Глава 8: Отражение в тёмном стекле

Настоящий страх — это не паника. Это полный вакуум в голове, когда каждая клетка кричит, а разум выдаёт только белый шум. Я стоял, чувствуя, как пакет выскальзывает из мокрых пальцев.

— Э... это... — мой голос сорвался. — Подруга. У неё... истерика. Мы поссорились.

Парень с виском фыркнул, но в его глазах уже не было насмешки. Была настороженность. Лерка же продолжала смотреть на меня так, будто я был открытой книгой, написанной на знакомом ей языке.

— Ссора, — повторила она за мной, будто пробуя слово на вкус. — Интересная ссора. С замком на двери. И с таким... голосом.

Она вдруг резко повернулась к своим друзьям.
— Пацаны, идите без меня. Займите точку. Я... догоню.
— Лер, ты чего? — один из них нахмурился.
— Он мне нравится, — сказала она просто, кивнув в мою сторону. — Хочу поговорить. Наедине.

В её тоне было что-то, не допускающее споров. Парни переглянулись, пожали плечами. Парень с виском бросил на меня последний оценивающий взгляд.
— Ладно. Смотри там... — он мотнул головой в сторону гаража, — ...чтобы твоя «подруга» не слишком шумела. Привлекает внимание.

Они ушли, растворившись в сумерках. Остались мы с Леркой. Давящая тишина, нарушаемая только моим тяжёлым дыханием.

— Чего ты хочешь? — прошипел я.
— Правды, — ответила она так же тихо. — Мне скучно, Билли. Всё вокруг — одно и то же. Глупые разговоры, тупые тусовки. А ты... ты пахнешь чем-то настоящим. Страхом. И тайной.

Она подошла ближе. Её глаза были тёмными, почти бездонными.
— Я не пойду в полицию, — сказала она, словно читая мои мысли. — Мне плевать. Мне интересно. Что ты с ней сделал? И... зачем?

Это был не вопрос жертвы или моралиста. Это был вопрос коллеги. Соучастника. Её интерес был клиническим, острым.

— Она меня не видела, — вырвалось у меня, к моему собственному ужасу. — Никогда не видела.
— И ты заставил её увидеть, — Лерка кивнула, как будто услышала совершенно логичное объяснение. — И теперь она там, и она тебя точно видит. Понимает?

Она обвела взглядом поляну, гараж, меня.
— Ты добился своего. Что дальше? Убьёшь её? Или... будешь держать, пока не надоест? А потом что? Найдёшь следующую, которая «не видит»?

В её словах не было осуждения. Была стратегия. Она размышляла о моих действиях как о проекте.
— Ты не продумал конец, — констатировала она. — Это опасно. Концы всегда вылезают. Как эти идиоты с сигаретами. Повезло, что это была я.

Я смотрел на неё, и чувство страха начало замещаться чем-то другим — жутким, леденящим узнаванием. Она была не такой, как все. Она была как я. Только холоднее. Расчётливее.

— Что ты предлагаешь? — спросил я, и голос мой звучал чужим.
— Дай мне взглянуть на неё, — быстро сказала Лерка. Её глаза блеснули азартом. — Один взгляд. И я помогу тебе. С советами. Или... с уборкой, если что. Мне нужны впечатления, Билли. А у тебя... у тебя, кажется, целая коллекция.

Она улыбнулась. Улыбка была красивой и абсолютно бездушной.
— Мы можем друг другу быть полезны. Ты — мой билет в не-скуку. А я... я твой ангел-хранитель от глупых ошибок. Договорились?

Она протянула руку не для рукопожатия. А как будто для печати на незримом договоре. Я смотрел на её ладонь, потом на тёмный силуэт гаража, где плакала моя «любовь». Внутри была уже не пустота. Там зарождался новый, ещё более тёмный вихрь. Лерка не была спасением. Она была другой бездной, которая внезапно открылась рядом.

И я понял, что уже падаю.

---