Глава 12

*

Утреннее сообщение от Лии пришло в восемь утра: «Я пересмотрела материал. Нужно переснять две сцены».

Аллен прочитала его в полусне и перевернулась на другой бок. Через минуту пришло второе: «Не игнорируй». Ещё через минуту — третье: «Там реально плохо. Надо переделывать».

В девять Аллен выползла на кухню. Лия уже сидела за ноутбуком с таким выражением лица, какое бывает у человека, который несколько часов подряд смотрел на проблему и не находил решения. Джек лежал у её ног и, кажется, тоже выглядел озабоченным — то ли из солидарности, то ли потому что его ещё не покормили.

— Что именно плохо? — спросила Аллен, наливая кофе.

— Сцена в заброшенном помещении. Та, где мы спорили про паузу. Я вчера пересмотрела её свежим взглядом и поняла: освещение никуда не годится. На половине кадров твоё лицо в тени. Не в художественной тени, а в «мы забыли выставить свет» тени.

— И вторая?

— Переход между четвёртой и пятой сценами. Он рваный. По сценарию между ними должно пройти время, но визуально это не считывается. Надо либо переснимать переход, либо добавлять сцену-мостик. Я за пересъёмку.

Аллен села за стол, сделала глоток кофе и задумалась. Пересъёмки означали ещё один день работы. Ещё один день, когда они не продвигаются по книге. Ещё один день, когда дедлайн издательства приближается, а рукопись стоит на месте.

— Ладно, — сказала она. — Когда начинаем?

— Как только ты позавтракаешь. И да, надо снова выдворить Джека из гостиной.

Джек, услышав своё имя, насторожил уши и склонил голову набок. Он ещё не знал, что его ждёт изгнание.

К десяти гостиная снова превратилась в съёмочную площадку. На этот раз обошлось без поисков реквизита — всё нужное осталось с прошлых съёмок. Световые панели пришлось переставлять заново: Лия двигала их, сверяясь с экспонометром, пока Аллен стояла на своей метке и терпеливо ждала.

— Можешь пока попить кофе, — сказала Лия, не отрываясь от настройки.

— Я уже выпила три кружки. Если выпью четвёртую, ты будешь снимать не драму, а триллер про сердечный приступ.

— Тогда просто стой и не двигайся.

Пересъёмка первой сцены заняла почти два часа. Они сделали шесть дублей, прежде чем Лия осталась довольна. Проблема оказалась глубже, чем просто освещение: Аллен в прошлый раз слишком агрессивно играла начало сцены, и это ломало общий тон серии. Пришлось перестраиваться, пробовать разные интонации, спорить.

— Я не понимаю, что тебе не нравится, — Аллен в какой-то момент вышла из образа и села на диван. — Я играю так же, как в прошлый раз.

— В том и дело, — Лия присела рядом. — В прошлый раз это работало для той версии сценария. А теперь мы изменили финал блока, и начало должно быть мягче. Иначе твой персонаж выглядит истеричным.

— Он не истеричный. Он... эмоциональный.

— Он истеричный. В плохом смысле. Дай мне ещё один дубль, и я обещаю — тебе самой понравится.

Аллен вздохнула, встала и вернулась на метку. Седьмой дубль получился. Лия, глядя в монитор, наконец кивнула.

Вторую сцену переснимали быстрее — там требовалось только изменить финал, чтобы переход к следующей серии стал плавнее. Справились за три дубля. К часу дня Аллен已经完全 выдохлась: она сидела на диване, закрыв глаза, пока Лия сохраняла файлы.

— Почему мы вообще это делаем? — спросила Аллен, не открывая глаз.

— Потому что мы перфекционисты.

— Это звучит как приговор.

— Это и есть приговор. Но зато серия будет хорошей.

— Она и так была хорошей.

— Теперь она будет лучше.

Аллен приоткрыла один глаз и посмотрела на Лию. Та сидела за ноутбуком, переименовывая файлы, и на её лице было выражение спокойной удовлетворённости. Человек, который только что решил проблему и теперь может двигаться дальше.

— Ты получаешь удовольствие от этого, — сказала Аллен.

— От чего?

— От пересъёмок. От того, чтобы всё исправлять и доводить до идеала.

— Не удовольствие. Скорее... облегчение. Когда знаешь, что можешь сделать лучше — и делаешь.

Аллен задумалась. Она тоже это понимала. Именно поэтому они и задерживались с проектами, и переписывали сценарии, и спорили до хрипоты о паузе в три секунды. Потому что иначе было нельзя.

— Ладно, — сказала она, поднимаясь. — С пересъёмками закончили. Теперь монтаж?

— Теперь монтаж, — подтвердила Лия. — Но я предлагаю начать завтра. Сегодня ты и так уже на пределе.

— А как же дедлайн?

— Дедлайн подождёт до завтра. Сегодня — отдых.

Аллен не стала спорить. Она пошла на кухню, где Джек уже заждался прогулки, а Сэм сменил дислокацию с подоконника на холодильник и оттуда наблюдал за происходящим. Лия осталась в гостиной ещё на полчаса — раскладывала файлы по папкам, делала заметки для монтажа. Но в кои-то веки без спешки. Спокойно. С чувством, что самое сложное позади.

Пересъёмки закончились. Впереди был монтаж. А потом — публикация. И новые комментарии, новые споры, новые теории от зрителей.

Но это будет завтра.