Почему ты здесь?

— Раньше ты мне не снилась. Хм. Видимо, переутомление.

— Пожалуй, стоит отдохнуть...

Он устало потёр лоб и глаза.

Словно хотел стереть воспоминание. Или сон.

— И что мне с тобой делать?.. — произнёс он чуть громче, оценивающе глядя на неё.

Мираэль не ответила сразу. Только смотрела на него.

Спокойно. Ровно. Без страха — пока.

— Ничего, наверное, — произнесла она наконец.

— Ничего?.. — он прищурился. — Так неинтересно. Если мой разум тебя создал — значит, что-то нужно сделать.

Её сердце екнуло.

Интонация. Взгляд. Что-то в нём уже было не то.

— Сайн, что это за место?

Он усмехнулся.

— Теперь ещё и вопросы. Ну ладно...

— Это место я создал для себя. Для покоя. Чтобы подумать... очистить мысли...

— Тут я отдыхаю, когда всё достаёт.

Она медленно кивнула.

Да. Здесь действительно было спокойно.

Но... чем-то это спокойствие давило.

Она глубоко вдохнула.

Если уж она решилась прийти — значит, надо идти до конца.

— Сайн...

— Почему ты всё это время был рядом?

— Почему наблюдал за мной?

Сайн поднял брови.

На его лице промелькнуло нечто — не то насмешка, не то удивление.

— Хмм... любопытно...

— Раньше ты просто... мелькала.

— Видела ли ты меня — я не знаю.

— Но теперь... говоришь. Спрашиваешь. Даже вроде искренне...

Он замолчал.

Сделал шаг ближе.

Слишком близко.

Резко — его ладонь сомкнулась на её челюсти.

Не больно, но твёрдо. Она не могла отвести голову.

Он пристально вгляделся в её глаза.

Искал. Что? Ответ? Ложь?

— Что ты такое?.. — тихо сказал он.

— Видение? Игра разума? Или действительно ты?

— Пришла ко мне... сюда?

Он не говорил это ей. Он думал вслух.

Ощущение, что он борется с самим собой.

— Сайн... отпусти.

— Мне неприятно, — проговорила она сквозь зубы, пытаясь сохранить спокойствие.

Молчание.

И в следующий миг в его глазах что-то вспыхнуло.

Огонь. Острый. Режущий. Не магический — личный.

Он выдохнул:

— О, принцесса.

— Какая честь.

— Зачем пожаловала?

Он усмехнулся.

Губы изогнулись в хищной, пугающей улыбке.

Не зовущей — угрожающей.

— Сайн... отпусти. Мне больно. — её голос стал жёстче.

Она обхватила его руку, пытаясь сдвинуть — но он не реагировал.

— Зачем пришла? Отвечай.

— Это мой сон.

— Здесь я играю... по своим правилам.

Он скользнул взглядом по ней и в этом взгляде была угроза. Явная. Ощутимая.

— Я... я хотела поговорить.

— Просто поговорить.

— Пожалуйста, отпусти. Я не пришла с плохими намерениями.

Он чуть сильнее сжал её челюсть. Усмехнулся.

— Пробралась в мой сон...

— И при этом говоришь, что пришла с миром?

— Забавно, принцесса. Очень забавно.

Мираэль ощутила, как внутренняя тревога переходит в страх.

Она уже не контролировала происходящее.

— Хорошо...

— Прости. Я уйду...

— Только отпусти, — прошептала она, почти теряя голос.

— Нет-нет, — усмехнулся он, медленно покачивая головой.

— Раз пришла — давай поиграем.

Слова Сайна висели в воздухе, как ядовитый дым.

Мираэль почувствовала, как что-то внутри оборвалось.

Страх. Настоящий. Леденящий.

Он не кричал, не угрожал — и от этого становилось только хуже.

Сайн не отпускал её.

Держал так, будто это была его реальность, а она — гость, нарушивший правила.

Она попыталась выйти из сна.

Сосредоточилась, вложила усилие — но ничего.

Это был не её сон.

Она была в ловушке.

Сердце забилось быстрее.

Он чувствовал её панику.

— Смотрю, испугалась?

— Чего же ты ожидала, принцесса?

— Что я встречу тебя с чашечкой чая? 

— Глупая. Маленькая. Принцесса.

Хищная улыбка. Зрачки расширены.

Что-то в нём сломалось. Или, наоборот, — вышло наружу.

— Сайн... прошу... — тихо сказала она.

— Я не хотела зла. Только поговорить.

Он ничего не ответил.

Просто смотрел.

