Глава 66: Платье
Все посмотрели на Су Мина.
Ян Цзин Цай и Сюй Исян были очень напуганы. Они посмотрели на две тарелки перед Су Мином и снова посмотрели на него. Они понятия не имели, что происходит.
Су Мин молча посмотрел на два блюда перед собой.
Одино из них был тарелкой со шпинатом, обжаренным в масле, а другой был жареной свининой с соусом.
Увидев эти разрозненные кусочки мяса, Су Мин задумался. Это измельченное мясо не могло быть приготовлено с использованием мяса Сяо Чена, верно?
Сяо Чен снова вышел из комнаты после подачи еды.
Старый директор посмотрел на Су Мина и щедро сказал: «Ешьте хорошо и не тратьте впустую. Это позорная трата еды»
Су Мин чувствовал, что его втянули в странный заговор. Почему они заставляют его есть? Он совсем не голоден.
Он и испуганный Ян Цзин Цай смотрели друг на друга. Затем он посмотрел вниз и ткнул палочками в еду перед ним.
Ничего странного не появилось.
Су Мин покачал головой Ян Цзин Цаю. Ян Цзин Цай и Сюй Исян вздохнули с облегчением, но они все еще не смели есть.
Старый директор не обращал внимания на то, едят они или нет, и начал медленно есть сам. Каждый кусок нужно было долго жевать, прежде чем он сможет проглотить его.
Ши Наньшен спросил во время еды: «Почему сейчас так мало детей?»
Он узнал, что вчера в приюте было всего семь детей, но он видел здесь только троих.
Старый директор нахмурился, когда сказал это: «Они не хотели кушать. Я уговорю их поесть позже»
Ши Наньшен нахмурился: «Дети такие хлопотные».
Он больше не помнил тот факт, что раньше он был самым проблемным ребенком в приюте, у которого был очень плохой характер.
Старый директор сказал: «Ничего не поделаешь».
Ши Наньшен подумал и почувствовал, что это действительно так. Вы не можете ударить или ругать ребенка и можете только объяснить им причину, но они не обязательно примут это, что легко могли возникнуть конфликты.
Вот почему о детях труднее всего заботиться.
Су Мин внимательно наблюдал за тремя детьми, сидевшими напротив него. Они также ели пищу, приготовленную Сяо Ченом, и имели очень маленькие чашки. Каждый раз, когда они кусали, они смотрели на него.
Это было особенно важно для девушки. Ее глаза были устремлены на него.
Су Мин, на которого смотрели, чувствовал себя крайне неловко, но каждый раз, когда ее взгляд встречался с его, она смущенно смотрела вниз.
Су Мин: «...»
Что он может сказать в этой ситуации?
Через полчаса ребенок неожиданно сбежал с лестницы и закричал: «Ааааа, Мин Мин снова ударил кого-то!»
Старый директор чуть не задохнулся. Он быстро встал и повернул голову: «Что случилось? Почему он вдруг кого-то ударил?»
Ребенок заплакал и сказал: «Я не знаю».
Старый директор сжал брови и покинул свое место: «Вы можете продолжать есть. Я пойду наверх и посмотрю»
Ян Цзин Цай молился, чтобы он поторопился и ушел: «Хорошо».
Когда старый директор ушел, ему больше не нужно было действовать и он мог быстро избавиться от еды.
Старый директор ушел вместе с ребенком.
За обеденным столом атмосфера внезапно расслабилась. Ши Наньшен все еще счастливо пожирал пищу: «Почему ты не ешь?»
Хань Циньцинь не ела много, поэтому у нее было всего несколько укусов.
Ян Цзин Цай и Сюй Исян сидели неподвижно на своих местах. Пища перед ними переворачивалась бесчисленное количество раз, но они не откусили ни единого кусочка.
Они сказали в унисон: «Ты ешь. Мы не голодны»
Ши Наньшен на мгновение посмотрел на них и пожал плечами: «Хорошо».
Но в тот момент, когда он закончил говорить это, он почувствовал что-то странное. Он выплюнул что-то изо рта: «Почему эта кость такая большая?»
