Глава 6

Каникулы для Жени прошли не ахти: он почти не выглядывал из комнаты, а время убивал то сном, то зряшным сидением над учебниками с целью отложить в голове хоть что–то к началу третьей четверти, помимо неосознанных возвращений в давящие стены того клуба, но чаще всего напрасными попытками дозвониться до Саши — вдруг разблокировал? Разумеется, нет, так что через неделю с лишним Женя благополучно забил, более не притрагиваясь к своему мобильнику, будто тот вдруг проникся ядом.

Двенадцатого января Женя зашагал в школу, напялив на лицо помятую маску безразличия ко всему живому и не очень. Он даже не взглянул на время, когда закрывал входную дверь на ключ, а потому припёрся в школу за двадцать минут до первого урока геометрии и в ожидании уселся на подоконник в конце безлюдного коридора, вынудив из сумки плеер.

Женя наблюдал в окно, где среди ранее непроглядной тьмы начинают пробиваться первые проблески солнечного света, окрашивая обычно серые улицы в холодные тона, какие встречались при любовании синим огнём на конфорках плиты, зажигающейся каждое утро, дабы скрасить морозное утро чаем. На северной части России, где теснился их городок, зимой рассвет приближался позднее, и порой по пути в школу Жене казалось, что его утро начинается не в семь утра, а в три часа ночи. Прислонившись лбом к мёрзлому стеклу, он высмотрел троих детей, проносившихся к ограждению школы с рюкзаками на спинах и живыми улыбками на лицах. Подобный вид подействовал на Женю расслабляюще, и на момент он даже прикрыл глаза, погружаясь в полудрём.

Сплошной покой Жени прогнался под лёгким прикосновением к плечу, и веки парня поневоле распахнулись. Перед ним сидела на одном подоконнике, но держала уважительную дистанцию девушка, которую, как ни странно, он до этого не припоминал: нежно–розовые волосы, неряшливо отстриженные под каре, выглядели больше мило, чем небрежно. Круглые очки спущены на переносице, а смягчённые черты лица приятно смотрелись с неловкой улыбкой, застывшей на подкрашенных блеском губах.

Женя снял наушники.

— Привет! — восторженно заговорила девушка, и только пальцы, тянущие край белого кардигана с узором звёзд, выдавали скрытое напряжение.

— Мы знакомы? — вскинул брови Женя. В его тоне не было равнодушия, а только чистое недоумение от того факта, что с ним заговорили.

— Неа. Разве это не повод познакомиться?

Женя держал паузу, оглядываясь по сторонам. Может, это какой–то прикол, устроенный её возможными подругами? Или проигранное желание? Но ни о чём таком не шло и намёка. Школьный коридор был абсолютно пуст и беззвучен.

— Давай попробуем, — улыбнулся краешком губ брюнет. — Меня Женя звать, а тебя как?

Собеседница оказалась вполне приятным человеком на первый взгляд. Несмотря на доступные глазу признаки нервности, она с радостью рассказывала о себе, не давая вставить слова: её имя Ксюша, в свободное время увлекается просмотром сериалов, японских мультиков и видеоиграми, а также как–то странно упомянула, что давно хотела подойти, но никак не решалась. Женя аж ошалел, когда та мельком заикнулась, что в её комнате есть свой компьютер.

Общаясь, никто из них даже не приметил, как школа постепенно оживает и в коридорах прибавляются ученики. Они пробыли на прохладном пластике подоконника до той поры, пока рассказ Ксюши о её симе¹ в игре «The Sims» не пресёкся требовательным звонком на первый урок. Оба нехотя распрощались и договорились встретиться после учебного дня.

Уроки проносились нудно, но незаметно. Взгляды Жени украдкой кидались на пустующую последнюю парту третьего ряда, где в своё время они с Саней просиживали штаны, но второй, в один не самый удачливый год, немедля перевёлся в другой класс, подальше от Жени и поближе к единомышленникам. Проще перечислить то, чем от безделья мальчики не страдали на уроках, чем то, чем страдали, и учёба в этот список входила последней. В основном же все мысли Жени концентрировались на Ксюше и их внезапном знакомстве.

В расписании Ксюши было на один урок больше, в последствие чего после звонка Женя двинулся в школьный туалет, где расселся на полу и принялся ждать до конца урока, совокупно выполняя домашнюю работу на завтра. В какой–то момент дверные петли неприятно заскрипели, и на пороге объявился Саша.

Светловолосый молниеносно узнал сидящего на полу парня. Он не произнёс ни слова, просто прошелестел к умывальнику, сполоснул лицо и руки, вытерся своей же кофтой и хлопнул дверью. Женя каждой клеточкой тела ощутил напряжение, заростившееся между ними великорослой стеной крапивы, а сжал ручку в пальцах до такой силы, что шарик пробил дырку в листе тетради.

