Глава 1. Тень за окном

Дома пахло лекарствами и пережаренным супом, который мама оставила на плите, потому что у неё не было сил встать. Карен закрыла дверь в их крошечную однушку и прислонилась к стене, глядя на счёт за электричество, прикнопленный к холодильнику. Опять долг.

Мама спала, укрытая старым пледом, её дыхание было тихим и прерывистым. Карен села на пол рядом с её кроватью и уткнулась лицом в колени. Вчера в ресторане она случайно услышала, как двое за соседним столиком говорили о нём по рации: «Он здесь. Ждём подкрепления, брать будем на выходе».

Она должна была обрадоваться. Ей стоило тихо уйти в подсобку и сделать вид, что она ничего не слышала. Так поступил бы любой нормальный человек. Но она смотрела на его профиль, на то, как он спокойно помешивает виски в бокале, и видела совсем другого мужчину.

Ему было около тридцати. Широкие плечи, квадратная челюсть, коротко стриженые тёмные волосы. Дорогой костюм сидел на нём безупречно, но Карен видела, что под тканью пиджака скрывается что-то тяжёлое — либо мышцы, либо оружие. Он не улыбался. Даже когда она приносила счёт, его лицо оставалось каменным. Только глаза — серые, холодные — следили за каждым движением в зале. Как у хищника.

И в этих глазах она вдруг увидела отца. Того, который ушёл, когда мама сказала, что беременна ей. Того, кто приезжал через год с бумагами, где было написано, что его жена — «неблагонадёжная» и что он «вынужден» лишить её родительских прав. А потом были суды, бесконечные допросы, мамины слёзы и его форма, которая казалась Карен тогда символом справедливости. Пока она не поняла, что эта справедливость работает только против таких, как они.

Тогда ей было лет семь или восемь. Она стояла в коридоре суда и смотрела, как её отец — сильный, широкоплечий — смотрит сквозь маму, будто она пустое место. В тот день Карен поняла: она не нужна ему. И она поклялась себе, что никогда не будет нуждаться в человеке в форме.

Карен подошла к его столу, собирая пустые тарелки, и тихо, не глядя ему в глаза, бросила: «Через чёрный ход, прямо сейчас. Там мусорный бак и проход во двор».

Он поднял на неё глаза. Тяжёлый, изучающий взгляд. Она видела, как он оценивает её — от небрежного пучка до стёртых туфель. В его взгляде не было удивления. Было любопытство. Как у человека, который привык всё контролировать и вдруг столкнулся с чем-то непредсказуемым.

Карен не дрогнула.

— Зачем тебе это? — спросил он. Голос низкий, ровный, без эмоций. Как у человека, который привык получать ответы.

— Ненавижу ментов, — ответила она так же тихо. — Только и всего.

Он помедлил секунду, потом поднялся и исчез за кулисами за две минуты до того, как в дверь вошли люди в штатском. Карен стояла за стойкой и дрожала, но не от страха за него. Она дрожала от злости. Потому что, помогая бандиту, она будто давала пощёчину тому, кто назвался её отцом.

Она не знала его имени. Она даже не знала, выживет ли он сегодня. Но она знала одно — он запомнил её лицо. И она его.

Карен подошла к окну, чтобы задернуть дешёвую штору, и замерла.

Внизу, у фонаря, стояла чёрная машина. Она не видела лица за тонированными стёклами, но знала — он там. Он смотрел на её жёлтый свет в окне уже десять минут.

Она хотела испугаться. Позвонить в полицию. Но вместо этого она просто стояла и смотрела в ответ. Потому что когда ты одна против всего мира, чужое внимание становится наркотиком — даже если это внимание хищника. А ещё потому, что если бы она позвонила в полицию, она стала бы такой же, как он. Как её отец.

—————————————
Здравствуйте дорогие читатели! это моя первая книга прошу не судить строго! но критика принимается) Заранее извиняюсь за возможные ошибки в тексте.