Второе утро

Я просыпаюсь от будильника. Я резко выдергиваю себя из цепких объятий сна. Я даже не знаю, кто цепляется за кого больше. Моя рука, как щуп – она действует сама по себе. Сама ищет будильник. Сама бьет по нему, как будто пытается вколотить его в тумбочку. Лишь бы он перестал звенеть, раскалывать мою голову напополам.

Я сбрасываю его на пол, и только тогда мне удается заткнуть его. Мягкая бездна кровати все еще удерживает мое тело, тихонько нашептывает мне сны. Я почти поддаюсь ей. Я почти готов нырнуть обратно.

Но что-то дергает меня. Какое-то осознание, смутная мысль, воспоминание. Тревога. Она закралась в мою голову и подспудно перерезает ниточки, которыми сон связывал меня с нереальностью. Что-то там, в ненавистной действительности. Что-то зовет меня, требует моего внимания. Я сворачиваюсь на кровати. Пытаюсь выцепить эту тревожную мысль, чтобы вышвырнуть ее туда, откуда она пришла. Нужно избавиться от нее. Скорее, пока она не поглотила все сознание. Вытащить как неисправную деталь, из-за которой сбоит весь механизм.

Я почти нащупываю ее. Вот она, оформившаяся, с опасными острыми углами. Я хватаю ее кончиками пальцев и подтягиваю ближе к себе. Мне нужно хорошенько размахнуться. Я не хочу этого делать, но взгляд сам липнет. Я разглядываю эту мысль и внезапно упускаю над ней контроль. Она вонзается мне в сознание сразу всеми своими зазубренными краями.

Я рывком усаживаю себя на кровати. Насосы в голове снова начинают стучать. Газ прожигает мои легкие. Я отчаянно вглядываюсь в темноту.

Да, темнота здесь. Она вокруг меня, вся комната плавает в ней. Весь мой маленький мирок на месте. Все в порядке. Но эта страшная мысль.... Я как будто даже помню, что это было вчера. Я видел это, слышал, даже разговаривал. Но ведь этого не может быть, верно? Это так похоже на странный мучительный сон, что просто глупо принимать его за реальность.

Так значит, это все были мои фантазии? Всего лишь нереальность, перетекшая в реальность и решившая на время там обосноваться? Чтобы посмеяться надо мной. Напомнить, насколько жизнь может быть жестокой. Встряхнуть меня, как сломанную игрушку.

Что ж. Я действительно встряхнулся. Насосы только сейчас мало-помалу начинают затихать. Мой сон безвозвратно ушел, туда же ушел и покой на ближайшее время. Что если подобное повторится? Буду ли я понимать, что все нереально, что поутру это все растворится в воздухе? Или я снова буду во власти этого кошмара?

Никогда раньше я не ускользал в место, более неприятное, чем реальность. Это пугает. Неужели нереальность может так подвести меня? Кому теперь можно верить?

Мой зануда напоминает мне, что станция по прежнему здесь, и нуждается в маленьком работнике, который будет бродить между труб, вентилей и шкал и периодически делать что-то. Я неохотно соглашаюсь. Все-таки, он прав, хоть и ужасно раздражает.

Я рывком сбрасываю с кровати ноги. Потом заставляю тело принять вертикальное положение. Я даже не задумываюсь о том, есть ли у меня время на еду. Мне сразу понятно, что его нет, как нет всегда по утрам. Нужно выбираться из уютной темноты, навстречу яркому безжалостному свету. Я делаю тяжелый шаг. Потом еще один, и еще.

Я с криком отскакиваю обратно на кровать. Прижимаюсь спиной к стене. Все самые жуткие кошмары выплывают из памяти, вцепляется в меня своими клешнями. Нет! Не может быть! Ведь это было нереально!

-Тебе не кажется, что я имею больше прав кричать, - слышу я голос из темноты. Почти человеческий, но слишком звонкий, неестественный. - Это на меня падают будильники, и по мне ходят люди...

Дальше речь скатывается в жуткое бесформенное бормотание. Я сижу на кровати, скукожившись в грязный маленький комочек. Меня здесь совсем нет.

-Уаагхх! - очень громко. Мне страшно. - Ну ладно. Пора вставать, да?

Я слышу шуршание. Вижу, как на фоне полоски света из станции мелькает что-то темное и большое. Как чудовище из глубинных вод. Я сжимаюсь еще сильнее. Почему я не могу провалиться прямо сквозь кровать? Зачем меня выдернули в эту ужасную реальность? Зачем заставили поверить, что все снова в норме?

А в следующий момент вселенная разлетается на кусочки. Я прижимаюсь головой к стене, пытаюсь спрятаться от вездесущего света. Но он все равно настигает меня. Начинает разъедать изнутри.

-Верный способ проснуться, правда?

Я сижу тихонько. Я понимаю, что не могу слиться со стеной - она гораздо светлее моей кожи. Я знаю, что оно видит меня даже тогда, когда я не двигаюсь. Но я не могу сейчас придумать ничего лучше. И мое тело тоже. У нас нет никакого плана. Только надежда, что оно уйдет и оставит нас в покое.

-Эй. Ты чего? - существо снова издает этот резкий страшный звук. И сейчас, когда в моей голове совсем пусто, я нахожу неожиданную ассоциацию. Это похоже на короткий резкий смех. - Испугался спросонья? Ну, я понимаю. Сам как-то ночью встал отлить и наступил на собаку. У меня чуть сердце из груди не вылетело! Бедное животное.

Опять короткое подобие смеха. Я чутко прислушиваюсь, чтобы этот голос не стал вдруг звучать слишком близко. А если это случится - что я буду делать?

-Сейчас бы умыться. Где у вас тут туалет? Я вчера так и не нашел. Не стал тебя будить. Хотя ладно. Кому нужна раковина, когда рядом речка, а?

Я слышу шаги, и мне кажется, что они постепенно утихают. Где-то в отдалении я слышу скрип, и понимаю, что это скрипят перила. Я резко отрываюсь от стены.

Лампа тут же ослепляет меня своими жестокими лучами, но я все равно смотрю. Я вижу только груду тряпок на полу. Очень медленно, до меня доходит осознание - зануда подсказывает мне. Это ведь мой второй запас одеял. Они скомканы, свернуты. Так, чтобы полы казались немного мягче?

Это сейчас не так важно. Я заставляю тело подняться с кровати. Мы обходим кучку тряпья стороной - я ни за что не решился бы теперь ее потрогать. Смутно мелькают мысли о том, как же мне теперь все это убрать. Может быть, с помощью лома? Но лом ведь тоже...

И это тоже сейчас неважно!

Я выскакиваю из комнаты и бегу на балкон. Я знаю, я думаю, что перила скрипели именно там. Я не слышал грохот удара, а значит...

Я высовываюсь из станции очень осторожно. Что если оно решило наконец оставить меня в покое, а я снова привлеку его обратно? Медленно, маленькими шажками я подбираюсь к перилам. Осматриваюсь по сторонам. Где же оно? Куда делось? Странно, но когда оно исчезает из моего поля зрения - это заставляет нервничать еще больше. Где же оно прячется?

Я слышу громкий плеск. Как я различаю его на фоне беспрестанного гудения реки? Это большой вопрос. Наверное, я так свыкся с этим звуком, что все незнакомое, выбивающееся, тут же привлекает мое внимание. Я наклоняюсь к перилам и смотрю на реку. И, наконец, вижу его. Голова существа то появляется над поверхностью реки, то снова исчезает. Что оно делает? Что Она делает? Может быть, Она пытается забрать его обратно, а оно не дается? Может, оно обрело свое сознание за эту ночь? Или может быть, Она переделывает его? Мне становится дурно. Что если через минуту Она выпустит существо обратно, но оно теперь будет выглядеть по-другому. Что если Она учла свои ошибки, и теперь оно будет моей точной копией? Моим отражением.

Я чувствую, как слабеют ноги. Оно ведь не сможет меня заменить? Зануда протестующе верещит где-то на задворках моей головы. Кажется, ему совершенно не нравится эта мысль. Может быть, Она не собирается строить новый Город у себя. Может, Она просто заменит всех нас своими отростками?

Я даже не замечаю, как оседаю на пол. Тело отказывает, и даже мое сознание путается. Я пытаюсь сказать себе, что это то, чего я так давно хотел. Больше никаких вентилей и труб, никаких будильников по утрам. Ничего не будет мешать мне, выдирать из небытия. Просто... некуда будет выдирать.

Я вижу, как существо снова выбирается на берег. Оно действительно изменилось. Но оно не стало больше напоминать меня. Я вытягиваю голову вперед, стараюсь разглядеть получше. Его кожа не стала темной и цельной, как должно быть. Наоборот, она практически вся посветлела до того цвета, которым до того были окрашены голова и руки. Очень странное решение. Почему оно движется не в сторону сходства, а наоборот?

Я осознаю, что сижу на полу балкона, вцепившись в перила и высунув голову через прутья. Зачем? Так река наверняка заметит меня. Я ощупываю свое сознание и нахожу растекшуюся по нему ленивую мысль - а какая разница?

Мне нравится эта мысль.

Я продолжаю внимательно наблюдать. Существо уже на берегу. Оно странно подергивает конечностями, бьет себя по телу. А потом наклоняется к земле, и я вижу... нет. Что это? Не может такого быть. Оно поднимает с земли... куски своей кожи?!

Я отшатываюсь назад. В голове мутится, откуда-то вылетает сноп черных мошек. Мне кажется, я сейчас шлепнусь прямо здесь. Как же это отвратительно!

Я возвращаюсь из тяжелого, бесформенного забытья. Мне приходится, потому что отросток снова здесь. Скрипят перила, существо уже почти на балконе.

У меня в голове лениво шевелится мысль, что я могу скинуть его. Не дать ему забраться. Оборонять станцию, не впускать Природу внутрь. Но тут же всплывают воспоминания - лом, перила. Что я могу? Только наблюдать.

Существо перекидывает конечности через металлические прутья, и вот оно снова передо мной. Я вижу, что вся его прежняя кожа вернулась на место. Оно снова выглядит, как раньше. Оно совсем не изменилось. Зачем тогда было лезть в реку? Может, изменения не внешние? Может быть, поменялось что-то более значительное, существенное? Что-то, что я не смогу сразу заметить.

-Ну и холодрыга, мать ее за ногу! - произносит существо, и я понимаю - что бы в нем ни изменилось, это явно не умение разговаривать. - Не хочешь искупаться?

Я дергаюсь назад. Оно хочет утащить меня в реку! Я пытаюсь вскочить на ноги, но они путаются, они завязаны узлом. Я падаю обратно. Я не могу убежать!

Я слышу хохот. Под кожей прокатывается холод, все темнеет. Нет! Нет...

-Расслабься! Я же пошутил! Куда тебе, вижу, что не водолаз ты ни черта.

Холод медленно отступает, и я ощущаю невыносимое жжение в груди. Я хватаюсь за легкие и захожусь кашлем. Все тело сотрясается, рой мошек снова окутывает мою голову. Я чувствую, как все хрипит и дрожит внутри, как неохотно работают шестеренки моего хрупкого механизма. Я понимаю их. Я и сам не хочу иметь с этим телом ничего общего. Меня трясет, я не чувствую сил даже на то, чтобы поднять голову. Не то что встать. Я не чувствую в себе сил продолжать это.

-Эй, ты в порядке? – Я не могу не видеть – оно приседает совсем рядом. Но не трогает меня. Это хорошо. У меня сейчас просто нет сил бежать. – Звучит так, как будто тебе нужно к врачу.

Постепенно внутренние легкие перестают раздирать мою грудь. Мир успокаивается, дрожь проходит. К сожалению, я все еще здесь. И существо сидит рядом. Смотрит на меня.

Наверное, стоит попытаться снова.

-Что тебе нужно? – спрашиваю я глухо. Каждый выдох сопровождается лютым жжением в груди. Я не смог бы говорить больше, даже если бы мне этого хотелось.

-Не терпится избавиться от меня, да? – существо растягивает щель, через которую идет звук. – Понимаю. Мои друзья, когда я приезжал погостить, тоже часто спрашивали, как бы невзначай: «Барт, а когда ты говорил твой поезд?». А я отвечал им: «Я не говорил. Я не брал обратный билет». Обожаю это выражение лица. Смесь отчаяния и смирения.

Существо хохочет, а я пытаюсь понять, смогу ли я сейчас подняться на ноги. И насколько устойчиво оно стоит на согнутых конечностях? Может быть, стоит попытаться...

-Ну ладно. Сейчас серьезно. – Оно разглаживает свою переднюю часть головы. – Я не знаю, как много ты слышал вчера вечером. Подозреваю, что почти ничего. Я не знаю, как я вообще должен понимать, слушаешь ли ты меня, в этой чертовой маске. Я даже не вижу глаз!

Оно наклоняется ближе, и я привычно отшатываюсь.

-Ладно-ладно! Личное пространство, я понял! – существо поднимает свои руки перед собой. Я не знаю, что оно хочет сделать, и мне неуютно. Совсем немного страшно. Такая опасливая, но очень вялая мысль на границе сознания. Я и не знал, что от страха можно устать. – Тогда давай договоримся, что ты будешь хотя бы кивать раз в пару минут, потому что слова от тебя тоже не дождешься.

Я не хочу этого делать. Я хочу иметь как можно меньше контактов с этим существом. Но также я понимаю, что это значительно упростит мне жизнь. Чем быстрее оно получит то, что хочет, тем быстрее избавит меня от своего присутствия. Поэтому я, очень нехотя, буквально заставляя свое тело двигаться, медленно киваю.

-Это прогресс! – говорит существо громко. – Мы как будто даже разговариваем.

Я киваю опять. Лишь бы оно не трогало меня снова. Оно смеется.

-Хорошо. Значит, о чем я говорил? Да... Я... немного потерялся. Можно так сказать. – Существо начинает вертеть головой, как будто ему неприятно смотреть на меня. Я чувствую легкое раздражение. Да, мне тоже неприятно. – Я... не совсем понимаю, где я. В какой части страны, в смысле.... Да, все настолько плохо. – Оно растягивает щель, но как-то криво, только с одной стороны. – Мне случалось после хорошего вечера просыпаться не дома, но чтобы настолько.... В общем, я надеялся, что сегодня утром ты будешь поразговорчивее и подскажешь, что там за город. – Существо поднимает руку и указывает на купол. – Это ведь город, да?

Что еще это может быть?! Хотя, конечно, откуда ему знать. Откуда Ей это знать...

Я киваю. Надеюсь, этого достаточно. Но существо молчит и смотрит на меня. Мне становится неуютно. Я хочу отодвинуться подальше. Когда же я, наконец, поднимусь на ноги?!

-Та-ак... что за город? – спрашивает существо.

Как же оно мне надоело! Я чувствую, что мне все сложнее прислушиваться к этому бессмысленному разговору. Чего оно от меня хочет?

-Это Город, - раздраженно говорю я сквозь вспышки боли в груди. Это Город. Оно и само знает. О чем тут еще говорить?

Существо выдает короткий смешок.

-У него... есть название? – говорит оно очень размеренно, как будто разговаривает с идиотом. В груди сжимает от злости.

-Это Город! – кричу я на него и поднимаюсь на ноги. Я устал бояться. Я устал... я в принципе устал. Я не хочу больше играть в эту дурацкую игру. Пусть найдет себе другой объект для эксперимента. У меня есть работа.

Я ненавижу ее. Об этом я думаю, пока иду по привычному маршруту между вентилей и труб. Я ненавижу ее, но она срослась со мной. Она не утомляет меня, я привык к ней, как к постоянной боли в груди. Здесь я могу передать управление моему зануде, а сам могу ускользнуть. Как же я не ценил эти спокойные часы, когда они у меня были! Но может, все скоро вернется на круги своя. Все станет как прежде. И я смогу забыть, опять влиться в поток. Что еще мне остается?

