Сбой в формуле зелья

Гарри не стал использовать летучий порох. Вместо этого он совершил нечто куда более изящное и тихое. Пространство вокруг него едва заметно смазалось, и он просто исчез из кабинета директора, переместившись напрямую вслед за Снейпом.
В следующее мгновение Гарри уже стоял посреди шумного, закопченного зала «Дырявого котла». Из камина неподалеку как раз выходил Северус Снейп. Зельевар, уверенный, что гриффиндорцу понадобится время, чтобы сориентироваться с порохом, высокомерно расправлял плечи, но, заметив Гарри, который уже ждал его и спокойно отряхивал невидимую сажу с безупречных рукавов, Снейп резко замер.
Его бледное лицо на секунду вытянулось от шока. Аппарировать сквозь антиаппарационный барьер Хогвартса напрямую в точку назначения - это было за гранью возможного для любого мага. Но Снейп быстро вернул себе каменное выражение лица, хотя в глубине его черных глаз вспыхнула опасная смесь злости и вынужденного уважения.
- Полноценная беспалочковая аппарация из замка? - Снейп подошел к Гарри вплотную, нависая над ним и понижая голос до едва различимого шепота, чтобы их не услышали посетители паба. - Вы либо безумец, профессор Эванс, либо намеренно напрашиваетесь на свидание с дементорами. Если Министерство зафиксирует этот всплеск, Дамблдор устанет прикрывать вашу... спину.
Он резко развернулся и быстрым, размашистым шагом направился к выходу на задний двор паба, где находилась кирпичная стена - проход в Косой переулок. Было очевидно, что Снейпа до глубины души уязвляло то, насколько этот «мальчишка из будущего» превосходит его в некоторых аспектах магии.
- Двигайтесь живее, - бросил он через плечо. - Сначала мы зайдем в лавку Олливандера. Терпеть не могу ходить по улицам с магом, у которого нет палочки. Это привлекает слишком много ненужного внимания.
Снейп трижды постучал палочкой по кирпичу, и стена начала шумно расступаться, открывая вид на залитый летним солнцем Косой переулок 1991 года.
Гарри шел следом за Снейпом абсолютно спокойно, держа руки в карманах мантии и лениво оглядываясь по сторонам. Вокруг кипела жизнь Косого переулка образца 1991 года: сонные совы ухали в витринах лавки Торгового центра «Совы», стайка первокурсников завороженно прижималась носами к стеклу магазина «Все для квиддича», где красовался новенький «Нимбус-2000», а торговцы громко зазывали покупателей.
Для Гарри это было возвращением в прошлое во всех смыслах. Он смотрел на эти вывески без благоговения, скорее с легкой, щемящей ностальгией взрослого человека, который знает, сколько из этих зданий будет разрушено через несколько лет и сколько людей отсюда погибнет в войне. Его лицо оставалось непроницаемым.
Снейп шел впереди, как ледокол. Прохожие инстинктивно уступали дорогу хмурому мужчине в развевающейся черной мантии, от которого за милю веяло раздражением. Однако Северус то и дело бросал на Гарри короткие, подозрительные взгляды через плечо. Его злило, что Эванс не глазеет на Косой переулок как безумный, не восхищается и не паникует. Мужчина вел себя так, словно просто вышел на обычную прогулку.
Наконец они остановились перед облупившейся золотой вывеской: «Семейство Олливандер - производители волшебных палочек с 382 года до н.э.». В пыльном окне на выцветшей фиолетовой подушке одиноко лежала одна-единственная палочка.
- Мы пришли, - сухо бросил Снейп, открывая перед Гарри дверь. Колокольчик над головой звякнул тихо и меланхолично. - Постарайтесь выбрать что-то быстрее, Эванс. У меня нет желания проводить здесь весь день, пока старик будет подбирать вам идеальное «оружие».
Внутри лавки было тихо и пахло старой древесиной, пылью и затаившейся магией. Из глубины рядов бесконечных коробок послышался тихий шорох - мастер палочек уже почувствовал появление необычных гостей.
Гарри уверенно вошел в лавку, шагнув в прохладный, пахнущий сухим деревом и старой бумагой полумрак. Из глубины длинных стеллажей, заставленных тысячами узких коробок, бесшумно, словно призрак, выкатился Гаррик Олливандер на своей деревянной стремянке. Его огромные, бледные, как полная луна, глаза уставились на вошедших.
- О... Северус Снейп, - тихо и певуче произнес старик, слезая на пол. - Черное дерево и сердечная жила дракона, тринадцать с половиной дюймов, жесткая... Помню, как вчера. Надеюсь, она служит вам верой и правдой?
