Глава 73: Номер
Небо на улице было очень темным, а свет в комнате все еще горел. Сравнивая их, казалось, что небо снаружи никогда не прояснялось.
Су Мин перевернулся и встал с кровати. Он проверил время на своем телефоне. Было уже шесть часов.
Он снова подошел к окну и посмотрел на сцену за занавесками. Небо снаружи было необычно темным.
Обычно небо начинает светлеть, по крайней мере, в шесть часов.
Даже если бы не было жарко, шесть часов не было рано, и солнце уже должно было взойти.
Но небо продолжало выглядеть мрачным.
Су Мин снова закрыл шторы и, используя свет в комнате, увидел, что Ян Цзин Цай и Сюй Исян все еще крепко спят.
Он немного подумал и решил разбудить их.
Ян Цзин Цай сразу проснулся. Он спросил в замешательстве: «Что не так? Сяо Чен снова что-то сделал с едой?»
Су Мин фыркнул. Он сказал: «Хань Циньцинь может быть в беде».
Это предложение сразу же отрезвило Ян Цзин Цая. Даже Сюй Исян проснулася рядом с ним: «Что-то случилось с Хань Циньцинь?»
Су Мин сказал: «Итак, я хочу посмотреть».
Сюй Исян потерла глаза: «Хорошо».
Она быстро спрыгнула с кровати. Последние несколько ночей они спали в своей одежде, опасаясь, что что-то внезапно случится.
Троица вышла из комнаты.
Когда Сюй Исян открыла дверь, она спросила: «Ты что-то услышал? Еще рано»
Су Мин: «Инстинкты».
Сюй Исян нечего было сказать.
Она слышала, как Су Мин говорил полагаясь на интуицию несколько раз, и все казалось довольно точным, поэтому она доверяла его словам.
С тех пор, как старый директор обнаружил, что Хань Циньцинь избавилась от еды, она чувствовала, что ей так легко не позволят уйти и что-то обязательно случится.
Но она не знала, что именно произойдет.
Ян Цзин Цай подождал снаружи и велел ей: «Сначала взгляни, если есть что-то, чего мы не должны видеть».
Сюй Исян кивнула и вошла в комнату.
Она включила свет и увидела выпуклость на кровати Хань Циньцинь. Она осторожно подошла и увидела, что это просто подушка.
Комната была не очень большой, такой что вы могли увидеть все одним взглядом.
Хань Циньцинь не было в комнате.
Сердце Сюй Исян упало. Она быстро открыла дверь: «Ее здесь нет. Я не знаю, когда она вышла из комнаты»
Су Мин и Ян Цзин Цай вошли в комнату.
Кровать Хань Циньцинь была в беспорядке. Похоже, она только что встала и не было никаких признаков борьбы. Никто не знал, что случилось.
Су Мин чувствовал себя все более уверенным в своих предположениях.
«Может, ее забрал директор?» - Сюй Исян догадалсь - «В конце концов, именно директор узнал о том, что выбрасывается еда, так что, вероятно, это был не Сяо Чен».
Ян Цзин Цай сказал: «Сяо Чен не похож на того, кто сделал бы это. Директор был очень зол прошлой ночью. Если бы мы признались в этом, я боюсь, что мы могли бы в конце концов оказаться на месте Хань Циньцинь».
Эти двое продолжали делать различные догадки.
Им было не по себе, но Ши Наньшен был мертв, а его тело исчезло. Теперь Хань Циньцинь тоже пропала.
Су Мин заговорил: «Давайте сначала найдем Хань Циньцинь».
«Но где?» - Ян Цзин Цай заметил - «Здесь так много комнат. Мы никого не можем спросить, и у нас также нет ключей».
Су Мин спросил: «Ты знаешь, где находится кладовая?»
«Кладовая?» - Сюй Исян повторила - «Какое это имеет отношение к кладовой? Хань Циньцинь сама бы туда не пошла»
Су Мин покачал головой: «Мы видели кухню, и не похоже, что ее можно было использовать для хранения ингредиентов, так откуда же эти ингредиенты могли появиться? Должно быть место для этого, и Хань Циньцинь, вероятно, забрали из-за этого инцидента с утилизацией еды».
Когда он сказал это, двое поняли.