Я призываю зануду. Это странно. Обычно он сам так и норовит подвинуть меня, но сейчас он спрятался где-то в закромах моей головы и сидит тихонько. Он не отзывается на мой зов, молчит. А что я могу сделать без него? Я бестолково смотрю на циферблат и не понимаю, что должен делать с этими цифрами. Я перехожу от одного вентиля к другому в тупой растерянности. Я чувствую себя вагонеткой, которую столкнули с рельс. Все так неправильно. Что мне делать?

-Эй! – существо догоняет меня. Кто бы сомневался. Я точно не сомневался, что оно не оставит меня в покое так просто. Наверное, ему страшно идти в Город. Страшно встречаться со многими людьми сразу. Ведь они явно найдут что-нибудь получше лома. А может быть, они возьмут и лом, но управятся с ним куда ловчее. Это я его не пугаю. Отшельник, на островке посреди Природы. Безумец. Правильно. Чего меня вообще бояться? Я безвреден. И бесполезен. Я стою перед вентилем и не знаю, в какую сторону его нужно повернуть. Я слышу, как стонет машина, требуя моего вмешательства. Я сломанная, лишняя деталь. – Эй, слушай. Я не хотел тебя обидеть, или что-то вроде того. – Оно поднимает руки перед собой. Я уже почти не дергаюсь. Мне кажется, моему телу тоже надоело пугаться. – Город так город. Я не против.

Мне все равно. Я берусь за вентиль и проворачиваю его по часовой стрелке. Если я сделал неправильно, сирена оглушит меня. Я невольно поднимаю голову, прислушиваюсь. Мне кажется, что машина выдыхает облегченно. Значит, я все сделал правильно. Выходит, мне не так уж и нужен этот зануда.

Существо уставилось на меня, я чувствую его взгляд. Ну и пускай. Пусть хоть дыру во мне протрет, мне все равно. Оно для меня теперь пустое место. Не совсем пустое, конечно, оно мешает мне ходить – все время стоит на пути. Сложно игнорировать стену, которая постоянно вырастает в самом неудобном месте. Но я умелый, очень скоро я привыкну.

-Ладно... так, какая самая быстрая дорога в город? – спрашивает существо наконец.

Неужели оно действительно хочет туда попасть? Я останавливаюсь посередине своего маршрута и поворачиваюсь к нему. Не может же быть. Зачем?

-Зачем?

Я не сразу осознаю, что произнес это вслух. Я понимаю это скорее по реакции существа. По тому, что оно придвигается ближе и смотрит на мою переднюю часть головы. Как будто прислушивается.

Я правда сказал это вслух.

Я идиот.

Зачем мне это знать? Пусть идет, куда захочет. Лишь бы подальше от меня. Но с другой стороны...

А если Города не станет, что я буду делать? Об этом я не подумал, когда желал им всем встречи с Природой. Тогда мне было неважно. Тогда я думал, что для меня все кончено. Но ведь пока нет. Еще не кончено. Я пока еще здесь, и пока я здесь, мне нужен газ. А газ можно взять только у Города. А если Города вдруг не станет...

У меня болит голова.

-Зачем? – переспрашивает существо. Я грубо выдергиваю себя из мыслей. Заставляю слушать, хотя что-то так сильно сжимает мою голову, что становится дурно. – Не то чтобы я очень хотел посмотреть достопримечательности. Без обид – я уверен, что у вас очень красивый город! – Снова этот жест с вытянутыми руками. Кажется, я даже начинаю привыкать к нему. Теперь он не вызывает страх, только едкое раздражение. – На самом деле, я ищу автовокзал, или что-то вроде. Хотя бы трассу, чтобы поймать попутку. Мне очень надо домой, знаешь.

-Домой?

Да что же это. Я снова сказал это вслух.

Меня оправдывает то, что я почти всегда один. Здесь, на станции, есть только зануда. Ему безразлично на мое бормотание, а машина его даже не слышит. В Городе, среди людей, я бываю редко. Да и там суетливый шум перекрывает всякие звуки. А в тишине и одиночестве Библиотеки тоже никто не мешает мне болтать вслух. Книги равнодушны, как шум реки. За это я их тоже люблю.

-Да, - говорит существо и снова пытается заглянуть мне в окуляры. – В Ньюпалас. Это далеко отсюда, ты не в курсе?

Что такое Ньюпалас? Я не уверен, но кажется, что сейчас голос звучит только в моей голове. Оно называет так реку? Может, это какая-то часть реки? А может, это то самое таинственное место, куда все время неустанно бежит вода?

Я оборачиваюсь к балкону. Поднимаю руку и указываю туда. Может такое быть, что оно забыло дорогу назад? Что оно не помнит, с какой стороны пришло? Я вспоминаю заблудившиеся капли, которые так мечтали вернуться в реку, но не могли найти правильной дороги. Может, если я покажу ему...

-Что? – спрашивает существо.

Я схожу со своего маршрута, который только начал восстанавливать, и двигаюсь к балкону. Существо следует за мной, как привязанное. Я выхожу, останавливаюсь около перил. Оглядываюсь на него, а потом указываю на реку.

-Что?! – снова вопрошает существо. – Река? Что ты хочешь сказать, ради бога?!

-Ньюпалас?

-Чт... - Тут существо вдруг сгибается пополам. Я отскакиваю подальше. Холод волной прокатывается по телу. А потом я слышу хохот. И раздражение медленно начинает жечь мне грудь. – О боже... приятель... ох... - Оно постепенно приходит в себя и восстанавливает привычную форму и расположение всех частей тела. Качает головой. – Нет же. Ньюпалас – это не речка, это город.

Я застываю в немом шоке. Город?!

Это значит... неужели?..

-У Нее есть Город? Уже?!

Я не могу держать это в себе. Просто не могу заставить себя заткнуться. Весь мой мир переворачивается с ног на голову. Неужели это правда? Неужели у Нее есть Город, и подобия людей в нем? Такие, как этот отросток?

Существо непонимающе качает головой.

-Приятель, я тебя не понимаю. Мне просто нужно попасть домой, окей? Очень важно, очень срочно. Поэтому я прошу тебя помочь. – Что оно имеет в виду? Как я могу ему с этим помочь? Я не выйду туда. Ни за что... - Ты можешь отвести меня в город? Показать, где можно найти колеса.

Я отступаю назад и упираюсь спиной в перила. Нет. Оно действительно хочет в Город. Зачем ему это? О каких колесах оно вообще говорит? Чего ему нужно?

-В Городе нет колес, - выдавливаю я из себя. Нужно же сделать хоть что-нибудь. Убедить, что ему там нечего делать. Только не пускать его туда!

-В смысле? – Оно коротко смеется. – У вас, похоже, вообще не бывает путешественников, да?

Я мотаю головой вверх и вниз. Я понятия не имею, что означает это слово. Но лучше согласиться. Пусть думает, что угодно.

Бледная кожа на передней части головы существа скорчивается, идет складками. Оно оглядывается на Город – нет, не смотри туда! – и снова смотрит на меня.

-Но у вас должно же быть... что-нибудь... - Оно смолкает. Мы стоим в тишине. Я хочу сбежать. – Ну и захолустье... - Оно бормочет едва слышно. Оглядывается снова – теперь в сторону реки. – Я не могу идти пешком. К тому же без карты... - Снова смотрит себе под ноги. Я потихоньку скольжу вдоль перил. Еще немного, и я буду внутри станции. Что мне это даст? Я не знаю. Но я буду подальше от существа, и это уже хорошо. Это хорошо уже само по себе. О нет. Оно поднимает голову опять. Оно смотрит на меня. – Ладно. Давай рассуждать логически. Я попал к вам издалека. Мне нужно вернуться домой, но у меня нет ни денег, ничего вообще. Мне нужна помощь. К кому мне обратиться в вашем городе?

Мои ноги прилипают к полу. Я больше не могу пошевелиться. На меня снова обрушивается реальность. Я не хочу! За что?!

-К кому я могу пойти? Может быть, мэр? Есть же в вашей дыре мэр? – Существо настаивает. Опять придвигается ближе. Смотрит тяжело. Я не хочу. Ну сколько можно! Я уже так устал... - Эй, ты слышишь меня? Помнишь про кивки? – Мне хочется скинуть его с балкона. Избавиться от него. Вернуть свою жизнь назад. Почему я?! Я не заслужил этого! Что я такого сделал?! Я заставляю себя кивнуть. – Окей, так что насчет мэра? – Я качаю головой. Когда оно уже оставит меня в покое? Во мне снова разливается равнодушие. Пусть идет в Город. Пусть делает, что хочет. Мне все равно. Лишь бы подальше от меня. – Нет? У вас нет мэра? Да что же это за город такой?! Ладно. Кто у вас вместо мэра? Ты слышишь? – Киваю. – Кто вместо мэра? Я имею в виду – кто управляет городом?

Мне очень хочется сползти и сесть на пол.

Кажется, пришло время принимать еду. Тело такое тело. Ему накашлять, что оно совершенно не вовремя с этой своей едой. Как я могу заниматься этим, когда я даже не закончил утренний обход? Зануда саботирует меня, существо постоянно становится на пути, не хочет уходить. Обход растягивается и растягивается, и я уже не хочу к нему возвращаться. А что будет со станцией, если я не вернусь к нему? Что будет со мной потом? Я не хочу думать. Я не хочу. Я устал. Я не хочу здесь быть.

-Эй! Приятель! Прием! Кто управляет городом?

-Чиновники, - выдавливаю я. Это был последний вопрос? Пусть это будет последний. Я не могу больше.

-Чиновники?! Отлично! – Существо вдруг подскакивает прямо ко мне. Я не успеваю ничего сделать, не успеваю сбежать – оно хватает меня за обе руки. Мне страшно. – Это отлично! Ты должен отвести меня к ним!

Нет. Это не отлично. Совершенно. Даже не близко. Я мотаю головой, мотаю всем телом. Я пытаюсь высвободиться, но оно держит очень цепко. А у меня просто нет сил.

-Да-да! Ты должен меня отвести. Ты... - Существо вертит головой по сторонам, а потом снова смотрит на меня. – Я вообще-то вчера тебя спас, помнишь? Ты мой должник!

Все мое тело обмякает. Из человека я превращаюсь в маленький комок слизи. Только не это. Нет-нет-нет-нет!

Но я помню. Я помню сломанные перила, четыре метра до пола и летающий лом. Я помню это, а потому мое тело послушно выключается, как будто кто-то нажал на секретную кнопку. Так и есть, на самом деле так и есть. Что может управлять нами больше, чем долг? Ведь вся наша жизнь – это расплата.

Существо отпускает меня. Оно понимает, что я больше никуда не смогу убежать. Теперь я привязан. Я мог не замечать, игнорировать факт, но теперь, когда мне заявили напрямую...

Но может... ведь оно не относится к Городу. Оно не в системе, я не обязан.... Нет. Оно сказало о долге, а значит, понимает, как это работает. Нет. Я не смогу теперь сбежать...

-Ну так что? Ты мне поможешь? – Существо наклоняет голову в сторону. – Мне очень, очень нужно...

Я механически киваю. Мое тело делает это за меня. Даже если бы я попытался уклониться, оно бы мне не позволило. Мое тело куда больше срослось с системой, чем я сам.

Существо взрывается громкими звуками. Оно прыгает, поднимает руки вверх. Я стараюсь не смотреть. Я просто стою здесь. Стою и жду, когда мой долг может быть оплачен.

-Отлично! - говорит существо, когда, наконец, успокаивается. - Кстати говоря, я совершенно забыл. Меня зовут Барт. Как тебя?

Я тупо стою, уставившись на него. В голове у меня совершенно пусто. Мне ничего не интересно. Как его зовут? Как зовут меня? Какая разница?

-Эй, приятель, мы так далеко не уйдем! - настаивает существо. Наклоняет голову, как будто опять старается заглянуть в окуляры. - Тебе нужно хоть изредка подавать признаки жизни. А если уж мы собираемся прогуляться в город вместе, то лучше быть знакомыми, ты так не считаешь? - Нет. - Ну же, не ломайся! Как тебя зовут?

Я понимаю, что оно не отцепится от меня. Очевидно, мне придется делать все, что ему захочется просто потому, что я не смогу терпеть это назойливое внимание, эти постоянные попытки оказаться слишком близко. Оно не оставляет мне никакого выбора. Иначе я бы никогда не ответил на этот вопрос. Никогда бы не дал Ей хоть какую-то информацию о себе. Хотя кого я пытаюсь обмануть? Я дал бы все, что угодно, даже не задумываясь о том, что делаю. Я безнадежен.

-RN-1357.

Я говорю это неохотно, прямо выдавливая из себя каждый звук. Пусть знает, что я не желаю с ним разговаривать. Пусть даже не думает, что у него получится вытянуть из меня хоть одно лишнее слово.

-Как, прости?

Я злюсь. В груди жжет, ладони сами сжимаются. Неужели так сложно слушать ответ на собственный вопрос? Почему я должен еще повторять его? Я не хотел отвечать в принципе. Я не обязан говорить это снова.

Я перекатываю эту мысль в голове, рассматриваю ее со всех сторон. Она очень нравится мне. Я хотел бы сберечь ее подольше, любоваться и упиваться ей. Но я знаю, что очень скоро придется ее отпустить. Я знаю, что существо не позволит мне этой самостоятельности. Оно все равно вытянет из меня то, что ему хочется знать, любыми способами. И это обжигает, выедает изнутри. Это злит меня сильнее, чем что-либо еще.

-RN-1357, - выплевываю я. Мой голос дрожит от злости. Мне кажется, что я весь дрожу и сжимаюсь, как пружина. Я думаю о том, что если и сейчас оно не услышит, то я... я.... Я не знаю, что я сделаю. Но я точно не стану повторять это снова. Не стану. Нет. Просто не буду.

-А я думал, мне послышалось, - говорит существо. - Серьезно? Это правда твое имя? - Оно смотрит на меня, почти скрыв два наблюдательных круга за складками кожи. - Это правда? Или ты просто смеешься надо мной?

Я отворачиваюсь. Я больше не собираюсь это терпеть. Долг или нет - это неважно. Пусть приходит, когда ему будет что сказать по существу. А пока оно может катиться куда подальше!

Я хочу уйти, но существо вдруг хватает меня за руку. Я дергаюсь, и оно тут же отпускает меня.

-Ладно-ладно! Извини... эм... RN... как там дальше? Ладно, я буду звать тебя... Ронни. Как тебе? Ты же не будешь настаивать на полном имени, правда? Я, например, не хотел бы, чтобы меня называли Бартоломью. Честное слово! Просто кошмар. Ну так что? Ронни будет нормально?

Я снова молча отворачиваюсь и отхожу к вентилям. Мне ничего там не нужно, я давно утратил свой маршрут. Но я не хочу стоять рядом с ним. Не хочу, чтобы это выглядело так, как будто я принимаю участие в разговоре.

-Хорошо, я буду считать, что это согласие! - говорит существо мне в спину. Мне все равно. Я хочу только, чтобы это закончилось как можно скорее. Оно хочет идти в Город? Отлично! Когда же мы отправляемся? Не могу дождаться.

Существо подходит и снова смотрит на меня, как будто оценивает, сгожусь ли я для такой работы. А потом вдруг вытягивает свою руку перед собой, с ладонью, повернутой вертикально. Я смотрю на нее и ничего не понимаю. Наклоняю голову, чтобы рассмотреть с разных сторон. Она такая странная! Кожа светлая, будто бы обтягивающая тело, а на концах пальцев какие-то пластины. У меня нет времени, чтобы присмотреться внимательнее. Оно выкидывает эту руку вперед и хватает мою ладонь. Я даже не успеваю ничего сообразить, отшатнуться, попытаться вырваться. Оно сжимает мою руку и быстро отпускает.

