Глава 15 - Я просто хочу дать всем трупам дом
Увидев имена следующих жертв, остальные студенты ушли с чувством облегчения. Некоторые даже перед уходом высказали Ся Баю утешительные слова, их глаза были полны сочувствия, от сложившейся ситуации.
Когда все игровые персонажи ушли, Линь Сян со всей серьезностью заявил: «Ся Бай, я пойду вместо тебя».
Видя, что Ся Бай собирался возразить такому решению, он заблаговременно остановил его: «Это не импульсивное решение. Я все тщательно обдумал и сделал этот выбор со всей серьезностью. Выслушай меня».
Линь Сян изо всех сил старался сохранять спокойствие, не желая показывать свою панику перед Ся Баем: «Мэн Цин замучила себя до смерти на вторую ночь после того, как вошла в морг. Но она вошла дважды, поэтому искажение ее фиксации определенно усилилось. Сун Минлян навредил Сун Цяну на третью ночь после его визита в морг. Это значит, что даже если я войду в морг, при нормальных обстоятельствах я смогу продержаться, по крайней мере, два с половиной дня. Я верю, что за эти два с половиной дня ты раскроешь правду и выведешь меня из игры».
«Ты всегда был умным и смышлёным парнем».
" Если в морг пойдешь ты, я не смогу гарантировать твое безопасное возвращение в реальность. Между тобой и братом Хуа один из вас — мозги, а другой — мускулы. Если вы оба мутируете, нам всем будут хана".
Хуа Хаомин оглядев юношу добавил: «Линь Сян прав, пусть он пойдет вместо тебя».
Но в ответ Ся Бай покачал головой: «Твои выводы правдивы, но ты кое-что упустил. Дай Лянъюань отметил, что не все, кто был в морге, сошел с ума и умер. У меня нет никаких пристрастий и увлечений, поэтому я могу быть одним из этих счастливчиков».
Хуа Хаомин: «...»
Услышав эти доводы, Линь Сян начал сомневаться в некоторых вещах: «Ну, если ты так уверенно говоришь. То возможно, с нами обоими все будет в порядке».
Хуа Хаомин, прикрыл глаза, скрывая все свои нецензурные мысли: «...»
Повернувшись к Линь Сяну, Хуа Хаомин сказал: «Иди и поешь с остальными. Мне нужно с ним поговорить».
Он потащил Ся Бая в небольшую рощу рядом с учебным корпусом, прислонившись спиной к стволу дерева, мужчина скрестил руки на груди, как будто готовясь к серьезному разговору.
Хуа Хаомин начал: «Помнишь, недавно я сказал, что ты единственный человек, кого я прикрою. Да, я действительно сделал бы это для тебя, но теперь я не могу пойти вместо тебя».
Ся Бай непонимающе спросил: «Почему ты хочешь это сделать? Помимо того, что ты присматривал за мной, после приезда в колледж, ты действительно хотел защитить и пойти в морг вместо меня?»
"Конечно", ‒ серьезно ответил Хуа Хаомин, продолжая высказывать свои мысли: "Ты очень важный человек. Возможно, мне не нравится это признавать, но правда в том, что многие считают тебя более важным человеком, чем меня".
Ся Бай спросил: «Это из-за моих Си Шень, которые пропали?»
Хуа Хаомин быстро кивнул: «Совсем недавно я вышел из игры в городе Цюаньгуан. У меня должен был быть короткий отпуск, но я поспешил сюда с двумя другими сотрудниками из Бюро управления игры сразу после получения твоей информации от Лао Яна. Мы прекрасно осознавали серьезность ситуации».
В замешательстве Ся Бай спросил: «Смотря на реакцию тебя и твоих товарищей в тот момент, когда вы появились на пороге моего дома, это утверждение кажется невероятным. Почему ты сразу же пришел, услышав слова Лао Яна?»
«Ты действительно веришь, что Лао Ян — всего лишь обычный офицер крошечного полицейского участка в твоем районе?» - Приподняв бровь, спросил Хуа Хаомин, взглянул на юношу перед собой.
Ся Бай: «...»
«Бюро по управлению играми это огромное отделение. Оно не только контролирует игры по всей стране, но и решает любые возникающие в связи с ними вопросы. Лао Ян — один из членов нашего Бюро. Его роль уникальна. Он посетил полицейский участок, чтобы разобраться в одной ситуации, и совершенно случайно заметил твое подозрительное поведение, которое ты продемонстрировал возле дерева».
Ся Бай замолчал, вспомнив, как хорошенькая сестра обратилась к Лао Яну по прозвищу «Учитель Ян». Он засомневался, это был странный термин для обозначения коллеги, особенно для такого места, как полицейский участок. Но позже он предположил, что Лао Ян был ее наставником.
«Бюро управления играми, о котором многие обычные граждане не знают, существует уже некоторое время. Ты даже не представляешь, сколько людей пожертвовало своими жизнями и сколько других сдалось в стремлении понять и положить конец этим играм».