И вдруг — надавил сильнее.

Её рот приоткрылся, челюсть защемило болью.

Большой палец давил ей на подбородок, фиксируя.

Он смотрел, как будто разглядывал трофей.

— Молчи, принцесса.

— Ты только хуже всё делаешь.

— Боишься? Прекрасно.

— Страх — это полезное чувство. Оно... возбуждает.

Слова резали.

Голос звучал почти ласково — и от этого было страшнее.

Он провёл другой рукой по её лицу.

Медленно.

Касаясь губ. Скулы. Линии подбородка.

Наслаждаясь властью.

А потом... приблизился.

Он был так близко, что она чувствовала его дыхание на своей щеке.

Он наклонился к уху. Вдохнул её аромат.

Глубоко. Жадно. Как будто... запоминал.

Мираэль замерла.

Каждая мышца в теле напряглась.

Её разум кричал: БЕГИ.

Но тело... не слушалось. Он контролировал всё.

Она попыталась не дрожать. Но руки предали.

Сайн медленно прошептал:

— Думаешь сейчас? Рассуждаешь?

— Хорошо. Думай.

— Мне это нравится.

Она поняла.

Он не просто опасен.

Он — играет. И он — в выигрыше.

Мираэль чувствовала, как закипает внутри ярость.

Она не позволяла себе слёз — но глаза предательски заполнились влагой.

Она не плакала.

Она ненавидела.

Как он посмел?

Как он позволил вести себя так с ней?

Она вспоминала слова... об истинной сущности Хранителей.

И вдруг всё стало на свои места.

Он — не тот, кем казался.

И, возможно, никогда не был.

Сайн заметил, как её взгляд стал другим.

Злым. Холодным.

— Хм... рассуждаем?

— Вот это мне нравится, принцесса.

— Думай.

— Больше думай.

Он придвинулся ещё ближе.

Пальцы на её лице — медленно скользнули вдоль губ.

Он был готов поиграть дальше...

Но...

Мираэль не выдержала.

Голос срывался, губы дрожали.

— Что... ты хочешь, чтобы я сделала... чтобы ты отпустил меня?.. — прошептала она.

Сайн замер.

А потом... усмехнулся.

И резко отпустил.

— Испугалась?

— Прекрасно.

— Так и было задумано.

Он провёл ладонью по волосам, словно ничего не произошло.

Мираэль отступила на шаг.

Её руки дрожали.

В груди — ком. Гнев. Страх. Отвращение.

— Что это было?!

— Зачем ты это сделал?! — почти крикнула она.

— А зачем ты полезла туда, куда не следовало? —

— Я должен был... напомнить, кто здесь хозяин.

— Принцесса.

Её голос сбился.

Она хотела ответить — но в горле стояло что-то горькое.

— Прости...

— Я... не думала...

Он усмехнулся снова.

— Вот именно. Ты не думала.

Сделал шаг назад.

— Удали себя из моего сна.

— И запомни: если решишь вернуться...

— С чаем я тебя не встречу.

— Хорошо... — тихо, едва слышно.

Сон начал рушиться.

Океан исчезал.

Закат гас.

Тепло уходило, оставляя после себя холод и глухоту.

И в самый последний миг — Сайн что-то прошептал.

Губами. Без звука.

Она видела.

Но не смогла прочитать.

«Вот наконец... я дома.»

Мираэль стояла в полутёмном коридоре, вглядываясь в родные очертания.

Стены дворца, мрамор под ногами, витражи, знакомые с детства...

Когда-то ей казалось, что этот дом чужой. Холодный. Огромный.

Но теперь — что-то изменилось.

Сердце билось ровно, без тревоги.

Она была дома.

Медленно она пошла по коридору, её шаги почти не звучали в тишине.

Она вдыхала воздух, полный воспоминаний.

Родной. Пыльно-звездный.

Здесь она когда-то бегала босиком. Пряталась за шторами. Училась держать осанку, даже когда хотелось плакать.

Но она пришла не за воспоминаниями.

Она пришла поговорить.

И, будто сам сон подсказывал путь, её ноги понесли её по знакомым поворотам.

Сквозь своды и галереи — к её комнате.

Она остановилась у двери.

Сделала глубокий вдох.

Открыла.

Комната была тихой.

Та же, что когда-то принадлежала ей — с теми же узорами на стенах, с тем же легким ароматом магических благовоний.

У окна — женская фигура.

Она стояла, глядя вдаль, в сад, освещённый лунным светом сна.

Мать.

Она обернулась, почувствовав присутствие.