Я с ужасом смотрю на свою ладонь. Что оно с ней сделало?! Я чувствую покалывание, мне кажется, даже онемение. Ужас снова накатывает на меня волной. Что только что произошло?! Оно как-то пометило меня? Может быть, отравило?!

-Теперь можно считать, что знакомство состоялось, - говорит существо, растягивая звуковую щель. Что это значит?! Мне страшно. У меня слабеют ноги. Кто-нибудь, помогите...

Оно осматривается по сторонам. Будто ищет что-то. Оно чувствует себя хозяином! Снова поворачивается ко мне.

-Итак, мы можем уже идти? Или у тебя есть какие-то срочные дела?

Самое срочное мое дело - это избавиться от него и вернуться на свои рельсы. Сейчас нет ничего более срочного и более важного. Это то, чем нужно заняться в первую очередь.

Поэтому я мотаю головой. Я не хочу говорить лишнего слова. Я хочу иметь с ним как можно меньше контактов. Настолько, насколько это вообще будет для меня возможно. Если будет...

Тело робко напоминает мне о том, что пришло время еды. Оно пытается убедить меня, что без нее не сможет работать так, как нужно. В груди опять разгорается злость. Но очень лениво. Я слишком много злился за одно утро, чтобы у меня оставались свободные ресурсы.

Я должен признать, что тело право. Это механизм, который нужно поддерживать. Дурацкий, несовершенный, но какой есть. И сколько я не буду злиться, это не изменит того факта, что без еды я далеко не уйду.

Медленно, как в тумане, я поднимаюсь к своей комнате. Вернее, к тому помещению, которое раньше было моей комнатой, ведь сейчас оно изменилось до неузнаваемости. Оно перестало быть моим убежищем. Оно стало чужим и инородным.

Я вхожу внутрь. Существо следует за мной, лампа внимательно наблюдает с потолка. Я открываю шкафчик. Сколько тебе нужно, тело? Я думаю о том, что, наверное, нужно взять несколько пакетов с собой. Я делаю так всегда, когда отправляюсь в Город. Ведь этому глупому телу всегда нужна еда. А еще газ...

Я смотрю на кровать, под которой спрятаны две бесценных коробки. Я никогда не беру с собой газ. Мне это ни к чему. Ведь я всегда возвращаюсь к вечеру. Но что если в этот раз я не успею вернуться?

В животе сворачивается ледяной узел. Мое тело не может остаться без газа. И я понимаю, что я тоже. Я тоже не могу. Не сейчас, не вот так. Слишком страшно. Настолько, что все внутри перекручивает, словно там появилась громадная шестеренка, и сейчас она наматывает все мои внутренности на свой металлический корпус.

-Ну что, завтрак? - Я слышу голос сзади и дергаюсь. Конечно, существо все еще тут. Куда бы ему деться? И оно снова хочет обобрать меня. Но ладно. Я ему позволю.

Я отступаю в сторону. Жду, пока существо возьмет пакет и присосется к нему. Я не знаю, как хорошо оно видит в таком состоянии, но другого момента у меня не будет. Я быстро падаю на колени рядом с кроватью. Просовываю руку и хватаю полупустую коробку. Разгибаюсь, сую ее в рюкзак, который лежит тут же, рядом. Быстрее, быстрее!

Я поднимаюсь на ноги. Держу рюкзак раскрытым, как будто он пустой. Как будто я только что приготовил его для еды. Насосы в голове оглушают меня. Руки подрагивают. Оно ведь не заметит всего этого, да? Оно корчится и кривится от еды. Потом кидает почти пустой пакет на стол. Я стою, как металлическая труба. Не привлекаю внимания.

-Уф, ну и гадость! - говорит существо. Мотает своей головой, трет ее переднюю часть. Мне кажется, что все получилось. А потом вдруг оно указывает на мой рюкзак. - Что ты там спрятал?

Газ выбивает из внутренних легких. Я отшатываюсь назад, прижимаю рюкзак к груди. Нет! Оно не может!

-Это мое! - кричу я в панике. Я бы бросился бежать, но тело снова предает меня - я не могу даже вдохнуть. Я только дергаюсь назад, ударяюсь об угол шкафчика. Я сейчас упаду прямо здесь.

-Да ладно тебе! - существо поднимает руки. Но не старается подойти ко мне. Оно остается на расстоянии. - Я же просто спросил. Можешь не говорить, если не хочешь.

Я очень медленно начинаю чувствовать свое тело снова. Я понимаю, что спина прижата к острому углу, а руки сжали рюкзак изо всех сил, как будто тело пытается сплавить его с собой. Я понемногу начинаю дышать. Газ входит с хрипом. Меня выворачивает от кашля. Минута - не меньше. Голова начинает гудеть, а грудь выжигает. Весь мир уплывает куда-то.

Я возвращаюсь. Я сижу на полу. Резкая вспышка паники - я загребаю руками... рюкзак все еще у меня.

Существо сидит рядом и смотрит. Как же я устал от его внимания.... После приступов кашля я не могу ничего. Мне нужно время, чтобы смириться с этой реальностью. Поэтому у меня даже нет сил отстраниться. Пусть наблюдает. Мне уже все равно.

-Ты так страшно кашляешь, - говорит существо, и я коротко кашляю снова. Это просто мое тело вдруг попыталось рассмеяться. Глупое, бесполезное тело. - Ты уверен, что тебе не нужно к врачу?

Я нахожу в себе силы, чтобы подняться. Очень осторожно, держась за спинку кровати. Другой рукой я все время прижимаю рюкзак к себе. Вот я уже на ногах. Трясущихся, но все-таки ногах. Какие есть - другие мне не заполучить.

Я сгребаю несколько пакетов с едой в рюкзак. Мне нравится, что они закрывают собой коробку. Я хочу, чтобы она была скрыта. Я останавливаюсь на секунду, прислушиваюсь. Что ты там бормочешь, тело? Но оно молчит. Наверное, еще не оправилось после кашля. Ну и ладно. Значит, отложим время еды, раз никаких возражений нет.

Существо наблюдает за моими приготовлениями. Когда я останавливаюсь, оно смотрит на мои окуляры.

-Мы готовы идти?

Нет. Я не готов.

Я киваю.

Я не собирался возвращаться в Город так рано. Моего запаса еды и газа хватило бы еще на два месяца. А моего запаса развлечений - наверное, на полгода. Развлечения не слишком важны для меня, хотя это часть долга Города. Но я беру его не в том виде, в котором обычно предлагается. Я не смотрю шоу. Меня не интересуют люди. Я не закачиваю в свое тело ничего, кроме еды - мне это отвратительно. Оно не требует ничего, и я этому рад. Я могу забывать о нем, когда прихожу в Город. Мне нужна другая подпитка. И она будет совсем рядом.... Нет. Не в этот раз. Я уж точно не поведу существо туда. Не хочу. Не стану.

Я иду по тоннелю. Я немного впереди, а существо, кажется, плетется сзади. Я не уверен - я не оглядываюсь. Если его там нет, мне все равно. Я дойду до Города, а потом вернусь обратно. И буду надеяться, что его там больше не будет.

Но нет, я иногда слышу шаги. Чем дальше мы от станции, тем тише она гудит. А ворчания реки здесь совсем не слышно. Мы доходим до середины тоннеля. Я точно это знаю, потому что в этот момент можно услышать тишину. Я очень редко ее слышу. Иногда, когда я хожу в Город, я останавливаюсь здесь. Это так странно - не слышать ничего. Это очень странно. И это пугает. Я редко стою здесь больше пары минут. Я чувствую, как тишина давит на меня. Мне кажется, она может меня сжать, раздавить. Отсутствие звука - это неестественно. Я стою минуту. Потом мое тело хочет уйти. Оно хочет окунуться в свою среду - туда, где есть звуки, где они плавают вокруг, бьются об него. Но иногда я продолжаю стоять. Пока не становится невыносимо. И тогда тело берет управление на себя. Оно дергается вперед, идет, даже бежит. Навстречу звукам. Навстречу реальности.

Сейчас я не стану здесь останавливаться. Только не с этим существом. Это будет гораздо страшнее. Это будет так, как будто не оно попало в мой мир, а я попал в его.

Я ускоряю шаг. Быстрее добраться до Города. Быстрее покончить с долгом. Быстрее избавиться от него. Ведь в Городе оно может привязаться к кому угодно, правда? Совсем необязательно, что оно будет продолжать таскаться за мной. Может быть, оно забудет о долге. Или спишет его. Кто знает... нужно только добраться до Города. Там я буду не один. Никогда еще за свою жизнь я так сильно не желал человеческого общества.

И вот, я начинаю слышать звуки Города. С такого расстояния - это единый гул. Он похож на шум реки, но это только пока. Я знаю, что когда мы приблизимся к нему, когда войдем внутрь, он разлетится на миллионы мелких звуков. На голоса людей. И каждый будет требовать к себе столько внимания, сколько вообще можно заполучить.

Существо догоняет меня. Словно не хочет, чтобы я забывал о его присутствии. Как будто я могу. Хотя, может быть, и могу. Я способен много о чем забыть.

-Это единственный путь в город? - спрашивает существо. - В смысле, там есть другой вход? Я не нашел вход на твоей станции.

Я делаю вид, что не слышу. Я ведь не обязан отвечать, правда? Об этом уговора не было. Я должен отвести его в Город. Но не рассказывать обо всем, что ему хочется знать. Чем ближе я подхожу к Городу, тем сильнее я чувствую связь с ним, с людьми, которые там живут. Я чувствую принадлежность. Это то чувство, которое часто совершенно стирается, когда я неделями сижу на станции в полном одиночестве. Оно даже не стирается само по себе. Возможно, оно было бы более живучим, если бы я не помогал ему. Я отбрасываю его намерено. Я ощущаю, что оно лишнее. Оно мне не нужно. Мне гораздо лучше без него. Я выбрасываю из головы Город, людей. Мне даже удается забыть о мостике, который соединяет мой остров с системой. Иногда я могу представить, что Природа смыкается вокруг станции со всех сторон. Что я один на один с ней. Это пугает, заставляет тело дрожать. Но я делаю это снова и снова.

Я вздрагиваю. Перед моими окулярами летает бледная рука. Я отклоняюсь, и она исчезает.

-Эй, Ронни! Прием! Хватит уже меня игнорировать, это так напрягает! Как будто я не с человеком иду, а с роботом каким-то.

Я поворачиваю голову к нему, но тут же возвращаю все на место. Я не хочу на него смотреть. Я и не обязан.

Ну чего еще оно от меня хочет? Оно что-то спрашивало, но что б я помнил. А переспрашивать я не хочу и не буду. Пусть разбирается с этим всем само.

Я нервно дергаю головой. Ох. Тело иногда совсем не слушается.

Как же я устал....

-Я говорю - в городе есть другой вход? - повторяет существо.

-А зачем там другой вход? - спрашиваю я раздраженно. Если бы оно могло сделать со мной что-то страшное, оно бы уже давно сделало это. Значит оно не может, и я его не больше не боюсь. Все, что оно может - это лезть ко мне.... Это отвратительно. Почему Природа такая отвратительная? Почему Она такая?

-В смысле зачем?! - Короткий смешок. Интересно, оно выдает этот звук по тому же принципу, что и люди? Потому что очень непохоже. Я не понимаю, что тут может быть смешного. - В станции нет входа, и в городе нет входа. Есть только из станции в город, из города в станцию. А как вы из города-то выбираетесь, черт возьми?!

-Куда выбираемся? - Я мог бы промолчать, но я зол. Я не могу остановить себя. - В Природу?!

Я вижу, что оно смотрит на меня и молчит. Я отворачиваюсь. Я пытаюсь ускорить шаг. Я и так иду слишком быстро. Я устал. Еще и тело вдруг вспомнило, что мы не приняли утром еду. Как же мне хочется... просто бросить все! Просто... просто... я просто хочу домой...

Я не знаю, где мой дом.

Я не знаю, зачем я думаю об этом.

Я так устал.

Пожалуйста, оставьте меня в покое...

Город уже совсем близко. С каждым шагом все ближе тот момент, когда я избавлюсь от этого долга, от этого отростка и вернусь к своей привычной жизни. Я снова встану на рельсы. Я был уже так близок к своей цели, когда это существо все разрушило! Мне ведь не придется начинать с начала? Не придется ведь?

Тоннель заканчивается вспышкой яркого света. Еще одна причина, по которой я ненавижу ходить сюда. Этот вездесущий свет. Я опускаю голову вниз, пытаюсь хоть немного от него спрятаться. И ныряю в Город.

Шум обволакивает меня со всех сторон. Свет, движение, суета. И, конечно, люди. Много-много людей. Бесконечное количество людей. Движутся по своим рельсам. Изредка останавливаются или сталкиваются с другими, изредка теряют свое направление, но тут же восстанавливают. Когда ты в системе, нельзя выпадать надолго, иначе тебя перемелет очень быстро.

Я останавливаюсь на самом входе в тоннель. Здесь есть свободный участок. Тоннель - не то место, к которому люди станут подходить. Для них, живущих в системе, это почти что выход на Природу. Они предпочитают не замечать эту огромную дыру в толстой шкуре Города.

Я смотрю на потоки людей. Я стою здесь из раза в раз, не решаясь нырнуть, не решаясь доверить этой реке нести мое тело.

Я едва вспоминаю, почему я здесь. Я чувствую груз рюкзака на плечах. И память подсказывает мне. Где там это существо?

Я недовольно верчу головой. Может быть, оно отстало и потерялось? Может, оставило меня в покое? Может ведь такое быть?

Но нет. Я вижу его. Оно стоит от реки еще дальше, чем я. Оно стоит в дыре тоннеля и смотрит вперед, на людей. Выхватывает взглядом одного, второго, третьего. И стоит. Ну чего оно встало? Что оно хочет разглядеть оттуда?

Я злюсь. У меня снова болит в груди. Мне хочется треснуть его, заставить сдвинуться с места. В конце концов! Сколько еще я должен терпеть?! Но я не шевелюсь. Меня коробит, руки сжимаются. Сколько можно ждать?!

Наконец-то! Оно медленно подходит ко мне, все еще глядя вперед. Подходит почти вплотную, а мне некуда даже отступить! Как же я злюсь!

-Ронни, слушай... что у вас тут происходит? - Я едва слышу его голос за шумом Города. Оно как будто нарочно пытается вывести меня из себя. Зачем говорить так тихо, когда вокруг все так громко? Чтобы я прислушивался? Я не собираюсь прислушиваться! Нет уж! - Почему они все... - Существо смотрит на меня. Мне кажется, оно разглядывает мою кожу. Мне становится неуютно. И от этого я злюсь еще больше. Почему я должен чувствовать себя так? Это оно неправильное и чужеродное, а не я! - Почему вы все в защитных костюмах? Здесь ведь нет радиации?

Я не хочу говорить с ним, но оно хватает меня за руку. Я выдираю ее обратно. Но я уже знаю, что оно заставит меня ответить.

-Понятия не имею! - выплевываю я. Я имею в виду, что не понимаю, о чем оно говорит, что половина его слов - бессмысленная чушь, имитация человеческой речи. Но я не собираюсь пояснять все это.

-Но почему вы ходите в них? Вам сказали их надеть? - существо не унимается. Опять хочет добиться чего-то от меня. Еще одно «понятия не имею» его не устраивает. Оно снова хватает меня за руку. Да когда же это кончится! - Как давно вы их носите, Ронни?!

-Кого?! - ору я. Мне так хочется, чтобы кто-нибудь услышал, обратил внимание. Но это ведь Город. Никто не слышит никого, кроме себя.