— Спасибо, что подождал!

Ксюша вся сияла при выходе из школы.

— Да чего уж там. Давай провожу?

— Правда? — изумилась она и энергично закивала. — Давай!

Маршрут Ксюши оказался не таким простым, как Жене сперва подумалось. Девушка, как ни странно, жила ближе к центру, и Женя призадумался, почему же она тогда учится в его школе, а не в более достойном учреждении. Путь от школы до её дома составлял примерно двадцать минут, и всю дорогу у Ксюши не затыкался рот. Она тараторила что–то про любимых персонажей из одного криминального сериала, на который по субботам любила залипать по телевизору, хотя Женя слушал вполуха.

Выйдя на улицу, обстроенную заснеженными панельными домами, Ксюша вдруг спросила:

— Кстати, а почему ты так одеваешься? Имею ввиду, — резво поправилась она, — у нас ведь к такому не очень относятся.

— Мне нравится, на других всё равно, — пожал плечами Женя.

— Мне тоже! Знаешь, я бы и сама не прочь так одеваться, но мой папа слишком строг, — тут она фыркнула и нахмурилась, отводя глаза вдаль улицы. — Он мне даже блеск на губах не разрешает, представляешь?

— А мама что?

Ни с того ни с сего Ксюша побледнела и посильнее уткнулась носом в свой полосатый пастельный шарф. Женя понял, что нажал на красную кнопку, нажимать на которую ему не следовало, и посчитал себя полным дураком.

— Прости, не хотел…

— Ничего страшного, — покачала головой Ксюша, сменяя тему. — Вот и мой дом!

Она застопорилась у одной из серых панелек, с депрессивной наружностью и обклеенной объявлениями дверью. Но по наиболее презентабельному внешнему виду можно предположить, что квартиры в ней продавались дороже, чем квартиры на улицах, где жил Женя.

— Ну что? Встретимся в школе?

— Ага, — с мягкой улыбкой согласился Женя, на прощание приобняв Ксюшу за плечи, досрочно давая пару секунд на отказ, если вдруг ей это покажется неуместным.

Ксюша же вовсе не была против. Напротив, она чуть ли не намертво обняла его в ответ, утыкаясь макушкой в подбородок парня, а затем отстранилась и вбежала в подъезд, на ходу стирая блёстки с губ рукавом куртки.

На обратном пути все мысли Жени были поглощены Ксюшей. Она упомянула, что давно хотела познакомиться, но почему тогда ранее не попадалась ему на глаза? Может, в последнее время Женя тупо не замечал жизнь вокруг себя, затоптанный своим же пессимизмом и мраком.

Шагая в подземном переходе, Петров глядел себе под ноги, погружённый в раздумья, пока в один момент чей–то малознакомый голос не назвал его по имени. Женя заозирался, заприметив с правой стороны тоннеля прислонившегося к стене парня, в одной руке удерживающего банку газировки, а другой подзывающего к себе. Женя замялся на месте, но вскорости неустойчиво подобрался ближе.

— Женёк! — ликующе заголосил юноша, сдувая фиолетовую прядь с глаз.

— Эм… Слава? — засомневался Женя.

Если ему не изменяла память, то подросток перед ним — человек с его прошлой компании, в которую его когда–то привела Геля.

— Вообще–то Савва, — притворно–обиженно поджал он губы.

— Прости. А ты чего… э-э, — Женя обвёл ладонью Савву, бесцельно валяющегося на земле.

— А, не бери в голову. Дома дебош, — хохотнул он, будто поделился шуткой, после чего оставил банку с шипящей жидкостью и неспеша восстал, отряхивая рваные джинсы. — Так, чё я хотел? Точно. Мы на выходных компанией собираемся, к нам не хочешь? А то пропал, хрен знает где тебя искать. Ты прям как крот, запрёшься и не выглядываешь!

Женя помолчал пару секунд. С одной стороны, ему уже давно расхотелось проводить время с этими людьми, в особенности после пропажи подруги. А с другой Женя соображал, что на выходных ему заниматься нечем, кроме как ловить себя на новых мыслях о Сане или ещё о чём–то, не менее безрадостном. В итоге парень кивнул с мизерной надеждой, что хотя бы так выдастся развеяться.

— А где? На той же заброшке?

— Не–е, там давно всё разнесли. Не боись, хата найдётся. Я лично за тобой забегу, чтоб в сугробах не потерялся по пути, — Савва осклабился. — Так что, номер дашь? А то не свяжемся.

Обменявшись номерами, Савва вновь плюхнулся на землю, а Женя пошёл своей дорогой. Вернувшись домой, брюнет ещё долго залипал в потолок, переваривая сегодняшний день.