Мягко. Без испуга. Без удивления — будто ждала.

Мираэль замерла.

— Мама...

— Почему ты здесь? — её голос был спокойным, ровным. Чуть дрожал.

Женщина посмотрела на неё, и на её лице отразилось всё.

— Где же ты, дочь моя... — прошептала она, шагнув навстречу.

Она обняла Мираэль.

Крепко. Нежно.

И заплакала.

Слёзы были тихими, настоящими, выстраданными.

Мираэль не сразу поняла, что происходит.

Она была в шоке.

Её мать, всегда строгая, холодная, почти неприступная...

И вот — сейчас — дрожит в её объятиях.

Она обняла её в ответ.

Осторожно провела рукой по спине.

— Мама... не плачь. Всё хорошо.

— Я пришла, я здесь...

Женщина отстранилась, взглянув ей в глаза.

В её взгляде — боль.

— Прости меня...

— Прости, что не уберегла.

Её ладонь легла на щёку дочери.

Теплая. Уставшая. Нежная.

— Я здесь. Я пришла.

— Я жива.

— Я настоящая, — тихо проговорила Мираэль, прильнув к её руке.

В этот момент...

Она снова почувствовала себя ребёнком.

Маленькой девочкой, нуждающейся в маме.

— Это правда ты?.. — мать не верила глазам. — Это ты?

— Да, — кивнула Мираэль. — Я пришла к тебе в сон.

— Со мной всё хорошо.

— Пока не могу вернуться, но я должна была сказать, что жива.

Она сделала паузу.

Глубоко вдохнула.

— И... у меня есть вопросы.

— Прошу... ответь. Без утайки.

Мать снова обняла её.

На этот раз крепче. Дольше.

Плечи её дрожали. Она всхлипывала.

— Прости...

— Я должна была всё рассказать раньше...

— Спроси. Я расскажу. Всё, что знаю...

Мираэль осталась стоять в её объятиях.

Тихо.

Нежно.

Просто держала.

И только сейчас начала понимать, насколько её мать — настоящая. Живая. Чувствующая.

— Мам...

— Почему я помню о детстве не то, что я узнала? —

Голос Мираэль был тихим, но в нём звучала твёрдая нота.

Она смотрела на мать, не отводя взгляда — честно, прямо, без страха.

Мать замялась.

Вытерла последние слёзы с лица, чуть отступила, словно ей нужно было пространство, чтобы справиться с собой.

Глубокий вдох.

— Это... долгая история, дорогая.

— Но я постараюсь рассказать как можно больше, — проговорила она медленно, словно каждое слово вытягивала из самого сердца.

Пауза.

Она собиралась с мыслями. Внутренне возвращалась туда — в прошлое, о котором так долго молчала.

— Сто пятьдесят лет назад...

— Нам угрожало зло. Не просто нашей семье, не только нашему миру...

— Всем. Всем мирам. Всем существующим реальностям.

— Лаксиан.

Мираэль слегка напряглась, но ничего не сказала.

— Ты уже слышала о нём.

— Но не так, как мы его знали.

— Мы должны были его остановить. Любой ценой.

— Всё случилось здесь. У нас, на планете.

— Я... твой отец... Хранители...

— Даже некоторые маги из Академии Велария.

— Все собрались в тот день, чтобы сдержать его.

Она замолчала на миг, прикрывая глаза. Воспоминание оказалось тяжёлым.

Когда заговорила снова — голос стал чуть тише.

— Он хотел разрушить всё.

— Поглотить реальность, стереть грань между сном и явью, временем и вечностью.

— Мы не могли позволить ему.

— В ту ночь было... странно.

— Спокойно. Тихо. Как перед бурей.

— Если бы не бой, который сотрясал небеса, можно было бы подумать, что всё в порядке.

— Он бился... достойно.

— Чудовищно силён. Не похож ни на кого.

— Но мы смогли справиться. С огромной ценой.

— Убить его было невозможно.

— И тогда... мы провели ритуал.

— Ритуал разделения души.

Мираэль затаила дыхание. Мать говорила ровно, но в её голосе чувствовалась дрожь.

— Храм... тот, в котором ты недавно была.

— Именно там проходил ритуал.

— Лаксиана разделили.

— Один осколок мы запечатали в храме.

— Второй — заточили в пустоте, за гранью миров.

— А третий...

Мать резко выдохнула. Как будто сдерживала рвущийся внутри ком.

— ...третий мы решили отправить в Академию Велария.

— Там могли бы наблюдать, следить за печатью.

— Мы были уверены, что всё будет под контролем.

