Часть 7

На завтрак кухарка приготовила пышный омлет с ветчиной. В столовой, которую открыли утром Марк столкнулся с Густавом, оба мальчики сделали вид будто не замечают друг друга. После трапезы надо было вернуть всю посуду на кухню. Там в странной машине из каких-то цветов вываривался отвар, наполняющий помещение чудесным запахом последних дней лета. В суховеях сушились грибы, которые закупались у лесников.
Кухарка заваривала крепкий кофе для директора, но заметив мальчика отвлеклась, чтобы поговорить с ним, и напиток убежал. Вооружившись вафельным полотенцем, она побежала вытирать лужу, образовавшуюся вокруг конфорки. Ее натренированные руки с легкостью подняли тяжелые, кованные решётки, а мокрое полотенце шкворча опустилось на разогретую поверхность.
Поддавшись внезапному порыву, Марк схватил со стола крупный кусок мягкого хлеба и что есть мочи побежал прочь. Сначала в главный коридор, потом на лестницу, оттуда на второй этаж, где и нашел прежде спрятанную за занавеской, стремянку, ведущую прямиком на крышу. Марк, не раздумывая, влез по ней наверх, и там откинул деревянную крышку люка.
Крыша была выложена из серой черепицы, которая выглядела не очень надежно. Чтобы пройти, Марк схватился за конек и начал медленно перебирать ступнями. Он присел на самом краю откусил немного хлебной мякоти, после чего решил осмотреться. Кругом был только непроглядный лес и разнообразная серость домов где-то вдалеке. Переместив свой взгляд ближе, мальчик увидел лестницу, свисающую с крыши противоположенного крыла. Она была установлена рабочими, укладывающими черепицу так, чтобы можно было попасть за пределы территории пансионата. Доев кусок буханки, Марк спустился вниз. Стена, находящаяся позади, уперлась в спину , словно подталкивая мальчика в дремучий и шумящий темный лес. Теперь позади него находилась только каменная стена, а впереди густой ельник. Мальчик двинулся вперед.
На земле не было видно тропинок, скорее всего люди предпочитали не заходить в эту густую чащу. Однако какое-то странное чувство продолжало толкать Марка все глубже и глубже в лес, до тех пор, пока он не понял, что заблудился.
Стволы деревьев были укутаны плотным ковром из мха, засыпанного валежником и еловыми шишками. Солнце пробивалось сквозь кроны, заставляя стволы деревьев отбрасывать длинные четкие тени.
В зарослях папоротника за спиной, шелестел ветер. Лес был жив, полон звуков, и запахов, которых прежде Марк никогда не чувствовал. Паника, подступившая в первые минуты, развеялась. Но в тот же самый момент, на душу легло чувство глубокого гнетущего напряжения. А вместе с ним в памяти появился портрет полненького, белоголового щекастого мальчика, которым Марк был в детстве. Ребенок своими пухленькими ручками перебирал пластиковые кубики в основном красных и зеленых цветов, на крыльце загородного домика, выходящего в такой же густой и завораживающий лес.
Где-то вдали упало дерево, раздался громкий хлопок, поток мыслей Марка переменился. Он оглянулся по сторонам, справа под стволами упавших елей виднелось очертание давно заросшей мхом тропы. Перелезая через старое корявое и сучковатое бревно, Марк порвал свои потертые джинсы.
Лес начал сжиматься и уплотняться, казалось, деревья близились друг к другу, выстраиваясь в уродливые ведьмины круги. Шишки хрустели под ногами, затрудняя передвижение, летняя обувь Марка зачерпнула уже достаточно воды, из влажного, наполненного утренней росой мха.
Было холодно, в низине задержался густой влажный туман. На своих ладонях Марк почувствовал капельки воды. Здесь было намного тише. Устрашающая тишина. Густые еловые лапы перекрывали доступ большинству солнечных лучей. Стало страшно. Однако страшно было не за свою жизнь, более всего пугала вероятность остаться ночевать в лесу, сыром и холодном овраге.
Около ручья, между каменей копошилось какое-то животное, Вода громко журчала, Марк сел на колени и хотел было напиться, но вспомнил, что в школе на уроках естественных наук им говорили, что вода из подобных источников может быть опасна. Марк выбрался из оврага и пошел сквозь бурелом вперед. Идти предстояло по кочкам, отчего ноги быстро устали и начали гудеть. В горле запершило и несмотря на солнечный свет, по телу пробежала дрожь. Захотелось выпить горячего чая с маслом, такой чай Агния всегда давала своему сыну, когда он болел.