Все глаза были направлены туда.
Отрезанный палец лежал на столе.
Как художник, Ши Наньшен прекрасно знал, что это была за часть, и он был совершенно ошеломлен.
Ян Цзин Цай сразу сказал Сюй Исян: «К счастью, это было не наше блюдо».
Они долгое время просматривали пищу, опасаясь, что отрубленный палец был в их тарелке.
Они не ожидали, что он упадет в тарелку недоверчивого Ши Наньшена.
Что еще более важно, он также съел это.
Ши Наньшен вскочил со своего места: «Какого черта с этим блюдом ?! Кто это сделал?!»
Су Мин оставался спокойным: «Мы предупреждали тебя».
Ши Наньшен вспомнил слова, сказанные до того, как они поели. В то время он высмеивал их и даже издевался над ними, а теперь его словно ударили по лицу.
Хань Циньцинь, которая сидела дальше всего, успокоила его: «Может быть, это куриные ноги».
Ши Наньшен покачал головой: «Куриные ноги не такие...»
Кожа на отрубленном пальце исчезла, остались только кости и соединительная ткань. Он немедленно начал рвать и попытался вырвать содержимое желудка.
Су Мин посмотрел на троих детей.
Они, казалось, не заботились о том, что происходит, и просто продолжали есть свою еду. В дополнение к этому они также наблюдали за ним.
Ши Наньшен проклял: «Какого черта?!»
Затем он выбежал через заднюю дверь. Он явно собирался найти Сяо Чена, чтобы уладить дела.
Ян Цзин Цай нахмурился: «Будет ли он...»
Сюй Исян закончила предложение: «Сяо Чен его убьет?»
А потом приготовит и подаст им, чтобы они съели... Как, например, булочка, сделанная из человеческого мяса? А Сяо Чен мясник?
Ей было противно от ее собственных мыслей.
Су Мин встал: «Пойдем и посмотрим».
Неожиданно, прежде чем они смогли покинуть свои места, Ши Наньшен вернулся. Выражение его лица было неловким, и на нем были даже следы страха.
Су Мин чувствовал, что он, вероятно, что-то видел.
Ян Цзин Цай спросил: «Разве ты не нашел Сяо Чена?»
Ши Наньшен не ответил. Он пошел прямо по коридору и заперся в своей комнате.
Хань Циньцинь не был довольна этим: «Что с его отношением? Не то чтобы мы оскорбили его»
Честно говоря, она была той, кто меньше всего знал о ситуации.
Даже с отрубленным пальцем, потому что она не знала, как это выглядело после того, как кожа была снята, она не особенно боялась.
Видя, что она не получила ответа, Хань Циньцинь снова спросила: «То, что вы сказали ранее о кухне, было правдой?»
Сюй Исян задумалась и сказала: «Конечно. Ты должна быть в состоянии сказать, увидев поведение Ши Наньшена. Он не верил нам»
Из этого Хань Циньцинь поняла, что это следствие того, что они не поверили их словам.
Су Мин напомнил им: «Сначала избавьтесь от еды».
Ян Цзин Цай пришел в себя: «Да, да, да. Надо сделать это до того, как вернется старый директор, иначе будет слишком поздно»
В конце концов, еда была выброшена на улицу.
Неприятная еда закончилась.
Когда они вернулись наверх, они все еще могли слышать прерывистые крики с другой стороны.
Су Мин не собирался проверять и пошел прямо в свою комнату, чтобы перекусить.
Ян Цзин Цай был шокирован, когда увидел закуски в его чемодане: «Почему ты принес сюда так много еды? Ты ожидал подобного?»
Су Мин сказал: «Я просто люблю есть закуски».
Он раздал две пачки Янь Цзин Цаю и Сюй Исян.
Не съев ничего на обед, они голодали. В этот момент, даже если бы они питались просто сухим печеньем, они чувствовали, что это самые вкусные вещи на земле.
После еды пара лежала в постели, обдумывая, стоит ли им уходить.
