30 глава «За дверью класа»

Джавон

Я сижу в кабинете французского и уже жалею, что вообще сюда пришёл. Не потому что урок сложный. Мне просто плевать на французский. Я знаю достаточно, чтобы не выглядеть полным идиотом, но чтобы реально сидеть и учить эти правила — нет, спасибо.

Я откидываюсь на спинку стула и смотрю куда-то вперёд, пока остальные заходят в класс. Группа сегодня объединённая. Наш класс и её. Её.

Я даже не должен был об этом думать. Но я замечаю её сразу. Даже раньше, чем успеваю этого не сделать.
Вивьен заходит в кабинет вместе с остальными учениками, держа сумку на плече. Она выглядит иначе.
Не так, как обычно.

Обычно она заходит так, будто весь мир должен подстроиться под неё. С гордостью, с этим своим выражением лица, будто она готова спорить с каждым человеком в комнате.

Сегодня нет.

Сегодня она выглядит так, будто у неё просто закончились силы. Я сижу чуть позади неё, поэтому вижу всё.
Как она медленно идёт к своей парте. Как аккуратно кладёт сумку. Как сначала стоит несколько секунд, будто ей нужно просто собраться с мыслями. Я хмурюсь.

Что с ней?

Она садится, убирает волосы за плечо и достаёт тетрадь. И только сейчас я замечаю то, чего раньше не видел. Она маленькая. Я всегда знал, что она невысокая, но сейчас это бросается в глаза ещё сильнее. Тонкие руки.
Хрупкая фигура. Она выглядит так, будто любой сильный ветер может её сбить. Хотя самое странное — эта девочка каким-то образом умудряется спорить со мной так, будто у неё внутри сталь.

Но сейчас этой стали почти не видно. Она выглядит уставшей. Слишком уставшей. Я отвожу взгляд. Мне всё равно.
По крайней мере, я пытаюсь себя в этом убедить.

Я открываю учебник и смотрю на страницу, но через несколько секунд снова смотрю туда. Она сидит тихо.
Слишком тихо. И это странно. Вивьен Дюваль не бывает тихой. Она всегда найдёт что сказать.
Всегда найдёт момент, чтобы поправить меня, поспорить или посмотреть на меня так, будто я самый раздражающий человек на планете.

А сейчас она просто сидит. Пишет. Пытается выглядеть нормально. Но у неё плохо получается. Я видел её такой только один раз. После склада. После той ситуации. После того, как она получила травмы. Я помню её тогда.
Бледную. Упрямую. Злую даже тогда, когда ей было больно. И сейчас в ней есть что-то похожее. От этой мысли я напрягаюсь.

Что с ней произошло?

Я смотрю на неё внимательнее, хотя сам себя за это ненавижу. Она поправляет рукав, двигается осторожно.
Слишком осторожно. Будто тело болит. Я сжимаю ручку в руке.

Почему меня это вообще волнует?

Она меня раздражает. Её характер. Её вечное желание доказать свою правоту. Её длинный язык. Она может вывести меня из себя за пару минут. Но сейчас передо мной не та Вивьен, которая спорит со мной в коридоре. Сейчас передо мной просто уставшая девушка. И это почему-то раздражает ещё больше. Потому что я не знаю, что с этим делать. Я привык решать проблемы кулаками. Привык, что если что-то мешает — нужно убрать это с дороги. Но с ней так не работает. Я снова смотрю вперёд. Она даже не знает, что я здесь. Не замечает меня. И почему-то это лучше. Потому что если бы она повернулась, она бы сразу начала что-то говорить. Снова бы спорила. Снова бы смотрела на меня своими зелёно-карими глазами так, будто видит больше, чем я хочу показать.

Я отвожу взгляд и заставляю себя смотреть на доску.

— Соберись, Уолтон, — тихо говорю себе.

Это просто Вивьен. Просто раздражающая французская девочка. Но почему-то я всё равно продолжаю замечать каждое её движение. Я стараюсь не смотреть на неё. Правда. Пытаюсь сосредоточиться на уроке, слушать учителя, делать вид, что мне вообще всё равно, что происходит впереди.

