Глава №1. Часть №4. Ateyackt Ite'irt hert'tg ihc hert'rt.
Трапеза прошла очень быстро. И не потому, что было мало угощений. Просто у друидов не было принято растягивать удовольствие. Еда для них — не культ, а способ поддерживать жизнь. Впрочем, Ален быстро это понял, поэтому не заставил себя ждать.
Импровизированный стол был убран, остатками же пищи Люси поделилась с маленькими жителями леса. Эльф хотел помочь и даже взял ягод со «стола», но, когда он перелез через роголоз, пытавшийся его уколоть, многие звери испугались незнакомца и спрятались где-то в глубине зеленых массивов. Только любопытный олененок, постоянно круживший рядом с землянкой друидов, стоял и смотрел на него. Светлый аккуратно насыпал разноцветные плоды на траву, однако, кажется, животного больше интересовал сам Ален, нежели горстка смородины. Рогатый постоял так еще некоторое время и убежал, не притронувшись к дарам.
Вдруг Хильдира подозвала к себе путника. Она сидела на пне около входа в дом, держа в руках тканевый сверток. Благодаря острому зрению Алениэль видел даже эмоции на старом лице. Печаль в ее глазах пряталась за теплой улыбкой, будто она смирилась с неизбежностью. В этот раз, проходя через массивные листья растения, эльф смог быстрее оказаться на полянке. Словно кто-то сказал роголозу: «Не колись, обмякни, его можно впустить» — но старушка даже не смотрела в сторону принца, лишь что-то перебирала в руках. Лучник подошел к ней. Он оглянулся и задумался, где же Люси. Без ее мельтешения вокруг было пусто.
— Здесь твое оружие и кое-что от меня. Надеюсь, эти вещи обернутся щитом для моей дочурки. — она улыбнулась и протянула ему бренчащий металлом сверток с небольшим кожаным мешочком, на котором старательно было выжжено узорчатое солнце. Ален принял дар, если возврат своих вещей можно таковым назвать, и кивнул. Раз уж он берет с собой спутницу, то несёт за неё ответственность. Светлый знал это и очень надеялся, чтобы Люси была полезна хотя бы чуть более, чем балласт. Поняв, что на этом все, эльф отошел в сторону и разложил клинки на траве. Все было в целости, даже тетива лука как-то по-новому блестела в лучах рассеянного светила.
— Дорогуша, иди сюда, пожалуйста. — Хильдира подозвала дочь. Девчушка тут же примчалась из дому, стуча ножками по ступеням и на ходу завязывая высокий хвост. Она уже подготовилась и надела свои лучшие одежды. Кожаный пиджак, с воротом, отделанным лисьей шкурой, уходил широким шлейфом чуть ниже колен и доходил до легких сапог, а ноги скрывали плотные брюки из ткани, о которой мало кто знал. Это был лен, сплетенный с линным мехом натэры, что давало интересные свойства одежде: в ней не было жарко, но при этом она согревала в легкие морозы. На поясе у друидки висела сумка, похожая на мешочек эльфа, с выжженным на ней рисунком раскидистого древа.
— Да, мама? Ты что-то хотела? — она улыбнулась детской улыбкой, наполненной чистым счастьем.
— Оно теперь твое. Надеюсь, предки уберегут тебя, как не раз спасали меня. — Хильдира одела на тонкую шею Люси ожерелье из костяных бусин, на которых тонким лезвием были выцарапаны незнакомые иероглифы. — Их смысл тебе откроется. — старушка мягко улыбнулась и поправила кулон.
Девчушка крепко сжала переливающийся камень, что был переплетен крепкими сухими ветвями и висел между тонкими ключицами. — Ты не можешь... оно ведь твое. — глаза друидки блестели острыми осколками слез, однако она сдерживала боль.
— Ну же... Было мое, а теперь — твое. Что со мной станется? От чего защищать старуху в ее лесу? Если что и случится, мне помогут верные друзья. — Хильдира погладила свою девочку, возможно, в последний раз. Ее пальцы мягко поправили прическу из шелковистых волос цвета светлого каштана.
— Хорошо... Тогда!.. — Люси слишком громко крикнула, стараясь заглушить свои всхлипывания, и сняла с пальца красивое кольцо из серебра, сплавленного с темным металлом в причудливом узоре. — Ты наденешь его и пообещаешь мне, что мы еще встретимся. Ты дождешься меня тут. Согласна? — она протянула кольцо матери, из последних сил улыбаясь и претерпевая резь в глазах от застывших в них слез.
— Оно ведь всегда было с тобой... Хорошо. — старая друидка надела кольцо на безымянный палец, весь в шрамах от лет. — Я дождусь тебя. — жрица обняла дочь слабыми, больными, но не менее теплыми и нежными руками.
— Пока не сдержишь свое слово — Матушка не позволит тебе его снять. — усмехнулась Люси слегка подрагивающим ртом. — Скоро встретимся. Я не прощаюсь. — она крепко прижала к себе старушку, а потом убежала в лес, крича Алену: — Вперед, глупый эльф, светило нас заждалось! — друидка рассмеялась, хотя из глаз текли слезы, срывались камнями и оставались позади. Благо, никто их не видел, кроме Природы и нее самой.
Путешественник поклонился и поблагодарил Хильдиру, после чего быстрыми шагами пошел за девчушкой, скрываясь где-то в лесу. Лишь ветки на деревьях слегка подрагивали от его прыжков, а потом и вовсе перестали шевелиться, впадая в свой привычный сон.
Старая женщина осталась одна в своем тихом лесу, улыбаясь путникам вслед. Даже сейчас она не позволила слезам политься из глаз и наполнить реками русла морщинок. Нет. Ничто теперь не сломит ее, ведь она дала обещание. Прокрутив на пальце кольцо, Хильдира прошептала:
— Ateyackt Ite'irt hert'tg ihc hert'rt.¹