Снейп лишь коротко и сухо кивнул, оставаясь стоять у самой двери, скрестив руки на груди. Его темный, проницательный взгляд переместился на Гарри. Зельевару было искренне интересно, как Олливандер, обладающий феноменальной памятью на магов и их палочки, отреагирует на этого загадочного «профессора Эванса».
Мастер палочек тем временем медленно подошел к Гарри. Он замер в паре шагов, вглядываясь в лицо взрослого мужчины. Его бледные глаза удивленно расширились, а на лбу собрались глубокие морщины. Олливандер явно чувствовал мощную, зрелую магию, исходящую от гостя, но его профессиональное чутье зашло в тупик. Он никогда не продавал палочку этому человеку. И в то же время... магия гостя казалась ему до странного, до невозможности знакомой, словно эхо чего-то, что еще только должно было случиться.
- Удивительно... - прошептал Олливандер, обходя Гарри по кругу и слегка наклоняя голову набок. - Очень, очень необычно. Я помню каждого мага, который переступал этот порог, молодой человек. Но вас... вас я не знаю. И все же ваша магия... Она словно родная для этих стен. Позвольте узнать ваше имя?
Снейп в тени у двери внимательно подался вперед, ловя каждое слово. Ему было любопытно, какую версию Дамблдор велел озвучивать Гарри, и поверит ли в нее старый мастер.
- Даниэль Эванс, - cухо произнес Гарри, и в полумраке лавки его зеленые глаза снова опасно и хитро сверкнули.
Олливандер замер, застигнутый врасплох этим взглядом. Он еще несколько секунд всматривался в лицо мужчины, словно пытался прочесть по линиям шрамов его настоящую историю, но затем медленно, понимающе кивнул. Старый мастер слишком долго жил на свете и повидал достаточно тайн, чтобы не лезть туда, куда его не просят. Особенно когда магия гостя буквально кричала о пережитых штормах.
- Эванс... - протянул Олливандер, направляясь к одному из дальних стеллажей. - Родственник покойной Лили? Да, в её глазах был точно такой же цвет... И такая же редкая, чистая сила. Что ж, мистер Эванс, давайте посмотрим. Какая палочка выберет вас?
Услышав имя Даниэля и упоминание Лили, Снейп вздрогнул. Его лицо на мгновение исказилось от глухой, тщательно скрываемой боли. Он перевел потемневший, тяжелый взгляд на Гарри. «Даниэль Эванс». Значит, Дамблдор решил сделать из этого пришельца «кузена» Лили из Америки или откуда-то еще. Снейп чувствовал, как внутри него закипает глухое раздражение от того, насколько искусно этот взрослый Поттер носит чужую личину, заставляя его лишний раз вспоминать о той, кого он потерял.
Тем временем Олливандер вернулся, держа в руках длинную узкую коробку.
- Давайте начнем с этого. Тис и волос единорога, одиннадцать дюймов, очень гибкая. Попробуйте.
Гарри даже не прикоснулся к ней. Стоило мастеру приоткрыть крышку, как палочка внутри коробки жалобно затрещала, а воздух вокруг нее стал слишком тяжелым.
- Нет-нет, определенно не то, - пробормотал Олливандер, поспешно закрывая коробку. - Слишком мягкая для вас. Вам нужно что-то... с характером. Что-то, что готово к битвам.
Старик ушел вглубь лавки, шурша коробками. Снейп сделал шаг из тени, сокращая расстояние между собой и Гарри, и негромко, ядовито процедил:
- Даниэль, значит? Прекрасный выбор для прикрытия, профессор. Но учтите: если вы вздумаете осквернить память о семье Эванс какими-то своими гриффиндорскими выходками в стенах школы, я лично позабочусь о том, чтобы ваша жизнь в Хогвартсе превратилась в ад.
- Страшно, профессор. Но я умею держать себя в руках, - бросил Гарри, даже не повернув головы в сторону Снейпа. Его голос звучал абсолютно хладнокровно, без тени насмешки или страха - просто как сухой факт. Он продолжал ровно смотреть на стеллажи, полностью игнорируя угрожающую позу зельевара.
Северус Снейп ощутил, как к горлу подступает глухая ярость. Его фирменный тон, от которого у студентов Хогвартса подкашивались колени, разбился об этого человека, как волна о гранитную скалу. То, что Поттер... точнее, Эванс, даже не удостоил его взглядом, задевало шпиона сильнее любой открытой дерзости. Мужчина перед ним обладал пугающим хладнокровием мага, который привык к опасностям куда посерьезнее, чем злые слова школьного преподавателя.
