11 глава

Глава 11. С кем жить?

Утро не принесло облегчения. Солнечные лучи, заливавшие кухню, казались неестественно яркими после вчерашних бурь. Таня сидела за столом, сжимая в руках кружку с остывшим чаем. Ее взгляд был пустым и устремленным в одну точку.

— Сколько мне осталось-то теперь... — тихо выдохнула она, не обращаясь ни к кому конкретно. Это была не просьба о жалости, а горькое подведение итогов.

Влад, нервно расхаживающий по кухне, попытался вставить бодрую ноту:
—Мам, да что вы! Вы еще жить будете! Внуков увидите!

Таня медленно перевела на него взгляд.
—И с кем я буду жить-то? — ее вопрос прозвучал как удар хлыстом.

Влад замер. Его взгляд непроизвольно метнулся к Ирине, которая стояла у окна с каменным лицом, и тут же опустился в пол. Он молчал. Это было красноречивее любых слов.

Молчал и Макс, сгорбленно сидевший на стуле. Он бросил вызов на словах, но когда дело дошло до конкретного решения — забрать мать к себе, — его юношеская уверенность испарилась, уступив место растерянности.

Тишину прервал тихий, но четкий голос Нади:
—Мам, со мной. — Все посмотрели на нее. — Вместе уедем в город. Снимем квартиру. Я найду работу получше.

В ее предложении была искренняя забота, но Таня лишь горько усмехнулась и покачала головой, словно отмахиваясь от несмышленого ребенка.
—Где вы видели? Если есть сыновья, мать живёт у дочки? — в ее голосе звучала дремучая, укоренившаяся убежденность. Она снова посмотрела на Влада, в ее взгляде — вызов и последняя надежда. — Я с Владом буду жить.

Влад вздрогнул, словно его толкнули.
—Это как? — растерянно пробормотал он. — Дома... мама есть. — Он имел в виду тещу, мать Ирины.

И тут раздался спокойный, весомый голос Егора. Он стоял в дверном проеме, опершись о косяк, и его вопрос прозвучал с ледяной, разоблачающей ясностью:

— Родную маму — «мать», а свекровь — «мама»? Интересная у тебя иерархия, Влад.

Эти слова повисли в воздухе, обнажив всю абсурдность и лицемерие ситуации. Влад покраснел и снова опустил глаза, не в силах ничего ответить. Выбор был сделан давно, и теперь ему пришлось столкнуться с ним лицом к лицу. Таня смотрела на старшего сына, и в ее глазах окончательно погасла последняя искорка надежды. Ее традиционная вера в сыновей разбилась о суровую реальность, которую ей так ясно показали.