Главные герои изначально не были глупыми. Ши Наньшен съел палец Сяо Чена, поэтому он умер, съев свою собственную руку, и теперь, когда они узнали о том, что Хань Циньцинь выбросила еду, причина ее смерти, вероятно, будет связана с едой.
Ян Цзин Цай нахмурился: «Но я раньше здесь не видел кладовую».
Они даже не дали ему увидеть, как Сяо Чен готовит еду.
Сюй Исян неожиданно сказала: «Я думаю, что видела ее раньше. Положитесь на меня»
Она обернулась и ушла. Су Мин и Ян Цзин Цай тихо следовали за ней, чтобы не привлекать к себе внимания.
Через несколько минут Сюй Исян остановилася перед маленькой дверью.
Су Мин видел эту дверь раньше, но не обращал на нее особого внимания.
«Окно в вашей комнате не выходит на кухню, но окно в моей комнате и комнате Хань Циньцинь выходит на задний двор» - Сюй Исян объяснила - «Я видела, как Сяо Чен брал вещи отсюда».
Она не думала об этом месте тогда, когда увидела инцидент с отрубленным пальцем, и, если бы Су Мин не упомянул об этом, она бы не вспомнила об этом месте.
Су Мин посмотрел: «Там замок».
Как только он это сказал, ему была вручена заколка для волос.
Сюй Исян: «Удачи».
Су Мин: «...»
Он молча получил заколку для волос. Через некоторое время ему удалось разблокировать его мягким щелчком.
Су Мин осторожно толкнул дверь.
Внутри комнаты было прохладно и темно. Ян Цзин Цай включил фонарик на своем телефоне и осветил интерьер комнаты.
Су Мин вошел: «Пойдем».
В этой комнате пахло овощами, и они могли видеть много ингредиентов. Хотя они не выглядели свежими, это была действительно кладовая.
Сюй Исян спросила: «Хань Циньцинь здесь?»
В кладовке было слишком много вещей. Здесь была не только еда, но и разные предметы, и казалось, что они не организованы.
Су Мин не был уверен, относится ли подсказка из кинотеатра к этой кладовой.
Но даже если бы Хань Циньцинь не была в кладовке, здесь могли быть какие-то подсказки.
Ян Цзин Цай готовился войти. Когда он увидел вещи на земле, он прокомментировал: «Кто тратит пищу так?»
Сюй Исян небрежно оглянулась: «Будьте осторожны, чтобы вас не услышали».
В глубине комнаты был большой мешок, и он был довольно большой. Он набухал, вокруг было много рисовых зерен.
Су Мин нашел это подозрительным и подошел.
Рисовый мешок был примерно вдвое ниже человеческого роста, и вокруг него были разбросаны рисовые зерна. Горловина была завязана.
Су Мин задумался и протянул руку, чтобы развязать его.
В тот момент, когда он был раскрыт, кровавый запах распространился.
Су Мин сразу понял, что Хань Циньцинь была внутри. Как только он открылся, была видна голова Хань Циньцинь.
Эта сцена заставила его почувствовать себя немного неудобно.
На самом деле, это было не слишком кроваво, но ее метод смерти был слишком жестоким. Смерть Ши Наньшена была ничем по сравнению с этим.
Хань Циньцинь была похоронена среди рисовых зерен, и ее рот был широко раскрыт и наполнен начинкой из риса. Даже ее нос и уши были заполнены рисом, и она даже кровоточила.
Чувствуя запах чего-то, Ян Цзин Цай подошел и был недоверчив: «...Это действительно Хань Циньцинь?»
Су Мин: «Кем еще это может быть?»
Устье мешка с рисом было большим. Когда Су Мин отпустил его, он полностью раскрылся, и рис внутри тоже вылился. Верхняя часть тела Хань Циньцинь также была выставлена таким образом.
Она выглядела так, как будто ее наполнили.
Даже ее одежда выпирала.
Су Мин присмотрелся и понял, что это не только ее одежда, но и ее живот выпуклый. Похоже, там было довольно много вещей.
Глядя на эту сцену, казалось, что ее до краев откормили рисом.
Как будто она сработала от своего флага смерти. Ши Наньшен умер таким образом, потому что он съел палец Сяо Чена и не воспринимал это всерьез.
Что касается Хань Циньцинь, то директор обнаружил, что она потратила впустую еду, поэтому она так и умерла.
«Это наказание за выбрасывание пищи?» - Сюй Исян почувствовала себя плохо - «Директор сделал это? Он человек?»