Снейп уже открыл было рот, чтобы процедить очередную ядовитую колкость, но в этот момент из глубины лавки поспешно вернулся Олливандер. В руках он держал старую, слегка покрытую пылью коробку из темного дерева. На лице мастера палочек блуждала странная, почти благоговейная улыбка.
- Нашел... Нашел. Удивительно, как я сразу о ней не подумал, - пробормотал старик, бережно открывая крышку. - Попробуйте эту, мистер Эванс. Граб и сердечная жила дракона. Двенадцать с половиной дюймов. Невероятно жесткая, преданная и созданная для того, у кого есть четкая, несгибаемая цель. Сама по себе она не станет творить чудеса, но в руках сильного мага...
Олливандер протянул рукоять палочки Гарри. В воздухе вокруг них мгновенно почувствовалось легкое статическое напряжение. Даже Снейп, замолчав на полуслове, инстинктивно подался вперед, завороженно следя за тем, примет ли магия Гарри это новое орудие.
Стоило пальцам Гарри сомкнуться на рукояти из темного граба, как по лавке пронесся резкий, чистый порыв теплого ветра. Воздух заискрился серебряными и изумрудными искрами, которые мягко опустились на пыльные стеллажи и тут же растаяли. Палочка легла в руку как влитая, признавая в Даниэле Эвансе своего истинного, сильного и опасного хозяина. В ней не было той юношеской, взрывной легкости, которая когда-то связывала его с остролистом, но была тяжелая, зрелая мощь, идеально подходящая мракоборцу.
- О, великолепно! - Олливандер затрепетал от восторга, захлопав в ладоши. - Просто поразительно. Граб выбирает магов с чистой страстью, преданных своей идее до самого конца. Она будет служить вам безупречно, мистер Эванс. С вас семь галлеонов.
Северус Снейп внимательно следил за этой сценой. Его черные глаза зафиксировали и силу вспышки, и то, как легко Гарри подчинил себе жесткое дерево. Внутри зельевара шевельнулось мрачное удовлетворение - по крайней мере, этот фарс с выбором оружия окончен, и у гриффиндорца теперь есть официальное прикрытие для Хогвартса.
- Поздравляю, - с легким налетом цинизма процедил Снейп, когда Гарри расплатился с мастером. - Теперь вы официально выглядите как цивилизованный маг, а не как угроза общественному порядку. Надеюсь, вы не планируете практиковаться в дуэлях прямо на улице? У нас по плану аптека.
Северус резко развернулся к выходу, толкнув дверь плечом, и колокольчик над головой снова меланхолично звякнул. На улице уже вовсю припекало солнце, и Снейп быстрым шагом направился в сторону Лютного переулка, где находились лавки с самыми редкими и специфическими ингредиентами для его личной лаборатории. Он был уверен, что Эванс последует за ним.

Гарри остался стоять на пороге лавки Олливандера, абсолютно игнорируя стремительный уход зельевара. Он убрал новую палочку в карман мантии и принялся неторопливо изучать улицу. Солнечные лучи ложились на брусчатку, а мимо текла пестрая толпа магов.
Прошло около двадцати секунд. Снейп, заметив отсутствие шагов за спиной, резко затормозил в паре десятков ярдов от лавки. Он обернулся, его мантия взметнулась от ярости, и он уже готов был высказать «профессору Эвансу» все, что думает о его гриффиндорском упрямстве. Но слова застряли у него в горле.
К Гарри робко приблизилась молодая симпатичная волшебница лет двадцати пяти, одетая в аккуратную мантию лавандового цвета. На ее щеках горел нежный румянец. Заметив статного, уверенного в себе мужчину с необычным шрамом на лице и глубоким, притягательным взглядом, она явно не смогла пройти мимо.
- Простите, сэр... - смущенно заговорила она, накручивая прядь волос на палец и глядя на Гарри снизу вверх. - Я... я заметила вас у лавки мастера. Вы ведь раньше не бывали в Косом переулке? Я знаю здесь каждый уголок и... если вы ищете что-то конкретное, я могла бы составить вам компанию. Или мы могли бы выпить по чашечке чая в кафе Фортескью?
Снейп, наблюдавший за этой картиной издалека, скривился так, словно только что заглотнул пинту желчи бубонтюбера. Поттер не пробыл в этом времени и часа, а вокруг него уже крутились восторженные девицы. Снейп скрестил руки на груди, замер в тени ближайшего навеса и принялся со злой усмешкой ждать, как хваленый «профессионал будущего» будет выкручиваться из этой нелепой ситуации.
- Простите, мисс, не хочу вас разочаровывать, но у меня мало времени и я не знакомлюсь, - невозмутимо ответил Гарри, даже не смутившись под ее пристальным взглядом.