-Ну вот это же! Костюм! - И существо цепляет пальцами и оттягивает кожу на моей руке. Я не могу. Мне дурно. Все темнеет на несколько секунд. Я выплываю обратно на свет и вижу его в паре шагов от себя. Я чувствую, как слегка дрожит рука. Я понимаю, что ударил его.

-Не трогай! - кричу я. Меня колотит мелкой дрожью. Если оно сейчас приблизится, я буду... я буду драться изо всех сил!

-Прости! - Оно поднимает руки. - Я больше не буду. Просто объясни мне, почему вы носите их.

-Что?! Нашу кожу?! - Я не могу больше. Я чувствую, что сейчас упаду. - Потому что это кожа, идиот!

И меня скручивает от кашля. Это ужасно. Я задыхаюсь. Я падаю на колени. Мне кажется, что газ кончился. Что я больше никогда не смогу дышать. Все кончилось. Больше ничего не будет, только кашель, боль, удушье.

Я не знаю, как долго это продолжалось. Время теряется в этих приступах. Реальность снова притягивает меня. Мое тело дрожит. Холод, боль. Но боль постепенно утихает до привычного жжения в груди. Темнота расходится, и я снова могу видеть. Я вижу существо. Оно сидит рядом, но все-таки не слишком близко. Оно не трогает меня. Я слышу, что оно бормочет что-то. Не понимаю, что. Не хочу понимать. Мне все равно. Я так устал...

Кажется, оно понимает, что я снова здесь. Потому что наклоняется ближе.

-Эй, я ведь не видел, чтобы ты ел. Ни вчера, ни сегодня. Тебе наверняка нужно поесть. Ты ведь взял с собой еду? Давай помогу.

Я устало отшатываюсь, и оно больше не лезет. Хорошо. Я пытаюсь понять, чего оно опять хочет. Кажется, оно говорит про еду. Тело жалобно откликается. Да. Это правда. Видимо, ему нужно это топливо.

Мое тело работает с перебоями, как сломанный механизм. Я снимаю с плеч рюкзак и достаю пакет с едой. Разматываю трубку и вставляю свободный конец в катетер. Давно я не видел этот процесс при свете. Я смотрю, как густая темная жидкость неохотно ползет по трубке, а затем исчезает где-то внутри моего тела. Это не то, на что мне хотелось бы смотреть. На станции, в своем убежище, я спасался от этого зрелища темнотой. Мне даже удавалось забыть о том, что проделывают руки. В тот момент, когда жидкость закачивалась внутрь, я обычно был далеко, и мне было все равно, что там происходит с телом. Но сейчас я здесь, в шумном, людном Городе. Отсюда не сбежать.

Я поднимаю голову, чтобы не смотреть, и вижу, что существо уставилось на мою руку. Оно внимательно осматривает пакет, трубку, мой катетер. А потом смотрит в мои окуляры.

-Я делал все неправильно, да? - спрашивает оно. И бормочет так, что я едва слышу: - Я, видимо, много чего в жизни делал неправильно...

Я сижу на земле, спиной к стене. Крики людей и фигура существа справа держат, как якорь. Мне так трудно сбежать.... Я сошел со своих рельс, и чувствую себя таким потерянным.... То, что работало всю жизнь, сейчас отказывает. Вся эта жизнь как будто насмехается надо мной, вырывает у меня из рук последние обрывки спокойствия. Она не оставляет мне ничего.

Я смотрю на купол высоко над головой. Можно представить, что купола там нет, что между высокими темными зданиями струится само небо. Оно непостоянное и изменчивое. Оно даже более жидкость, чем вода. Мне кажется, что оно должно быть мягким на ощупь. В нем можно утонуть? В нем можно плавать?

Неровные клочья неба перетекают, меняют форму, сливаются с другими, разъединяются. Будто живут, будто дышат. А под ними, под этой пеленой, очень медленно движется темная тень. Она проскальзывает слева и исчезает за сгустками света. А теперь что-то справа. Я вижу движение, но не могу разобрать ничего больше. Тень здесь, и тут. И вот они выплывают, появляются из-за густой светлой дымки. Величественные. Огромные. Длинные хвосты грациозно колыхаются из стороны в сторону. Они изгибаются, проплывают один над другим. Неторопливо, без суеты и себялюбия. Они просто есть. Такие недостижимые, такие далекие от людей. Такие непохожие.

Мне хочется поднять руку, дотянуться до них, но я знаю, что это невозможно. Я знаю, что они в совершенно другом мире.

-Уже закончилось, - слышу я справа. Это существо пытается вернуть меня в реальность. Тянет меня обратно. Я не хочу. Я хочу остаться здесь. Хочу наблюдать за этими величественными созданиями. Хочу быть с ними.

Никто больше не видит их. Они только для меня.

Тени скользят дальше. Куски неба скрывают огромные сильные тела. Я прислушиваюсь, стараюсь уловить хоть что-то. Мне даже кажется, что я слышу. Что-то прекрасное и далекое. Они уходят. Они оставляют меня.

Я снова сижу на улице. Мимо текут толпы людей. Мелких, суетливых. Они все спешат куда-то, хотят чего-то. Проносятся и исчезают так быстро. Так незначительно.

Мне больше не хочется смотреть наверх. Теперь там купол, за которым почти не видно неба. И их там больше нет.

Я возвращаюсь вниз. Пакет почти пуст, и я выдергиваю из себя его трубку. Я рад, что это закончилось. Я хотел бы, чтобы этого никогда не было.

Существо отворачивается от людской реки, поворачивается ко мне. Смотрит на мою голову, как будто видит впервые.

-Слушай, Ронни. Я тут подумал. - Оно снова на секунду оборачивается туда. - Подумал - как же я тебя узнаю в случае чего? Мне кажется, нужен какой-нибудь опознавательный знак. Не знаю. Что-нибудь вроде...

Я неохотно поднимаю руку и тыкаю пальцем в правую половину кожи на груди. Существо вытягивает шею вперед и всматривается.

-RN-1357, - бормочет оно. Потом резко вздергивает голову и глядит на окуляры. - Ах вот оно что. Это... разумно. Наверное...

Оно поворачивается к Городу, и мне почему-то кажется, что ему не нравится то, что оно видит. Мне кажется, что оно... боится? Почему я так решил? Понятия не имею. Оно выглядит сжатым в один комок, как будто готовым к нападению. Я не знаю. Откуда мне знать? Это просто мысли.

Теперь мы можем отправляться. Я встаю на непослушные ноги, надеваю рюкзак. Существо наблюдает за мной. Как будто считает, что я мог передумать, что я мог захотеть сбежать, спутать все планы. Я хотел бы так сделать, очень хотел бы. Но, к сожалению, не могу.

Теперь нужно окунуться в эту реку из людей. Этот поток будет нести сквозь городское тело, надо только знать, где из него выйти. Где искать приемную чиновника я помню смутно. Я был там единственный раз в своей жизни, в том отрезке, который память практически не сохранила. Это было в самом начале, когда я только начинал что-то понимать и делать. Когда я уже был готов как механизм, когда я уже мог начать выплачивать долг Городу, и меня оставалось только определить.

Я помню, как входил в кабинет. Этот момент остро врезался в память, как осколок стекла. Все вокруг казалось огромным и давящим. Но внутри хотя бы было немного пространства. До этого, кажется, в моей жизни были только люди. Люди, люди, ничего, кроме людей. Они всюду, лезут изо всех щелей, нигде от них не спрячешься. А тут я стоял посреди кабинета, практически в одиночестве. Это было что-то совершенно новое. Наверное, именно поэтому этот момент так сильно запомнился мне. Совсем не потому, что тогда решилась моя дальнейшая судьба. Нет. Я помню картинку. Просторное помещение, в одном конце которого - стол. За столом и около стола по фигуре, но в центре я стою один. Стою и смотрю в пол, потому что вперед я смотреть не могу. Наверное, я пытался запомнить этот момент до конца своей жизни. Тогда я еще не знал, что ждет впереди. Не знал, что меня ждет моя одинокая станция, шум машин и речки, темнота моей личной комнаты - моего убежища. О такой жизни я не мог даже мечтать.

У меня не сохранилось больше никакого четкого воспоминания. Я не смогу даже узнать здание снаружи. И уж тем более я не помню к нему дороги. Это значит, что у меня здесь нет рельсов, на которые можно встать не задумываясь. Это значит, что придется смотреть по сторонам и считывать указатели. А вместе с указателями рассматривать скопления людей, высокие обшарпанные постройки, широкие улицы со вспышками света то тут, то там. Как же я это ненавижу.

Я не оставляю себе времени и ныряю в поток. Я не оглядываюсь назад, меня не интересует, успевает ли существо за мной. Быть удобным - это ведь не мое дело. Не моя забота. Через какое-то мгновение, у меня не останется никаких забот, кроме как не быть сбитым с ног и затоптанным. Моя работа - прокладывать дорогу и вертеть головой по сторонам, подставляя окуляры яркому свету. Это уже достаточно тяжелая миссия. Я осознаю, насколько же сильно я привык к постоянству моего маленького мирка. Насколько сильно я отвык от людей повсюду. От того, что когда-то было практически нормой. Как же мне хочется вернуться на станцию.

Я рассматриваю указатели. Мне тяжело сосредоточиться на них - мысли то и дело уплывают, тело подчиняется течению речки, и я забываю, зачем и почему я здесь. Когда я выныриваю, взгляд скользит по стенам металлического тоннеля и не знает, за что зацепиться. Одни вывески яркие. Они швыряют буквы в мои окуляры, заставляют вздрагивать, отшатываться и получать от кого-то локтем по спине или боку. Некоторые вывески даже кричат, но они неспособны перекричать человеческий гул. Но бывают указатели более незаметные. Потертые, пытающиеся слиться с окружением. Они делают вид, что их здесь нет. На них падают тени, яркие вывески затмевают их, отвлекают от них внимание. И я понимаю, что искать мне нужно именно там - в скрытых тенями надписях.

Я вытягиваю шею вперед и внимательно всматриваюсь в них. Настолько внимательно, насколько вообще могу. Я кое-что знаю. Знаю, что эти кабинеты должны быть раскиданы по всему периметру Города, должны быть доступны из любой точки. Но вот чего они не должны - это быть заметными. Если ты хочешь потребовать что-то с Города, тебе придется постараться, чтобы найти того, кто станет слушать. Я понимаю, что это рабочая схема. Если бы указатели чиновников горели, как яркие вывески развлекательных заведений, туда бы хлынул поток людей. Для них это стало бы развлечением, еще одним способом убить время и сбежать от реальности. Они шли бы туда, даже если бы им было ничего не нужно, даже если бы Город не должен был им ничего сверх обычного. Они шли бы попялиться, покричать, посмеяться и поплакать. Шли бы, как в любой развлекательный центр. А это... наверное, неправильно. Я никогда особенно не думал об этом. Я знаю только, что дорогу к чиновнику могут найти только те, кто хорошо ее знает по долгу своей работы, или же самые упорные. Те, кому в самом деле надо.

Вдруг оживляется мой зануда. Что ему нужно? Мы так далеко от вентилей. Но он прыгает, кричит, хлопает в ладоши. Да в чем дело? Я устало прислушиваюсь к нему. Кажется, он что-то заметил.

Я привык доверять зануде в занудных вопросах. Он понимает в них куда лучше меня. Не то чтобы я не мог его обогнать, я просто не хочу. Мне этого не нужно. Я оставляю ему его поле интереса. Должен же он развлекаться хоть чем-то.

Я нахожу свое тело пробирающимся к краю улицы и лениво удивляюсь. Как они все быстро решили без меня. Если бы они делали так всегда.... Кто-то врезается в меня, ударяет по ноге, чуть не опрокидывает. Толкают с другой стороны и с третьей. В голову ввинчиваются крики - я почти уверен, что кричат на меня. Мое тело мотает из стороны в сторону, но оно упорно продолжает свой путь. Наконец, потоку надоедает бороться со мной – и меня выплевывает к стене.

Я прислоняясь к ней передней стороной головы. Теперь можно немного отдохнуть и постараться выбросить из памяти последние полчаса. Это будет несложно. Моя память очень охотно избавляется от чего угодно. Часто от ненужного хлама. Бывает, конечно, и от нужного. Сложно ее винить, я пользуюсь ею так небрежно.

Я слышу, как что-то шлепается о стену справа от меня. Мне даже не нужно смотреть. Это существо. Я надеялся, что в толпе оно отстанет, что оно непривычно к таким человеческим потокам. Хотя, честно говоря, надеялся я несильно. И был в этом прав.

Я слышу, как оно тяжело дышит и бормочет что-то. А потом даже кричит вслед толпе. Может быть, мне только кажется - здесь очень сложно расслышать что-то. Может быть, оно кричит что-то мне. Но этого я точно слышать не хочу. Поэтому я отлипаю от стенки, отворачиваюсь в противоположную от него сторону и стараюсь рассмотреть то, на что указал мой зануда.

Это плоская надпись, которая практически сливается с цветом стены. Надпись пошарпанная, пара букв практически стерлись, но если напрячь воображение, можно представить, как она выглядела когда-то. Она вряд ли была ярче и заметнее. Это не имеет никакого смысла. Но, по крайней мере, все буквы были на месте, а уголки не были подъедены беспощадным временем. Я представляю, что некогда там была лаконичная квадратная надпись: "Кабинет Прошений".

Я поднимаю руку и указываю на надпись. Я не оглядываюсь, чтобы проверить, смотрит ли вообще существо в эту сторону. Кажется, я уже говорил - мне все равно. Даже не так. Не совсем. Мне хочется, чтобы оно не смотрело. Мне хочется, чтобы оно потерялось. Но я не могу сделать это как бы намеренно, ведь на мне висит долг. Но если это произойдет случайно.... Откуда мне было знать, что оно такое невнимательное, верно?

Я выжидаю всего несколько секунд, а потом роняю руку обратно. Я с трудом, но все-таки рассмотрел направление указателя. Теперь пришло время вернуться в реку. Я снова не даю себе времени сомневаться.

Плечи, локти, колени подхватывают мое тело и несут вперед. Я пытаюсь вытянуть голову повыше. Цепляюсь взглядом за проплывающие мимо стены. Я не полагаюсь на зануду - я ведь знаю, какой он несамостоятельный. Мне придется справляться самому. Я ищу вывески той же формы, размера и цвета. Похожий рисунок в тенях на стене. Спустя пару минут мне попадается один. Стрелка все еще показывает в том направлении, так что я продолжаю двигаться, продолжаю перебирать ногами, пока людская масса толкает меня вперед.

Следующий знак не встречается достаточно долго. Я начинаю нервничать. Что если я упустил один? Что если теперь я движусь не в том направлении. Я безумно мечусь взглядом по стене, но не вижу ничего похожего. Тогда я выворачиваю голову в обратную сторону, встаю на цыпочки, разглядываю противоположную стену. Должно же быть где-то. Не могло оно пропасть без следа.... Вот оно! Я цепляюсь взглядом за похожий рисунок из букв. Лихорадочно всматриваюсь. Да, кажется, это оно. И стрелка указывает в противоположную сторону.

Мне хочется кричать и ругаться. Может быть, я даже кричу. Сложно понять - я ведь не слышу своего голоса за шумом реки. Но как же меня все это бесит! Как я мог пропустить предыдущую надпись? Я не мог! Наверняка какое-нибудь заведение повесило свою дурацкую кричащую вывеску поверх нее. Я знаю, что так и было! Им ведь все равно, а чиновники и рады. Сволочи! Ублюдки! Как же меня все достало!