Пахло багульником, что говорило о близости болота, Марк свернул влево и пошел по самой его кромке. Так, блуждая мальчик нашел холм, на который с большим трудом по камням взбирались хлипкие деревья. При помощи взятой с земли палки ребенку удалось вскарабкаться на самую вершину. Там росло высокое дерево, похожее на кедровую сосну, но кривое, изломанное в нескольких местах. Марк уселся у его корней. Здесь было куда больше света, чем внизу. Дерево очень приятно пахло, а из трещин на плотной каре сочилась смола, которая уже успела испачкать свитер мальчика.
Неожиданно сквозь естественные звуки леса, со всех сторон Марк начал слышать возгласы, крики мужчин и женщин, все они стремились к холму, эти звуки слились в громкий шум жестокой толпы, состоящей из сотен человек. Они трясли стволы тоненьких, молоденьких деревьев, и словно охотясь за Марком пытались залезть на холм, но почему-то все их попытки заканчивались неудачей, и все что им оставалось — это со страшным воплем стоять у подножия.
Когда ветер стих, крики, как и сама толпа исчезли, опять стало очень тихо, и сквозь эту тишину можно было услышать пение птиц. Через верхушки деревьев в лес заглядывало солнце, оно окрашивало небо в золотистый цвет. Марк почувствовал, что сильно хочет есть, но он боялся пошевелиться, не то что спустится в низ. Он сидел около ствола обхватив руками колени до тех пор, пока все его тело не начало затекать. Ему казалось, что он врастает в дерево, которое затягивает его под землю. Марк попытался подняться на ноги, но ему не удалось этого сделать, боль была жуткая, а онемевшие конечности никак не хотели его слушать. Спустя несколько минут ноги потихоньку начали приходить в себя. Но спустится с холма также грациозно, как и забраться не удалось. Оступившись, мальчик кубарем покатился вниз. Упал он на мягкий мох, и оглядевшись по сторонам не узнал этого места. Внизу на сей раз стало еще меньше солнца, поэтому мрак сгущался под каждым высоким деревом.
У Марка от голода сильно засосало под ложечкой. На поляне, мимо которой он проходил, росли ягоды. Мальчик, остановился около куста, но так и не решился проглотить несколько черных шариков. В то же время он осознал, что не мог уйти в лес очень далеко и вернулся к холму после чего отправился в ту сторону, откуда пришел несколькими часами раньше. Ягоды Марк все-таки сорвал и предусмотрительно взял с собой на всякий случай.
Начало вечереть. Марк, не имея никакого понимания, о направлении своего путешествия просто шел вперед, он не кричал, не просил о помощи, просто вяло переставлял промокшие ноги.
В зарослях папоротника притаилась кабаниха, она пожирала останки своего мертворожденного выводка. Вся ее морда была в крови, а вокруг лежало четыре обглоданных поросячьих трупика.
Услышав Марка, кабаниха притихла, но мальчик уже успел ее заметить и увиденное вызвало у него сильный рвотный рефлекс. Это зрелище было отвратительным, однако стоит учесть, что в дикой природе ничего не происходит просто так, а животные не могут быть плохими или жестокими, у них есть одна единственная цель – выжить.
Марк устроил себе ночлег в неглубокой яме, он накрыл мокрое дно своим уже испачканным в смоле свитером. Мальчик достал запасливо припасенные ягоды и уже собирался было засыпать в рот, как увидел стоящую над собой кабаниху, капельки крови стекали по ее клыкам и падали на землю. Она печально развернулась и медленно пошла вперед, как будто давая понять Марку что он должен следовать за ней. Кабаниха шла неторопливо, часто оглядываясь, проверяя идет ли мальчик следом. А Марк в это время пытался объяснить себе почему он так легко принял решение довериться не самому приятному и умному живому существу.
Неожиданно кабаниха остановилась. Это очень сильно напугало следовавшего за ней ребенка. Мгновением позже по лесу пробежал громкий звук. Его причиной скорее всего был проезжавший где-то совсем рядом грузовик. Марк последний раз мельком взглянул на животное и побежал прочь в ту сторону, откуда исходили звуки дороги.
Это было широкое шоссе, с обеих сторон окаймленное лесом. Марк вышел на середину дороги и принялся ждать. Первая легковушка проехала через пятнадцать минут. Но сидевший за рулем пухлый старик, увидев на дороге грязного мальчика, лишь презрительно посмотрел на него и проехал мимо, очевидно наслушавшись историй о попутчиках убийцах. Спустя еще две минуты на дороге показался тяжелый проржавевший лесовоз. Водитель, заметив мальчика притормозил машину. Это был грузный мужчина с козлиной черной бородкой. Он приоткрыл дверь и совершенно спокойно спросил у Марка, куда его отвезти.