В его голосе не было ни капли высокомерия - лишь мягкая, но абсолютно непроницаемая стена взрослого человека, чьи мысли заняты вещами куда более серьезными, чем случайный флирт на улице. Девушка разочарованно вздохнула, ее румянец стал еще ярче от неловкости. Она пробормотала короткое извинение и поспешно скрылась в толпе, то и дело оглядываясь на загадочного незнакомца.
Снейп, стоявший неподалеку в тени навеса, медленно опустил руки. На его лице на мгновение отразилось искреннее удивление, которое он тут же поспешил спрятать за привычной маской цинизма. Зельевар ожидал чего угодно - гриффиндорского бахвальства, глупой ухмылки, неловкого заигрывания в стиле Джеймса Поттера. Но эта холодная, вежливая и поразительно зрелая отстраненность совершенно не вязалась с образом, который Снейп уже успел нарисовать в своей голове.
Северус сделал несколько шагов назад к Гарри, и его черная мантия снова зашуршала по брусчатке. Он остановился в паре футов, смерив коллегу тяжелым взглядом.
- Какая поразительная стойкость перед женскими чарами, профессор Эванс, - с легким, едва уловимым ядом в голосе произнес Снейп. - Я уж было подумал, что мне придется вытаскивать вас из кондитерской Фортескью до самого вечера. Рад видеть, что вы хотя бы частично помните, зачем мы здесь.
Он повернулся в сторону темной арки Лютного переулка, но на этот раз не побежал вперед, а пошел чуть медленнее, словно давая Гарри возможность идти вровень.
- Если вы закончили созерцать окрестности, нам все еще нужно зайти в аптеку за ингредиентами для Хогвартса, - добавил Снейп уже спокойнее, хотя в его голосе все еще сквозило глубокое недоверие. - Или вам нужно еще двадцать секунд, чтобы подождать следующую поклонницу?
- Не люблю поклонниц, так что я пойду с вами, - быстро сказал Гарри.
Он без лишних слов двинулся вперед, выдерживая четкую, профессиональную дистанцию в пару шагов, как делают напарники во время опасных мракоборческих рейдов. Снейп лишь мазнул по нему коротким взглядом из-под черных волос, но комментировать чужую нелюбовь к женскому вниманию не стал.
Они свернули под мрачную арку, и суета яркого Косого переулка мгновенно сменилась зловещей тишиной Лютного. Солнечный свет сюда почти не проникал. Пахло сыростью, гнилью и едкими парами старых проклятий. Прохожие здесь выглядели иначе - они прятали лица под глубокими капюшонами и испуганно шарахались в стороны, завидев высокую фигуру Снейпа и идущего рядом Гарри, от которого буквально веяло скрытой угрозой.
Гарри внимательно скользил взглядом по вывескам. Он заметил лавку «Горбин и Бэрк», в витрине которой уже сейчас, в 1991 году, пылился тот самый Исчезательный шкаф - вещь, которая через несколько лет принесет столько беды в Хогвартс и сыграет роковую роль в судьбе Дамблдора. Взрослый Поттер на секунду задержал на нем тяжелый, мрачный взгляд, но сдержался.
Наконец они подошли к покосившемуся зданию круглосуточной аптеки вредных и редких субстанций. Снейп толкнул тяжелую дубовую дверь. Внутри пахло сушеной лавандой, тухлыми яйцами и формалином. Под потолком покачивались пучки сухих трав и связки вяленых летучих мышей.
- Ждите здесь и ничего не трогайте, Эванс, - негромко, но властно распорядился Снейп. - Обывателям лучше не знать, какие составы требуются для продвинутого курса зельеварения.
Он направился к старому, сморщенному продавцу за стойкой, вытаскивая из кармана длинный пергамент со списком. Похоже, Снейп заказывал ингредиенты для личных исследований, о которых Дамблдор, возможно, даже не догадывался.
Пока Снейп негромко обсуждал с торговцем заказ, Гарри отошел на несколько шагов вглубь аптеки. Полумрак лавки скрывал множество жутких вещей, но взгляд Поттера зацепился за самый дальний, заваленный пустыми ящиками угол. Что-то там шевелилось. Слишком быстро. Слишком хаотично.
Всмотревшись в темноту, Гарри похолодел. Из-за ящика выкатилась огромная, облезлая крыса. Её глаза горели безумным, багровым огнем, изо рта клочьями валила пена, а из пасти капала едкая, фосфоресцирующая слизь. Тварь явно сожрала какой-то сильнейший яд или запрещенный темный состав, который полностью выжег её мозг, превратив в бешеное орудие смерти.