«У Бюро были некоторые успехи, в основном во время первоначального появления этих игр. Создавалось впечатление, что игра намеренно раскрывала себя, давая нам разную информацию. Но теперь наш прогресс застопорился, и нам приходится пробираться сквозь них грубой силой».
«С тех пор, как появились эти игры, люди без конца исчезли и пропадали безвестии. Но для нас это первый случай, когда пропали именно мертвые трупы, из-за чего руководство предположило, что это может быть новым событием игры. Именно почему мы поспешили к тебе домой, как только получили эти новости, даже если шансы ничтожно малы, если они как-то связаны с играми, это поможет нам сдвинуться с места».
Ся Бай понял, почему Хуа Хаомин отказался помочь всем остальным новичкам и даже был готов рискнуть своей жизнью, войдя в морг вместо него.
«Пусть Линь Сян пойдет вместо тебя», — сказал Хуа Хаомин: «Помимо того, что я тебе рассказал, есть еще один вопрос, связанный с игровыми наградами».
«Я уже говорил вам всем, что если кому-то удастся пройти игру, те, кто справится лучше всего, получат награды. Игра на самом деле довольно щедра, когда дело касается наград. В конце концов, как только игра будет пройдена, она исчезнет из этого мира и не вернется. Все в игре и ее конвертируемые активы могут быть переданы игрокам».
«Самая худшая награда — это очки, затем идут предметы или как мы их называем реквизиты, затем оружие, и самая высокая награда — навыки».
Хуа Хаомин подчеркнул: «В настоящее время, по данным Бюро управления игры, навыки делятся на три уровня: те, которые связанные с оружием, те, которые связанны с телом игрока, и самые высокие и редкие – душевные навыки».
«Даже среди лучших игроков в таблице лидеров очень немногие обладают мощными навыками души. Такие навыки неуловимы, игрок не может просто заработать их, хорошо проявляя себя в игре. Они требуют близости к конкретной тематике игры, а так же она должна быть максимально близка к душе игрока».
Ся Бай все быстро понял: «Как думаешь, я смогу получить навык души в игре "Хэпинский медицинский колледж"?»
«Я думаю, что твои шансы велики, по сравнению с другими новичками. Ключ к этой игре — морг, или, скорее, трупы. Ты знаешь свои особенности, и эта связь между вами очень сильна».
Ся Бай возразил: «Ты всегда подозревал меня в неправильных отношениях с трупами, но теперь хочешь, чтобы я, возможно, получил такой сильный навык?»
Хуа Хаомин не ответил напрямую на вопрос Ся Бая. Вместо этого он произнес: «Наличие еще одного сильного игрока станет полезным активом для нашего бюро. С навыком души ты, скорее всего, сможешь пройти больше игр, освобождая нас от рутинной работы».
Ся Бай ответил: «Я не такой благородный человек, как вы все. Я не хочу проходить игры. Я просто хочу быть обычным судмедэкспертом».
Хуа Хаомин посмотрел в глаза юноши перед собой: «Даже камеры наблюдения не смогли найти твоих Си Шэнь. Ты действительно веришь, что они все еще существуют в нашей реальности? Вероятней всего, их втянули в игру».
Выражение лица Ся Бая, быстро изменилось, он решительно прищурил глаза и ответил: «Я буду стремиться к получению духовного навыка, и я также хочу быть великим человеком, как вы сотрудники из бюро».
«...»
Хуа Хаомин молчал добрых десять секунд, прежде чем заговорил: «Итак, пусть Линь Сян пойдет вместо тебя. Если ты хочешь получить награду за навык души, то самое меньшее, что ты должен сделать, это не терять бдительности и найти как можно больше подсказок. Тебе придется проявить себя лучше всех, кто, так же как и ты пройдет эту игру».
Ся Бай покачал головой: «Если я буду полагаться на кого-то другого, и они рискуют своей жизнью ради того, чтобы я прошел игру, как можно считать мое прохождение выдающимся? Если навыки так трудно приобрести, я, возможно, не получу его таким способом. Если я войду в морг, и мне все же удастся пройти игру, мои шансы могут быть выше, чем у остальных».
Это имело удивительный смысл.
Как раз когда Хуа Хаомин начал соглашаться, Ся Бай добавил: «Плюс, как уже упоминалось ранее, некоторые люди, заходившие в морг, выходили оттуда здоровыми, что указывает на то, что не у всех есть какая-то странная фиксация, которую можно исказить. Я искренне верю, что у меня ее тоже нет».
«...» - Хуа Хаомин не выдержал и язвительно ответил: «Я тебе не чужой человек. Ты спокойно можешь признаться мне в своих ненормальных пристрастиях. Ты, правда думаешь, что у тебя нет никаких навязчивых пристрастий?»
Ся Бай озадаченно округлил глаза: «Какая искажённая фиксация может у меня быть?»
Хуа Хаомин прямо заявил: «Некрофилия*!»
(*или труположество, — любовь ко всему мёртвому, в многочисленной литературе выраженная как парафилия, являющаяся половым влечением к трупам. Может рассматриваться, в том числе как разновидность фетишизма или как самостоятельное расстройство полового предпочтения).