Пауза.

Её взгляд стал пустым. Она словно смотрела сквозь пространство.

— Это был последний осколок.

— Самый слабый, как мы думали.

— Мы ошиблись.

— Силы нас подвели.

— Он начал прорываться. Шевелиться. Пульсировать магией.

— Мы не смогли больше сдерживать его.

— И тогда...

Мать опустила взгляд.

Её ладонь легла на грудь, будто защищая сердце.

— Мы приняли решение.

— Мы запечатали его... во мне.

Тишина.

Мираэль слушала, не перебивая, не двигаясь.

Будто боялась, что мать может сорваться в любой момент.

Что стоит только заговорить — и та уйдёт в себя, замкнётся, исчезнет.

Но мать продолжила.

Слова звучали мягко, почти шёпотом. Но в них была тяжесть целого века.

— Я справлялась.

— Долго.

— До одного дня...

— А потом... — начала мать с горечью, — у нас с твоим отцом появилась ты.

Её голос стал тише. Мягче. В нем уже не было уверенности, только воспоминания.

— Пока ты была у меня в животике, всё было хорошо...

— Спокойно. Тихо.

— Как будто мир наконец-то выдохнул.

Пауза.

— Но после твоего рождения...

— В одну из ночей я проснулась... и поняла: всё стало слишком легко.

— Словно в груди опустело.

— Словно... осколок, который я носила в себе... пропал.

Мать судорожно вдохнула. На её губах дрожала нота тревоги, которую она сдерживала слишком долго.

— Сначала я не придала этому значения.

— Подумала: может, просто привыкла.

— Или, может... я стала сильнее.

— Но потом... потом всё стало ясно.

Пауза застыла между ними. Мираэль не проронила ни слова — только вслушивалась, будто боялась спугнуть хрупкий поток откровения.

— Тебе было пять лет, — продолжила мать чуть тише.

— Мы с твоим отцом...

— Вечно заняты, вечно среди советов, отчётов, магических сессий и королевских дел.

— Мы стали... меньше уделять тебе внимания.

Эта фраза далась ей тяжелее всего.

— И тогда ты сбежала.

— Просто... исчезла с урока.

— Наставник не заметил. Мы не знали, где ты.

— Мы искали сутки, Мираэль. Сутки без сна, без передышки.

— Каждый уголок дворца, каждый сад, каждый клочок земли.

— Каждую тень — встряхнули, как могли.

Голос дрожал. Она говорила — но в глазах уже стояла боль того дня.

— И вдруг... ты просто появилась у ворот.

— С грязной коленкой.

— И с такой... обычной улыбкой.

— Как будто ты просто гуляла.

Мать сглотнула. Слёзы снова подступали.

— Я клянусь...

— Мы обыскали всё. Магия не находила тебя. Даже великие чары слежения не ощущали твоего присутствия в этом мире.

— Я спросила, где ты была.

— Ты сказала, что просто гуляла.

— В лесу.

— И что тебя привёл дядя.

На этих словах голос матери дрогнул окончательно. Она с трудом подавила всхлип.

— Мы подумали, может, кто-то из стражи...

— Спросили у всех. Но никто тебя не находил.

Пауза. Длинная. Тяжёлая.

Мираэль не перебивала. Лишь тишина в комнате, дыхание двух женщин — одна из которых не знала правды, а другая слишком долго её скрывала.

— Ты изменилась, — продолжила мать.

— Стала... спокойнее.

— Меньше грустила.

— Училась прилежно. Даже с интересом.

Она отвела взгляд.

— Но ты постоянно убегала.

— В сад. В лес.

— Сначала — ненадолго. Потом — подолгу.

— Ты всегда возвращалась...

— И ты... сияла.

— Такой счастливой я тебя никогда не видела.

В её голосе снова появилась дрожь. Смешение зависти, боли и беспомощности.

— Мы с отцом радовались.

— Но всё же... боялись.

— Мы не знали, что происходит.

— Куда ты уходишь.

— И с кем.

— Это могло быть опасно.

— Мы отправили тени следить за тобой.

— В саду... ты играла с тенью.

— Мы подумали: ты создала себе воображаемого друга. Это допустимо.

— Мы наблюдали. Всё было... безобидно.

Пауза.

— Но в лесу...

— Там был не тень.

— Там был мужчина.

— Ты разговаривала с ним.

— Смеялась.

— Рассказывала ему истории.

— А он... учил тебя.

Мираэль почувствовала, как под кожей будто пробежал холод. Не от страха — от предчувствия.

— Мы подумали, что, возможно, это кто-то из учителей.