Внезапно крыса замерла и уставилась прямо на Гарри. Её лапы заскребли по полу, она припала к земле, готовясь к прыжку. Между ними было меньше полутора футов.
Опытный мракоборец внутри Гарри мгновенно просчитал ситуацию: расстояние критическое. Вытащить новую, еще не до конца послушную палочку он просто не успеет. Применить беспалочковую магию прямо сейчас - значит создать мощный всплеск, который разорвет крысу, но ударная волна в замкнутом пространстве аптеки разнесет стеллажи с ядами, что спровоцирует химический взрыв. А самое страшное - Гарри прекрасно понимал, что это за тварь. Стоит этому отравленному чудовищу укусить его, и яд мгновенно парализует нервную систему. Смертельный обморок наступит за секунду, и в этом времени его уже никто не спасет.
Гарри принял единственное верное решение. Он застыл.
Он буквально перестал дышать, превратившись в каменную статую. Сердце сделало глухой удар и словно остановилось. Мужчина полностью подавил свою ауру, притворившись неодушевленным предметом. Бешеные животные, ведомые паразитирующим ядом, реагируют на движение и дыхание.
Крыса дернула окровавленным носом, принюхиваясь. Она сделала шаг вперед, ее когти клацнули в дюйме от сапога Гарри. Она подняла голову, глядя на застывшего, не дышащего мага своими слепыми, налитыми кровью глазами. Воздух между ними, казалось, превратился в стекло. Одно неверное движение - и случится непоправимое.
В этот момент Снейп, как раз забиравший тяжелый сверток у торговца, краем глаза уловил странную, мертвую тишину в конце зала. Он резко обернулся и замер, мгновенно оценив мизансцену: застывший, бледный как смерть Поттер и готовая к прыжку ядовитая тварь у его ног.
Глаза Гарри уже невыносимо слезились. Взрослый мракоборец держался на одном лишь чистом упрямстве и жесткой дисциплине, выработанной годами рейдов. Каждая секунда казалась вечностью. Отрезанный от возможности дышать и моргать, он превратился в идеальное изваяние, но человеческое тело уже начинало требовать кислорода, а перед глазами поплыли темные круги.
Бешеная крыса приподнялась на задних лапах. Она шумно водила носом прямо у колена Гарри, пачкая черную ткань его брюк своей ядовитой, пенящейся слюной. Ещё мгновение - и она либо почует тепло живого тела, либо Гарри просто не выдержит и рефлекторно сделает вдох.
В эту самую критическую долю секунды воздух в аптеке прорезал резкий, свистящий звук.
- Диффиндо! - беззвучно, одними губами, но с филигранной точностью выдохнул Снейп.
Тонкий, как лезвие бритвы, луч темной магии пролетел в каком-то миллиметре от мантии Гарри. Заклинание Снейпа с хирургической точностью рассекло отравленную тварь пополам. Бешеное животное даже не успело пискнуть - две половинки туши отлетели в сторону, а едкая фосфоресцирующая кровь брызнула на старые ящики, с шипением разъедая дерево.
- Эванеско! - тут же добавил Северус, взмахнув палочкой во второй раз, и останки крысы вместе с опасным ядом мгновенно испарились, не оставив и следа.
Гарри наконец смог судорожно, глубоко вздохнуть. Из его глаз от долгого напряжения все-таки выкатилось несколько слезинок, которые он тут же зло смахнул тыльной стороной ладони. Его сердце бешено колотилось в грудной клетке, возвращаясь к нормальному ритму.
Снейп подошел к нему вплотную за пару широких шагов. Его бледное лицо было каменным, а в черных глазах горела смесь искренней злости и какого-то мрачного, глубокого потрясения. Он видел, что Поттер застыл не от глупого страха, а осознанно, просчитав все риски.
- Вы идиот, Эванс, - опасно низким, вибрирующим шепотом произнес Снейп, нависая над Гарри своей черной тенью. Его пальцы все еще крепко сжимали палочку. - Одно мимолетное движение, и я бы прямо здесь соскребал ваши остатки с пола. Это был пепельный трупоед. Его слюна разъедает магическое ядро за секунды. Какого черта вы просто стояли и изображали из себя садовое пугало?!
Гарри буквально зашипел, и этот звук, низкий и вибрирующий от адреналина, заставил Снейпа на секунду осечься. В зеленых глазах взрослого Поттера, все еще влажных от напряжения, вспыхнула такая яростная, концентрированная сила, что полумрак аптеки, казалось, стал еще гуще.