Су Мин не интересовался и не хотел их беспокоить, поэтому он вышел из комнаты и пошел по коридору.
Он чувствовал себя совсем по-другому по сравнению с прогулкой по коридору ночью. В течение дня все выглядело немного пустым и одиноким.
Когда Су Мин вернулся в свою комнату, Сюй Исян уже вернулась к себе.
Ян Цзин Цай был завернут в одеяло. Увидев, что он вернулся, сразу сказал: «Мы собираемся уехать завтра. Как насчет тебя?»
Су Мин подсознательно хотел сказать, что они не смогут уйти.
Но это шокировало бы другую сторону, поэтому он изменил свои слова: «Не обязательно должна быть машина, поэтому даже если вы захотите уйти, вы не сможете этого сделать».
Ян Цзин Цай сказал: «Мы определенно можем».
Су Минь сказал: «Хорошо. Тогда я вернусь вместе с вами.»
Если бы главному героям удалось убежать от центрального сюжета фильма ужасов, фильм не мог бы продолжаться.
Ян Цзин Цай, которому удалось получить положительный ответ, был очень доволен. Он лег и приготовился вздремнуть.
Су Мин: «...»
Он действительно должен был восхищаться главным героем за его храбрость. Он тоже лег. Было уже немного темно.
* * * *
Когда Су Мин снова проснулся, небо было уже туманным и тусклым.
Он остался один в комнате.
Окно, вероятно, закрыл Ян Цзин Цай. Оно был плотно прикрыто, и шторы не двигались. Все было тихо.
Су Мин собирался встать с постели, когда почувствовал, что что-то не так. Он повернул голову и спросил: «Почему ты там сидишь?»
Чэнь Су сел у кровати и спросил: «Ты голоден?»
Су Мин ответил: «Не голоден».
Он недавно поел закуски, и в настоящее время у него действительно не было аппетита. В конце концов, он только что увидел отрубленный палец.
Су Мин надел свои туфли и спросил: «Куда делись мои туфли прошлой ночью?».
Чэнь Су сказал: «Исчезли».
Су Мин была ошеломлен на мгновение. Он не думал, что он лжет.
Прошлой ночью он носил свои туфли, когда уходил, но когда вернулся, у него их не было. Чэнь Су не позволил бы ему ходить босиком.
Значит, эти туфли забрал тот мальчик?
Есть ли у детей в наши дни инстинкты накопления?
На этот раз Су Мин снова пошел в конец коридора.
Раздвинув шторы, коридор залил наружный свет. К сожалению, погода не была отличной, и было облачно, поэтому солнца не было.
Су Мин посмотрел в угол и не увидел ничего необычного. Там не было даже никаких признаков рисунков или граффити. Все было чисто.
Затем он повернулся к первой комнате и попытался запереть дверь. Это был действительно замок, который можно было запереть только снаружи. Он не знал, как Мин Мин смог войти.
Это была очень важная проблема.
Был ли мальчик в состоянии войти, потому что он не был человеком?
Но интуиция Су Мина подсказала ему, что мальчик Мин Мин не был призраком. Это чувство было сильнее, чем с молодой девушкой за обеденным столом.
Это было слишком загадочно. Ему нужно будет взаимодействовать с ними немного больше.
Чэнь Су стоял рядом с ним и время от времени комментировал: «Если ты действительно голоден, поцелуй меня, и ты не будешь голоден».
Су Мин: «...»
Он долго молчал. Затем он хотел закатить глаза на Чэнь Су, но сдержался. Вместо этого он спросил: «Думаешь, я дурак?»
Как он мог не быть голодным после нескольких поцелуев? Он явно не чувствовал ничего, что могло бы наполнить его желудок, и это не фильм Уся*, где можно передать внутреннюю силу.
(*приключенческий жанр китайского фэнтези (литература, телевидение, кинематограф), в котором делается упор на демонстрацию восточных единоборств. В фильме представлены различные фильмы с боевыми искусствами.)
Чэнь Су потер его голову: «Маленький дурак».
Су Мин: «...»
Он чувствовал, что все сказанные им слова были явно проигнорированы.