Шок отразился на лице Ся Бая. Глаза его расширились, когда он сжал кулаки и ответил: «Как ты можешь говорить обо мне такое?»
Хуа Хаомин был сбит с толку, таким ярким выражением шока, на лице юноши.
Ся Бай тут же объяснился: «Я просто хочу дать все этим бедным, бездомным трупам дом, в котором их будут любить».
Хуа Хаомин: «...»
***********************
*************
****
В столовой Линь Сян с нетерпением ждал, каждые несколько секунд поглядывая на вход, желая узнать, удалось ли Хуа Хаомину убедить Ся Бая, отступить и поменяться с ним местами.
После бесчисленных взглядов он, наконец, заметил две фигуры и нетерпеливо помахал им рукой: «Сюда, сюда!»
Прежде чем Линь Сян успел произнести хоть слово, Хуа Хаомин прервал его: «Мы с Ся Бай пойдем, готовиться к паре по анатомии сегодня в полдень».
Линь Сян повернулся к Ся Баю, с навернувшимися на глаза слезами: «Ся Бай...»
Ся Бай объяснил: «Исходя из того, что ты сказал, даже если я мутирую, у меня будет два с половиной дня. Я буду в сознании два дня, чтобы искать улики. Морг имеет решающее для нас значение. Там могут храниться недостающие ключевые доказательства. Мы должны провести расследование».
Убежденный, Линь Сян сдался, его плечи опустились, и он печально ответил: «Ладно, у одного из вас больше игрового опыта, чем у меня, а другой умнее меня. Раз уж вы так решили, я не буду возражать».
Хуа Хаомин говорил так, словно излагал свою последнюю волю: «Если я мутирую, спрячься ночью. Если Ся Бай мутирует... свяжи его на ночь и убедитесь, что он не покончит с собой».
У Мэн Цин была зацикленность на чистоте, и она покончила с собой в процессе мытья своего тела.
В таком случае, не превратится ли любовь Ся Бая к трупам в желание превратить себя и окружающих в трупы?
Линь Сян энергично кивнул. Заметив, что Ся Бай слегка нахмурился, он спросил: «Ся Бай, что случилось? У тебя был неприятный разговор с братом Хуа?»
Ся Бай не скрываясь ответил: «Он не уважает меня и мои мечты».
«...»
Хуа Хаомин предпочёл не комментировать это заявление, просто пробормотав: «Давайте поедим».
Ся Бай начал есть простую кашу, которую взял ему Линь Сян.
В отличие от других, эти двое не стали медлить, когда дело дошло до посещения морга. Приняв решение, они сразу же отправились туда после обеда.
Хотя это был их не первый визит в анатомический корпус, каждый раз им приходилось торопливо подниматься по лестнице, никогда не заходя в тускло освещенный коридор на первом этаже.
Окружающие баньяновые деревья* с их раскидистыми ветвями отбрасывали тень на здание, делая его сырым и темным. Эта сырость и темнота порождали холод и резкий запах. Тяжелый аромат формальдегида мог подавить этот смрад, но не мог его рассеять.
Смрад едва заметно задерживался на кончике их носов и просачивался в самые поры их тела, как будто кто-то был погружен в стоячую воду гниющих водных растений.
Коридор на первом этаже был длиннее, чем на втором, и помещений в нем было даже больше. Не все они были моргами, некоторые были комнатами для выставочных образцов, в которых хранились различные органы людей и животных.
Согласно инструкции, которую им прислал куратор, они должны были отправиться в морг № 4 и перевезти труп из отделения № 5 в лабораторию 203 на втором этаже.
Всю неделю те, кто участвовал в подготовке к паре по анатомии, ходили в морг № 4. Он находился в конце коридора и, казалось, никогда не запирался. Дверь там была слегка приоткрыта, с темной узкой щелью. Как ни странно, колледж, похоже, не беспокоилась о том, что кто-то войдет в этот конкретный морг.
Чтобы добраться до морга № 4, нужно было пройти по коридору, минуя несколько помещений для хранения образцов и моргов.
Опасаясь, что Ся Бай может потерять контроль, Хуа Хаомин тут же схватил его за запястье, быстро зашагав по тихому, мрачному коридору. Чем дальше они шли, тем темнее и сырее становилось. Пол был скользким и по ощущениям, казалось, был покрыт мхом.
К тому времени, как они добрались до входа в Морг № 4, глаза у обоих сильно увлажнились. Резкий запах формальдегида был невыносимо острым, мешая даже открывать глаза.
Хотя его сила почти подавляла другой неприятный запах, этого было недостаточно. Даже в масках смешанный запах вызывал тошноту до такой степени, что хотелось вообще перестать дышать.
Из щели в двери морга № 4 просочился еще более холодный воздух, заставив их обоих покрыться мурашками.
Хуа Хаомин отпустил руку Ся Бая, обнажив мягкий меч, который он нес. Сделав глубокий вдох, он положил руку на обветренную старую дверь и осторожно толкнул ее.
Автору есть что сказать:
Ся Бай почувствовал, что его чистые и благородные идеалы были оскорблены, и в одностороннем порядке решил больше не играть в другие игры с Хуа Хаомином.