Я ненавижу разворачиваться и менять направление в толпе. Это куда сложнее, чем просто сойти на берег. На тебя обрушивается глубина ненависти обеих направлений реки. Все локти и кулаки оказываются у тебя на спине и груди. Если особенно не повезло - даже на голове. В этот момент нужно пригибать ее вниз - беречь окуляры - а одной рукой обязательно схватиться за капсулу с газом. Меня трясет от одной мысли, что я могу внезапно не нащупать ее там.

Вдруг, вместо привычных ударов, отталкивающих в сторону, я чувствую, как что-то цепляется за мою руку и тянет назад. Я пытаюсь выдернуть руку, но это что-то держится крепко. Ох. Конечно, я знаю, что это.

Это противно, отвратительно, но... что ж, это ожидаемо. Как я мог подумать, что оно даст мне вот так просто уйти?

Поэтому мне приходится идти еще медленнее, получать еще больше ударов. Я довольно быстро смиряюсь с этим. Я не виноват, думаю я, налетая на очередного человека. Это не моя вина. Никто меня не предупредил. Вы меня не предупредили. Выходит, вы сами виноваты.

Тяжело прятать голову от чужих кулаков и одновременно рассматривать стены тоннеля. Этому учишься постепенно. Я не очень хорошо это умею – как-никак, прошло много времени с тех пор, как я находился в Городе круглыми сутками. К тому же, когда я все-таки возвращаюсь сюда, я иду по одному и тому же маршруту. Я выучил его наизусть, и ноги сами несут меня куда нужно. Мне не приходится менять направление, искать указатели. Я же могу сказать это еще раз? Я так устал!

Мой взгляд цепляется за нужную надпись. Вот оно. Но стрелка не указывает вперед, она странно выгибается. Я понимаю, что где-то здесь должен быть поворот.

Только не это.

Только не повороты.

Я понятия не имею, как свернуть с большой улицы на маленькую. Это вообще реально?!

Я не знаю, что я делаю. Наверное, я совсем потерялся. Я оборачиваюсь к существу, которое вцепилось мне в локоть. Выдергиваю руку из плотных человеческих масс и указываю в сторону предполагаемого поворота. Вот и все. Это все, что я могу сделать. Да, у меня есть долг, но я не могу делать невозможное. Я и так сделал слишком много. Это уже перебор. Пусть разбирается с этим само.

Похоже, существо понимает меня. Оно вытягивает шею, смотрит в ту сторону, а течение реки неумолимо относит нас все дальше.

Вот и все, думаю я. Теперь ведь все?

И вдруг существо оборачивается ко мне. Что ему нужно? Мне становится страшно. Я вижу, как открывается его щель, но, конечно, не слышу ничего. Оно склоняется еще ближе ко мне, и я чувствую, как что-то тянет за мой рюкзак.

Я не успеваю ничего сообразить. Что? Что оно делает?!

Я больше не чувствую веса рюкзака на плечах. Я лихорадочно оглядываюсь. Я вижу, что существо тянет его к себе. Я пытаюсь вцепиться в рюкзак, но его выдирают у меня из рук и... о нет.

Мой рюкзак подлетает в воздух!

Мне кажется, я упаду. Прямо здесь, прямо сейчас. Я перестаю дышать, приклеившись взглядом к нему. Время как будто замедлилось. Я смотрю, как рюкзак поднимается высоко над головами, застывает, а потом начинает падать. Я кричу, вытягиваю руки, чтобы поймать его, но он слишком далеко, слишком далеко! Мне не дотянуться! И он падает на чужие головы.

И тут по реке проходит рябь. Люди отскакивают в стороны, сталкиваются с теми, кто идет сзади. Они бы упали, если бы было куда. Я вижу, как они отталкивают от себя мой рюкзак, как его перебрасывают от одного человека к другому. Река сжимается, шарахается. Кажется, как будто сейчас она и вовсе остановится. Как будто такое возможно.

Я пораженно оглядываюсь по сторонам. Река течет по сторонам, но тут мы как будто стоим на хрупком островке. Я никогда в жизни не видел, чтобы движение на улице Города застыло. Хотя бы в одной точке я хотя бы на секунду. Неужели такое может быть?

Меня хватают за руку и дергают. Существо тащит меня через толпу, и она расступается! Она шарахается в стороны! Люди просто не понимают, что происходит. Я тоже не понимаю. Это не моя вина!

Я вижу, как существо хватает мой рюкзак, который только что отлетел от кого-то и почти приземлился на пол. Оно хватает его и продолжает прокладывать себе путь вперед. Мне даже кажется, что я слышу его голос. Оно кричит что-то людям, пока проходит мимо. Я не понимаю, что. Я вообще едва могу соображать.

В какой-то момент я снова чувствую движение. Опять в меня вонзаются локти и кулаки, но теперь с меньшей силой. Река снова движется. Мы вышли на маленькую улицу. Невероятно.

Существо оборачивается и спрашивает что-то. Я не слушаю. Я и без того знаю, чего оно от меня хочет. Я шарю взглядом по стенам и нахожу вывеску довольно скоро. Здесь ее почти ничего не перекрывает. Она уверенно указывает вперед. Я указываю туда же.

Теперь остается только вовремя вынырнуть. И я даже прихожу в себя, чтобы сделать это. Существо по-прежнему держится за меня, но куда я теперь денусь – у него мой рюкзак. Я выбираюсь из реки и прислоняюсь к стене. Только сейчас я чувствую, как сильно я устал. Каждый раз как в последний. Каждый раз кажется, что дальше уже некуда, что больше я не вынесу. Каждый раз одно и то же.

Тело предлагает мне посидеть здесь. Если поджать под себя ноги – вполне можно найти место. Да даже если их отдавят, оно, вроде как, и не против. Дурацкая машина! Разве я не дал тебе топлива? Почему ты снова меня подводишь?!

Существо останавливается рядом со мной и наконец-то выпускает мою руку. Да, оно все еще держит мой рюкзак. У меня просто нет сил претендовать на него. Существо поднимает голову и разглядывает табличку над входом в здание. «Кабинет Прошений». Чуть больше по размеру, чуть светлее и чуть меньше потрепанная временем. И не засвеченная соседними вывесками. Она как бы говорит – ну что ж, если вы прошли такой путь и нашли этот укромный уголок, я уже не стану прятаться. Я привел его туда, куда ему было нужно. Это было непросто, небыстро, но я сделал это. Вот и все? Мой долг оплачен? Я свободен?

Существо опускает свой взгляд на меня. Переступает с ноги на ногу.

-Вот уже, - говорит оно, снова поглядывая на табличку, на массивную металлическую дверь перед собой. – Честно говоря, не люблю всю эту бюрократическую машину. Там как будто не люди работают, а какие-то роботы.... Нервно.

Оно посматривает на меня, мнет в руках рюкзак. У меня не осталось энергии даже на то, чтобы жаловаться. Я понимаю, что оно не хочет меня отпускать. А еще я понимаю, что конкретного уговора не было. Оно оставит меня в покое только тогда, когда я стану для него бесполезным. Доживу ли я до этого момента?

Я громко вздыхаю и отлипаю от стены. Не сейчас, тело, перестань ныть! Мне нельзя быть слабым. Позже, потом, но не сейчас. Когда я вернусь к своей жизни.

Я разворачиваюсь и налегаю на двери всем своим весом. Вес... не слишком большой, я должен признать. Я слышал, что некоторые люди принимают еду по четыре, а кто-то и по пять раз в день. Я слушаю эти разговоры с ужасом. Мне бы пережить три раза. Три раза с моего тела хватит! Пусть не наглеет!

А двери, тем не менее, не поддаются.

Я знаю, что они могут быть закрыты. Я знаю, что нас здесь не ждут. Но также подозреваю, что они могут быть как раз таки открыты, но это еще одна проверка на упорство. А действительно ли вам сюда нужно?

Мои ноги скользят по плитке. Это уже плохой признак. Но тут слева присоединяется существо. Оно тоже давит на двери, мы давим вместе и кажется, что они даже начинают едва заметно уступать. Тогда внезапно существо бросает меня, исчезает из поля зрения. И появляется снова. Оно налетает на двери, ударяется в них плечом. Я с ужасом отскакиваю, и меня чуть не уносит рекой. Но потом мое тело убеждает меня, что опасности нет, и нужно сделать так же.

Второй раз мы налетаем на двери вместе, и они неохотно подчиняются. Жуткий скрип, с которым они открываются, слышно даже на шумной улице.

У меня болит плечо. У меня болит вся правая рука, если на то пошло. Мое тело и без того разваливается, а тут еще мне приходится бить себя о металлические двери. Я точно не соглашался на такое. По крайней мере, я такого не припоминаю, а значит – такого не было. Мне кажется, что рука сейчас отвалится, и будет лежать здесь, на пороге Кабинета Прошений, показывая всем и каждому, какова цена.

И все-таки, мы попали внутрь. Я придерживаю свою готовую отвалиться руку другой, пока что целой, и не могу не вертеть головой по сторонам. Я не был в подобном месте так давно.... Первое мое более-менее осознанное воспоминание. Порог жизни. Мои мысли невольно утекают. Из-под поверхности реальности проступает что-то старое, почти стершееся, как надписи на городских стенах. Но это что-то трогает, цепляет нечто внутри, прямо в груди. Воспоминания о времени, когда это самое время еще двигалось, когда оно не застыло в теле станции, подгоняемое только стрелками часов. Когда что-то еще было не так, непривычно, по-другому. Неужели это было со мной? Неужели это было реально? Или я спал, и проснулся только тогда, когда вошел в брюхо машины?

Это все так загадочно. Непонятно. Это выводит меня из равновесия, пугает. Но я не могу это отбросить. Не хочу. Наоборот, я хочу притянуть это поближе. Я чувствую, как в груди болит. Но не легкие.
Это неясная, фантомная боль. Сильная, острая. Я не хочу ее отпускать.

Существо все разрушает. Оно протягивает мне мой рюкзак. Как будто мне сейчас есть до него дело! Но я беру. Вернее, мое тело само делает все за меня. Оно знает, что я бесполезен.

-Ну что, пошли? Ты же подержишь меня за руку, да? – спрашивает существо, растягивая свою голосовую щель. Я стараюсь его не слушать. Я хочу ухватить воспоминания. Так много, как только смогу.

Мы движемся по коридору, и фантомные картины движутся следом. Мне кажется, что раньше все было больше, массивнее, давило на меня сильнее. Гладкие темные стены, пустота и приглушенные звуки с улицы. Я оборачиваюсь назад. Мне чудится, что за нами должна следовать вереница таких же, как я. Маленьких, напуганных, еще не имеющих в этой системе своего четкого места. Но их там нет. Моя память не может восстановить то, что я когда-то так сильно старался из нее вытравить. Я вижу только темную пропасть, пустую и безмолвную.

Мы останавливаемся перед другими дверьми. Над ними нет никакой таблички, но и без того ясно – именно сейчас перед нами предстанет сам Кабинет Прошений. Длинный и пустой коридор перед ним был призван подчеркнуть значимость этого места, его сложность, многосоставность. Я разглядываю двери – такие же металлические, но с виду не настолько тяжелые, как входные. Вряд ли чиновники любят, когда кто-то влетает в их Кабинет, падает на пол, создает много шума и суеты. Кабинет Прошений – это обитель тишины и спокойствия в оглушающем Городе.

Я помню тишину. Я помню, как замолкли все, даже те, кто не замолкал никогда. Мы стояли, зажатые темными стенами, и смотрели на огромные двери – врата в нашу жизнь. Я помню, какое молчание повисло над нашей маленькой группкой. Я запомнил это как какой-то знак, предвещающий перемены.

Я помню фигуру. Она раскрыла перед нами двери и затягивала в Кабинет по одному. Я помню напряжение, страх, ожидание. А потом наступила моя очередь.

Я вижу, что существо медленно подходит и подносит руку к двери. Спустя мгновение я слышу стук. Это кажется чем-то странным и неправильным. Зачем лишний раз нарушать тишину этого места? Но что тут поделаешь. У отростка Природы нет никаких понятий о нормальности.

Когда раздражающий звук стихает, существо оборачивается, как бы проверяя – на месте ли я? И толкает двери.

Я отшатываюсь назад. Слишком много видений, слишком много воспоминаний рвется наружу в этом месте. Я не могу. Это чересчур. Я не смогу вместить их всех в своей груди. Ее просто разорвет. Мне больно и страшно. Но меня резко хватают за руку и тянут. Мне не оставляют выбора. Меня вкидывают внутрь.

Кабинет обрушивается на меня лавиной полустершихся образов. Пространство, две фигуры около стола, тишина, страх и ожидание. Я резко вдыхаю и сжимаюсь – я не могу позволить себе закашляться здесь. Постепенно через яркие вспышки воспоминаний проступает реальность. Не такие высокие стены, не такое большое пространство. Реальность выцветшая, скучная и глупая.

Я вижу на другом краю Кабинета тот самый стол. За ним сидит темная фигура. На нее практически невозможно смотреть, и теперь я понимаю, почему. Яркий свет экрана за ее спиной превращает фигуру в тень, заставляет рассматривать стол и пол под ногами. Мне вдруг хочется смеяться. Как же все, оказывается, просто!

Существо отпускает меня и шагает вперед. Оно поднимает руку и пытается прикрыться от света. Наверное, оно зачем-то смотрит на чиновника. Какое же все-таки странное, нелепое создание.

-Эм... здравствуйте? – говорит оно чересчур громко. Ох. Ну почему оно делает все настолько неправильно? Почему оно такое бестолковое, несуразное? Наверное, чтобы перенять человеческое поведение нужно куда больше времени и сил, чем для того, чтобы создать нашу примерную копию. В груди даже вспыхивает мгновенное желание – перебить, сделать все правильно, но быстро потухает. Это не мое дело. Меня здесь, считайте, и нет. Я смотрю в пол, потому что не хочу, чтобы новые воспоминания об этом месте перекрыли собой старые. Не хочу, чтобы реальность просачивалась в мою жизнь там, где я был так долго в безопасности от нее. – Я дико извиняюсь. Наверное, тут должна была быть какая-то запись.... Но я не знаю, как работает ваше заведение. Видите ли, я не местный.

И мне снова хочется хохотать. Так сильно, что все тело дергается, пытаясь сдержать этот поток. Как можно не заметить эту маленькую деталь?! Как кто-то может не заметить, что перед ним стоит не человек из Города? Здесь, в пустоте и тишине, когда не на что больше отвлечься?

А дальше ломается еще что-то. Я слышу шум отодвигаемого стула, и мне приходится поднять голову, чтобы убедиться, что это действительно происходит. Чиновник поднимается на ноги.

Никогда я не думал, что они способны оторваться от своих стульев, отойти от стола. Моя жизнь рушится с каждой минутой.

-Что... с вами такое?! – спрашивает чиновник. И это так странно. Они ведь никогда не задают вопросов. Ведь чиновники – это манипуляторы Города. Они знают все, знают лучше нас. Им нет нужды спрашивать – они отвечают, они указывают. Но не спрашивают. Что вообще происходит?

-Я же говорю – я не местный! – Существо прикладывает руки к груди. – У меня нет костюма. Поэтому я и хочу поскорее... кхгм. Поскорее покинуть ваш город. Очевидно, мне здесь не место.

Чиновник отступает от стола на шаг назад. И тут я слышу чей-то третий голос.

-Оно не из Города. Оно пришло снаружи.

О нет. Это был мой голос. Я сказал это.

Мне кажется, что чиновник поворачивает голову в мою сторону. Трудно сказать из-за ослепляющего света. Да это и неважно. Я прячу взгляд в трещинах на полу. Я сказал достаточно. Я больше не пророню ни слова!

-Ну да. Я не из города – я же и так вам сказал, - говорит существо как будто немного раздраженно. – Так вот, я попал сюда по чистой случайности. Мне срочно нужно домой. Вы должны мне помочь.