Рис даже выходил из ее ушей.
Ян Цзин Цай сказал: «Директор не человек, и Сяо Чен не человек... Не говорите мне, что в этом детском доме только мы люди?»
Су Мин глубоко вздохнул: «Лучше, если это так».
Если люди и призраки были вместе, как в прошлом фильме, это усложняло ситуацию. Намерения призрака были трудны для понимания, но было еще труднее понять человеческое сердце.
Сюй Исян оправилась от шокового состояния и посоветовала им: «Мы не можем так оставить. Разве Сяо Чен не заметит это сразу же, когда придет за рисом?»
К тому времени они уже не будут в безопасности.
«Положи рис туда, где он был» - Су Мин на мгновение подумал - «Это то, что сделал директор. Он определенно участвует в этом вместе с Сяо Ченом».
Хотя они были хладнокровны, они ничего не могли с этим поделать.
Первоначально на земле было разбросано много риса. Сюй Исян поддержала горловину мешка, а Су Мин и Ян Цзин Цай наполнили мешок. Затем они перевязали его.
Когда они закончили, прошло уже больше десяти минут.
Ответственным за закрытие мешка была Сюй Исян. На этот раз она была тем, кто лично видел, как Хань Циньцинь исчезла в нем.
Она была шокирована: «Она действительно исчезла».
Она не видела этого, когда это случилось с Ши Наньшеном, поэтому она не думала об этом тогда.
Су Мин спокойно сказал: «Похоже, что тела исчезнут после того, как они умрут здесь, в этом приюте».
Сюй Исян хотела что-то сказать, но ее прервали: «Сяо Чен собирается приготовить завтрак. Давай покинем это место»
Небо на улице было еще темно.
Троица вернулась наверх. По дороге они ни с кем не сталкивались. Они почувствовали облегчение, как только вошли в свою комнату.
Хотя небо еще не прояснилось, они совсем не были сонными.
Сюй Исян не понимала: «Почему тела исчезают?»
Она догадалась, что вероятно, кто-то должн был уничтожить тело и улики вместе с ним, но оно исчезло само по себе на ее глазах. Это была не игра, так как же может случиться что-то нереальное?
«Мы видели иллюзию?» - Ян Цзин Цай ходил взад и вперед- «Они оба были фальшивыми?»
Су Мин покачал головой: «Они настоящие».
В синопсисе фильма упоминалось, что некоторые люди возвращались в приют, так что это означало бы, что они настоящие. Главный вопрос состоял в том, почему тела исчезли в приюте.
Был ли здесь призрак, который поглощал трупы?
Ян Цзин Цай спросил: «Тогда с чего бы их тела исчезли?»
Материю, поедающую пальцы, можно объяснить, если бы они были людьми, но было странно, что тела могли исчезнуть. Куда могло пойти тело?
Су Мин: «Я не знаю».
Как только они узнают о причине исчезновения трупов, они, вероятно, также раскроют секреты этого приюта. Это также означало бы конец этого фильма.
Ян Цзин Цай и Сюй Исян были неспокойны.
«Почему в приюте есть крест?» - Су Мин внезапно спросил - «Ты помнишь, является ли директор христианином?»
Ян Цзин Цай, которого спросили на мгновение задумался: «Христианином? Я думаю, что он, вероятно был им, но я не слишком много помню об этом. Кстати, я не помню, чтобы тогда в приюте был крест»
В конце концов, это была не церковь, поэтому на ней не должно быть креста. Когда он увидел крест, как он впервые прибыл, он не особо задумывался о нем.
Су Мин пробормотал: «А теперь он стал верующим».
Было ли это причиной того, что фильм назвали «Тайная вечеря»?
Первоначально их было пятеро человек. Если включая семерых детей в приют, старого директора и Сяо Чена, то в сумме их было четырнадцать.
Тем не менее, Сюй Исян была прибывшей. Она вернулась сюда с Ян Цзин Цаем. Старый директор, который разослал приглашения, запланировал только тринадцать мест.
Со смертью Ши Наньшена осталось ровно тринадцать.
Но как только Хань Циньцинь умерла, независимо от того, что они делали, они не могли составить тринадцать человек. Количество людей было не таким, как на картине, но будет ли история такой же?
Старый директор упомянул в электронном письме, что у него осталось немного времени. Сравнивал ли он себя с Иисусом?