Чэнь Су протянул палец и прижал его к губам Су Мина. Пальцы снова соприкасаются с мягкой плотью, и затем она погружается внутрь.
Су Мин откинулся на кровати: «Что за чушь ты сейчас делаешь?»
Когда он открыл рот, холодные пальцы Чэнь Су случайно коснулись его зубов. Это было тяжело, полный контраст с мягкими губами.
Губы Су Мина были очень яркими, и это также было одной из причин, почему его всегда считали красивым. В отличие от других, чьи губы отслаивались и высыхали, его губы всегда были увлажненными и пухлыми. Ему когда-то завидовали девочки в классе, и они постоянно приставали к его рутине ухода за губами.
Чэнь Су был очарован: «Ты прекрасно выглядишь».
Углы губ Су Мина дернулись, и он убрал палец: «Тебе не нужно говорить об этом».
Он чувствовал, что с тех пор, как он познакомился с Чэнь Су, он стал похож на него и стал довольно самовлюбленным.
Чэнь Су засмеялся своим низким голосом. Это было особенно приятно слышать.
Су Мин чувствовал, что снова сходит с ума, и не ожидал, что его плечо будет прижато, а голова поднята вверх.
Чэнь Су опустил голову и прикусил его губу.
Ветер дул из коридора. Су Мин, которого застали врасплох, прижали к стене, его глаза слегка расширились. До него была тьма.
Чэнь Су жадно наслаждался своей едой.
Тусклая обстановка сделала все еще более захватывающим. Су Мин дрожатл и стискивал зубы, но вскоре он был открыт.
Это прекрасное лицо было теперь окрашено в ярко-красный цвет.
Су Мин пришел в себя и ему стало стыдно за свою нынешнюю позицию. Он протянул руку, чтобы оттолкнуть Чэнь Су: «Уйди...»
Чэнь Су ласкал уголок глаза, и его губы переместились к уголку губ. Он облизнул мочку уха и сказал: «Ты все еще выглядишь очень хорошо».
Су Мин был в замешательстве. Он не заметил ничего другого.
Но в этот момент раздался тихий звук шагов вдали. Кто-то подходил.
Су Мин немедленно протрезвел: «Кто-то идет».
Чэнь Су сказал: «Они меня не видят».
Су Мин сердито ударил его.
Хотя они не могут видеть Чэнь Су, они могут видеть его. Если бы они увидели его таким, другие подумали бы, что он сумасшедший.
Чэнь Су любил подобное. Он опустил голову и снова поцеловал его. Он пошел на компромисс: «Хорошо, хорошо».
Он глупо рассмеялся рядом с ухом Су Мина.
Глаза Су Мина были все еще влажными. Он оттолкнул его и поправил одежду.
Конечно же, молодая девушка с обеденного стола ранее появилась у двери в комнату. Затем она уставилась на него немигающим взглядом.
Су Мин посмотрел на Чэнь Су и снова повернулся: «Пора ложиться спать. Ты должна вернуться и отдохнуть»
Молодая девушка опустила голову и сказала: «Моя одежда отсутствует».
Су Мин спросил: «Какая одежда?»
Молодая девушка кружилась, как кукла, которые вы видите в магазинах игрушек: «Мое платье исчезло».
Су Мин подумал, что больше не хочет играть в игры с детьми.
Неожиданно молодая девушка уже подняла голову. Ее глаза были покрыты тьмой, и она спросила: «Можете ли вы помочь мне найти мое платье?»
Су Мин был удивлен изменением в ее глазах. У нормальных людей была бы белая склера и темный зрачок, но у нее была просто темнота, как у черной дыры.
Су Мин на мгновение поколебался: «Тогда я помогу тебе найти его».
Чэнь Су не знал, что так важно найти одежду ребенка, но он не беспокоил его и просто следовал за ним.
Молодая девушка подошла и сознательно встала по другую сторону от Су Мина, прежде чем схватить за угол рубашки.
Су Мин внутренне думал, что ему повезло, что это была не Сюй Исян.