- А что мне, по-вашему, надо было делать?! - процедил Гарри, сокращая и без того узкую дистанцию между ними. - Разнести здесь все к чертовой матери?! Выплюнуть заклинание и активировать взрывную волну от ваших же ядов на полках?! Или, может, попытаться вытащить палочку, которую я держу в руках от силы две минуты, и надеяться, что она не промахнется на расстоянии в тридцать сантиметров?! Я оценивал риски, профессор!
Он тяжело, шумно дышал, но его взгляд намертво пригвоздил Снейпа к месту. Это был отпор не наглого подростка, а равного мага, который только что принял единственно верное, пусть и смертельно опасное тактическое решение.
Северус Снейп застыл. Его черные глаза расширились от неожиданности. Шпион внутри него мгновенно проанализировал слова Гарри и... признал его правоту. Поттер действительно просчитал все за долю секунды. Он не запаниковал, не закричал, а хладнокровно подставился под удар, чтобы не разнести чужую лавку и не пострадать от детонации темных субстанций.
Гнев Снейпа никуда не делся, но его вектор резко изменился. Ему было невыносимо осознавать, что этот невыносимый гриффиндорец проявил сейчас чисто слизеринскую выдержку и расчетливость.
- Тогда вам стоило... позвать на помощь чуть тише, а не изображать из себя гранитный монумент! - Снейп попытался вернуть своему голосу привычную ледяную уверенность, но в нем все равно проскользнула легкая хрипота. Он медленно убрал палочку в рукав мантии, хотя его плечи оставались напряженными. - Хватит с меня на сегодня ваших показательных выступлений на грани самоубийства, Эванс. Забирайте свои вещи. Мы возвращаемся в замок. Дамблдор ждет отчета, а у меня нет ни малейшего желания оправдываться перед ним, почему новый профессор ЗОТИ скончался до начала учебного года.
Северус резко развернулся, подхватил со стойки свой тяжелый сверток с ингредиентами и направился к выходу из аптеки. На этот раз он двигался чуть медленнее, словно подсознательно проверяя, идет ли Гарри следом и все ли с ним в порядке после пережитого шока.
Гарри резко встряхнул головой, сбрасывая остатки оцепенения. От этого движения его и без того непослушные темные волосы окончательно растрепались, пара прядей небрежно упала на лоб, частично прикрывая свежий розоватый шрам на щеке. В полумраке мрачной лавки, в сочетании с его безупречно сидящей черной мантией, тяжелым дыханием и хищным, опасным взглядом, он выглядел чертовски привлекательно - взрослой, притягательной и дикой красотой сильного мага.
Снейп, уже взявшийся за ручку двери, обернулся на этот шорох. Его взгляд на секунду замер на лице Гарри. Зельевар едва заметно сглотнул, в его черных глазах промелькнуло странное, доселе незнакомое ему замешательство. Он резко отвернулся к выходу, недовольно поджав губы, словно разозлившись на собственную мимолетную реакцию.
Через секунду Гарри уже привычным, плавным жестом пригладил волосы, возвращая себе собранный вид, и уверенно пошел вслед за Северусом, сохраняя ту самую безопасную дистанцию.
Они вышли из душной аптеки обратно в прохладу Лютного переулка. Снейп больше не проронил ни слова. Он молча довел Гарри до безлюдного тупика между лавками, где их никто не мог увидеть, и резко развернулся к нему лицом.
- Держитесь крепче, Эванс, - процедил Снейп, протягивая ему локоть своей свободной руки. Его голос снова был сухим и холодным. - Мы аппарируем к границе защитных барьеров Хогвартса, в Хогсмид. И только попробуйте свалиться мне под ноги по прибытии.
Гарри сделал уверенный шаг вперед, сокращая расстояние между ними до минимума. Снейп невольно напрягся, превращаясь в натянутую струну, но взгляда не отвел. В следующее мгновение пальцы Гарри мягко, но крепко сомкнулись на его локте.
Сквозь плотную черную ткань мантии Северус отчетливо ощутил, насколько рука взрослого Поттера была горячей - последствия мощного выброса адреналина в аптеке и той дикой, концентрированной магии, которую он так умело сдерживал внутри себя. Это чужое, обжигающее тепло словно ударило Снейпа током. Он на секунду затаил дыхание, а его темные глаза удивленно расширились, фиксируя это мимолетное, слишком близкое прикосновение. В его одинокой, холодной жизни уже очень давно никто не прикасался к нему вот так - уверенно, без страха или брезгливости.
- Не отставайте, - хрипло процедил Снейп, поспешно разрывая зрительный контакт.
Он резко крутанулся на месте. Пространство вокруг них со свистом сжалось, превращаясь в узкую, душную трубу. Секунда абсолютной темноты, давления на грудную клетку - и они с громким хлопком материализовались на заснеженной (даже летом из-за магии замка) опушке у самых ворот Хогвартса, прямо на границе защитных барьеров.