— Или... скрытый маг-наставник.

— И мы решили его найти.

Пауза. Самая долгая.

Мать прикрыла лицо рукой. Несколько секунд просто молчала.

— Мы нашли его.

Она убрала ладонь.

И на её лице — чистое страдание.

— Это был он.

— Лаксиан.

Грудь Мираэль сжалась. Мир внутри неё будто дрогнул.

— Он... пробрался из пустоты.

— Через брешь.

— Тихо. Почти незаметно.

— И он... играл с тобой.

— Слушал тебя. Говорил с тобой.

— Он забирал тебя, Мираэль.

— Не тело. Душу.

— Уводил от нас.

Мать заплакала.

На этот раз — не пыталась остановиться.

— Мы не сразу поняли, почему ты.

— Но всё стало на свои места.

— Осколок.

— Его осколок был в тебе.

— Ты... забрала его у меня.

— Неосознанно.

— Просто... поглотила.

— Как будто... хотела защитить меня.

— Прости.

— Прости, дорогая.

— Я не хотела такой судьбы для тебя...

Она едва выговаривала слова.

Слёзы текли по её лицу, тихо, неистово.

— Мы закрыли брешь.

— Провели ещё один ритуал.

— Но ты...

— Ты стала замкнутой.

— Грустной.

— Но ты всё равно ходила в лес.

— Это было опасно.

— Мы больше не могли ждать.

— Мы с отцом...

— Мы решили, что ты должна забыть.

— Мы... переписали твои воспоминания.

Тишина. Мираэль не дышала.

— Ты забыла.

— Забыла его.

— Забыла тот день.

— Ты перестала уходить в лес.

— Мы думали, что всё наконец позади.

— Но ты... всё равно осталась одна.

— Потом... пришло время Веларии.

Мать вытерла слёзы, посмотрела дочери в глаза.

— Прости нас.

— Ты не должна была чувствовать себя одиноко.

— Мы виноваты.

— Но... иначе мы не могли.

Мираэль молчала.

Тишина висела в комнате, как сотканный из боли и любви занавес.

Она не поняла — она почувствовала.

И только одна слеза медленно скатилась по её щеке.

— Мама...

— Снимите печать.

— Я хочу помнить всё.

— Хочу знать правду.

— Я имею право.

Мать подошла ближе.

— Хорошо.

— Я поговорю с твоим отцом.

— Но... где ты сейчас, дочь?

— Скоро вернусь.

— Всё хорошо.

— Мы всё обсудим.

— А сейчас... мне пора.

Мать обняла её. Долго. Крепко.

Словно в последний раз.

— Прости нас... если сможешь.

Мираэль лишь кивнула.

И исчезла, как дым.

А мать осталась.

Стояла в комнате.

Слушала тишину.

И вспоминала всё.

Мираэль медленно открыла глаза.

Веки казались тяжёлыми, но в голове было удивительно светло.

«Ну и прогулочки...» — устало усмехнулась она про себя.

Сны, чувства, воспоминания — всё, что происходило, казалось почти нереальным.

Но это было.

Настоящим.

И она теперь знала намного больше, чем прежде.

Да... многое было болезненно.

Но это были ответы. А не догадки. Не тень правды, не намёки.

А именно ответы.

Она поднялась с постели, потянулась, почувствовав легкую, приятную усталость.

«Я, наверное, провела в этих снах уйму времени...»

Мысли разлетелись легко, будто перышки.

Было даже... спокойно.

Непривычно спокойно.

Она подошла к зеркалу, посмотрела на своё отражение — и впервые за долгое время не увидела в нём растерянную девочку.

Нет.

В её взгляде было понимание.

«Теперь... я должна поговорить с Лаксианом.»

Мираэль прошла в ванную.

Открыла воду. Горячую.

Пар тут же наполнил пространство, обволакивая кожу, смывая остатки сна, остатки боли, остатки теней.

Она стояла под струями воды долго.

С закрытыми глазами.

Без мыслей.

Просто дышала.

И позволяла себе чувствовать эту тишину.

Внутри — стало легче.

Не потому что стало просто.

А потому что теперь она знала.

«Кто говорил, что будет просто?..»

Остатки тревоги растворялись в каплях, стекающих по её телу.

Сон — остался позади.

Впереди — только реальность.

Мираэль вышла, вытерлась, выбрала наряд.

Ничего вычурного — удобное, строгое, то, в чём можно говорить о важном.

Никакой маски. Только она.

И не задерживаясь, направилась на поиски Лаксиана.

Она была готова.