Глава 1. Начало.

Первый месяц в новом городе имеет один неоспоримый плюс: ты никому ничего не должна.

Я переехала сюда за три дня до начала сентября всунула ключ в замок квартиры на шестом этаже и поняла, что теперь моя жизнь — это квадратные метры с запахом чужого ремонта и видом на такой же серый дом напротив . Окинув его взглядом , ни чем не приметный , серый и скучный. В первый же вечер, когда я разбирала коробки с книгами. Я случайно подняла голову и застыла.
Напротив, ровно напротив моих окон, на шестом этаже горел свет. И в этом прямоугольнике окна, как в раме старой картины, стоял он.
Парень. Лет двадцать пять, не больше. Темные волосы, расслабленная поза, телефон в руке. Он стоял у подоконника и, кажется, листал ленту, лениво посматривая куда-то в ночной город. Ничего особенного. Обычный человек в обычной квартире. Но почему-то я не могла отвести взгляд. Наверное, потому что это был первый человек в этом городе, которого я увидела в нерабочей обстановке. Не продавщица, не курьер, не соседка по лестничной клетке, здоровающаяся с каменным лицом. Он просто был. Существовал. И я, стоя в полумраке необустроенной квартиры, чувствовала себя шпионкой. Штор еще не было , чтоб быстро задернуть или спрятаться и я просто стояла и смотрела на него. Но я заставила себя вернуться к коробкам.

Но привычка — странная вещь. Уже на вторую ночь, когда я встала попить воды в три часа ночи, мой взгляд снова метнулся к окну. Свет горел. И в этот раз всё было иначе.
Я не сразу поняла, что именно меня насторожило. А потом заметила: тени. Они двигались за его спиной. Не плавно, как если бы человек просто ходил по комнате, а рвано, будто кто-то метался из угла в угол. Одна тень была высокой и тонкой, другая — приземистой, с нелепо разведенными руками. Они мелькали за его фигурой, как в немом кино.
Я потерла глаза. Может, это игра света? Или я просто переутомилась после переезда? Мозг подсказывал логичное объяснение: телевизор, включенный на стенке, или свет фар проезжающих машин. Но телевизора я не видела. А вспышки... Да, были еще яркие белые вспышки. Короткие, как от старой фотокамеры. Они вспыхивали за его спиной с интервалом в пару минут. Он же стоял неподвижно, спиной ко мне, глядя то ли в потолок, то ли в стену.
Я задернула шторы плотнее. Не мое дело. Я здесь, чтобы начать новую жизнь, а не рассматривать соседей с биноклем.
Старалась не обращать внимания. Серьезно. Я даже переставила кровать так, чтобы из положения лежа не было видно окна напротив. Но человеческое любопытство сильнее комфорта. Каждую ночь я находила повод подойти к окну: то чай остыл и нужно отнести кружку на кухню, то телефон забыла на подоконнике, то просто «проветрить комнату». И каждый раз я бросала короткий взгляд на шестой этаж напротив.
Свет горел всегда. Даже в три, даже в четыре утра. Тени двигались. Иногда мне казалось, что их больше, чем должно быть от одного человека.

К концу первой недели я начала считать это городской легендой. Может, он художник и работает по ночам? Или у него бессонница, как у меня? Или... стоп, я переехала, чтобы перестать придумывать драмы там, где их нет. Забудь.
И я почти забыла. До субботы.

Это было раннее утро. Я вышла выкинуть мусор — пакет с консервными банками и картошкой, которую я так и не научилась чистить без порезов. В городе было непривычно тихо. Ни машин, ни людей. Только серое предрассветное небо и запах мокрого асфальта после ночного дождя.
Я подошла к мусорным бакам, подняла крышку и замерла.

Он стоял в трех метрах от меня.
Тот самый парень из окна напротив.
Вблизи он выглядел иначе. Не таким устрашающим, как в темноте. Обычные джинсы, серая толстовка, светлые кроссовки, но глаза они будто светились , янтарный почти желтый цвет ...Он тоже выносил мусор и тоже не ожидал никого встретить. Наши взгляды встретились ровно на секунду. Он посмотрел на меня без всякого выражения — устало, равнодушно, даже как-то сонно. Но я видела его лицо. Бледное. Под глазами — темные круги, будто он не спал несколько суток. И легкая небритость.
Я попятилась.
Он сделал шаг в мою сторону, чтобы бросить пакет в бак, и я инстинктивно дернулась назад, чуть не споткнувшись о бордюр. Я не хотела быть грубой. Просто то, что я видела в том окне несколько ночей подряд, не вязалось с этим обычным человеком у мусорки. Что-то щелкнуло внутри: страх, смешанный с острым любопытством.
Он заметил мою реакцию. Его брови чуть дернулись, но он ничего не сказал. Только кивнул как-то неловко, развернулся и пошел обратно в подъезд. Я стояла, сжимая пустой пакет, и смотрела ему в спину.

Вот так мы и встретились. Без слов. Без улыбок. Только мой страх и его усталость.
После той встречи я перестала прятаться у окна. Я стояла открыто. Мне вдруг стало всё равно, заметит он меня или нет. Наоборот, я хотела понять. Понять, кто он. Почему не спит ночами. Кто мечется тенями за его спиной. И почему от него так хочется бежать... и одновременно так хочется подойти поближе.

Каждый вечер я садилась на подоконник, подтягивала колени к груди и смотрела на его окно.
Я наблюдала за ним так же пристально, как он, наверное, никогда не наблюдал за мной. Он всегда был спиной к окну и я была уверенна , что он не видит , да и у меня не горел свет и было темно.
Прошло три дня. Свет горел по-прежнему. Тени плясали. Вспышки ослепляли.
А на четвертый день, когда я как обычно сидела на подоконнике с чашкой чая, он вдруг подошел к своему окну.
Не спиной. Не в профиль.
Он повернулся ко мне лицом и поднял руку. Не помахал. Просто замер, опершись ладонью о стекло, и уставился прямо на мое окно. Прямо на меня.

Я замерла. Чайная ложка выскользнула из пальцев и звякнула об пол.
Он знал. Он знал всё это время. Он видел меня каждую ночь.
Он не отводил взгляда. Тени за его спиной застыли. Вспышки прекратились. Было только его лицо, его глаза, устремленные в мою сторону.
Я не знала, что делать. Улыбнуться? Отвернуться? Спрятаться за шторой, как в первый день?
Я просто сидела и смотрела в ответ.