Гарри приземлился безупречно, даже не покачнувшись. Его пальцы соскользнули с локтя зельевара, оставляя на ткани лишь фантомное ощущение тепла.
Снейп тут же сделал шаг в сторону, нервно поправляя рукав мантии, словно пытаясь избавиться от этого ощущения. Он тяжело дышал, глядя на Гарри с нарастающим, мрачным подозрением. Этот человек рушил все его представления о Поттерах, о гриффиндорцах и о магии в целом.
- Что ж, профессор Эванс, - Снейп взмахнул палочкой, и тяжелые кованые ворота школы с тихим скрипом отворились перед ними, пропуская их на территорию. - Вы не свалились. Мои поздравления. Директор ждет нас в Большом зале через полчаса для обсуждения вашего... учебного плана. Постарайтесь к этому времени не найти себе новых смертельных приключений.
Он зашагал по каменной дорожке к замку, а его черная мантия привычно взметнулась за спиной. Но на этот раз он то и дело едва заметно косился назад, проверяя, идет ли горячий и опасный «коллега» следом за ним.
Гарри спокойно зашагал следом за Снейпом по каменной дорожке, ведущей к величественному замку. Летний ветерок, дувший со стороны Черного озера, приятно холодил кожу после удушливой атмосферы Лютного переулка. Когда очередной порыв растрепал темные пряди, Гарри небрежным, отработанным до автоматизма движением запустил пальцы в волосы, поправляя их и открывая шрам на лбу, который теперь скрывался под челкой.
Снейп, который по-прежнему то и дело косился на него через плечо, снова зафиксировал это движение. На этот раз в его взгляде не было яда - скорее глубокая, мрачная задумчивость. Его до сих пор бросало в жар от того, насколько горячими были пальцы Поттера, когда тот держал его за локоть во время аппарации. Этот человек принес с собой из будущего слишком много хаоса в и без того неспокойную жизнь Северуса.
Они молча миновали массивные дубовые двери и вошли в прохладный Вестибюль. Замок встретил их привычным эхом, запахом старого камня, воска и магии. До начала учебного года Хогвартс казался вымершим, но Гарри знал, что это затишье перед бурей. Скоро эти коридоры заполнятся детьми, среди которых будет и он сам - одиннадцатилетний мальчик, еще не знающий, какая судьба его ждет.
У входа в Большой зал Снейп резко остановился и повернулся к Гарри. Между ними снова оказалась та самая выверенная дистанция в два шага.
- Мы на месте, Эванс, - негромко сказал Северус. В его голосе уже не было прежней агрессии, только привычная шпионская сдержанность. - Дамблдор внутри. Сейчас решится, какую именно версию вашей биографии мы скормим остальному педагогическому коллективу и Попечительскому совету. Советую вам помалкивать и позволить директору говорить самому. У него таланта к сказкам побольше нашего.
Он толкнул высокую створку двери, приглашая Гарри войти первым.
Гарри плавно прошел в Большой зал и остановился, оглядывая огромное помещение. Сейчас, без сотен учеников, четырех длинных столов факультетов и парящих свечей, зал казался непривычно просторным и строгим. Вместо привычного звездного неба заколдованный потолок отражал мирные летние облака, плывущие над Хогвартсом. На дальнем конце, за преподавательским столом, сидел Альбус Дамблдор, задумчиво перебирая какие-то пергаменты.
Гарри смотрел на это место с глубокой, понятной лишь ему одному тоской. Он помнил этот зал разрушенным, заваленным обломками стен и телами погибших друзей во время Битвы за Хогвартс. Но сейчас всё было целым, чистым и дышало древней, мирной магией.
Снейп вошел следом за ним. Шаги двух мужчин гулким эхом разносились под высокими сводами. Северус встал чуть сбоку от Гарри, скрестив руки на груди, и тоже устремил взгляд на директора. Напряжение между коллегами никуда не исчезло, но после инцидента в аптеке и той горячей, уверенной хватки Гарри на локте Снейпа, в их молчании появилось что-то новое - хрупкое, едва уловимое понимание.
Дамблдор поднял голову, и его лицо озарилось теплой улыбкой. Он отложил перо и поднялся из-за стола, приветственно разводя руки.
- Рад видеть вас в полном здравии, джентльмены, - мягко произнес директор, переводя взгляд с безупречной мантии Гарри на Снейпа. - Вижу, Косой переулок встретил вас подобающим образом. И у нашего профессора Эванса теперь есть новая палочка. Северус, мальчик мой, надеюсь, ты не слишком усердствовал с нравоучениями по дороге?