-Мы ничего вам не должны, - отвечает чиновник, и я с огромным запозданием понимаю, что это правда. Ведь существо не в системе. Оно не может приносить пользу, оно ничего не должно Городу и, выходит, Город ничего не должен ему. Истины, которые вбиваются в голову еще до распределения. Как я мог не сообразить этого?

-Но... - существо роняет руки. – Но вы должны хотя бы сказать, к кому я могу обратиться. Хотя бы какие-то рекомендации!

-Мы ничего вам не должны, - повторяет чиновник. Я слышу скрип стула и понимаю, что он садится обратно за стол. Я чувствую, что мир снова обретает равновесие. – Идите туда, где вам должны.

Существо делает шаг вперед. У меня в груди все застывает от страха.

-Вы не можете просто отмахнуться от меня! Да как это вообще называется?!

-Уходите, - говорит чиновник. И я хватаю существо за его руку, покрытую бледной кожей. Хватаю и вытягиваю вон из Кабинета. Я не думаю. Я просто делаю. Впервые за долгое время мы с моим телом заодно.

Мы снова оказываемся в коридоре. Я отпускаю существо и с ужасом смотрю на свои руки, которые сотворили подобное. Как они могли?! Это просто какое-то сумасшествие!

Высокие двери тихо схлопываются перед нами. Существо как будто порывается снова проникнуть внутрь, а я уже не чувствую в себе сил ему помешать. Но мне везет. Везет всему моему миру - оно останавливается перед дверьми, но не открывает их. Просто стоит, опустив голову. Что же это значит? Я злобно думаю, что так нужно было вести себя в Кабинете, а не за его пределами. Молча, спокойно, смиренно.

Существо отворачивается от дверей. Его взгляд какое-то время бегает по стенам, прежде чем остановиться на мне. Оно слегка поднимает плечи.

-Что ж, - произносит оно, и голос звучит не так до противного звонко, как раньше. - Чего-то такого я и ожидал. Пусть и не так открыто и нагло. - Я не понимаю, что оно имеет в виду. О какой наглости оно говорит, как можно говорить так про чиновника. Но я молчу. Я жду своего приговора. Оно растягивает голосовую щель, но кривовато, сильнее в одну сторону. - Хорошо, что у меня здесь есть коренной житель. - Существо протягивает вперед руку, но я автоматически отшатываюсь, и оно не пытается меня достать. - Хорошо, план А, очевидно, провалился. Теперь самое время составить план Б, верно?

Я хочу покачать головой. Сказать твердо "нет". Но ведь на самом деле моего мнения не спрашивают. Я привязан к этому существу, как бы мерзко это не звучало. Я не могу просто помахать рукой и вернуться на станцию. Не сейчас, не тогда, когда оно еще даже не думает меня отпустить.

Но пусть даже не смотрит на меня, пусть не ждет больше никакой помощи и подсказок. С этого момента я стану обузой. Тем, что проще выкинуть, чем тащить с собой. Бесполезной вещью.

В любом случае, я не смогу больше ничего придумать. Я знаю, что когда тебе требуется что-то, что обычно Город не поставляет - ты можешь обратиться к чиновнику и посмотреть, сочтут ли твое прошение достойным ответа. И если нет.... На этом этапе, как правило, приходится отказываться от своих запросов. Очевидно, они слишком велики.

И сейчас... что я могу сказать? Я могу предложить существу вернуться туда, откуда оно пришло, тем же путем. Но я подозреваю, что оно не послушается.

-Ну так что скажешь, Ронни? Ты моя единственная надежда.

Я мотаю головой. Мне не нужно такое. Мне нужно, чтобы меня просто оставили в покое.

-Видно, на помощь свыше можно не рассчитывать. - Смешок. - Значит, придется помогать себе самому.

Оно замолкает, задумывается. Бродит взглядом по стенам, полу, по мне. Последнее мне нравится меньше всего. Я отхожу еще на пару шагов и поворачиваюсь боком.

-Хорошо. - Существо зачем-то ударяет друг о друга свои ладони. От резкого звука я испуганно подскакиваю на месте. - Ладно. Выходит, придется превратиться в путешественника. Если не выйдет автостопом, тогда хотя бы пешком, с привалами у костра, песнями под гитару и комарами. Всегда мечтал, всегда мечтал. - Оно снова на минуту замолкает. Держит ладони сцепленными и смотрит прямо перед собой. Потом выдает очередной смешок. - Ну ладно. Выходит так. Мне понадобится еда. Тут я, надеюсь, могу рассчитывать на тебя? - Я неопределенно веду головой. Если это все, если от него можно будет избавиться так просто.... Телу придется умерить свои аппетиты до следующей выдачи. Но это не так страшно. Это не самое ужасное, что могло бы произойти. - Ну и, конечно, мне нужна карта. Куда без карты, ведь я даже не знаю, где нахожусь. Где здесь у вас можно раздобыть карту, Ронни?

Вот оно. Самое ужасное.

Я отступаю назад, качаю головой. Мне кажется, я даже издаю какие-то звуки, но это не точно. Я едва могу воспринимать реальность сейчас. Я в полнейшем ужасе.

Оно влезло на станцию - часть Города. Туда, куда ему вход был воспрещен. Я все еще не смирился с этим, но я могу смириться со временем. Оно проникло в мое убежище и разрушило его. Теперь я больше никогда не смогу чувствовать это место своим, больше не смогу спокойно сбежать в нем от реальности, уж слишком оно теперь с ней связано. А сейчас оно хочет, чтобы я привел его в последнее место, в котором я чувствую себя в безопасности от вездесущих щупалец жизни? Оно хочет разрушить мое последнее пристанище? Я обещал себе, что ни за что не поведу его туда. Я сказал это еще при входе в Город. Как нелепо! Жизнь просто насмехается надо мной!

Я разворачиваюсь и иду по коридору к выходу. Я не знаю, что я буду делать. Я не могу сбежать, ведь я все еще привязан. Я хочу только оттянуть неизбежное. Я повторяю про себя, что этого не случится, что я не обязан делать это. Это бессмысленно, бесполезно, это ужасно. Я не могу. Я не должен.

Конечно, существо догоняет меня, вцепляется в плечо. Чего еще от него можно было бы ожидать? Оно трясет меня и что-то спрашивает. А мне хочется выть, хотя здесь нельзя. Мне хочется сесть на пол, свернуться в комочек и остаться в такой позе навсегда. Пусть попробует вытрясти свой долг из безвольного комка. Пусть попытается!

Я качаю головой в ответ на все вопросы. Я не слушаю - какая мне, в конце концов, разница? Я знаю, что я уже проиграл. Я знаю, что мне придется сделать это. Я ненавижу свою слабость. Я ненавижу трусливые мысли, которые лезут в мою голову - может быть, все будет не так ужасно, может, это место выстоит, может, мне удастся вытравить это воспоминание из памяти?

Нет. Не может. Я знаю, что это конец, и ничего не убедит меня в обратном. Никакие компромиссы невозможны. Я собираюсь собственными руками уничтожить последнее убежище, и от такого не отмоешься. Оно будет для меня потеряно навсегда. Я больше никогда не смогу им насладиться. Видимо, я заслужил это - возникает вторая, злая, ядовитая мысль. И я хватаюсь за нее. Я заслужил, я сам виноват. Я не знаю, в чем. Но если бы я был невиновен, этого бы не произошло.

Я ненавижу эту жизнь. Ненавижу себя. Ненавижу существо, которое опять пытается заглянуть в мои окуляры. Разве оно до сих пор не поняло? Внутри ничего нет.

Я жду, пока оно откроет тяжеленые входные двери. Выхожу на улицу и смотрю на реку людей. Их всех я тоже ненавижу. Почему я, а не они? За что это мне?!

Теперь мой путь мне знаком. Я могу положиться в этом на свою идеальную команду - моего зануду и мое тело. Они отлично справятся. Поэтому я без раздумий ныряю в человеческий поток.

Злость прошла, тихонько испарилась. Я не могу долго поддерживать ее - для злости нужны силы, а их у меня нет. После злости остается только усталость и тупое смирение. Я даю своему телу разбираться, принимать на себя всю тяжесть жизни, а сам обычно пытаюсь сбежать, отбросить реальность подальше. Но сейчас не выходит. Сейчас жизнь вцепляется в меня своими острыми когтями, скалится, не отпускает. Мне приходится находиться здесь и сейчас, вместе с моим телом двигаться через толпу, терпеть руку существа на моем локте. Как же я устал...

Мы выбираемся с маленькой улицы, приютившей Кабинет Прошений и чиновника в нем. И дальше по течению реки. Здесь мне не нужны указатели. Это дорогу я помню не хуже, чем дорогу к Центру Выдачи. Эта дорога въелась в память, стала частью меня.

Не могу поверить, что сейчас я веду по ней отросток Природы.

Наверное, я все-таки ненадолго сбегаю, потому что не замечаю, как мы приближаемся к месту назначения. И вот мы уже здесь.

Мое убежище находится на ответвлении от главной улицы, довольно близко от стены, но с противоположной стороны от выхода на станцию. Мне нравится это место именно потому, что оно такое уединенное. Оно не делает таких откровенных попыток спрятаться от человеческого внимания, как Кабинет Прошений, но ему это и не требуется. Расположение, а еще тип услуг, которые оно предоставляет, вполне способны отпугнуть любого посетителя. Я с трудом могу вспомнить, как сам нашел это место. Кажется, в тот день я заблудился - для человека, который бывает в Городе так редко, как я, в этом нет ничего удивительного. В тот день мне нужно было попасть не в свою обычную точку на маршруте, а значит – пришлось искать указатели. А значит – неминуемо потеряться. Тогда я попытался сократить время на дорогу, проходя через улицы с меньшим потоком людей, еще не догадываясь, какая это дурная идея. В итоге, я не добрался до места назначения. Но я не жалел об этом, и не жалею до сих пор. Ведь я нашел ее.

-Библиотека? - Я слышу голос существа позади. К сожалению, эта улица слишком тихая, чтобы заглушить его речь. - Отлично! Ты просто гений, Ронни!

Оно хлопает меня по плечу и спине. Я слишком устал, чтобы возмущаться.

Я не могу войти в здание первым. У меня такое чувство, как будто я предаю это место, отдаю его врагу. Вероятно, именно это я и делаю. Поэтому я просто стою и бессильно наблюдаю, как существо входит внутрь, открывая легкие двери, которые рады любым редким посетителям. Я смотрю, как оно исчезает за ними, и ощущаю ужасную боль в груди, загнанность, безысходность. Я задерживаю это чувство на секунду. Оно больше не будет таким ярким, как сейчас, поэтому важно пережить его в первые минуты. Затем ниточка, которая связывает меня с существом, натягивается, начиная настойчиво тащить меня вперед. Я шагаю внутрь.

В Библиотеке, как всегда, пусто. Это не значит, что там нет столов и стульев, дверей, шкафов, ламп и прочей мелкой мебели. Когда я говорю "пусто", я всегда имею в виду - здесь нет людей. Я очень люблю пустоту.

Я медленно двигаю головой по сторонам. Здесь все, как я помню. Длинные голые столы с задвинутыми стульями, лабиринты из шкафов, мигающие лампочки на потолке. И тишина. Я никогда не задумывался об этом, но здесь тишина даже глубже, чем в Кабинете Прошений. Может быть потому, что эта улица более отдаленная от центра, и снаружи почти не доносятся голоса толпы. А может дело в шкафах. Иногда мне кажется, что они поглощают любой звук, впитывают в себя, как губка. Защищают это место от постороннего вмешательства. Библиотека - еще одно место, где времени не существует. Оно застыло в одном моменте, и с такими грозными стражами, которые выше человека в два раза, вряд ли его когда-нибудь получиться сдвинуть с места. Еще одна причина, почему это место было моим убежищем.

Я вижу, как существо оглядывается по сторонам, проходит между шкафов, вертит головой. Как будто ищет чего-то. Потом оно разворачивается ко мне.

-Видно, библиотека - не самое популярное место у вас. Или мы просто слишком рано?

Я ничего не отвечаю. Как всегда, существо говорит громко и нагло, совершенно не уважая тишину этого места. И я в очередной раз убеждаюсь, что тянуть время бессмысленно. Будет только хуже, больнее. Нужно избавиться от него как можно скорее. Приложить столько сил, сколько у меня найдется. Поэтому пора отправиться на поиски библиотекаря.

Это довольно непростая задача. Он редко появляется в зале. Скорее всего потому, что в нем редко появляются и люди, которым могла бы понадобиться его помощь. Когда я забрел сюда впервые, мне повезло - он вышел из своей каморки совершенно случайно, кажется, чтобы захватить тряпку. Оглядываясь назад, я понимаю, что если бы не эта случайность, я вряд ли открыл бы для себя это убежище. Как будто сама жизнь сжалилась надо мной и решила преподнести небольшой подарок. Но теперь я понимаю ее жестокий замысел. Она сделала этот подарок, чтобы иметь возможность его отобрать.

Со временем, когда я стал приходить все чаще, в одни и те же дни, библиотекарь привык ко мне. Он утверждал, что выходит из своей каморки не задумываясь - просто прогуляться. Ноги сами выносят его, и всегда в нужный момент, чтобы встретить своего единственного постоянного читателя. Хотя, с тех пор, как я освоился здесь, мне и не требовалась его помощь. Но в первые разы, когда он еще не мог поверить, что кому-то будет интересно забрести в это место больше одного раза и даже не по чистой случайности и незнанию навигации, мне приходилось его искать. Огромные шкафы смотрели на меня молчаливо и сурово, я не знал, как найти с ними общий язык, как подобрать к ним ключ. Но в груди что-то мучительно сдавливало и требовало. Поэтому я не уходил, не бросал эту затею как любую другую. Поэтому мне приходилось обыскивать почти все здание, чтобы найти его.

Даже сейчас я не могу примерно представить, куда его шальные ноги занесут его сегодня. Он мог бы бродить на каком-нибудь складе, мог сидеть в своей комнате и смотреть в стену, тихонько бормоча что-то, мог вообще покинуть Библиотеку через заднюю дверь и гулять по улице, на которой ламп было больше, чем случайных нервных прохожих.

Я начинаю свой обход, заглядывая за каждый книжный шкаф. Конечно, маловероятно, что он найдется в зале, но нужно исключить такую возможность. Я рад, что не могу заблудиться здесь. Каждый шкаф знаком мне лучше, чем укромные уголки станции.

В какой-то момент я замечаю, что существо следует за мной. Это раздражает. Оно не проявляло такой прилипчивости раньше. Я отворачиваю голову в сторону и стараюсь не натыкаться на него взглядом. Если я не вижу его, можно представить, что его здесь нет. Но вдруг меня оглушает какой-то резкий звук.

Я подскакиваю на месте и оборачиваюсь. Существо стоит в паре шагов от меня и колотит кулаком в металлический стол.

Дыхание перехватывает на пару секунд, и я чувствую, как напрягаются спина, плечи, руки. Ох, если бы у меня был лом! Хотя в этот момент мне кажется, что и лом не нужен. Нужно просто шагнуть вперед, поднять руку и...

Мое тело рвется вперед, а потом застывает в нерешительности. За ней резко накатывает страх. Существо оборачивается – оно заметило мое движение. Я сжимаюсь под второй кожей, хочу отскочить назад, ведь оно поднимает другую руку. Но оно только прижимает палец к своей голосовой щели.

-Ой, простите. Тишина в библиотеке. Я понял.

А потом растягивает ее в стороны. Я отворачиваюсь и быстро отхожу.

Я прочесываю весь зал, затем задние помещения. В хранилище темно и тихо. Оттуда не хочется выходить. Но существо появляется на пороге и смотрит. В конце концов, мне приходится.