Но Вивьен слишком легко замечать. Особенно сейчас. Она сидит передо мной, опираясь локтем на парту, и сначала ещё пытается что-то писать. Потом медленнее. Её движения становятся всё более вялыми. Я вижу, как она несколько раз моргает, пытаясь не закрыть глаза. И я почти усмехаюсь. Вот уж чего я от неё не ожидал.

Вивьен Дюваль — та самая девушка, которая может спорить со мной десять минут подряд и при этом выглядеть так, будто у неё бесконечная энергия. А сейчас она просто проигрывает битву со сном. Я отвожу взгляд. Не моё дело.
Пусть спит. Но через пару минут я снова смотрю туда. Она уже не слушает. Её голова слегка опускается, волосы падают вперёд, закрывая часть лица. Она уснула. Прямо на уроке. Я тихо выдыхаю.

— Серьёзно?

Я говорю это почти беззвучно. Но внутри почему-то появляется странное чувство. Не смех. Не раздражение.
Что-то другое.

Потому что я понимаю — она не просто решила поспать. Она реально вымотана. И тут я слышу, как закрывается учебник на столе учителя. Наш преподаватель французского.

Строгая женщина, которая, кажется, родилась без чувства юмора. Она смотрит прямо на Вивьен. Несколько секунд молчит.. А потом подходит к её парте.

— Мисс Дюваль.

Вивьен не реагирует. Учительница стучит пальцами по столу.

— Мисс Дюваль.

Она резко просыпается.

— Что?.. — её голос сонный, растерянный.

В классе сразу становится тихо. Учительница смотрит на неё сверху вниз.

— Как интересно.

Вивьен медленно выпрямляется.

— Простите, я...

— Вы что, решили, что мой урок — это место для отдыха?

Я вижу, как Вивьен пытается собраться. Она не отвечает грубо. Хотя я уверен — ей хочется. Она просто смотрит вниз. И почему-то это меня раздражает. Не она. Ситуация. Учительница продолжает:

— Возможно, вы привыкли в своей Франции к другому отношению, но здесь ученики приходят учиться.

Несколько человек начинают тихо переглядываться. Мне не нравится её тон. Вообще.

— Она не просто так уснула, — говорю я прежде, чем успеваю подумать.

В классе становится ещё тише. Учительница переводит взгляд на меня.

— Уолтон.

Я откидываюсь на стуле.

— Что?

— Вас кто-то просил участвовать?

Я пожимаю плечами.

— Нет.

Пауза.

— Просто говорю.

Она смотрит на меня с раздражением.

— Вы хотите сказать, что знаете причины, почему мисс Дюваль решила спать на моём уроке?

Я спокойно смотрю на неё.

— Нет.

Я бросаю короткий взгляд на Вивьен.

— Но выглядит так, будто она еле держится на ногах.

На секунду наши взгляды встречаются. Она смотрит на меня удивлённо. Наверное, не ожидала, что я вообще открою рот. Я сам не ожидал. Учительница усмехается.

— Как благородно с вашей стороны, Уолтон. Защитник слабых теперь?

Я напрягаюсь. Вот это уже лишнее.

— Я не говорил этого.

— Тогда не вмешивайтесь.

Она снова смотрит на Вивьен.

— Мисс Дюваль, если вы не способны присутствовать на моих уроках, можете покинуть класс.

Я вижу, как Вивьен сжимает ручку. Она явно хочет что-то сказать. Но молчит. И это снова странно. Обычно она бы уже начала спорить. Она собирает свои вещи. Медленно встаёт. И в этот момент я замечаю ещё сильнее, насколько она устала. Маленькая. Худая. Будто последние дни забрали у неё все силы. Она проходит мимо моей парты и даже не смотрит на меня. Но я вижу её лицо. Она злится. Не на меня. На себя. Дверь закрывается за ней. В классе снова начинается урок. А я смотрю на пустое место перед собой. И впервые за долгое время мне становится интересно не то, что человек может мне дать. А что с ним вообще происходит.