Снейп лишь недовольно дернул плечом, промолчав, но его взгляд остался прикован к профилю Гарри.
- Ну что ж, Даниэль, - Дамблдор подошел ближе, и в его голубых глазах заискрилось любопытство. - Документы для Министерства готовы. Согласно им, вы прибыли из уединенной общины магов в Канаде, где практиковали продвинутые боевые искусства. С этого дня вы - наш новый профессор Защиты от Тёмных Искусств. Как вы планируете построить свой первый урок, когда дети переступят порог этой школы?
- Как обычный первый урок. Просто представлюсь и начну лекцию или я должен плясать перед ними? - невозмутимо сказал Гарри и чуть приподнял левую бровь.

На этот сухой и ироничный ответ Дамблдор лишь тихонько рассмеялся в свою густую бороду, а его глаза весело заблестели за стеклами очков-половинок.
- Ну что ты, Даниэль, танцы у нас припасены исключительно для Святочного бала, - мягко пошутил директор, возвращаясь к своему столу. - Твоя сдержанность - это отличный выбор. Студенты Хогвартса привыкли к... разным эксцентричным преподавателям на этой должности, так что спокойный профессионализм пойдет им на пользу.
А вот Снейп от слов Гарри едва заметно хмыкнул. На его бледных губах на секунду появилась циничная, но уже менее ядовитая, чем прежде, усмешка. Ответ взрослого Поттера пришелся ему по душе. Профессор зельеварения сам терпеть не мог панибратства со студентами и ценил жесткую дисциплину.
- Плясать перед ними действительно не стоит, Эванс, - негромко произнес Северус, сделав шаг ближе к Гарри. Он скрестил руки на груди, и его темный, проницательный взгляд скользнул по лицу коллеги. - Половина из них - ленивые, тупиковые ветви эволюции, которые не отличат боевое проклятие от бытового сглаза. Если вы начнете сюсюкать, они сядут вам на шею в первую же неделю. Рад слышать, что вы не собираетесь устраивать из своего предмета балаган.
Дамблдор тем временем вытащил из ящика стола тяжелый серебряный ключ и протянул его Гарри.
- Твои личные комнаты и кабинет находятся на третьем этаже, Даниэль. Там есть всё необходимое для подготовки. Северус, - директор хитро посмотрел на зельевара, - поскольку учебные планы ЗОТИ и Зельеварения часто пересекаются в вопросах противоядий и защиты от темных субстанций, я бы попросил тебя помочь нашему новому коллеге составить расписание факультативов. Думаю, вам обоим есть что обсудить.
Снейп внутренне подобрался. Мысль о том, что ему придется проводить вечера в компании этого загадочного, горячего и слишком уверенного в себе мага, заставила его сердце сделать лишний удар. Но он лишь сухо кивнул:
- Как скажете, Альбус.
Он повернулся к Гарри, и в его черных глазах промелькнул странный, испытывающий блеск.
- Что ж, профессор Эванс. Предлагаю вам сначала осмотреть свои новые владения и избавиться от пыли. А вечером... жду вас в своих подземельях. Приносите ваши наброски к урокам, посмотрим, насколько ваши методы из будущего применимы к нашей суровой реальности.
Гарри вежливо наклонил голову, принимая из рук директора тяжелый прохладный ключ, который слабо звякнул в его ладони. Спокойным и уверенным движением он спрятал его в карман мантии.
Затем он перевел свой глубокий, проницательный взгляд зеленых глаз на Северуса. На его губах заиграла едва заметная, сдержанная усмешка.
- Договорились, профессор Снейп. Я обязательно зайду к вам вечером, как только закончу раскладывать вещи, - произнес Гарри, и в его низком голосе прозвучала твердая готовность к работе. - Надеюсь, мы сможем найти общий язык и ваши подземелья окажутся не такими мрачными, как слухи о них.
Поттер слегка коснулся пальцами растрепавшихся темных волос, возвращая себе безупречно собранный вид, и сделал вежливый полупоклон Дамблдору.
- До встречи на ужине, директор. Профессор.
Развернувшись, Гарри плавным, уверенным шагом направился к выходу из Большого зала. Подол его идеально чистой черной мантии мягко шуршал по каменным плитам, а эхо его шагов постепенно затихало под высокими сводами.
Снейп проводил его долгим, нечитаемым взглядом, провожая глазами широкие плечи новоиспеченного коллеги, пока тяжелые дубовые двери за Гарри не закрылись. Внутри зельевара росло странное, будоражащее предвкушение от их сегодняшней вечерней встречи.