Я не нахожу библиотекаря даже в спальне. Останавливаюсь перед выходом на заднюю улицу и глубоко вздыхаю. Ловить его снаружи – это последнее, чем я хотел бы сейчас заниматься. Но, похоже, у меня нет другого выбора. Я берусь за ручку двери, и тут меня трогает существо.

Ох. Как же я устал сбрасывать его руки.

-Подожди, ты куда? Не могли же все уйти и оставить библиотеку без присмотра.

Все – это один. И он мог. Но я не собираюсь объяснять это. Я просто скидываю его руку с плеча и снова хватаюсь за ручку.

-Мы ведь посмотрели не везде.

Вот сейчас я начинаю злиться. Что значит – не везде? Я прошел через всю Библиотеку, проверил каждый угол. Его определенно нет здесь. Может быть, это существо перестанет лезть туда, где ничего не понимает?!

-Мне кажется, я видел.... Погоди. А, вот оно. Это же люк?

Я не знаю. Я устало смотрю в том направлении, куда оно тыкает своим пальцем. На полу я вижу квадрат, который слегка отличается по цвету. С одной стороны в нем есть углубление для ручки. Я никогда не обращал внимания на это. В общем-то, я не так часто бывал в задних комнатах этого места. В основном, я не уходил дальше зала, даже если библиотекаря не было видно целый день.

-Это ведь люк, - упрямо повторяет существо, но не получает от меня реакции. Тогда оно приседает рядом с нишей, хватается за нее рукой и резко дергает вверх. Ничего не происходит. Затем снова. И еще раз.

Я уже начинаю медленно надавливать на ручку двери. Если я выскользну на улицу, пока оно не смотрит, мне не придется выслушивать его возражения. Не знаю, чего я хочу добиться. Я просто зол. И я устал.

Я как раз думаю об этом, когда пол вдруг разламывается на части, и существо поднимает кусок двумя руками.

Я застываю на месте, тупо разглядывая дыру в полу. Я никогда не видел такие. Никогда бы не подумал, что такие вещи возможны. Никогда не стал бы искать двери под ногами. Кому это вообще могло прийти в голову? Закопаться поближе в земле? Там хотя бы есть бетон?!

-Ну вот. Я же говорил, - произносит существо торжествующе, но дышит оно тяжело. Оно машет рукой в сторону темного провала, а я яростно мотаю головой. Нет, на самом деле, не яростно. Я в панике. Лезть туда?! Да ни за что! Если оно попытается впихнуть меня, я... да я...!

Оно машет рукой уже в мою сторону, отворачивается и исчезает в дыре.

Я стою в тишине, неподвижно. На несколько секунд я позволяю себе вообразить, будто избавился от него. Будто темный проем - это дверь в его мир. Оно вернулось домой, и больше меня не побеспокоит. Конечно же, это неправда.

Мне требуется некоторое время, чтобы убедить себя отпустить ручку двери. Каждый шаг по направлению к дыре (люк - так оно его назвало?) я делаю с внушительными остановками. Последний шаг самый сложный, но вот я уже стою на краю, вглядываясь в темноту. Я ничего не вижу. Может быть, там и нет ничего? Может, это действительно дверь наружу?

Неужели я один?

Я стою в растерянности. И что дальше? Я... это все? Все закончилось? Я... могу идти обратно?

В груди что-то слегка сжимается. Какое-то странное чувство, я не знаю.... Как будто раздражение. И все? Вот так?! Вот так бросить меня, не сказав ни слова?

Почему я злюсь? Ведь я должен радоваться. Я не знаю, что думать об этом. Время возвращаться на станцию, но я стою над дырой, как идиот. Стою и будто жду чего-то.

И... я дожидаюсь.

Я слышу какой-то громкий стук и невнятную речь. Не настолько невнятную, чтобы не понять, что это ругань. Значит, снизу все-таки есть что-то? А потом я слышу голос библиотекаря.

-Что б тебя! Ты вообще смотришь, куда прешь?!

-Кто ж виноват, что у вас лампочки повыкручивали?! У меня нет ночного видения, уж извините!

Я присаживаюсь рядом с дырой, вцепляюсь пальцами в край и вытягиваю шею. Внизу непривычная, густая темнота. Я даже немного завидую - такой темноты я не смог бы добиться в своем убежище никакими ухищрениями. Но что это за место? Если библиотекарь внутри, то вряд ли это действительно вход наружу. Вернее, выход. Значит, это часть здания? Но почему под землей?!

-А кто вообще разрешал совать сюда свой любопытный нос! Вон наверху куча мест, где можно пошариться, и везде лампочки рабочие!

Да, это точно библиотекарь. Он всегда разговаривает так вычурно. Вот что такое нос, к примеру? Да чтоб я знал.

-CN? – кричу я в дыру. На секунду шум там прекращается, а потом я слышу шарканье и приближающиеся шаги. Я отскакиваю в сторону и наблюдаю, как постепенно из темноты появляется макушка, потом вся голова, и даже шея с плечами. На груди я могу рассмотреть серию и номер, но я и без того узнаю его по ширине и грубым линиям. Это библиотекарь.

-А, это ты, - говорит он, находя меня взглядом. Не уверен, что он помнит, как меня зовут. Да и зачем ему. Для меня он библиотекарь, а я для него – читатель. Оба в единственном экземпляре.

Недовольно кряхтя, он выбирается из дыры полностью. Я могу убедиться, что все его конечности на месте, несмотря на такую глупую и опасную близость к земле. Должно быть, там внизу все-таки есть бетон.

Потом из провала начинает появляться и существо. Вот его бы я хотел оставить внизу. Я позволяю себе на секунду представить, как я закрываю эту дыру крышкой, а сверху ставлю что-нибудь тяжелое. Как слышу снизу крики, бесполезные удары в пол, ругань. Это приятная картина, но я не могу задержаться в ней надолго. К сожалению, реальность все еще тут.

Библиотекарь переводит взгляд с меня на существо, и я вижу, как он невольно отступает назад.

-О, - говорит он. Смотрит на меня, потом опять на него. И снова: - О. – А затем делает что-то совершенно непонятное. Вместо того, чтобы отходить дальше, он делает несколько шагов вперед. – Это откуда ты такой взялся?

-Я одет не по моде, да? – говорит существо, оттягивая кожу на груди. Меня передергивает от этого зрелища. – Есть такое. Я не местный, понимаете? Из другого города.

-М-м. – Библиотекарь, кажется, осматривает существо с ног до головы. А мне хочется смеяться. Я тоже осматривал его, это правда, это мое проклятое любопытство! Но перед этим я хотя бы попытался прибить его ломом! У меня всегда были подозрения, что библиотекарь – сумасшедший. – Из другого Города? – переспрашивает он.

-Оно пришло снаружи. – Я повторяю то же самое, что сказал чиновнику. Существо поворачивается ко мне.

-Спасибо, Капитан Очевидность.

Я делаю шаг назад.

-Другой город снаружи, - говорит библиотекарь задумчиво. Это так странно. Он произносит слово «город» как будто с маленькой буквы, как будто называет какое-то распространенное явление. Просто город. Один из многих.

-Да. Ньюпалас. Слышали про такой? – Существо вытягивает вперед шею, с надеждой ждет ответа. Но библиотекарь качает головой. Существо разочарованно вздыхает. – Ну ладно. Я думаю, я смогу найти его на карте. За этим и пришел. Вернее, Ронни привел меня. Мне нужна карта.

Я отхожу в самый угол. Меня здесь нет. Я не приводил его сюда. Это все ошибка. Я могу просто отвернуться и представить, что это кто-то другой?

Библиотекарь, наконец, удовлетворяет свое любопытство. По крайней мере, на время. Он поднимает голову, и смотрит прямо на переднюю часть головы существа.

-Какая карта тебе нужна? - спрашивает он.

Существо разводит руками.

-Карта. Просто карта местности, понимаете? Я в них не разбираюсь.

Библиотекарь задумчиво мычит. Затем делает подзывающий жест и проходит внутрь Библиотеки. Существо следует за ним. Я хочу остаться в этой комнате. Здесь тихо, пусто, уютно. Здесь никто не обвиняет меня ни в каких преступлениях. Мне кажется, что сейчас это лучшее место во всем Городе.

К сожалению, я не могу. Я знаю, что меня все равно найдут здесь, вытянут из моего убежища на свет. И это будет куда болезненнее, чем если я сделаю это сам. Поэтому ниточка тянет меня вслед за ними, к шкафам, столам и лампам.

Библиотекарь достает небольшой, сложенный в несколько раз, кусок бумаги, разворачивает его, любовно разравнивает загнувшиеся края, и кладет лист на ближайший стол. Я останавливаюсь на некотором расстоянии. Я и без того знаю, что изображено на этом листе. Мне ни к чему сильно приближаться.

Зато существо подходит. Оно упирается руками в стол, наклоняется и осматривает лист от уголка до уголка. Молчит. Потом поднимает голову к библиотекарю, который все еще стоит рядом.

-Что это? - спрашивает существо. Как будто и без того непонятно. Как будто оно само не требовало показать ему эту бумагу!

-Это карта, - отвечает библиотекарь. Ну конечно, это карта. Что еще это может быть? Я снова начинаю злиться.

-Я понял, но... что это? Погодите. - Существо упирает пальцем в один из краев карты. Затем пару сантиметров ведет им в сторону центра и останавливает. - Это же станция и тоннель? Это... это что, карта города?

Часто, когда мне кажется, что я не могу разозлиться еще больше - я ошибаюсь. Я всегда могу разозлиться больше. Возможно, у меня не очень хорошо выходит поддерживать злость, как горящий огонь. Но в одно мгновение я могу полыхать, как пламя в заводских печах.

Но к чему это я? К тому, что - "карта Города"?! Да, это она! Это карта Города! Ведь оно само только что просило ее! И что оно ожидало увидеть? Карту Природы?!

Мне хочется смеяться и кричать одновременно. Мне кажется, что это безумие никогда не закончится. Мы будем ходить с места на место, и существо будет требовать что-то, а когда получит это, будет говорить, что это не то, что ему нужно. И так раз за разом, круг за кругом. И я не смогу даже сбежать. Оно ведь знает, где искать меня!

-Это карта Города, - все так же спокойно отвечает библиотекарь. Я просто поражаюсь его выдержке. Но тут же нахожу объяснение - ничего не связывает его с этим чудовищем. Пока что его ведет любопытство, но как только ему наскучит эта игра, библиотекарь может просто оставить все и уйти. Он не привязан так, как я. С чего бы ему злиться на это глупое создание?

-Но нет же, мне не нужна карта города! - говорит существо. Да-да. Именно то, чего я ожидал. А что же тебе тогда нужно, убогое?! - Мне нужно... - Оно машет руками в воздухе, и я начинаю опасаться за библиотекаря, который почему-то не спешит отходить в сторону. - Мне нужна дорожная карта. Карта страны, в крайнем случае.

-Чего?!

Ох, нет. Я знаю. Я сказал это вслух.

Существо оборачивается ко мне.

-Карта страны. Вы чего, ребят?

Я подхожу к ближайшему стулу и устало опускаюсь на него. Я понимаю, что тело хочет есть и спать. Никогда еще у меня не было такого тяжелого дня.

-Я ведь в Королевстве? - спрашивает существо, поворачивая свою голову от меня к библиотекарю и обратно. Но мы оба молчим. - У вас есть какая-то другая карта? Побольше. Что-нибудь, кроме города.

-Есть только Город, - внушительно отвечает библиотекарь. Я бы не сказал лучше.

Существо молча смотрит на него. Кажется, как будто оно утратило последние капли энергии.

-И как же.... Как называется ваш город?

-Город - это Город, - говорит библиотекарь и начинает складывать карту.

Существо тоже присаживается на стул. Теперь оно не смотрит ни на кого из нас. Его взгляд устремлен куда-то в пол.

-Боже мой... - бормочет оно почти неслышно. - Где я?

Я снимаю со спины рюкзак и уныло перебираю пакеты внутри. Наверное, я пропустил время еды. Я не знаю. В Библиотеке никогда не было часов, по массивным стрелкам которых я мог бы ориентироваться. Не было даже такого странного ориентира, как свет с балкона моей станции. Само собой, в Библиотеке не было окон. Так что обычно, в те дни, когда я приходил сюда, я игнорировал жалобы своего тела и принимал еду только вечером, в своем уютном темном мирке на станции.

Мирке, которого больше нет...

Библиотекарь возвращается от книжного шкафа уже с пустыми руками. Он становится перед существом и снова осматривает его с головы до ног. Ох. И откуда только в нем берется столько любопытства? Мне, в свое время, хватило всего одного хорошего взгляда.

-Расскажи о себе, - внезапно говорит библиотекарь. Я вздрагиваю от этой фразы не меньше, чем существо. Наверное, даже больше. Зачем?! - Как оно там, откуда ты пришел. В Ньюпаласе. Там все выглядят так, как ты?

Я... не знаю, что и думать. Мне бы никогда не пришло в голову расспрашивать отросток Природы о том, как все устроено в его мире. Все, что меня интересует - это чтобы их мир держался подальше от нашего. Это все, что волнует любого горожанина. И уже это единственное условие Природа перестала соблюдать.

-Что? - спрашивает существо, и это первый раз, когда я согласен с ним. – Эм.... Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду... - Оно проводит руками по передней стороне своей головы, как будто смахивает оттуда что-то, а затем выпрямляется. Я замечаю, что его голос, до того почти переставший раздражать, снова поднимается к неестественной громкости. - Что ж, это с какой стороны посмотреть. Если бы я сказал "да, там все похожи на меня" - меня бы просто съели с потрохами! Представьте себе, какой-нибудь модник ходит в парикмахерскую и сидит там по три часа, чтобы ему красиво завили волосы в носу, выкладывает кучу денег за оригинальные вещи от именитого психа с ножницами, а я такой купил себе шорты на рынке за пять фунтов, и говорю - да мы одинаковые. Мне кажется, меня бы привлекли за оскорбление личного достоинства! - Существо заливается чересчур громким смехом. Мне кажется, что корешки книг на полках вокруг возмущенно поскрипывают. - Но, если посмотреть с вашей точки зрения - пожалуй, да. Они все там такие, как я. Никто там не носит защитный костюм, и у нас нет вот этого. - Существо тыкает пальцем в левую сторону груди, и я понимаю, что оно имеет в виду серию и номер.

-Тогда как же вас отличать?! - спрашиваю я раздраженно. Как обычно, не сразу понимаю, что произнес это вслух. Должен признать, я очень плохо контролирую свою речь.

Существо поворачивается ко мне.

-У меня есть лицо вообще-то! - Оно указывает пальцами на переднюю часть головы. - И другого такого лица вы не найдете во всем Ньюпаласе!

Я громко фыркаю.

-Нет, вы посмотрите на него! - кричит существо. - То из него слово не вытянешь, то он весь сочится сарказмом!

-Значит, у вас нет серии и номера, - встревает библиотекарь. Существо оставляет меня в покое и снова оборачивается к нему.

-Почему нет? У меня много номеров. Налоговый, сотовый, паспортный. Но вообще-то, у меня, для начала, есть имя. Меня зовут Барт, кстати. А как ва... ш номер?

-Можешь звать меня CN, - отвечает библиотекарь равнодушно. - Барт. Это вроде серии. Без номера.

-У меня есть фамилия еще, - бормочет существо недовольно.

-Хм, хм.

Я вижу, что библиотекарь хочет спросить об этом. Но, похоже, в нем бурлит чересчур много вопросов, и каждый норовит вырваться первым.