Я провожу рукой по лицу.

— Отлично, Уолтон.

Я тихо усмехаюсь.

— Теперь ты ещё и переживаешь за французскую девочку.

И меня бесит, что я даже не могу сказать себе, что это неправда. Я смотрю на пустое место перед собой и понимаю одну вещь. Меня это раздражает. Не то, что она ушла. А то, что мне не всё равно. Я должен был просто сидеть дальше. Сделать вид, что ничего не произошло. Это было бы проще. Обычно я так и делаю.

Чужие проблемы — это чужие проблемы.

Но почему-то сейчас в голове постоянно крутится один вопрос:

Что с ней?

Я вспоминаю её лицо, когда она вышла из класса. Она не выглядела злой. Она выглядела уставшей. Слишком уставшей. И меня это цепляет. Я ненавижу это чувство. Когда мне хочется что-то узнать, но я даже не понимаю зачем. Я смотрю на учительницу, которая продолжает объяснять тему, и понимаю — я уже не слышу ни одного слова.

Французский язык, правила, задания.

Всё где-то далеко. В голове только она.

— Отлично, Уолтон, — тихо говорю я себе. — Ты реально попал.

Я пытаюсь отмахнуться от этого. Не получается. Через несколько минут я принимаю решение. Глупое. Импульсивное. Как обычно. Если меня не хотят отпускать просто так — значит, я сделаю так, чтобы меня выгнали.
Я поднимаю руку. Учительница сразу смотрит на меня подозрительно.

— Да, Уолтон?

Я смотрю на доску.

— Честно говоря, я вообще не понимаю, зачем нам это нужно.

В классе становится тихо. Несколько человек сразу поворачиваются ко мне. Учительница медленно кладёт ручку на стол.

— Простите?

Я пожимаю плечами.

— Ну а что? Мы учим французский, но половина класса всё равно ничего не запомнит.

Она прищуривается. Я знаю этот взгляд.

Ещё немного.

— Уолтон, вы снова решили проверить моё терпение?

Я усмехаюсь.

— Возможно.

— Выйдите из класса.

Вот оно.

Бинго!

Я даже не удивлён. Я собираю вещи спокойно.

— С удовольствием.

Кто-то тихо смеётся. Я встаю и выхожу из кабинета. Дверь закрывается за моей спиной. И только тогда я понимаю — я специально сделал это. Из-за неё. Я провожу рукой по волосам.

— Что ты делаешь, Джавон?

Ответа нет. Я начинаю идти по коридорам. Ищу её. Сначала проверяю места, где обычно сидят ученики. Столовую.
Коридоры. Библиотеку. Нет. Её нигде нет. И почему-то чем дольше я её не нахожу, тем сильнее раздражаюсь.
Я уже почти начинаю думать, что зря вообще это сделал. Но потом вспоминаю. Есть одно место. Зал.
Тот самый, где редко кто сидит. Там обычно делают домашние задания или просто прячутся от всех. Я иду туда.
Дверь слегка приоткрыта. Я останавливаюсь на секунду. Не знаю почему. Будто мне нужно решить, заходить или нет. Смешно. Я могу выйти на ринг против любого человека. Могу стоять перед толпой. Могу терпеть удары. Но сейчас почему-то просто открыть дверь кажется странно. Я всё-таки захожу. И вижу её. Вивьен сидит на одном из дальних мест.

Одна.

Перед ней открытая тетрадь. Она что-то пишет. Тихо. Спокойно. Совсем не похожая на ту девушку, которая обычно спорит со всем миром. Я останавливаюсь возле двери и просто смотрю. Она не замечает меня. И впервые за долгое время я не знаю, что сказать. Я пришёл сюда, чтобы узнать, что с ней.

Но теперь, когда я её нашёл... Я понимаю, что ответа у меня всё ещё нет.