-И, значит, у вас всех нет кожи и легких. - Библиотекарь прокашливается. - Я, конечно, имею в виду вторую кожу и внешние легкие. - Говоря это, он оттягивает кожу на руке и касается капсулы, будто беседует с несмышленым ребенком, не понимающим значения элементарных слов. Но подумав об этом чуть больше пары секунд, я понимаю, что библиотекарь, должно быть, прав. Очевидно, что это существо не знает ничего о нашем мире. Оно здесь чужое.

-Об этом я и говорю! - восклицает существо. - Вы называете это кожей? Серьезно?! Это что, значит... вы никогда не снимаете это все?

У меня перехватывает дыхание, и я чуть не падаю со своего стула. Снять кожу?! И легкие?! Да оно в своем уме?!

-Восхитительно! - говорит библиотекарь. Он поворачивается ко мне. - Представляешь, целый город таких, как он.

-Чудовищ, - выдыхаю я. Существо резко подбирается.

-Э, нет! Тут ты не прав, - возражает библиотекарь, поднимая палец вверх. - Это все люди.

-Что?!

Тут я уже вскакиваю со своего стула. Это переходит всякие границы! Библиотекарь не понимает, что несет! Он не знает того, что знаю я. Если бы он знал...

-Это не человек! - кричу я, тыкая в существо пальцем. У меня пропадает всякое чувство опасности. Вернее, это чувство со мной, но опасность другая. Я чувствую, как весь мир рушится, и обломки валятся на меня, намереваясь погрести заживо. - Оно пришло снаружи. Я видел, как оно выбралось из речки! Дважды!

Я жду, когда библиотекарь пошатнется от ужаса, или застынет в немом шоке. Но получаю только "хм" и какие-то смазанные кивки.

-В общем, ничего удивительного, - говорит он и поворачивается к существу. - Ты умеешь плавать? Как рыбы?

-Э-э. - Вот кто действительно застыл в немом шоке. Существо растерянно переводит взгляд с библиотекаря на меня и, очевидно, не знает, что сказать в свою защиту.

-Видишь ли, тут все немного сложнее. - Библиотекарь снова обращается ко мне. Я уже с трудом воспринимаю его речь. - Нужно оставаться объективными. Ты видел, что он пришел с Природы. Это может навести на мысль, что это какое-то животное. Еще ты видел, что он плавает в речке. Можно подумать, что он рыба. Но ведь это не все, что мы имеем. Ты видишь, что строение его тела соответствует человеческому. Да, с некоторыми отличиями. Но эти отличия скорее позволяют говорить о вариации внутри вида. Потом, он владеет речью, очень схожей с нашей. Различия тоже можно объяснить другой средой обитания. Это куда более правдоподобно, чем предполагать, что какое-то животное способно было настолько приблизить свою речь к человеческой.

-Но... - слабо возражаю я. Сил у меня уже не осталось, и я падаю обратно на стул. – Но... кожа!

-Верно. Кожа и легкие. - Библиотекарь разворачивается и покидает зал. Мы с существом остаемся один на один. Оно сидит прямо напротив и не отрывает от меня взгляда. Никогда еще тишина и пустота Библиотеки не казалась мне такой тяжелой и раздражающей.

-Значит, не человек, - говорит существо. Я смотрю в сторону. Меня здесь нет.

Библиотекарь возвращается. Он несет в руках один лист бумаги. Оглянувшись сначала на меня, затем на существо, которое сидит в отдалении, он подходит к столу посередине и манит нас к себе. Я поднимаюсь очень неохотно. Как обычно, из чувства долга. Существо подходит куда быстрее. Библиотекарь раскладывает свой лист на столе, разглаживает его по всей длине, смахивает пылинки, как будто это какая-то очень важная бумажка. Я с сомнением заглядываю в нее. И мои сомнения не напрасны. То, что там изображено, заставляет меня отшатнуться назад.

-Ты никогда не интересовался книгами на эту тему, - говорит библиотекарь, обращаясь, очевидно, ко мне. - У всех свой вкус. Но вот я читал их много, и хотя там нет иллюстраций, я решил восстановить внешний облик людей по описанию. Я неважный художник. - Библиотекарь вздыхает. - Но, мне кажется, тут все вполне ясно.

С ним нельзя не согласиться. На рисунке все яснее ясного. На нем, пусть и криво, изображено существо вроде... существа. Я с трудом припоминаю, как оно себя называло. Что-то на б... Барт, кажется? Не так важно.

-Итак, в книгах написано, что эти люди не имеют второй кожи, а первая у них обычно достаточно светлая. Также у них нет и внешних легких, только внутренние. Это все потому, что эти люди не отделены от Природы. Они являются Ее частью. Они могут дышать воздухом, подобно животным, а еще впитывать солнечный свет, как растения. Все это так?

Мы с библиотекарем поворачиваемся к существу... которое Барт. Оно смотрит на нас в ответ.

-Э-э.... Ну, вроде того....

Библиотекарь удовлетворенно кивает. Я снова с отвращением гляжу на рисунок на листе.

-И в каких это книгах вы это вычитали? - спрашиваю я.

Библиотекарь разворачивается ко мне и несколько секунд молчит.

-В сказках.

-Ха!

Меня трясет от истерического хохота. В сказках! В самом деле! Это ли не замечательный источник знаний?!

И библиотекарь абсолютно прав - я никогда не интересовался такими книгами. Я читал совсем другие книги. Да, они были такими же нереалистичными, такими же фантастическими, как сказки. Но я и не воспринимал их всерьез. Они были сырьем для моих выдуманных миров. Их абсурдность, непохожесть на реальность только добавляла им цены. Но я никогда бы не подумал, что, например, киты - это настоящие существа. Что они в самом деле могут плыть по небу, изгибая свои величественные тела и помахивая хвостом, не замечая мелких людей внизу, в ужасе сжавшихся в металлическом нутре Города.... Я знаю, где проходит грань между реальностью и образами, сбежавшими из моих снов. Я никогда не стану утверждать, что это правда лишь потому, что кто-то записал это на страницах книг.

Но здесь что-то другое.

У меня заканчиваются силы. Я больше не могу смеяться. И я снова падаю на ближайший стул. Библиотекарь и существо, Барт, смотрят на меня. А мне бы только спрятаться, отдохнуть. Покончить со всем этим.

Потому что здесь другое. Я понимаю это. Я знаю, что киты нереальны, потому что их не видит никто, кроме меня. Но существо.... Библиотекарь видит его. Чиновник видел его. И люди на улицах - насколько для них вообще возможно замечать кого-то, кроме себя. Оно ходит и разговаривает, хватает меня, швыряет мой рюкзак! Оно принимает мою еду, включает свет в моем убежище. Оно доставляет слишком много неудобств, чтобы можно было просто отмахнуться от него. Оно - мусор, застрявший между шестеренок механизма, мешающий ему нормально функционировать. К сожалению, оно - это реальность.

Я закрываю окуляры руками. Это очень удобный способ мгновенно очутиться в другом месте. Пелена темноты послушно накрывает мое сознание. Жаль, что у меня нет дополнительной пары рук, тогда я мог бы закрыть и слуховые стороны головы тоже. Идеальное убежище, которое можно носить с собой.

-Я сделал это изображение из чистого любопытства, - слышу я голос библиотекаря как будто из другого мира. - Однако теперь у меня появилась возможность удостовериться в том, насколько оно правдиво.

-А в этих ваших книгах случайно не говорится, в каких частях света такие люди живут? Ну, знаете, идти по солнцу, или по мху? Нет? Хоть что-нибудь?

-Кхгм.

У меня устают руки. Приходится опустить их и снова погрузиться в реальность целиком. Привет. Скучала по мне? Я по тебе - нет.

Библиотекарь потирает трубку внешних легких. Это значит, что он задумался.

-Дай вспомнить.... Не то чтобы я читал много подобных книг. И когда читал, я больше обращал внимание на описание внешности, понимаешь?

-Ну хоть что-нибудь вы помните?

Библиотекарь мычит. Я потираю кожу над верхним окуляром. Первая кожа чешется...

-Ну да. Конечно, - задумчиво произносит библиотекарь. Я поднимаю голову и вижу, как существо подается вперед, будто старается поймать каждое слово. Мне неудержимо хочется зевать. - Конечно, я вспомнил. Там говорится, что раньше наш Город и наши люди были такими.

И тут меня пробирает кашель. Такого я ожидал услышать меньше всего. Не может быть! Да он просто с ума сошел! Не может быть, чтобы мы, даже когда-то давно...

-Нет! – выдавливаю я из себя, когда легкие позволяют мне набрать немного газа.

-Ну, это было очень и очень давно... - бормочет библиотекарь, снова разглаживая свой рисунок. – Много времени... и эволюция... она может сделать и не такие вещи.

-Вы вообще видели его?! – кричу я, тыкая пальцем в Барта. – Кожа, и вот это вот все! – Я обвожу рукой свою переднюю часть головы. Я не могу выразить все свои претензии точнее. Но библиотекарь понимает меня. Хотя его реакция совершенно не такая, какой я добивался.

-Да! Это! – восклицает библиотекарь, разворачиваясь к существу. Он подхватывает со стола свой лист и, сверяясь с ним, начинает свой жуткий рассказ. – Все это вместе – вся передняя часть – называется «лицо». А вот эти две штуки – «глаза». Да, все верно. Они у них вместо окуляров. С помощью «глаз» они могли видеть примерно так же, как мы.

-Эй, я что, в зоопарке?! – возмущается Барт, но его никто не слушает.

-Вот это – видишь? Вот эта щель, которая открывается, когда он говорит. Так вот она называется «рот». Она, видимо, нужна для того, чтобы говорить. А еще с ее помощью они принимали еду, когда еще не изобрели шприцы.

-У нас есть шприцы! Но для еды есть пищевод, вообще-то! Хотя такую гадость, которую вы называете едой...

-А вот этот отросток посередине называется «нос». – Библиотекарь довольно долго сверяется со своей бумажкой. Потом разочарованно вздыхает. – Честно сказать, я не знаю, для чего он нужен.

-Отлично, - говорит Барт весьма раздраженно. – Вы закончили? Было очень интересно, но повторять я не хочу.

-Ах, и вот это. – Библиотекарь откладывает бумажку и указывает на туловище существа. – Это, вроде как, вторая кожа. Но очень недоразвитая. Как видишь, она не покрывает все тело, и люди могли... ну, это не точно, но кажется, что они могли ее даже снимать...

-Да, - вздыхаю я устало, и библиотекарь резко разворачивается ко мне.

-Правда? Ты видел?!

-Та-ак, ребята, - встряет Барт, поднимая перед собой руки. – Пока вы не начали сдирать с меня одежду и препарировать, давайте вернемся к изначальному вопросу. Это все, конечно, невероятно увлекательно, но я вылез не из прошлого. Ньюпалас – это вполне себе современный город. Ну... достаточно современный – хах! И мне бы сориентироваться, в какую сторону держать путь, чтобы туда попасть. Я и без того потратил много времени. Боюсь, дома уже начали волноваться.

Я внимательно разглядываю существо. Потом оборачиваюсь к библиотекарю и тыкаю пальцами на верхнюю часть своей головы. Библиотекарь задумчиво мычит. Снова тянется к своему листу.

-О бо-оже! – воет Барт. – Это волосы, ясно? И они нужны мне, чтобы моя голова не мерзла. Очень необычно! А теперь можно немного внимания к моей проблеме, пожалуйста?!

Я безразлично пожимаю плечами и опускаю взгляд на стол. Через его поверхность идет большая кривая трещина. Я неторопливо провожу по ней пальцем.

-Хм-хм. И что ты от меня хочешь? – рассеянно спрашивает библиотекарь. Это хороший вопрос. На самом деле, я хочу задать тот же. Сейчас, когда я привел существо сперва к чиновнику, откуда нас вполне заслуженно прогнали, а потом и в Библиотеку, где ему не понравилась та карта, которую мы могли предложить.... Что же оно теперь хочет от меня?! Сколько это будет продолжаться? Такое чувство, что я буду таскаться за ним до бесконечности. Таскаться, пока у меня не закончатся запасы еды и газа. Пока я не превращусь в бесполезную кучку хлама. Как будто сейчас от меня много пользы...

Я опускаю голову на столешницу и смотрю в стену. Меня здесь нет.

-Я уже и сам не знаю... - слышу я голос Барта. На краешке мира, который я вижу через окуляры, появляется половина его тела. Оно усаживается на стул. Я не вижу, куда оно смотрит. Надеюсь только, что не на меня. Надеюсь, оно не вспоминает о моем существовании. Я слегка поворачиваю голову, чтобы в поле зрения больше не попадало ничего живого и движущегося.

-Может быть, ты хочешь найти информацию о своих сородичах? – предполагает библиотекарь. Я снова слышу в его речи отголоски живого интереса. Разумеется. Наверняка он готов пройтись по своим любимым книгам вместе с Бартом. Да, я могу это понять. В конце концов, любопытство всегда мучало и меня тоже. Это та причина, по которой я остался в Библиотеке. Та причина, по которой, при виде меня библиотекарь говорит «а, это ты», и удивляется моему присутствию не больше, чем пыли на столах. Но мое любопытство обычно тянет меня в совершенно другом направлении. Подальше от Природы. Подальше от того, что может внезапно оказаться правдой.

Я ловлю себя на том, что лениво прислушиваюсь к разговору. Такое со мной случается редко. Обычно чужая речь протекает мимо меня, совершенно не задевая. Но сейчас я жду, что ответит Барт. Конечно, это можно понять. Ведь от этого ответа зависит мое будущее. Пусть всего на несколько часов вперед, но все же. Это касается меня. Я редко когда могу услышать от других людей что-то, что касается меня.

Людей?!

-Да. Наверное, да. – Говорит Барт задумчиво. – У вас есть книги, про таких людей, как я? – Я не вижу библиотекаря, но могу представить себе, как он важно кивает. – Хорошо. Видимо, если я хочу что-то узнать, мне придется зарыться в них.

-У меня здесь очень много интересных книг! – заходится библиотекарь. Этот механизм завели, и теперь его не остановить. Он перемелет все на своем пути. – Разные авторы, разные точки зрения. Описания местами отличаются, но из них все равно можно выделить общие тенденции, нужно только знать, где и как искать! О, я все найду! Можно начать с совсем простых сказок, а потом перейти к объемным, с иносказаниями, где нужно будет вычленять истину по кусочкам. О да, это крупный проект! Нужно будет потратить много времени, но это ничего. Время у нас есть. Когда вы сможете приходить? Возможно, пару раз в неделю. Или больше. Библиотека всегда свободна и всегда в вашем распоряжении. Мы можем составить расписание, чтобы я знал, к какому времени нужно быть в зале, и готовил новые порции книг. Сейчас. Где-то должна быть бумажка...

-Нет, погодите! – Я слышу звук отодвигаемого стула. Значит, Барт снова поднялся на ноги. Я тихонько зеваю. Столешница кажется такой удобной.... – Погодите. У меня нет на это времени. Я, конечно, очень ценю вашу заинтересованность, но мне не нужно полномасштабное исследование. Мне нужны быстрые и практические ответы. И я не собираюсь никуда уходить, пока не получу их. – Убаюкивающий голос смолкает, и на какие-то мгновения меня выносит на поверхность реальности. Я чувствую, как болит вывернутая шея. – У вас здесь найдется, где переночевать?

-Вот это подход! – восхищенно выдыхает библиотекарь. Мне все равно. Лишь бы они продолжали говорить, не замечая меня. Я слегка меняю положение тела, и оно почти приглушает свое нытье. Вот так лучше. – Конечно! Разумеется! Я что-нибудь придумаю. Человек, задавшийся целью, может спать в любом месте!

Неправда. Для этого не нужна цель. Для этого достаточно простой усталости.

Я чувствую, что засыпаю.